Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Общественная мысль России с древнейших времен до середины ХХ в. В 4 томах. Т.1 становление общественной мысли допетровской Руси
.pdf
Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 41
факт, что, уже начиная с момента зарождения древнерусского государства, «стало формироваться самосознание славянских народов,
составлявших ядро Киевской Руси, система представлений данного
социума (социумов) о Космосе, Бытии, Человеке, об их месте в окружающем пространстве»1. Причем решающая роль в этом принадлежала вначале языческой, а затем христианской системе мировидения
и миропонимания.
При этом ученый привлекает наше внимание и еще к одному очень
важному обстоятельству – уже в Древней Руси религия не являлась
единственной составляющей отечественной общественной мысли.
Факты свидетельствуют, отмечает он, что «интеллектуальное меньшинство Древней Руси занималось разработкой не только специальных, богословских, но и светских, собственно мирских проблем,
касающихся всех сторон человеческого бытия, проблем государства
и общества, этических и эстетических представлений народа»2. Опыт
изучения истории общественной мысли, по его мнению, убеждает
в необходимости применительно к XVIII в. «говорить не о вытеснении религиозной мысли рациональной, а об усложнении структуры
отечественной общественной мысли, в которой взаимодействовали
и одновременно противостояли друг другу два потока: традиционный – религиозный и инновационный – научный, рациональный»3.
Этот вывод, бесспорно, способствует укоренению подлинно научного подхода к изучению рассматриваемой темы. Однако при этом
необходимо заметить, что в действительности, как свидетельствуют
результаты исследований ученых, занимающихся специальным изучением вопросов теории и методологии становления социально-гуманитарного знания, структура осмысления жизни народов нашей
страны выглядела еще более сложной.
Познание как форма духовной деятельности существует в обществе с момента его возникновения, проходя вместе с ним определенные этапы эволюции, причем на каждом из них его процесс осуществляется в многообразных и взаимосвязанных формах. Именно
поэтому познание как целостное интеллектуальное явление нельзя
сводить к какой-то одной форме, хотя бы и такой важной, как наука
или религия. Уже на ранних этапах истории существовало обыден-
но-практическое познание, вооружавшее людей элементарными сведениями об условиях жизни, общении, социальных связях, а также
1
Там же.
2
Там же. С. 38.
3
Там же.

42
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
органически связанное с религией мифологическое познание, являвшееся не просто фантастическим отражением реальности, но и своеобразной формой моделирования человеческой деятельности, позволявшей фиксировать и передавать опыт поколений1. Естественно, эти
формы познания, основывавшиеся на чувственности, эмоциях, вере,
не производили знание в систематическом и тем более теоретическом
виде (последнее – удел научного познания). Но все они воспроизводили определенный объем новых знаний (в одних случаях реальных,
в других превратных), игравших заметную роль в организации жизни людей. И именно это дает нам основание рассматривать плоды
обыденно-практического, мифологического, религиозного познания
(предания, назидания, проповеди, поучения и т. д.) в качестве фундамента процесса зарождения отечественной общественной мысли во
времена Древней Руси.
Более того, как представляется, есть основание считать, что в древние пласты русской истории уходят корни формирования и наиболее
совершенной формы получения нового знания о человеческой жизни, каким является научное познание. Традиционно его становление
связывают с фактом появления социальных наук. Начало становления научного взгляда на историю общества обычно относят к XVII–
XVIII вв., аргументируя это тем, что до этого «никто не пытался выявить законы социальной жизни, что собственно и отличает науку
от ненаучного знания»2. Более того, некоторые ученые считают, что
«в строгом смысле слова социальные и гуманитарные науки конституировались в XIX столетии, когда в культуре техногенной цивилизации отчетливо оформилось отношение к различным человеческим
качествам и к социальным феноменам как к объектам управления
и преобразования»3. Нетрудно заметить, что и в первом, и во втором
случаях в качестве критерия для определения начала становления
научного взгляда на общество используются категории, органически
связанные с наиболее совершенным, теоретическим уровнем познания. Однако, как хорошо известно, структура науки включает в себя
не только теоретический, но и эмпирический уровень познания, «без
которого невозможно получить исходную информацию для дальней-
1
В концентрированном виде эта проблема изложена: Кохановский В.П. Философия и методология науки: учебник для высших учебных заведений. Ростов н/Д: Феникс, 1999. С. 5–11.
2
Мареева Е.В., Мареев С.Н., Майданский А.Д. Философия науки: учебное пособие для аспирантов и соискателей. М.: ИНФРА–М, 2010. С. 235.
3
Степин В.С. Философия науки. Общие проблемы: учебник для аспирантов и соискателей ученой степени кандидата наук. М.: Гардарики, 2006. С. 142–143.

Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 43
ших теоретических построений»1. Причем эмпирическая (как и аналитическая) функция познания может реализовываться не только
в качестве одного из методов получения нового знания в ходе специального одномоментного изучения конкретной социальной проблемы, но и в виде сущностной черты одной из стадий длительного
временного процесса становления социальной науки как сложного
культурно-исторического феномена.
Однако вернемся к результатам работы международной конференции 2010 г. Заслуживающие самого пристального внимания
суждения о путях совершенствования исследовательского поиска
содержались в выступлениях на ней докторов исторических наук
С.С. Секиринского и А.Б. Каменского. Прежде всего обратим внимание на вывод первого из них о том, что в свете «достижений современной социальной истории и культурной антропологии сам предмет истории русской мысли выглядит несколько устаревшим, только
острее выставляя свое происхождение от старого интеллигентского
направленства с присущей ему замкнутостью на сфере идей, принципов, программ и проектов»2. Огромным резервом изучения темы,
по мнению ученого, является широкое использование в качестве
методологического принципа исследования, в общем-то известной
идеи о том, что общественная «мысль – только часть той полнокровной истории, субъектом которой выступает живой человек»3.
И именно поэтому «русскую мысль нельзя понять в отрыве от той
социокультурной среды, в которой она развивалась, но которая часто остается на периферии исследовательского внимания»4. Вторым,
не менее важным резервом, считал Секиринский, должно стать расширение исследовательского диапазона, преодоление сложившейся
в современной историографии традиции, в рамках которой львиная
доля внимания уделяется отдельным направлениям мысли или личностям их олицетворявшим. «Нужны, – подчеркивал он, – не только
“направленческие” исследования по соответствующим историческим
“вертикалям” русской мысли, но и анализ, если можно так выразиться, всего ее “горизонтального” среза в ту или иную эпоху, а также того
1
Рузавин Г.И. Методология научного познания. М.: ЮНИТИ, 2005. С. 43.
2
Секиринский С.С. «Направленство» или «внепартийность»: два подхода к изучению русской общественной мысли // Общественная мысль России: истоки, эволюция, основные направления. Материалы международной научной конференции.
С. 109.
3
Там же. С. 110.
4
Там же. С. 100.

44
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
социокультурного субстрата, на котором она вырастала»1. Именно на
этой основе прежде всего можно преодолеть сложившийся исследовательский порок: «Историки порой настолько сживаются с избранным кругом своих героев, что только их глазами видят историческую
реальность»2.
Крайне важную проблему затронул в своем выступлении А.Б. Каменский, обративший внимание на то, что среди исследователей истории общественной мысли «нет консенсуса относительно того, имеются ли при этом в виду размышления об обществе, или это мысль,
выражающая идеи, характерные для общества»3. Можно исходить
из того, что общественная мысль – это мысль об обществе. «Но что
в таком случае, – резонно задавал вопросы ученый, – называется социальной мыслью? Или, может быть, следует признать, что общественная и социальная мысль – это синонимы?»4. Если же считать,
что общественная мысль – это мысль общества, то тогда «неизбежно
возникает следующий вопрос: что мы в данном случае имеем в виду
под обществом, существовало ли оно на протяжении всей русской
истории, и в какой мере правомерно использование этого понятия
применительно к разным историческим эпохам?»5.
С этими вопросами, по мнению Каменского, органически связана
и еще одна проблема – о соотношении взглядов интеллектуальной
элиты и народных низов, а попросту говоря, основной массы населения страны. Первые, носящие преимущественно индивидуальный
характер и оформленные в виде письменных текстов, в литературе
именуются обычно общественной мыслью. Вторые, будучи зачастую
плодом коллективного творчества, характеризуются, как правило,
словом представления. «По умолчанию подразумевается, – метко
подметил ученый, – что в первом случае мы имеем дело с проду-
манной системой взглядов, а во втором – с чем-то неупорядоченным
и противоречивым»6. Однако, как показывает анализ многочисленных источников, значительная часть которых пока еще крайне робко вводится в научный оборот при изучении истории общественной
1
Секиринский С.С. «Направленство» или «внепартийность»: два подхода к из-
учению русской общественной мысли. С. 102.
2
Там же. С. 101.
3
Каменский А.Б. К вопросу о проблемах и парадоксах изучения истории русской
общественной мысли // Общественная мысль России: истоки, эволюция, основные направления. Материалы международной научной конференции. С. 129–130.
4
Там же. С. 130.
5
Там же.
6
Там же. С. 135.

Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 45
мысли, проблема эта на самом деле намного сложнее и ждет своего
более глубокого осмысления1.
Требует, по справедливому мнению А.Б. Каменского, однозначного ответа и еще один давно поставленный, но до сих пор до конца
так и не решенный вопрос: о соотношении правовой, политической,
экономической, философской мысли, с одной стороны, и общественной мысли – с другой2. Интересные суждения, объективно способствующие решению этой задачи, содержались в выступлениях на
конференции доктора философских наук Т.В. Артемьевой «Русская философская мысль XVIII века»3 и доктора политических
наук А.А. Ширинянца «О специфике истории социально-политической мысли России»4.
Обобщая историографический опыт нескольких поколений философов, историков, экономистов, социологов, следует подчеркнуть,
что ими осуществлено значительное приращение научного знания
в области изучения различных аспектов генезиса и эволюции отечественной общественной мысли. В ходе осмысления этой проблематики исследователями были апробированы различные методологические принципы и подходы к разработке вопросов теории и истории
общественной мысли, которые, с одной стороны, определялись решавшимися нашей страной задачами социальных преобразований,
с другой – отражали уровень понимания учеными сути изучаемых
проблем, присущий различным стадиям единого историографического процесса. Вполне естественно, что нынешнее положение нашей
страны, современное состояние российского обществознания диктуют необходимость овладения новым, более совершенным теоретикометодологическим инструментарием познания.
Прежде всего обратим внимание на существование целого ряда
методологических проблем, рожденных потребностью в создании
целостной картины формирования отечественной общественной
мысли, переходе от анализа отдельных форм проявления к выявлению
закономерностей развития этого процесса. Необходимость безотла-
гательного решения отмеченных задач продиктована прежде всего
тем, что в течение всего периода своего становления новая Россия
пребывает в состоянии глубокого мировоззренческого кризиса. Отвергнув на рубеже 1980-х – 1990-х гг. марксистско-ленинскую гипотезу общественного прогресса, российская политическая элита за
1
См.: Там же. С. 135–137.
2
См.: Там же. С. 130.
3
См.: Там же. С. 140–160.
4
См.: Там же. С. 536–546.

46
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
многие последующие годы по большому счету так и не смогла предложить нашему обществу ничего взамен. В результате уже многие
годы огромная страна живет, не имея научно выверенных, разделяемых большинством народа общественных ориентиров. Печальной
иллюстрацией этого являются результаты социологических опросов
последних полутора десятилетий. В разные годы от 77 до 93 % россиян, к которым ученые обращались с вопросом «Есть ли у вас представление, в каком направлении движется наша страна, какие цели
поставлены перед ней ее нынешним руководством?», не могли дать
на него однозначно утвердительный ответ1.
Отсутствие ясности в вопросе об азимуте общественного движения создает мощнейший механизм торможения в деле преобразования страны. Мировоззренческая аморфность существенно осложняет выработку долговременной стратегии обновления России, крайне
затрудняет вытеснение из российской общественно-политической
практики логики борьбы, замену ее логикой созидания. Наличие
огромных изъянов в изучении истории и теории общественного
устройства страны подрывает идейные основы новой российской государственности, с середины 1990-х гг. социологи постоянно фиксируют индифферентное отношение большинства населения к идеям
свободы, демократии, рынка, частной собственности, либерализма,
составляющих в своей совокупности основополагающий смысловой
каркас действующей Конституции Российской Федерации2. Наконец, мировоззренческая разноголосица консервирует ставший уже
хроническим идейный раскол нации, неоднократно оказывавший пагубное воздействие на судьбы Отечества.
Если внимательно присмотреться к многовековой российской
истории, то можно обнаружить жесткую связь, взаимозависимость
между состоянием сознания народа (и прежде всего его авангардного слоя) и характером функционирования страны, отечественного
государства. Стадиям идейного единства всегда сопутствовали сила
и мощь державы. И наоборот, сумятица в состоянии «национального духа» рано или поздно приводила к государственному хаосу, ставившему Отечество на грань катастрофы. В прошлом таких критических точек, как хорошо известно, было четыре: распад Киевской
Руси, Смутное время, крах Российской империи, крушение СССР.
При этом обратим особое внимание на тот факт, что каждому из этих
национальных катаклизмов обязательно предшествовало нарушение
1
См.: Общественное мнение – 2017. Ежегодник. М.: Левада-Центр, 2018. С. 26.
2
См.: Общественное мнение – 2010. М.: 2011. С. 31–32, 59.

Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 47
идейной целостности элиты, а затем в какой-то степени и более широких слоев населения. Четко просматривается и еще одна, не менее
важная закономерность: выйти на магистраль уверенного поступательного движения после очередного системного кризиса нашему
Отечеству не удавалось ни разу до тех пор, пока нация не могла сплотиться на базе единого миропонимания.
В прошлом нашим предшественникам после каждого переломного исторического момента удавалось утвердить в сознании народа
общий взгляд на перспективу обустройства жизни общества. В конце
XX – начале XXI столетия все попытки справиться с этой проблемой
не приносят пока желаемого результата. Анализ сложившейся в нашей стране в последние десятилетия структуры партийного строительства, результаты многочисленных социологических опросов об
общественно-политических предпочтениях россиян свидетельствуют о приверженности как политической элиты, так и широких народных масс в основном к трем абсолютно разноплановым общественным идеалам. Это – советский социалистический строй, демократия
по образцу западных стран, а также реально формирующаяся в современной России система общественных отношений1.
Одна из основных причин длительного сохранения идейно-ценностной разобщенности российского общества состоит в крайнем
несовершенстве теоретических основ деятельности по переустройству новой России. Отечественная интеллектуальная элита, приняв
самое активное участие в духовном пробуждении нашего общества
в последние годы существования Советского Союза, в конечном итоге
не смогла достойно ответить на вызов времени, оказалась не в состоянии обеспечить политическую элиту строго научным совершенным
знанием о прошлом, настоящем и будущем нашей страны. В результа-
те вот уже который год мы пытаемся выйти на магистраль прогресса,
не имея реалистического, теоретически выверенного представления
о существе тысячелетней российской цивилизации, месте и роли в ее
истории советской эпохи о том, что произошло с Отечеством в годы
горбачевской «перестройки», в период ельцинского правления, весьма смутно понимая, какое место в едином историческом процессе
занимает современный период. Одним словом, по большому счету
открытым остается вопрос о сущности общественного устройства
прошлой, нынешней и будущей России, о главной стратегической
цели преобразования страны в постсоветскую эпоху.
1
См.: Общественное мнение – 2010. С. 32; Общественное мнение – 2017. С. 26.

48
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
Что лежит в основе идейной несостоятельности, бесплодности
современной российской элиты? Дать более или менее внятный ответ на поставленный вопрос сегодня крайне трудно ввиду отсутствия
специальных комплексных исследований, посвященных воссозданию истории отечественной общественной мысли как целостного
явления, выявлению внутреннего механизма его функционирования.
Этот вывод, конечно, не означает, что вопросы становления общественной мысли не привлекают внимание исследователей. Только
за последние три десятилетия в Российской Федерации опубликовано несколько сотен работ монографического характера, написано
огромное число статей1, защищен ряд докторских и кандидатских
диссертаций2 по различным аспектам истории формирования знания
о концептуальных основах преобразования нашего общества. Однако
в силу логики процесса научного познания, складывающейся далеко
не в последнюю очередь под воздействием системы отношений между наукой и государством, на определенном этапе исследовательской
деятельности ученые вынуждены были уделять основное внимание
локальным (проблемным или временным) аспектам рассматриваемой проблематики. И именно благодаря их усилиям заложена солидная основа для перехода на новый уровень осмысления проблемы –
уровень научных обобщений, выявления тенденций внутри единого
процесса функционирования отечественной общественной мысли.
Предлагаемое вниманию читателя четырехтомное издание является первой в современной историографии попыткой рассмотрения
истории генезиса и эволюции общественной мысли в России как целостного явления отечественной духовной жизни. В ходе создания
1
См.: Отечественная общественная мысль (X–XX века). Краткая библиогра-
фия // Библиотека отечественной общественной мысли. Введение. М.: РОССПЭН,
2010. С. 303–346.
2
См.: Медушевский А.Н. Политическая философия русского конституционализма. Дис. … д-ра филос. наук. М., 1994; Корзун В.П. Образы исторической науки в отечественной историографии рубежа XIX–XX вв. Дис. … д-ра ист. наук. Омск, 2001;
Булыгина Т.А. Общественные науки в СССР в середине пятидесятых – первой половине восьмидесятых годов. Дис. … д-ра ист. наук. Ставрополь, 2001; Леонтьева О.Б.
«Субъективная школа» в общественной мысли России последней трети XIX – начала
XX в. Проблемы теории и методологии истории. Дис. …д-ра ист. наук. Самара, 2005;
Завражин А.В. Исторический опыт развития политического мировоззрения российского общества (1721–1917 гг.). Дис. … д-ра ист. наук. М., 2010; Балыкин Д.А. А.Н. Пыпин как исследователь течений русской общественной мысли. Дис. … канд. ист. наук.
Брянск, 1995; Агейчева Т.В. Концепция интеллигенции и истории русской общественной мысли в трудах Р. В. Иванова-Разумника. Дис. … канд. ист. наук. М., 2001; Пронина М.В. Труд Г.В. Плеханова «История русской общественной мысли»: история создания, источники. Дис. … канд. ист. наук. СПб., 2005; и др.

Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 49
этого труда члены авторского коллектива исходили из сути важного
методологического принципа о том, что определяющим фактором
воспроизводства идей в любой стране является прежде всего состояние ее «национальной почвы». Именно под его воздействием происходит продуцирование исходных проблем, становящихся предметом осмысления со стороны наиболее активных членов общества,
стремящихся дать определенные ответы на вызовы времени. Но это
ни в коей мере не отрицает амбивалентной возможности использования иностранного опыта в целях преобразования своей собственной
страны. Вместе с тем, как свидетельствуют многочисленные факты, на всех стадиях истории России в ходе определения азимута ее
общественного движения крайне злободневной являлась проблема
нахождения оптимального соотношения между общим и особенным,
интернациональным и национальным началом. В связи с этим в ходе
исследовательской работы авторы уделяли особенно пристальное
внимание поиску ответа на вопрос, как и в какой степени зарубежный
опыт использовался при конструировании собственной национальной модели будущих перемен.
Исходя из этих методологических посылок, в ходе создания коллективного труда была предпринята попытка реализовать ряд новаторских подходов к изучению истории отечественной общественной
мысли.
Во-первых, исследователи стремились не ограничиваться традиционным воссозданием содержания различных концепций, моделей,
проектов общественного устройства России, а ставили своей целью
рассматривать эту проблематику в диалектическом единстве с факторами, определявшими процесс генезиса и эволюции общественной
мысли в России на различных временных отрезках. При этом в центре их внимания находилось как состояние «национальной почвы»
и влиявшей на него международной среды, так и «качество» национальной интеллектуальной элиты, предлагавшей обществу свое видение состояния и перспектив возможных перемен в стране.
Во-вторых, участники совместной научной работы сочли необходимым вычленить некие «инвариантные ядра», оказывавшие решающее воздействие на процесс формирования различных моделей
преобразования страны независимо от любых поворотов истории.
В реальной жизни в качестве таких социально значимых величин,
выполнявших роль скреп в деле становления общественной мысли, в России выступали Государство, Собственность, Общество,
Личность.
В-третьих, предпринята попытка показать возникновение и непрерывное изменение общественной мысли как сложный, внутренне

50
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
противоречивый процесс, в ходе которого сталкивались, переплетались, накладывались друг на друга разнородные и разнонаправленные идеи, создававшиеся и распространявшиеся в общественном
пространстве отечественными мыслителями.
В-четвертых, авторы ставили своей целью дать всестороннюю характеристику российской интеллигенции, которая, начиная с определенного этапа истории, становится основным производителем общественных идей. Показывается стремление многих ее представителей
придать эволюции отечественной общественной мысли диалектическую направленность, синхронизировать ее ход, с одной стороны,
со спецификой национального развития, с другой – с общемировым
историческим контекстом.
В-пятых, в ходе реализации исследовательского проекта в центре
внимания ученых находился анализ «критических точек» истории,
связанных со сменой парадигм социального устройства России, выяснение способности власти и общества, элиты и широких народных
масс к восприятию тех или иных общественных моделей переустройства страны.
И, пожалуй, последнее, на что хотелось бы обратить внимание:
инициаторы и организаторы работы по реализации научно-исследовательского проекта «Общественная мысль России с древнейших времен до середины XX века» прекрасно сознают определенную ущербность предлагаемого читателю четырехтомного издания.
Нетрудно заметить, что в нем не представлена советская эпоха, без
уяснения смысла событий которой практически невозможно понять
причины того состояния, в котором оказалась на историческом переломе современная российская общественная мысль. Подготовка
и выпуск специального научного труда, направленного на ликвидацию этого пробела, является следующим шагом в деле создания
целостного представления о едином процессе зарождения, становления, развития, угасания и возрождения отечественной общественной
мысли как интеллектуального явления духовной культуры, связанного с познанием основ устройства жизни того или иного человеческого сообщества.
Двадцатилетию Института общественной мысли посвящается.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
