Происхождение суверенитета. Верховная власть в мировоззрении и практике государственного строительства традиционного общества. Монография

Как своего рода «Золотой век» характеризуется заря мирозда ния в скандинавской мифологии: только что сотворенный мир гар моничен и создан весь из золота, все асы (боги) во главе с Одином, живущие в небесном селении Асгарде, погружены в счастливую безоблачную жизнь. В нордическо германских традициях Асы — это Полубоги или преображенные герои, северные короли, ведущие свои народы к победам, за счет своего мистического могущества1.

В египетской мифологии счастливая пора – это время, когда на земле правили боги Осирис и Исида. Представления о «Золотом веке» имеются также в вавилонской, ацтекской и других мифоло гических и религиозных традициях2.

Не принимая буквально аллегорические образы многовеко вых преданий о «Золотом веке», следует отметить главное: нали чие в них представлений «об изначальном «социуме» как об обще стве идеальных людей, подобных Богам». И это богоподобие (но не богоравенство) придает всем этим представлениям сакральный ха рактер, указывающий на некий «Божественный порядок», сущест вовавший когда то, «во времена Оны», на Земле3. И в те изначаль ные времена, как считает целый ряд традиционалистов, могла су ществовать только одна социальная группа (сословие, варна4), «царская каста» универсальных брахманов (священников), одина ково эффективно работавших как на духовном, так и политико экономическом уровнях. Это была «каста божественных королей», «волхвов витязей», синтезирующих в себе священнические (брах манские) и воинские (кшатрийские) начала при доминировании интеллектуально аналитических качеств характера5. В индуистской и древнешумерской традиции ее называли «хамса» (дословно «кас та лебедя») — это каста андрогинов, царей мира, воплощающая в себе всю полноту исторического архетипа человека6. Именно к

1 См. Эвола Ю. Языческий империализм. М.: Русское слово, 1992. С. 8. 2 См.: Мифы народов мира. Т. 1. С. 471–472.

3 Елисеев А. Золотой век. С. 3.

4 Слово «варна» на санскрите кроме таких значений, как «разряд людей», «облик», «вид», «род», имеет еще значение «цвет», «качество», «достоинство». (См.: Генон Р. Духовное владычество и временная власть // Волшебная Гора. М., 1997; Мифы народов мира. Т. 1. С. 216.)

5 Елисеев А. Золотой век. С. 3–4.

6 Дугин А. Пути Абсолюта // Дугин А. Абсолютная Родина. Пути Абсолюта. Метафизика Благой Вести. Мистерии Евразии. С. 133, 200.

81

ней принадлежали легендарные божественные цари. Но она исчез ла с лица земли вместе с ушедшим «Золотым веком», инволюцией и деградацией земного мира по мере удаления, с течением времени, земного творения от своего Творца. Как указывает буддийская мифология, люди «Золотого века», поддавшись чувственности, вле чению к материальной первопище, «уплотнились», потяжелели, перестав пропускать божественный свет, закрылись от влияния нетварных, внешних сил. Вместе с физической деградацией нача лась социальная дифференциация, возникло отчуждение матери альных ресурсов, появились воровство, вражда, ограниченные лишь созданием жестко сословной, кастовой системы в соответствии с врожденной внутренней природой людей, выполняющих необхо димые, корреспондирующие человеческим качествам, обществен ные функции. Так образовалась касты брахманов, кшатриев, вайшь ев и шудр.

Примерно то же самое мы находим в других мифологических системах. «Золотое поколение» Гесиода уступает людям «Серебря ного века», открывшего дорогу сварам и невежеству, которые еще более усиливаются во времена «Медного века» — века страшной грубости и беспричинной жестокости1. В языческом фольклоре славян имеются представления об уходе Правды с земли на небо и наступлении царства Кривды2.

Иная идея появления социальной стратификации и собствен но политического общества содержится в ряде других традиций. Так в «Ригведе» упоминается о единой «варне ариев», которая в силу определенных естественно исторических причин пришла на территорию современной Индии с севера около 4000 г. до н. э.3 И арии, оказавшись в окружении завоеванных ими темнокожих дравидов и находясь на более высоком уровне культурного разви тия, рассматривали себя как единую руководящую касту. Они были для аборигенов некими божественными учителями, могучими при шельцами, миссия которых заключается в том, чтобы нести свет другим народам, обладавшим меньшими интеллектуальными и

1 См.: Гесиод. Труды и дни. С. 134; Овидий. Метаморфозы. С. 11. 2 См.: Мифы народов мира. Т. 2. С. 328–329.

3См.: Гобино Ж. А. де. Опыт о неравенстве человеческих рас. М.: Эксмо, 2000.

С.307.

82

организационными возможностями1. Постепенное смешение раз личных рас, разных этнических принципов также постепенно ведет к дегенерации (вырождению) правящего этноса и к упадку обще ства и государства2.

Однако такая деградация с точки зрения сакрального тради ционного учения не является фатальной, вернее, она выглядит таковой только до определенного момента, за которым должен начаться новый цикл человеческой истории, а следовательно, и новый «Золотой век». На неизбежности его реставрации настаива ют практически все религиозно мифологические доктрины. Такая реставрация должна произойти по воле Небес в результате прише ствия ниспосланного оттуда Мессии, Аватары, который свершит справедливый Суд, восстановит «закон» и «добродетель» на земле. Наиболее детально эта идея разработана в православной христиан ской эсхатологии.

«Политический уровень цивилизации есть не что иное, как внешнее коллективное выражение общепринятого в данный пери од типа мышления»3. Мировоззрение древности и средневековья «было по преимуществу теологическим»4. Политика и юриспру денция являлись простыми отраслями богословия5. Поэтому в ос нове политико правовых взглядов и доктрин того времени, подхо дов к осмыслению сущности государства и Верховной Власти лежали мифологические и религиозные соответствия.

Традиционному мировоззрению древности и средневековья было свойственно восприятие государства как «идеи» и «факта» одновременно. Людям этих эпох государство представляется как единственно возможная, универсальная форма общественной жиз ни, самая высокая форма народной (национальной) жизни, единый целостный социально политический и религиозно нравственный организм. Именно представление о государстве как некой органи

1 Елисеев А. Золотой век. С. 4.

2 См.: Гобино Ж. А. де. Опыт о неравенстве человеческих рас. С. 35–45. 3 Генон Р. Кризис современного мира. М.: Арктогея, 1991. С. 70.

4Энгельс Ф. Юридический социализм // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21.

С.495.

5Энгельс Ф. Крестьянская война в Германии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч.

Т.7. С. 360.

83

ческой целостности и дает основание уже гораздо позднее выде лить в его структуре следующие основополагающие элементы: тер ритория, народ (нация), верховная государственная власть, кото рая скрепляет общество в единое политическое целое, обеспечивая ему организационное и функциональное единство.

Государство возникает тогда, когда уже фактически сложив шаяся Верховная Власть устанавливает свое господство над насе лением, занимающим определенную территорию.

При этом ранние государства древности и средневековья — это всегда государства неполные. В них, как правило, атрибуты и признаки государственно организованного общества присутствуют неполностью. Чаще всего неполнота появляется в неразвитости или фрагментарности государственного аппарата. Достаточно час то ранние государства либо не обладают некоторыми важнейшими чертами государственности (аппарат управления, территориальное деление, письменное право), либо не развивают их до необходимой степени1. Единственным характерным атрибутом, наличествуемым у всех протогосударственных образований и ранних государств, является Верховная Власть — зарождающаяся или уже возникшая

ипотенциально содержащая в себе идею суверенитета большого политически организованного этносоциального сообщества.

Причиной такого положения является то фактическое обстоя тельство, что в эпоху разложения родовой патриархальной общины

ивозникновения протогосударственных образований идея верхов ной власти в своеобразной иносказательной форме уже содержит ся в религиозно мифологических системах практически всех пер вобытных народов. Именно мифология закладывает основы свет ского, обыденного восприятия и научного осмысления всех сторон государственно правовой действительности. Сила и глубина рели гиозно мифологических образов на подсознательном уровне и впол не осознанно оказывали и продолжают оказывать существенное влияние на развитие политико правовой мысли, формы организа ции и порядок осуществления государственной власти.

1 См.: Гринин А. Е. Государство и исторический процесс. Эпоха формирова ния государства: Общий контекст социальной эволюции при образовании государ ства. М.: Ком Книга, 2007. С. 21–26.

84

Реальной основой появления мифологических сюжетов, объяс няющих сущность верховной власти, стало глубокое осознание и признание необходимости иметь уже в родовой общине (роде, пле мени и т.д.) кого то такого, кто бы был наделен способностью и правом повелевать и безапелляционно решать все важные вопросы ее жизни, особенно в критических, экстраординарных ситуациях. И понимание этого факта сложилось задолго до возникновения первых государств и тем более их научного объяснения.

Все известные высокоразвитые народы Древности и Средне вековья — вавилоняне, египтяне, евреи, индусы, жители Ирана и Персии, греки и римляне, германцы и славяне — еще на ранней стадии развития начали прославлять своих национальных героев, мифических правителей и царей, основателей религий, династий, империй или городов, во множестве поэтических сказаний и ле генд. Причем истории рождения, раннего периода жизни таких культурных Героев, перепетий их дальнейшего жизненного пути окутаны фантастическими элементами, которые у различных наро дов, несмотря на их географическую отдаленность и полную неза висимость друг от друга, обнаруживают удивительное сходство, а отчасти даже буквальное соответствие1. Согласно структуре (схе ме) этих мифических сказаний их герой сначала порывает с миром обыденности и повседневности, отваживается отправиться в об ласть удивительного и сверхъестественного (стадия бегства, ухода или уединения); там он встречается с различного рода испытания ми, трудностями, фантастическими силами, противостоящими ему, и одерживает над ними решительную победу (стадия инициации перехода героя в новое качественное внутреннее состояние, его преображение, просветление); из этих исполненных таинств при ключений герой возвращается к людям (своему роду племени), на деленным способностью нести благо своим соплеменникам (возвра щение)2.

1 См.: Ранк О. Миф о рождении героя. М.: Рефл бук; К.: Ваклер, 1997. С. 157.

2См.: Кэмпбелл Дж. Тысячеликий герой. М.: Релф бук; АСТ; К.: Ваклер, 1997.

С.37–38, 245; Пропп В. Я. Исторические корни волшебной сказки. СПб.: Изд во С. Петербургского университета, 1996; Кольев А. Н. Политическая мифология: Реали зация социального опыта. М.: Логос, 2003, С. 174–177.

85

Прометей восходит на небеса, похищает у Богов огонь и спус кается вниз, чтобы отдать его людям. Ясон проплывает через Сим плегады, попадает в море чудес, обманывает дракона, охраняющего Золотое руно, и возвращается с ним на родину, наделенный силой вырвать свой законный трон у узурпатора. Эней бежит из покорен ной Трои, спускается в преисподнюю, переплывает Ахерон, подку пает свирепого трехголового пса Цербера, говорит с тенью умерше го отца, ему открываются все судьбы и участь Рима, который он еще должен основать, и через ворота слоновой кости он возвраща ется в мир, чтобы выполнить предназначенную ему миссию.

Величественное изображение трудности задачи героя, кото рый часто имеет божественное или царственное происхождение, глубина ее постижения и самоотверженность в ее выполнении составляют содержание мифов о Будде, Моисее, Магомете, Сарго не, Гильгемаше, Кире, Персее, Тезее, Ромуле, Иисусе, Артуре и других основателях государств и религий. При этом возвращение героев и их воссоединение с людьми необходимо самим людям, об ществу в целом для своего обновления и воскрешения духовной энергии мира1, возрождения «Золотого века». «Герой», как универ сальная категория определенных персонажей обнаруживается в любой мифологии. Уже для самых архаических мифологических систем характерно представление о герое как первопредке, участ вующем в творении, создании социума — изобретающем «кухон ный» огонь, культурные растения, вводящем социальные и религи озные институты — т.е. выступающем в качестве демиурга (бук вально — «творящий для народа» в переводе с древнегреческого). В более развитых мифологиях герои являются легендарными древ ними царями или военными вождями, носят исторические имена и имеют реальные прототипы. Некоторые исследователи (Ш. Отран, Ф. Рэглан и др.) прямо и возводят генезис мифологических героев к феномену царя колдуна (жреца), описанного Дж. Фрезером в «Золотой ветви», и даже видят в них ритуальную ипостась Боже ства2.

1 См.: Кэмпбелл Дж. Указ. соч. С. 38–43; Ранк О. Указ. соч. С. 168–249.

2 См.: Мифы народов мира. Т. 1. С. 296; Фрезер Д. Золотая ветвь: Исследова ние магии и религии. М.: Политиздат, 1986. С. 85–92 и след.

86

Исходной основой формирования государства, его естествен ным природным субстратом всегда выступает определенный че ловеческий коллектив, этническая общность, доминирующая в оп ределенном территориальном природно климатическом ареале. В самую раннюю эпоху своего бытия такой этнос имеет все глав нейшие нравственные основы собственной национальности жизни в своей мифологии, которая находится в теснейшей связи с веро ваниями, обычаями, нравами, обрядами и первобытным правом. Решительный толчок мифотворчеству дает религия, и древней шие мифы, сопровождаемые обрядами, стоят на пути созидания языка, культуры различных социальных институтов и первобытно го права1.

Для первобытного общества было характерно наличие в каче стве регуляторов общественных отношений так называемых моно норм — недифференцированных общеобязательных правил пове дения, в которых совместно сосуществуют различные правила со циальной регуляции: религии, ритуалов, морали, этикета, обычного права и т.д. Ведущую роль среди источников таких мононорм зани мают мифы. Они дают фундаментальные объяснения возникнове ния вселенной, рождения жизни на земле, происхождения самого человеческого общества, цивилизации и политической реальности. Они же определяют основные правила, регулирующие отношения между людьми. По существу, «в традиционных обществах миф выполняет роль закона»2. Посредством комплекса нормативных предложений, высказанных в своем содержании и имеющих цель восстановить порядок, нарушаемый силами хаоса, миф утвержда ет само существование общества, объединяет людей в единый этносоциальный организм, устанавливая в нем иерархию взаимо дополняемых групп. Следовательно, «миф отражает процесс ста новления — в природе и обществе»3. Он отражает фундаменталь ные черты происхождения современной реальности и оказывается одним из важнейших условий и причин становления и развития государственности.

1 См.: Буслаев Ф. И. Народный эпос и мифология. М.: Высшая школа, 2003.

С. 20.

2 Рулан Н. Юридическая антропология. М.: Норма, 2000. С. 57. 3 Кольев А. Н. Политическая мифология. С. 45.

87

В связи с этим весьма важным является определение природы мифа, прочтение имманентного ему смысла как такового. Для это го «надо сначала стать на точку зрения самой мифологии, стать самому мифическим субъектом. Надо вообразить, что мир, в кото ром мы живем и существуют все вещи, есть мир мифический, что вообще на свете только и существуют мифы». Лишь «такая пози ция» дает возможность познать «существо мифа», произвести его «смысловое… феноменологическое вскрытие»1. При таком подходе миф рассматривается уже не в обычном, обыденном значении как «сказка», «вымысел», «фантазия», а так, как его понимали и пони мают в традиционном обществе, где миф обозначает как раз обрат ное, а именно «подлинное, реальное событие» и, что еще важнее, событие сакральное, значительное», представляющее собой «пер вобытное откровение, пример для подражания» и основу «священ ной традиции»2. Эйдетический (чистый) смысл мифа заключается, следовательно, в том, что он «излагает сакральную историю, пове ствует о событии, произошедшем в достопамятные времена «нача ла всех начал». Он «рассказывает, каким образом реальность, бла годаря подвигам сверхъестественных существ, достигла своего воп лощения и осуществления, будь то всеобъемлющая реальность, космос, или только ее фрагмент: остров, растительный мир, челове ческое поведение или государственное установление. Это всегда рассказ о неком «творении», где нам сообщается, каким образом что либо произошло, и в мифе мы стоим у истоков существования этого «чего то»3. Персонажи мифа, его герои, с одной стороны, личности общеизвестные, так как они действуют в легендарные времена «начала всех начал». С другой стороны, они существа сверхъестественные, наделенные свыше исключительной силой и энергией. «Миф раскрывает их творческую активность и обнару живает сакральность (или просто сверхъестественность) их дея ния. В целом миф описывает различные… мощные проявления священного или сверхъестественного в этом мире. Именно эти

1 Лосев А. Ф. Диалектика мифа // Лосев А.Ф. Из ранних произведений. М.: Правда, 1990. С. 395.

2 Элиаде М. Аспекты мифа. М.: Академический проект, 2000. С. 7. 3 Там же. С. 11–12.

88

проявления явились реальной основой создания этого мира и сде лали его таким, каким он есть сегодня»1.

Поэтому миф есть всегда прецедент и пример как для дей ствий человека, так и по отношению к месту, которое он занимает в мире, а также по отношению к модусам реального бытия в целом2. Система мифов представляет собой некую образцовую историю для того человеческого общества, в котором они были сохранены, и для мира, в котором живет это общество. При этом события, имев шие место в начале истории, должны непременно повторяться, потому что начальное откровение было предельно богатым и оно не может быть исчерпано однократной манифестацией3. Отсюда парадигматичность мифологии, наличие в ней мотивов повторяе мости великих событий, из чего проистекают ожидания прихода нового Мессии — в религиозной традиции иудаизма, второго при шествия Христа — в идеологии христианства, легенда об умираю щем и воскресающем Боге в египетской религиозной мифологии и т.д. Тем самым функция образцовой истории мифов тесно связыва ется со стремлением людей традиционного общества добиваться конкретного осуществления идеального архетипа здесь и сейчас, по крайней мере, на протяжении жизни настоящего поколения.

Архетип — это модель, логическая схема ситуации или исто рии («если… то…»), многократно возникающей в общественной жизни и зафиксированной в общественном (под)сознании4. Архе типов имеется ровно столько, сколько есть типичных жизненных ситуаций, социальных институтов, важных семейных и обществен ных ролей. Бесконечное повторение отчеканивает этот опыт на психической конституции людей в виде идеальных образцов сим волов, которые активизируются, проявляя свою принудительность, как только встречается ситуация, соответствующая данному архе типу5. Поэтому сами мифы могут рассматриваться как архетипы,

1 Элиаде М. Аспекты мифа. М.: Академический проект, 2000. С. 12.

2 См.: Элиаде М. Избранные сочинения. Очерки сравнительного религиоведе ния. М.: Ладомир, 1999. С. 379.

3 Там же. С. 391.

4 См.: Полосин В. С. Миф, религия, государство. С. 47.

5 См.: Юнг. К. Г. Аналитическая психология: прошлое и настоящее. М.: Прак сис, 1995. С. 77–78.

89

заполненные эмпирическими образцами символами. Эти образцы символы выполняют важнейшую функцию сохранения социально го опыта в коллективной памяти, они соотносят «желаемое» с опытом и задают тем самым алгоритм общественного развития1. Тем самым они выступают инструментами социальной интегра ции: в качестве средств и способов познания они позволяют воз никнуть консенсусу, который играет фундаментальную роль в со здании, воспроизведении и восстановлении социального порядка, религиозного и политического единства2. Символ всегда предпола гает наличие теологического в своем подтексте. Именно религия является, поэтому, основным источником символизма в культуре, позволяя соединить воедино различные общественные системы, включая и политические3.

Крупнейшие государственные образования древности были во многом порождениями глубоко разработанных мифологии и сим волики. Однако в их основе всегда находятся некие первичные мифы (мономифы), которые доносят до последующих поколений архетипы идеального устройства общества, идеальной организа ции власти и управления и образ идеального верховного правите ля — первоначального суверена, архетипические черты которых всегда соотносятся с настоящим положением вещей и служат про образом для настоящего и всех последующих поколений.

Процесс образования и развития государства всегда сопро вождается становлением национального (национально государ ственного) сознания, то есть общественного сознания в его обра щенности к собственному единству на основе духовной (религиоз ной) и языковой однородности. Исходным началом (фундаментом) такого сознания выступает национальная мифология. Она пред ставляет собой «совокупный иносказательно выраженный коллек тивный опыт сохранения, внутренней организации и развития со общества в качестве одной Великой Семьи»4. Поэтому и в процессе

1 Полосин В. С. Указ. соч. С. 47.

2 См.: Bourdieu P. Language and Symbolic Power. Cambridge, Mass.: Harward University Press, 1991. P. 166.

3 См.: Ямпольский М. Физиология символического. Книга 1: Возвращение Левиафана: Политическая теология, репрезентация власти и конец Старого режи ма. М.: Новое литературное обозрение, 2004. С. 24.

4 Полосин В. С. Указ. соч. С. 83.

90