Происхождение суверенитета. Верховная власть в мировоззрении и практике государственного строительства традиционного общества. Монография

ющих его людей». Как всякая человеческая деятельность, она име ет свои цели. Но в отличие от частных и групповых целей, эти цели «не узкие, не частные, но связанные с судьбами всего государствен ного общества в целом»1. Они, как и лежащие в их основе интере сы, носят всеобщий публичный характер, касаются всех граждан в совокупности, а не кого то в отдельности. «В силу того, что госу дарство объединяет всех людей, проживающих на его территории… оно объективно выражает общие для всех, «снятые», интегриро ванные потребности, интересы и цели жизнедеятельности своего сообщества людей»2. Осознанный публичный (общественный) ин терес становится целью деятельности государственно организован ного общества, так как, с одной стороны, без его удовлетворения невозможно реализовать целый ряд частных и групповых интере сов, а с другой — обеспечить целостность, устойчивость и нормаль ное развитие государства и составляющего его народа3. Разумеется, государство не может ставить себе целью достижение частных ин тересов, т.е. частного блага. Цель государства, как подчеркивают целый ряд исследователей, общая, а не частная – это достижение общего блага, обеспечение общих для всех интересов, интересов общественного целого против угрожающих им частных интересов. «Общее благо — вот формула, в которой кратко выражаются зада чи и цели государства»4. Р. фон Иеринг и Б. Н. Чичерин вообще усматривают в этом истинную природу и основную идею государ ства5. Ведь от блага целого зависит и благо составляющих его частей. «В начале общественной пользы заключается и удовлетво рение личных целей»6. В свою очередь, само это благо, в значитель ной степени, определяется благосостоянием составляющих госу дарственный организм частей. И косвенно целью государства ста новится поэтому содействие частным и групповым интересам.

1 Мамут Л. С. Народ в правовом государстве. С. 55–56.

2 Атаманчук Г. В. Теория государственного управления: Курс лекций. М.: Юрид. лит., 1997. С. 41.

3 См.: Тихомиров Ю. А. Публичное право. М.: БЕК, 1995. С. 54–55.

4 Кистяковский Б. А. Указ. соч. С. 416.

5 Иеринг Р. Цель в праве // Иеринг Р. ф. Избранные труды: В 2 т. СПб.: Юридический центр Пресс, 2006. Т. 1. С. 282–283; Чичерин Б. Н. Указ. соч. С. 8.

6 Чичерин Б. Н. Указ. соч. С. 12.

21

Таким образом, в государственно организованном обществе становится возможным соединение и сочетание частного интереса граждан с общим интересом государства, когда одно находит свое удовлетворение и осуществление в другом. Такое состояние обще ства Гегель называет нравственностью1. Оно предполагает наибо лее полное согласованное существование, сочетание и развитие всех элементов и частей государства, приведение их к высшему гармоничному единству в составе целого. В этом заключается выс шая идеальная цель государства, которая включает в себя и мир, и свободу, и порядок, и общую пользу2. Государство, таким образом, включает в себя все цели общества. Так складывается, возникает то совершенство жизни, о котором говорит Аристотель. Выводя, как и Платон3, необходимость государства из потребностей совместной жизни людей, он видит конечную цель его существования в дости жении «благой», т.е. справедливой, жизни. Поэтому государство у Аристотеля, по своим нравственным целям и этической ценности, несравненно выше, чем отдельный человек с его целями и жизнен ными задачами4.

На этих позициях стоят практически все философы идеалис ты объективного толка. И в этом они идут по пути, проложенному развитыми религиозными традициями, тесно смыкаются с ними. В соответствии с такими традициями «государство в качестве юри дического лица тождественно с общиной правоверных»5. Государ ство, нация и церковь образуют единое целое. «Тот, кто принадле жит вере, принадлежит и к нации»6. Поэтому классическое госу дарство древности опиралось на единый народный дух, общие верования, традиции, убеждения и нравы. Отсюда политическая доблесть граждан и подданных, которые, осознавая себя не только политическим, но и духовным единством, забывали о собственных

1 См.: Гегель Г. В. Ф. Философия права. С. 279–289. 2 Чичерин Б. Н. Указ. соч. С. 10–17.

3 См.: Платон. Государство. II. 369с // Платон. Собр. cоч.: В 4 т. Т. 3. М.: Мысль, 1994.

4 См.: Аристотель. Политика. 1. 1. 30. 1252в // Аристотель. Соч.: В 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1984; Алексеев Н. Н. Идея государства. СПб.: Лань, 2001. С. 79.

5 Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 2: Всемирно исторические перспективы. М.: Мысль, 1998. С. 182.

6 Там же. С. 180.

22

интересах и выгодах, когда дело касалось общегосударственных интересов и целей. Не случайно, «все государства... великих тради ционных цивилизаций — в виде империй, монархий, аристократи ческих республик или городов государств — в лучший период сво его существования в большей или меньшей степени носили орга ничный характер»1. Их «единство носило не просто политический, но скорее духовный — а зачастую прямо религиозный — характер; сама область политики в узком смысле формировалась и держа лась единой идеей, общей концепцией, что находило отражение также в мышлении, праве, искусстве, обычаях, культе и способе хозяйствования»2.

Достаточно полно религиозные основы государства проявля ются в учении Платона. Государство у него представляет собой все возможные добродетели: мужество или силу; мудрость; умерен ность; и, наконец, правду и справедливость. Сила есть добродетель власти, охраняющая безопасность; мудрость есть сознание высше го божественного закона, устанавливающего всеобщий порядок; умеренность есть добродетель граждан, преследующих личные цели, но подчиняющих их общественной цели; наконец, над всем этим царствует правда, распределяющая справедливость, которая каж дому элементу указывает подобающее ему место в общем организ ме и удерживает его в должных пределах сообразно с его назначе нием. Государство выступает здесь не просто как главенствующий союз, но как высшее осуществление правды, справедливости на земле. Это и есть его основная идея, составляющая внутреннюю

цель развития. В этом состоит и общее благо, а потому государство есть высшее осуществление идеи добра3.

Справедливость является, пожалуй, самым важным принци пом, регулирующим взаимоотношения людей по поводу распреде ления (перераспределения) социальных ценностей в самом широ ком смысле этого слова — материальных благ, социальных статусов, прав и обязанностей, различных возможностей, престижа, уваже

1 Эвола Ю. Люди и руины. М.: МОО «Русское стрелковое общество», 2002.

С. 68.

2 Там же. С. 69.

3 См.: Платон. Государство. IV. 428–433; Чичерин Б. Н. Указ. соч. С. 15; он же. Политические мыслители. СПб.: Лань, 1999. С. 12–13.

23

ния и т.д. Следует отметить определенную содержательную отно сительность понятия справедливости в различные эпохи и у раз ных народов, вернее, конкретно социальную изменчивость предла гаемых ею критериев. Но в любом случае идея справедливости предполагает некоторый уровень согласия между членами сообще ства относительно наиболее общих правил — принципов, по кото рым они живут. Эти принципы могут меняться — сознательно или стихийно, в результате эволюции или революционно — но всегда конкретное понимание справедливости зависит от того, какие рели гиозные и нравственные нормы, правила общежития (в том числе и правовые), обычаи, традиции, привычки установились в данном обществе. Справедливость общественных установлений измеряется по ним, а нарушение этих правил воспринимается как несправед ливость. Таким образом, идея справедливости ассоциируется прежде всего с законом, но не в собственно юридическом, позитивном, а скорее в нравственном, религиозном смысле, который может быть строгим, суровым, но непременно праведным и справедливым. Не случайно понятие «закон» в Древности и в Средние века прилага лось, как правило (в основном), к нормам высшего порядка — зако ну Божественному (Библия, Коран) или естественному (производ ному от божественного, например, законы Ману), а также к обычному, традиционному укладу жизни, сложившемуся на их ос нове. Правотворческие акты высших органов государственной вла сти именовались: указы, ордонансы или декреты1, которые должны были соответствовать религиозно нравственным предначертаниям.

Идея справедливости пронизывает религиозный закон и уста навливает предел индивидуальному произволу. Она противодей ствует эгоистическим мотивам и стремлениям, удерживает людей от причинения вреда другим, требует уважения к чужой личности,

еетруду, имуществу, правам и законным интересам2. Именно по

1 См.: Ван дер Берг Л. В. С. Основные начала мусульманского права соглас но учению Абу Ханифы и Шафии. М.: Нателис, 2005. С. 16–17; Керимов Г. М. Шариат — закон жизни мусульман. Ответы шариата на проблемы современности. СПб.: ДИЛЯ, 2007. С. 330–331; Колесов В. В. Древняя Русь: наследие в слове. Мир человека. СПб.: Филологический факультет Санкт Петербургского ун та, 2000. С. 128–129; Тарановский Ф. В. Энциклопедия права. СПб.: Лань, 2001. С. 448–449.

2 См.: Апресян Р. Г. Ценностный мир личности // Ценности гражданского

общества и личности. М.: Педагогика, 2001. С. 168–172.

24

этому справедливость рассматривается как принцип организации и жизнедеятельности любого социального союза, первейшая добро детель общественных институтов1, а через всю историю политичес кой философии проходит мысль, что справедливое жизнеустрой ство общества, человеческой жизни — это как раз и есть то, в чем заключается общественное благо. Государство есть единство его формально юридической организации и социально антропологи ческой сущности. И человеческий союз лишь «тогда становится государством, когда основанием его единства является поддержа ние общего блага»2.

Осуществление идеи справедливости создает в рамках госу дарства социальную и правовую гармонию, заключающуюся в том, что каждый социальный слой (сословие, класс, страта) и отдель ный человек (гражданин, подданный) выполняет ту функцию, роль или задачу, которую диктует ему необходимость сохранения цело го, т.е. государства. Тем самым идея справедливости определяет роль каждого отдельного элемента социальной структуры в едином политическом организме3, закладывает основы социально полити ческой иерархии, распределяя материальные и моральные блага, определяя статусы различных социальных групп и индивидов.

Справедливость является основным орудием осуществления нравственного идеала, абсолютно необходимым и данным априори условием для этого. Ее назначение состоит в предварительном примирении действительных конфликтов между персональными и трансперсональными ценностями4. Из этого вытекает та огромная важность и значение идеи справедливости для формирования со держания и разработки системы действующего права в государ ственно организованном обществе5.

1 См.: Ролз Дж. Теория справедливости. Новосибирск, 1995.

2 Ключевский В. О. Методология русской истории // Ключевский В. О. Сочинения в 9 т. Т. VI. М.: Мысль, 1989. С. 13.

3 См.: Гурвич Г. Д. Юридический опыт и плюралистическая философия пра ва // Гурвич Г. Д. Философия и социология права: Избранные сочинения. СПб.: Издательский дом С. Петерб. гос. ун та, 2004. С. 285.

4 Там же. С. 292.

5 Гурвич Г. Д. Юридический опыт и плюралистическая философия права. С. 294.

25

Достижение социальной справедливости является абсолютно идеальной (совершенной) целью государственного бытия и состав ляет высший идеал внутреннего государственного развития. В дей ствительности, в практической жизни он может осуществляться лишь постепенно, в соответствии с особенностями психологичес кого склада государствообразующего народа, изменяющимися по требностями народной жизни, объективными внешними и внут ренними условиями и обстоятельствами существования государства и т.д. Отсюда, сами понятия правды, справедливости, добра и об щего блага не остаются безусловными для всех времен и народов. Они обусловлены историческими и этнопсихологическими усло виями (моментами) развития государства. Поэтому «к идеальному или метафизическому началу» государственной жизни «присоеди няются элементы физиологический и исторический»1, которые это начало ограничивают и выдвигают на передний план целый ряд су губо практических целей, являющихся насущно необходимыми дан ному народу в данное время. Это может быть расширение границ государства, присоединение приграничных областей, включение в свой состав иных этнических групп, проведение экономических, социальных и политических преобразований, смена религиозных или идеологических основ общественной жизни и т.д. и т.п. Но во всех этих случаях при осуществлении разнообразных временных промежуточных целей в жизни государственно организованного народа имеется нечто неизменное, некая общая константа, посто янная цель практического характера и значения, которая является доминирующей и обусловливает проведение любого политическо го мероприятия, достижение любой социально значимой цели, в том числе и самой конечной, идеальной, выступающей для всех них самым подлинным и реальным основанием.

Такой практической целью, выступающей реальным основа нием для дальнейшего внутреннего развития государства и его идеи, является то, ради чего оно создано. А создается оно ради объ единения людей, их совместной и всеобщей жизни, в чем, по мне нию Аристотеля, и заключается природа человека как существа об щественного и политического2. «Объединение, как таковое, — счи

1 Чичерин Б. Н. Общее государственное право. С. 16.

2 См.: Аристотель. Политика I. 1. 30. 1233а.

26

тает Гегель, — есть само истинное содержание и цель, и назначение индивидов состоит в том, чтобы вести всеобщую жизнь». И даль нейшее удовлетворение их потребностей, деятельность и характер поведения «имеют своей исходной точкой и результатом это суб станциональное и общезначимое»1, т.е. государство, которое Гегель мыслит как органическую тотальность2. Это субстациональное един ство (целостность, тотальность) и есть, по Гегелю, «абсолютная и неподвижная самоцель» государства, «и эта самоцель обладает выс шим правом по отношению к единичным людям, чья высшая обя занность состоит в том, чтобы быть членами государства»3. У Ари стотеля также государство есть «самодовлеющее состояние»4, т.е. имеет цель в себе самом. И благо государства состоит в сохранении этого единства и целостности5, «охране своего существования»6, мире, безопасности и общем согласии внутри этой целостности7. Ибо государство, в котором существует внутренняя вражда, поги бает. «Всякое царство, разделившееся в самом себе, опустеет; и всякий город или дом… не устоит», — говорит по этому поводу Библия8. Не случайно, «когда основывали государство, — пишет Платон, — установили, что делать это надо непременно во имя целого». И само «это целое», и его наличное бытие, существование «есть справедливость или какая то ее разновидность»9, уровень, степень. Поэтому благо отдельной его части или частей несводимо к сумме благополучия этих последних и каждая частица должна органично участвовать во благе целого10. И у Аристотеля государ ство по своим нравственным целям и этическим ценностям несрав

1 Гегель Г. В. Ф. Философия права. С. 279.

2 См.: Там же. С. 278.

3 Там же. С. 279.

4 Аристотель. Политика. I. 1. 30. 1253в.

5 Так смотрел на цель государства Фома Аквинский (см.: Чичерин Б. Н. Политические мыслители. С. 79).

6 Монтескье Ш. Л. О духе законов. М.: Мысль, 1999. С. 137.

7 См.: Спиноза Б. Политический трактат // Спиноза Б. Трактаты. М.: Мысль, 1998. С. 287; Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церков ного и гражданского // Гоббс Т. Соч.: В 2 т. Т. 2. М.: Мысль, 1991. С. 129.

8 Библия: Книги священного писания Ветхого и Нового Завета. Мф. (12:15). 9 Платон. Государство. IV. 433.

10 См.: Чанышев А. А. История политических учений. Классическая западная традиция (античность – первая четверть XIX в.). М.: Изд во МГУ, 2001. С. 45.

27

ненно выше, чем отдельный человек с его целями и жизненными задачами1. По своей природе оно является первичным по отноше нию к другим формам общежития, самому человеку и логически предшествует им. Их отношение к государству такое же, как отно шение любой части к своему целому. А тот человек, который «от брасывает высшие политические цели, считая себя существом са модовлеющим, уже не составляет элемента государства, становясь либо животным, либо божеством»2.

Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что высшая и конечная, реальная (практическая) цель государства заключа ется в нем самом, в самом его существовании, его воспроизводст ве и развитии. Однако это и так, и все таки не совсем так. Дело в том, что государство всегда выступает как политическая форма организации определенного народа, государствообразующей нации. Понятие нации служит для обозначения этносоциального субстра та государства. В основе образования нации всегда находится идея государственности, которая основывается на очень глубоких чувст вах общности, внутренней духовно психологической и культурной связанности, хорошо осознаваемых ее отдельными представителя ми3. Поэтому «в нации единство рассматривается как органичес кое, дополняющее и уравновешивающее управленческий конструк тивизм государства»4.

Понятие «народ» используется в речи, научной и публицисти ческой литературе в самых различных значениях. Это научно не акцентированное понятие. Что касается нации, то под ней чаще всего понимается не просто какой либо этнос, но такая устойчивая территориальная коллективность, возникшая на базе общности язы ка, экономической жизни, психического склада, типа культуры, обладания общими интересами, которая осознает свою общность и поэтому обладает возможностью реализации этих общих интересов на основе собственной культурно цивилизационной парадигмы (мо дели существования) в рамках собственного суверенного государ

1 См.: Алексеев Н. Н. Идея государства. СПб.: Лань, 2001. С. 79. 2 См.: Аристотель. Политика. 1253а. 20–25.

3 См.: Шпенглер О. Указ. соч. С. 162–189.

4 Кольев А. Н. Нация и государство. Теория консервативной реконструкции. М.: Логос, 2005. С. 90–91.

28

ства1. От нации следует отличать иные этнические общности, ко торые могут обладать многими признаками нации, кроме одного – наличия собственного государства. Потому одной из самых важ ных причин образования нации является общность политической судьбы. В процессе своего формирования и развития она, по край ней мере, «стремится, — как указывал М. Вебер, — к собственной политической организации» и «всегда ориентирована к политичес кой власти»2. Таким образом, термин «нация» выступает инстру ментом структурирования социально политического пространства3. Как правило, исторически государства возникают на стадии осоз нания каким то крупным этносом, народом своего внутреннего единства и своего предназначения в мире. И в этом момент этнос превращается в народ – государствообразующую нацию, создаю щую особую политическую форму своего существования, прису щую только ему.

Практически все современные государства и государства про шедших эпох, оставившие след в истории, имели в качестве своего этносоциального субстрата нацию, осуществляющую функцию и роль государствообразующего народа. Поэтому правы те авторы, которые считают: «без государства нет нации, без нации нет госу дарства»4. Нация дает жизнь государству и, одновременно, прохо дит становление вместе с ним, растет вместе с ним, приобретает право на историческую, а иногда и на всемирно историческую роль5. Государство создает нацию, но одновременно и служит ей6. По настоящему независимое и самостоятельное, то есть реально суве

1 См.: Ильин М. В. Слова и смыслы. Опыт описания ключевых политических понятий. М.: РОССПЭН, 1997. С. 242–245; Оль П. А., Ромашов Р. А. Нация (генезис понятия и вопросы правосубъектности). СПб.: Изд во Юрид. ин та (Санкт Петер бург), 2002. С. 35–38; Сорокин П. А. Основные черты русской нации в двадцатом столетии // О России и русской философской культуре. М.: Наука, 1990. С. 466– 469; Хомяков П. М. Свои и чужие: драма идей. М.: Полиграфист, 2003. С. 122.

2 Цит. по: Троицкий Е. С. Русский народ в поисках правды и организованнос ти. М.: АКИРН, 1996. С. 5.

3 См.: Малахов В. С. Национализм как политическая идеология: Учебное пособие. М., 2005. С. 28.

4 Величко А. М. Философия русской государственности. СПб.: Изд во Юрид. ин та (Санкт Петербург), 2001. С. 111.

5 Величко А. М. Философия русской государственности. С. 111.

6 Кольев А. Н. Указ. соч. С. 91.

29

ренное, государство не может иметь целей, отличных от целей государствообразующего народа (нации). Цели государства — это всегда цели государствоообразующего народа и наоборот.

Гарантированное существование государства как «главенству ющего политического единства»1 важно не само по себе. Оно мо жет быть целью только как гарантия сохранения, существования, воспроизводства, благополучия, а в идеале и процветания государ ствообразующей нации. В то же время для нации, как государство образующего народа, наряду с самосохранением, воспроизводством

иблагополучием одной из основных целей является сохранение и совершенствование собственной государственности, иногда — лю бой ценой, поскольку без наличия государства невозможно обеспе чить существование и развитие национальной жизни. Поэтому во взаимоотношениях нации и государства последнее всегда имеет главенство и приоритет, воплощаемые в достоинстве и прерогати вах верховной власти, единственно способные дать нации истинное самосознание, единую политическую форму и волю, единственное

идостойное существование2. Государство гарантирует определен ную степень внутреннего мира и порядка, внутреннюю и внешнюю безопасность, достижение которых само по себе есть огромное бла го для государствообразующего народа и всех граждан, его состав ляющих. Только государство может обеспечить динамическое посту пательное развитие и процветание нации. Даже при самой деспоти ческой форме правления наличие внутреннего мира и определенного порядка несут в себе огромные преимущества по сравнению с хао сом безгосударственного состояния. И при деспотических режимах существует некий предел произвола и жестокости, которые никто не может преступить безнаказанно для ущерба для авторитета соб ственной власти. И в автократических государствах существуют законы, и несоблюдение их правителем всегда несет в себе некое анархическое начало, тогда как сам он заинтересован в поддержа нии порядка, пусть даже сообразно его произволу или воле. Он

1 Шмитт К. Понятие политического // Вопросы социологии. 1992. Т. 1. № 1.

С. 49.

2 См.: Эвола Ю. Критика фашизма: взгляд справа // Эвола Ю. Люди и руины.

Критика фашизма: взгляд справа. М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2007. С. 282.

30