Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Общественная мысль России с древнейших времен до середины ХХ в. В 4 томах. Т.1 становление общественной мысли допетровской Руси
.pdf
Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 31
ли является не то, на какой стадии генезиса общественного сознания
они появляются, а что они собой представляют по существу. Касаясь
последнего момента, Л.Н. Пушкарев справедливо считал недопустимым относить к общественной мысли любую идею «об общественном изменении, общественном развитии». По его мнению, «должен
существовать какой-то рубеж, лишь перейдя который данная мысль
становится действительно общественной»1. Таким рубежом «является общественная, социальная ценность, значимость данного взгляда,
мысли». Иными словами, делал он вывод: «...общественная мысль
включает в себя лишь такие вопросы, идеи, проблемы, которые представляют ценность не только для отдельной личности, но и для значительных социальных групп, классов, социальных слоев или даже
для всего общества в целом»2.
В статье был определен и перечень таких социально значимых
проблем, которые постоянно волнуют общество и должны быть предметом пристального внимания общественной мысли. Это – человек
и природа; человек и народ, их взаимоотношения с обществом и их
роль в развитии общества, в системе социальных связей; государство
и его роль в развитии общества, формы государственного управления; проблемы труда как основы общества и общественных идеалов;
вопрос войны и мира как один из важнейших факторов в судьбах человечества; семья как ячейка общества; образование, просвещение
и исторический прогресс в жизни общества; социальный идеал как
стратегическая цель развития общества и пути его достижения3. Подводя итог своим размышлениям, Л.Н. Пушкарев отмечал, что общественная мысль есть «осознанное и социально значимое отображение
реально существовавшей и существующей действительности (то есть
общественной жизни) в виде исторически обусловленной, динамичной системы идей и взглядов данного общества (класса, социальной
группы и т. д.) в данное время»4.
Всем содержанием своей статьи Л.Н. Пушкарев подводил читателя к мысли о необходимости искать истоки зарождения отечественной общественной мысли в глубинных пластах русской истории.
Такой взгляд на хронологию исследуемой проблемы наглядно отразился и в выступлениях участников научной конференции «Спорные проблемы истории русской общественной мысли (до начала
XIX века)», проведенной в мае 1992 г. на базе Института российской
1
Там же.
2
Там же.
3
См.: Там же. С. 76–77.
4
Там же. С. 75.
32
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
истории РАН1. Отметим, прежде всего, доклад на ней А.М. Кантора «Некоторые методологические вопросы периодизации русской
общественной мысли IX–XVII вв.», отличавшийся оригинальным
подходом к определению критериев периодизации – по уровню социальных институтов и групп. В качестве таковых он выделил родовые и натуралистические представления (IX–XII вв.); столкновение
с христианской картиной мира (X–XII вв.); становление русскохристианской идеологии, объединившей этические, религиозные
и властные идеи (XIII–XV вв.); проблемы веры, государства и личности (XVI в.); наконец, в XVII столетии – разрушение династического идеала, появление религиозного и политического рационализма,
гражданских идей и посадского «мира»2. Стремление рассматривать
историю русской общественной мысли в рамках «длинных» хронологических линий было характерно также для докладов А.А. Горского
«Идея защиты Отечества в общественной мысли русского средневековья (XI–XV вв.)»3 и И.И. Попова «Христианский социализм»
в России в X–XVIII вв. (К постановке вопроса)»4.
Диаметрально противоположный содержательный и временной
подход к трактовке проблемы был характерен для доклада доктора
философских наук А.И. Володина «История общественной мысли
в России: проблемы исследования и преподавания». Он положил начало дискуссии, проходившей в конце 1997 – начале 1998 г. на трех
заседаниях кафедры истории российской и общественно-философской мысли Российской академии государственной службы Президента Российской Федерации5. Основные тезисы доклада, вобравшие
в себя опыт почти сорокалетнего изучения исследователем проблем
общественной мысли, сводились к следующему.
1. Нет общественной мысли вообще. Она всегда является отражением, осмыслением, обсуждением «каких-то конкретных проблем
общественной жизни (если она есть, если есть общество) на том или
ином этапе ее развития в той или иной стране». Общественная мысль,
составляя активный элемент, стимулятор жизни народа, нацелена на
«проигрывание в уме», сопоставление тех или иных вариантов решения насущных социальных национальных проблем, предложение
1
См.: Спорные проблемы истории русской общественной мысли (до начала
XIX века). Научная конференция. Москва, 12–14 мая 1992 г. Тезисы докладов. М.,
1992.
2
См.: Там же. С. 4.
3
См.: Там же. С. 11–13.
4
См.: Там же. С. 40–42.
5
См.: Общественная мысль в России: материалы дискуссии. М.: Изд-во РАГС,
1998.
Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 33
различных альтернатив исторического развития, способов их обоснования и практической реализации. В этом смысле «общественная
мысль есть актуализированное знание, ориентированное прежде всего на “злобу дня”, и лишь в этой связи – на “вечные” (либо научно“академические”) проблемы»1.
2. Научное изучение проблемы требует «отмежевания, отличения “общественной мысли” от “обществознания”, “общественного
сознания”, “историософии”, “духовной культуры”, “общественного
мнения”, “идеологии”, “социальной психологии” и т. п.». Если даже
признать, «что предмет у них – один и тот же (общество), то “интересующие” субъектов (“носителей”) каждой из этих форм духовности
срезы, стороны общества разные, так же как и различны способы их
отражения и выражения»2.
3. Общественная мысль «есть по определению сфера не опытного,
эмпирического, а рационального; в потенции и интенции это мысль
научная, теоретическая, противостоящая иррациональному, во всяком случае – принципиально отличающаяся от него». Именно здесь
кроется «пункт расхождения общественной мысли с религиозной
идеологией, художественной культурой, что не исключает симбиозных, синкретичных и синтетических образований»3.
4. Преимущественной формой выражения общественной мысли
являются различные формы публицистики. Отсюда проистекает «зависимость степени развития и функционирования, силы воздействия
общественной мысли (полюса: “бьет ключом” – “задавлена”) на общественную жизнь от меры ее “внешней свободы”»4.
5. Об общественной мысли в допетровский период нашей истории
говорить вряд ли возможно (либо, если можно, то с очень большими натяжками и оговорками). Зарождение российской общественной мысли как более или менее автономного образования происходит в XVIII столетии, в эпоху просвещенного абсолютизма. И лишь
«в веке XIX, в связи с появлением первых общественных движений
как реакции на “втягивание” страны в семью европейских государств,
общественная мысль России получает свойственный ей статус, аналогичный тому, какой имела, скажем, французская общественная
мысль эпохи Просвещения»5.
1
Там же. С. 3.
2
Там же. С. 4.
3
Там же.
4
Там же.
5
Там же. С. 5.
34
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
6. Основными стержневыми линиями общественной мысли
в XVIII–XIX вв. в России являлись:
– государство и народ, власть и общество, революции и реформы;
– общество и личность, сословность и гражданственность, община
и индивидуум, деспотизм и свобода;
– власть светская и власть духовная, свобода мышления и свобода
верований, знание и нравственность;
– Россия и Запад, национальное и всечеловеческое, традиция
и новаторство1.
7. В целях решения проблем национального развития общественная мысль России постоянно обращалась к опыту Запада, что «не
дает, как кажется, оснований говорить об особой “российской цивилизации” и свойственной лишь ей духовной культуре, о самобытнонациональном характере общественной мысли России»2.
Отметим, что далеко не все из отмеченных идей А.И. Володина получили поддержку со стороны участников дискуссии. Так, В.Н. Шевченко привел целый ряд аргументов в пользу вывода о неразрывности
процесса функционирования общественной мысли и общественного
мнения3. С.Б. Роцинский в своем выступлении поставил, по сути, под
сомнение тезис докладчика об отсутствии отечественной общественной мысли в допетровскую эпоху4.
Кандидат философских наук Б.М. Шахматов, выступивший
в ходе дискуссии по существу в роли содокладчика, критически оценил большинство выводов А.И. Володина, касавшихся предмета общественной мысли, сформулировав одновременно ряд собственных
умозаключений о методологии трактовки этого вопроса5. В частности, базовой категорией любых рассуждений об общественной мысли,
по его мнению, должна быть общественная жизнь, которую следует
четко отличать от жизни общества. «Жизнь общества, – отмечал он, –
это его функционирование, его производство и воспроизводство, его
рост и развитие, частная жизнь его членов, столкновение, урегулирование и удовлетворение их интересов… это многие жизни различных
1
См.: Общественная мысль в России: материалы дискуссии. С. 5.
2
Там же.
3
См.: Шевченко В.Н. Общественная мысль и государственная власть: проблемы
взаимодействия // Там же. С. 8–13.
4
См.: Роцинский С.Б. Мысль предполагает мыслителя // Там же. С. 50–51.
5
См.: Шахматов Б.М. Общественная жизнь – общественная мысль: история
в России. Методологические подходы (Тезисы к первому содокладу); Общественная
мысль – история общественной мысли: история России. Методологические подходы
(Тезисы ко второму содокладу) // Там же. С. 20–36, 65–86.
Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 35
его сфер – материальной и духовной, биологической, хозяйственной,
экономической, политической, религиозной, научной...»1. Что касается общественной жизни, то она не включает в себя, естественно,
ни биологические, ни материальные условия жизни людей, ни деятельность по их созданию. В нее «входят лишь получающее особую
остроту столкновение общественных интересов по удовлетворению
этих биологических и вообще материальных потребностей, борьба
этих интересов, деятельность по гармонизации этих интересов, по
организации обеспечения этих нормальных материальных предпосылок нормального функционирования общества»2. Одним словом,
«установление нормальной организации отношений в обществе во
всех сферах его жизни (материальной и духовной), стремящейся
к самоорганизации, есть одна из главных составляющих общественной жизни»3.
Б.М. Шахматов призвал исследователей отказаться от магии отдельных предрассудков, в соответствии с которыми совершенство
или несовершенство продукта интеллектуальной деятельности является мерилом отнесения или неотнесения его к общественной мысли,
и что вообще существует некий идеал такого совершенства. Проблема
состоит не в абстрактном идеальном совершенстве, а в соответствии
общественной мысли реальным потребностям и интересам общественной жизни. Исходя из этого, считал он, в истории общественной
мысли нет границы, разделяющей ее на историю и предысторию, на
историю настоящую и ненастоящую. «Отсюда следует, – подводил
итог своим размышлениям ученый, – что отсутствие каких бы то ни
было условий и предпосылок для существования и функционирования или, по крайней мере, для “нормального” существования и функционирования общественной мысли, например отсутствие гражданского общества, общественной жизни вообще или ее “развитых” форм
и т. п., не ведет к отсутствию или к “ненормальному” существованию
и функционированию общественной мысли; это всего лишь проблема соответствия, исходя из которого, она ищет компенсаторные формы не только своего существования, но и для общественной жизни,
частью которой она является»4.
В сборник опубликованных материалов дискуссии ее организаторы сочли необходимым также включить статью Е.Г. Плимака
«Почему не состоялась марксистская “Феноменология духа”?», яв-
1
Там же. С. 23.
2
Там же. С. 24.
3
Там же.
4
Там же. С. 83.
36
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
лявшуюся текстом его выступления на заседании Секции общественных наук Президиума АН СССР в январе 1964 г. Материалы этого
совещания в свое время были изданы в виде книги «История и социология», однако верстка выступления Плимака из нее в последний момент была исключена ввиду чрезмерно критической позиции
ученого. Касаясь причин, не позволивших советским исследователям в течение почти полувека создать обобщающий труд по истории
идеологического процесса, он отмечал, что все разговоры на эту тему
«в целом беспредметны, пока не подвергнуты серьезной диалектико-материалистической обработке главные разделы человеческого
познания, пока не поставлены и не решены связанные с такой разработкой методологические проблемы»1. Подлинно научную историю
общественной мысли, считал он, можно создать лишь при условии
соблюдения ряда принципов.
Прежде всего, считал Е.Г. Плимак, речь идет о том, что «живая
практика человечества должна присутствовать в таком труде не
в виде вступительных или вводных глав, не в качестве так называемого исторического фона, а как реальная объективная основа движения
человеческой мысли»2. Это значит, что в самой действительности
должны быть найдены смысловые «узлы», вокруг которых необходимо сконцентрировать весь материал. Особое внимание при этом
следует уделять поворотным пунктам истории, «когда общественное
сознание не только пассивно отражало объективную реальность или
пассивно следовало за ней, но через действия масс, через практику
политических партий активно вторгалось в жизнь, пыталось повлиять на ход общественных процессов»3.
Во-вторых, детального рассмотрения требует весь комплекс методологических проблем, вытекающих из относительной самостоятельности идеологии, таких как проблема хронологического несовпадение высших точек развития теоретической мысли с высшими
точками развития практической деятельности масс, проблема «запаздывания» мысли по сравнению с развитием бытия, проблема многосложной зависимости разных сфер сознания как от общественного
бытия, так и друг от друга, проблема собственной внутренней логики
развития идей, традиции в истории мысли. Но центральной в этом
ряду, по мнению ученого, являлась задача новаторской трактовки
научного переворота в истории общественной мысли, связанного
1
Плимак Е.Г. Почему не состоялась марксистская «Феноменология духа»? // Там
же. С. 95–96.
2
Там же. С. 96.
3
Там же.
Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 37
с ролью основоположников марксизма. «У нас, – отмечал ученый, –
еще часто рассуждают примерно так: раз, мол, Маркс и Энгельс выработали систему научных категорий, в которых отражена если не
вся картина развития общества, то хотя бы главные тенденции этого
развития, все дальнейшее движение научной теории, ее обогащение
будет плавным процессом простого расширения, обогащения уже накопленных знаний, без всяких потрясений, без резких отлетов мысли
от бытия». Однако при таком подходе, делал он вывод, «существует
постоянная опасность формализации научной теории, превращения
научных абстракций, выведенных Марксом из конкретного анализа
конкретной эпохи – и вообще не являющихся “научными” вне этого анализа – в простые логические определения, которыми затем
“с успехом” выводятся друг из друга или не менее “успешно” подгоняются к бесконечно развивающейся действительности»1.
В-третьих, от одних только разговоров о необходимости сочетания исторического и логического в историческом исследовании давно пора переходить к последовательному применению этого принципа на деле. При этом следует наконец уяснить элементарную истину:
сама связь исторического и логического меняется в зависимости от
типа и назначения научной работы. Одно дело – исследование взглядов того или иного мыслителя, где невозможно отвлечься от хронологии, биографических сведений, другое дело – изучение истории
общественной мысли страны, когда в большинстве случаев исследователь обречен жертвовать биографическим, описательным материалом. «Наконец, – подводил итог своим размышлениям Е.Г. Плимак, –
в обобщающих теоретических трудах придется жертвовать не только
узко понимаемой хронологией, биографиями, иногда – национальными границами, но и огромной массой материала второстепенной
важности (вернее сказать, всем этим материалом надо не жертвовать,
а уметь его “снимать”) и, минуя тропинки, тупиковые ответвления,
сразу же выходить на магистральный путь»2.
Таким образом, нетрудно заметить, что к началу XXI в. существовал довольно широкий спектр представлений о сущности общественной мысли. Многие из них были учтены в ходе работы по подготовке
серии перечисленных ранее энциклопедических изданий. «Из многочисленных и разнородных толкований исходного понятия, – отмечал
один из руководителей этой работы В.В. Журавлев, – мы посчитали
наиболее приемлемым для решения поставленных нами конкретных
1
Там же. С. 98.
2
Там же. С. 99.
38
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
задач руководствоваться определением общественной мысли как
осознанного и социально значимого отображения реально существовавшей и существующей социальной действительности. Отображения, реализующего себя в виде определенной, исторически обусловленной, развивающейся по своим внутренним законам системы идей
и взглядов данного общества в противоречивом, диалектическом
единстве представлений, составляющих данное общество индивидов,
социальных слоев и групп»1. Такая трактовка общественной мысли
позволила воссоздать максимально широкий спектр и разнообразие
взглядов, воззрений, концепций и теорий общественного развития,
социально-политических программ и манифестов, выражавших как
личные убеждения, мировоззренческие представления лучших умов
Отечества, так и социально-политические идеалы, принципы определенных социальных слоев, групп, идейных направлений и течений,
государственных институтов, общественных движений и организаций, политических партий.
Глубокий анализ путей дальнейшего изучения истории отечественной общественной мысли был осуществлен участниками Международной научной конференции «Общественная мысль России:
истоки, эволюция, основные направления», состоявшейся в Москве
в октябре 2010 г.2 Центральным на ней стал доклад директора Института общественной мысли В.В. Шелохаева «Общественная мысль
России как историографическая и теоретико-методологическая проблема», в основу которого было положено содержание статьи, опубликованной им незадолго до конференции в журнале «Вопросы
истории»3. Главная отличительная черта авторского подхода этого
известного ученого, как представляется, состояла в стремлении привлечь внимание исследователей к необходимости рассматривать
историю отечественной общественной мысли как многофакторный
и многомерный процесс. На основе размышления над некоторыми итогами изучения истории отечественной общественной мысли,
в том числе и представителями русской эмиграции, В.В. Шелохаев
выделил ряд теоретико-методологических проблем, существо трак-
1
Журавлев В.В. «Нет ничего сильнее мысли». Из опыта подготовки энциклопедических изданий, посвященных общественной мысли России // Вестник российского
гуманитарного научного фонда. 2008. № 1 (50). С. 44–45.
2
См.: Общественная мысль России: истоки, эволюция, основные направления.
Материалы международной научной конференции. Москва, 28–29 октября 2010 г. М.:
РОССПЭН, 2011.
3
См.: Шелохаев В.В. Общественная мысль России: теоретико-методологические
проблемы ее изучения // Вопросы истории. 2010. № 6. С. 37–53.
Предисловие. Вехи становления предмета изучения общественной мысли 39
товки которых имеет принципиальное значение для дальнейшей разработки темы.
Во-первых, заслуживает внимания попытка ученого определить
основные элементы структуры процесса организации жизни народа,
составляющие в своей совокупности смысловое ядро общественной
мысли. К их числу были отнесены Личность, Государство и Общество. Именно эта триада была положена в основу предложенного
определения сути рассматриваемой проблемы: «Являясь синтети-
ческим понятием, общественная мысль представляет собой систему
разноуровневых и разновекторных концептуальных, теоретических
представлений мировидческого, мировоззренческого и мироощущенческого характера о Бытии и Человеке, Личности, Государстве и Обществе в их сопряженности и контексте исторического времени»1.
Во-вторых, бесспорно перспективным является взятый на вооружение диалектический подход к анализу соотношения Бытия и Человека в ходе генезиса общественной мысли. Обращая внимание на
сложный, внутренне противоречивый характер механизма сосуществования этих двух начал, ученый пишет, что, будучи интеллектуальным продуктом творческого инициативного меньшинства, общественная мысль является, с одной стороны, индикатором состояния
общественного сознания и общественного мнения определенной социальной общности, а с другой – ориентирована на их трансформацию в соответствии с проектным пониманием инициативным меньшинством вызовов времени. Причем по мере своего становления она
превращается во все более мощный фактор исторического процесса
и начинает оказывать непосредственное целенаправленное влияние
на развитие той или иной национальной общности2. «В этой логике, – считает В.В. Шелохаев, – общественная мысль является не просто производной от бытия, общественного сознания и общественного
мнения, а вполне самостоятельным историческим, интеллектуальным и культурным явлением, становящимся и развивающимся по
собственным законам, выполняющим собственную историческую
функцию»3.
В-третьих, по существу впервые в современной историографии
был поставлен вопрос о необходимости разработки проблемы соотношения богословского и светского начал в ходе становления отече-
1
Шелохаев В.В. Общественная мысль России как историографическая и теоретико-методологическая проблема // Общественная мысль России: истоки, эволюция,
основные направления. Материалы международной научной конференции. С. 35.
2
См.: Там же. С. 35–36.
3
Там же. С. 36.
40
Общественная мысль России: с древнейших времен до середины XX в. Т. 1
ственной общественной мысли, сформулирован ряд заслуживающих
внимания идей о путях решения этой задачи. К числу актуальных,
по мнению Шелохаева, относится вопрос о диалектике борьбы и сосуществования на стадии зарождения отечественной общественной
мысли языческой и христианской систем мировидения и миропонимания. «Учитывая, – пишет он, – наличие даже в современном
массовом сознании языческих реликтов, можно гипотетически предположить, что интеллектуальное меньшинство Киевской Руси вынуждено было считаться с существованием в течение многих веков
языческой традиции»1. В связи с этим перед учеными стоит серьезная проблема – как это доказать фактографически.
В-четвертых, серьезным барьером на пути поступательного движения исследовательской мысли, по мнению В.В. Шелохаева, является сохраняющаяся неопределенность хронологических рамок
процесса зарождения, становления и развития нашей общественной
мысли. Одни ученые считают, что ее историю следует вести с Древней Руси, другие относят начало генезиса отечественной общественной мысли только к XVIII и даже XIX в. Сторонники последнего
подхода убеждены в том, что общественная мысль России начинается с укоренения в нашей стране рациональных, научных идей эпохи
Просвещения. Считая этот подход непродуктивным, ибо в «такой
трактовке русская общественная мысль предстает не как самостоятельное национальное историческое явление, а как по преимуществу
западноевропейский трансплантат, искусственно пересаженный интеллектуальным меньшинством в инородную историческую среду
и приведший в конечном счете к катастрофическим последствиям»,
Шелохаев придерживается точки зрения, что «истоки русской общественной мысли как самостоятельного исторического и культурного
явления уходят в Древнюю Русь»2. Полностью разделяя это мнение,
хотелось бы добавить несколько суждений к тем аргументам, которыми оперирует ученый.
«Камнем преткновения» в дискуссии, отмечает В.В. Шелохаев,
«является вопрос о правомерности включения в хронологию истории русской общественной мысли ее религиозного (т. е. донаучного)
периода»3. Обосновывая свою позицию о многовековом родословном характере русской мысли, он обращает внимание на ряд важных
обстоятельств. В частности, не подлежащим сомнению является тот
1
Шелохаев В.В. Общественная мысль России как историографическая и теорети-
ко-методологическая проблема. С. 38.
2
Там же. С. 37.
3
Там же.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]