Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Начала русского государственного права. Том 2. Органы управления
.pdf
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. ВЫСШИЕ МЕСТА ПОДЧИНЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
383
ви и государства определились к выгоде последнего. Светская власть
принимала деятельное участие в устройстве церковного управле-
ния, в определении прав и обязанностей духовной иерархии. В тече-
ние шести веков, предшествовавших крещению Руси, греческая цер-
ковь усваивала себе политическое миросозерцание императорского
Рима. Духовенство, явившееся в Россию вместе с Владимиром Свя-
тым, ничем не напоминало просветителей, посылаемых римским
первосвященником в разные страны Западной Европы. Оно не име-
ло точки опоры âíå страны; оно не заявляло претензий на господ-
ствующее положение в обществе; оно не признавало себя обще-
ством, стоящим вне государства, в качестве особого порядка. На-
против, духовенство с самого начала явилось поборником монархи-
ческих идей; московское самодержавие развивалось и крепло под
его защитой. Политические идеи великих князей и царей заимство-
вались от церкви, внесшей к нам предания византийского импера-
торства. Таким образом, спор двух авторитетов светского и ду-
ховного за внешнее преобладание не мог возникнуть на почве
православного учения. Церковь наша постоянно была обществом,
живущим в государстве, в тесном союзе с ним. Во времена вели-
чайшего своего могущества церковь пользовалась только значитель-
íîé автономией в делах своего управления и привилегиями в отно-
шении государственном.
§ 169. Спор между церковью и государством мог возникнуть и
возник, действительно, по поводу определения объема привилегий и
границ автономии первой. Права церкви определялись отчасти ее
задачами в новопросвещенном обществе, отчасти религиозным и
благоговейным отношением светского общества к церкви. Так сло-
жились двоякие права и привилегии церкви юридические и эко-
номические. С одной стороны, установилось освобождение духо-
венства и церковных людей от светского суда; с другой церковь
обогащается массой земельных имуществ, постановленных также в
привилегированное положение. Уже устав Владимира Святого ис-
числяет массу лиц, «преданных митрополиту по правилам». Сюда
относятся как лица, принадлежащие к духовному чину, так и взятые
под покровительство церкви, в силу их общественного положения.
Затем, благочестие князей и «мужей» было обильным источником
материального богатства церкви; особенно монастырские земли рос-
ли с поразительной быстротой. Хотя крестьяне, поселенные на цер-
ковных землях, и не входили в число «церковных людей» по уста-
384
КНИГА ВТОРАЯ
вам, но они пользовались различными льготами в силу так называе-
мых жалованных грамот. Жалованные грамоты, дававшиеся монас-
тырям и иерархам, освобождали их крестьян: 1) от финансовых тя-
гостей; 2) от подчинения суду наместников и волостей. Конечно,
освобождая духовенство и его крестьян от местного суда, князья
оставляли за собой суд в последней инстанции. Но независимость
церкви, опиравшаяся и на экономическое ее благосостояние, была
весьма велика. На почве этих привилегий и возникли все спорные
вопросы между церковной и светской властями.
§ 170. Здесь не место следить за возникновением и развитием
этого спора. Достаточно указать на важнейшие его моменты. После
того, как монгольское иго было свергнуто, Иван III задумал ограни-
чить привилегию церкви в области экономической. Зашла речь о
секуляризации церковных имуществ. Но Великий князь должен был
отступить перед энергическим отпором духовенства. Со времени
Ивана III государство идет, однако, к этой цели, хотя довольно мед-
ленно. Светское законодательство кладет предел увеличению цер-
1
ковных владений
ханных и т. п. грамот
, постепенно прекращает выдачу жалованных, тар-
2
, старается подчинить управление церковны-
ми имуществами своему контролю и т. д. Еще успешнее идет посте-
пенное подчинение духовенства светскому суду. По важнейшим уго-
ловным делам это подчинение состоялось довольно рано. Но и по
делам гражданским развилась юрисдикция приказа большого двор-
öà, который приобрел влияние и на заведование церковными иму-
ществами. Именно, в нем сосредоточивались дела о плате с оброч-
ных статей, по сбору денег, хлеба и даточных людей для военной
службы, надзор за финансовым состоянием монастырей и судебно-
3
гражданские дела
.
В самом управлении церковью государи издавна принимали уча-
стие. Духовенство не только не чуждалось, но искало его. Иначе и
1
История этих ограничений начинается еще с Василия Ивановича. При Иване
Грозном архиепископам, епископам и монастырям прямо запрещено приобретать
имущества без разрешения государя. Стоглавый собор (1551 г.) подробно форму-
лировал это ограничение; оно было подтверждено и развито постановлением собо-
ров 1557, 1572 и 1581 гг. Уложение царя Ал. Мих. повторило эти правила и приба-
вило к ним новые.
2
Ñì. Àêò. àðõ. ýêñï. Ò. III. ¹ 70, 79, 80 è äðóã.
3
Ñì. Горчакова. Монастырский приказ. С. 41 и след. Должно заметить, что
духовенство искало суда вел. князя, так как суд святительский оно считало для себя
крайне обременительным. Ср. там же. С. 37 и след.
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. ВЫСШИЕ МЕСТА ПОДЧИНЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
385
быть не могло при стародавнем союзе духовенства со светской вла-
стью. Митрополиты издавна принимали участие в политических де-
лах; со своей стороны, великие князья и цари играли деятельную
роль в церковном управлении. При Иване Грозном московские свя-
тители пережили даже ряд унижений от царя и его опричников. Но
если вопрос подвигался к своему разрешению путем частных мер,
то он далек был от окончательного разрешения. Обстоятельства не
позволяли даже поставить его определенно и, так сказать, принци-
пиально.
§ 171. За столетие перед тем, как Петр Великий начал свою пре-
образовательную деятельность, устройство нашей церкви получило
больший блеск. Именно, в 1586 году царь Федор Иванович говорил
совету бояр и духовенства: «восточные патриархи только имя свя-
тителей носят, власти же едва-ли не всякой лишены; наша же стра-
на благодатию Божией все больше расширяется, и потому я хочу
устроить в Москве превысочайший престол патриаршеской». Через
три года после того, 26 января 1589 года, был поставлен первый
патриарх русской церкви, Иов. Учреждение патриаршества, конеч-
но, не имело своей ближайшей целью усилить значение церковной
власти в России. Русские митрополиты издавна сделались факти-
чески независимыми от константинопольского патриарха. Незави-
симость эта укреплялась все больше, и слова Федора Ивановича
ясно показывают, что учреждение патриаршества имело целью óçà-
конить фактическое положение вещей. Россия сделалась независи-
мым патриархатом, получила свой «превысочайший престол патри-
аршеской». Престол этот, в государственном отношении, не полу-
чил больших прав, чем бывшая кафедра митрополита. Но больший
церковный блеск патриарха, большее уважение, которым он был ок-
ружен, яснее выдвинули вопрос, издавна назревший, вопрос о
двоевластии, о взаимном отношении двух сил, действовавших со-
вместно на поприще как церковном, так и политическом.
События Смутного времени отодвинули этот вопрос на задний
план. Патриотизм Гермогена показал, что в патриаршестве были
живы предания русских митрополитов. Но с началом «земскаго стро-
ения» все внутренние вопросы выступили наружу. Первая половина
царствования Михаила Федоровича (16131634) видела небывалое
развитие государственного значения патриархов. Значение это было
приобретено патриархом Филаретом, отцом Государя (16191634).
Его обширному уму и сильной воле было много дела в области го-
386
КНИГА ВТОРАЯ
сударственной, после событий Смутного времени. Он поддерживал
своего сына в деле правления и укрепил его власть. Неудивительно,
что патриарх занял место подле Государя. Вместе с ним он разделял
царские почести, вместе с ним назывался «Великим Государем», и
указы писались от имени обоих. Сила нового патриарха отразилась
и на блеске патриаршего управления. Его окружал блестящий и мно-
голюдный двор, подобный двору царскому. Управление церковное
распределялось между приказами патриаршими. Таковы были:
1) патриарший разряд или патриарший духовный приказ, где со-
средоточивались дела по определению к должностям лиц духовно-
го звания, рассмотрение жалоб на них, суд по преступлениям про-
тив веры и рассмотрение гражданских исков
äåë, учрежденный для надзора за церковным благочинием
1
; 2) приказ церковных
2
; 3) êà-
зенный приказ, заведовавший различными сборами с вотчин, церк-
вей и монастырей; 4) патриарший двор, управлявший недвижимы-
ми имуществами патриарха
3
. Затем, в 1625 году, Филарет испросил
для патриаршей области новую жалованную грамоту, которой под-
тверждались привилегии, данные патриархам и митрополитам в пре-
жнее время, и увеличивались новыми.
§ 172. В патриаршество Филарета привилегии церкви достигли
высшего своего развития. При преемниках его
4
значение церкви не
могло удержаться на прежней высоте, благодаря тому, что они не
могли наследовать личного его положения. Правда, советы их ис-
прашивались по важнейшим делам; духовные чины призывались на
совет в думу и на земские соборы. Но в этом должно видеть знаки
уважения скорее, чем признаки настоящего влияния. Между тем
потребности возрождавшегося государства и общества не могли ужи-
ваться с привилегиями духовенства. Финансовые потребности госу-
дарства вынуждали его точнее определить участие духовенства в
несении государственных тягостей. Страшная запутанность в граж-
данской подсудности духовенства вредно отражалась на интересах
1
По Др. Р. Вивлиофике (т. ХХ, см. о приказах) патриарший разряд упоминает-
ся в 1626 г. Но он существовал и раньше.
2
Приказ этот получил свое название при патриархе Иоакиме (16741690).
Первоначально он назывался «тиунскою избою».
3
Здесь же сосредоточивались и судные дела о патриарших людях. Жалобы на
решения его приносились Государю. Улож. Гл. XII.
4
Иоасаф (16341640) и Иосиф (16411652).
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. ВЫСШИЕ МЕСТА ПОДЧИНЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
387
частных лиц
1
. Наконец, число церковных имуществ росло, несмот-
ря на все запреты правительства. «Рост» этот совершался всякими
путями, не всегда законными. Захватывались земли, принадлежав-
шие городам. Через это тяглые люди теряли часть своего имуще-
ства и средства отбывать лежащие на них тягости. Поместные и
вотчинные крестьяне сманивались на монастырские земли, и слу-
жилые люди жаловались, что им государевой службы служить не с
2
÷åãî
. Напрасно сыскной приказ, учрежденный при Михаиле Федо-
ровиче, употреблял все усилия для возвращения беглых. Все цар-
ствование Михаила наполнено частными мерами к исправлению этих
недостатков.
Но решительный поворот дела в иную сторону совершен Óëî-
жением Алексея Михайловича. В составителях его интересы госу-
дарства и светского общества нашли себе полное выражение. Во-
первых, Уложение установило ряд мер к возвращению тяглых зе-
мель, неправильно взятых монастырями и духовными властями
3
. Çà-
тем оно подтвердило прежние указы о неувеличении церковных иму-
ществ. Наконец, Уложение учредило особое учреждение для
гражданского суда по искам на духовенство. Учреждение это полу-
чило название Монастырского приказа
4
.
Монастырскому приказу велено было давать «суд во всех истцо-
вых исках на митрополитов, архиепископов, епископов, их приказ-
1
Г-н Знаменский весьма живо описывает эти беспорядки: «вообще говоря, по
епархиям было чрезвычайное разнообразие в судебном ведомстве. Общим прави-
лом было только то, чтобы все подчинялись суду своего архиерея по духовным
делам. По гражданским делам одни церкви и монастыри в епархиях тянули к пат-
риарху или к приказу большого дворца, и притом или по всем делам, или только по
некоторым; другие судились своими настоятелями, а настоятели судились в прика-
зе б. дворца или у патриарха; третьи тянули к суду чужих епархиальных архиереев
по праву патроната; четвертые были приписаны к привилегированным монасты-
рям, иногда тоже находящимся в чужих епархиях; пятые подчинялись местным
гражданским властям и т. д. Отправление правосудия чрезвычайно затрудня-
лось таким разнообразием привилегий особенно для посторонних лиц в тяжбах с
церковными людьми. Со всех сторон шли жалобы на трудность судиться с церков-
ными учреждениями и лицами, а эти учреждения и лица, с своей стороны, жалова-
лись на нарушения их привилегий». Назв. соч. С. 242.
2
Òàì æå. Ñ. 243.
3
Óëîæ. Ãë. XIX.
4
В Уложении сказано, что он учрежден по челобитию всяких чинов людей.
При запутанности гражданской подсудности духовенства такое челобитие неуди-
вительно.
388
КНИГА ВТОРАЯ
ных и дворовых людей, детей боярских, на монастыри, на архиман-
дритов, игуменов, строителей, келарей, казначеев, на рядовую бра-
1
тью, монастырских слуг и крестьян и на попов и церковный причт
».
Таким образом, хотя Монастырский приказ и считался преемником
приказа большого дворца, но права его значительно расширились.
Далее, подобно самому приказу большого дворца, он ведал не одни
судные дела, хотя Уложение и создало его установлением судеб-
ным. На практике он явился установлением финансовым и админи-
стративным; именно, ему подлежали распоряжения о сборах с цер-
ковных вотчин, о составлении описей церковных имуществ и поли-
2
цейские распоряжения по церковному ведомству
.
При обширной и далеко не определенной компетенции приказа,
при некоторой резкости его действий, столкновения его с интереса-
ми духовенства сделались неизбежными. Раздались жалобы, что при-
каз, не довольствуясь делами гражданскими, вступает в суд по де-
лам церковным, вмешивается в самое управление церковью, отме-
няет распоряжения духовных властей и т. д. Скоро эти жалобы на-
шли себе могущественный орган в лице патриарха Никона (1605
1681, патриархом был с 1652 по 1666 г.).
§ 173. Никон принадлежит к числу замечательнейших деятелей
не только своей эпохи, но вообще русской истории. По силе харак-
тера в числе его современников ему не было равного. Но не одна
сила воли отличала святителя. В нем живо было сознание того дела,
за которое он стоял. В среде тогдашнего духовенства, значительно
утратившего предания старой русской церкви, трудно было найти
человека, подобного Никону. Крестьянский сын, бывший поселя-
3
íèí Никита Никон внес в церковное движение иной дух
. Â æàðó
полемики он высказывал такие положения, которые не ладили с
общими преданиями православной церкви. Казалось, что его устами
заговорил Иннокентий III. В разгар своей распри с Алексеем Ми-
хайловичем он писал, между прочим: «не от царей начало священ-
ства приемлется, но от священства на царство помазуются. Не давал
нам царь прав, но похитил наши права: церковью обладает, святы-
ми вещами богатится; весь священнический чин ему работает, об-
роки дает, воюет; завладел он церковным судом и пошлинами. Гос-
1
Óëîæ. Ãë. XIII. Ñò. 1.
2
Горчаков. Монастырский приказ. С. 66 и след.
3
Замечательно, что власть патриаршая достигла особенной высоты при святи-
телях недуховного происхождения.
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. ВЫСШИЕ МЕСТА ПОДЧИНЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
389
ïîäü двум светилам светить повелел солнцу и луне, и через них
показал нам власть архиерейскую и царскую: архиерейская власть
сияет днем, власть эта над душами, царская в вещах мира сего».
Но эта теория двух светил (или двух мечей), в свое время разви-
тая в папских посланиях и буллах, конечно, не имела почвы в церк-
ви православной. В деле Никона она и не имела существенного зна-
чения. Подчинение государства церкви, практическое применение
метафоры «двух светил» было бы неслыханной новостью. В дей-
ствительности Никон стоял на иной почве. В нем воплотились пре-
дания русской церкви, с ее привилегиями, которым грозила опас-
ность, с ее союзническим отношением к светской власти, с воспо-
минаниями о том времени, когда благословение митрополитов ос-
новывало силу Московского княжества, а слово их решало распри
между князьями. Никон думал остановить развитие новых требо-
ваний, вызванных иными условиями. Весьма естественно, что он
выступил против того, в чем он видел нарушение церковной пошли-
ны, против некоторых постановлений Уложения и деятельности
Монастырского приказа.
Еще до патриаршества Никон доказывал Алексею Михайлови-
чу, что Уложение и созданный им Монастырский приказ противны
канонам. В качестве новгородского митрополита, он выпросил у царя
несудимую грамоту для своей епархии. Сделавшись патриархом, он
решительно выступил против новых учреждений, доказывая, что
Уложение написано «по страсти, ради многонароднаго смущения»,
и что составители Уложения были люди безбожные и презиравшие
каноны
1
. Главным пунктом обвинения остались учреждение и права
Монастырского приказа. «Никогда, никогда Никон не глаголет, ни
хочет, да что будет! Но глаголет Никон: божественные законы не
повелевают мирским людям возложенными Господеви обладати дви-
жимыми и недвижимыми вещами, ниже судити».
Известен исход борьбы, предпринятой Никоном. Первоначаль-
но он, опираясь на неограниченную дружбу царя, возвел власть пат-
1
Вот его подлинные слова: «А указал государь царь то все собрать и в доклад
написать князю Н.И. Одоевскому с товарищи, а он князь Никита человек прегор-
дый, страху Божия в сердце не имеет и божественнаго писания и правил св. апосто-
лов и св. отец ниже чтет, ниже разумеет, и жити в них не хощет и живущих в них
ненавидит, яко врагов сущих, сам быв враг всякой истине, а товарищи его люди
простые и божественнаго писания несведущие. А дьяки ведомые враги Божии и
дневные разбойники, без всякия боязни в день людей божиих губят» и т. д.
390
КНИГА ВТОРАЯ
риарха на ту степень, на какой она находилась при Филарете. Он
стал титуловаться «Великим Государем», и это было тем более важ-
но, что Никон назывался «Великим Государем» не в качестве отца
государева, как Филарет, а в качестве патриарха. Патриарший двор
получил новый блеск, и мирские люди дрожали перед грозным свя-
тителем. Но постепенно добрые отношения между двумя «Велики-
ми Государями» расстроились. В 1658 году они сделались так дур-
ны, что Никон добровольно оставил патриаршество и удалился в
Воскресенский монастырь. С этого времени начинается, к великому
соблазну церкви и к всенародному смущению, жаркая борьба меж-
ду святителем и царем. Она кончилась осуждением Никона на собо-
ре 16661667 гг. и заточением его.
Замечательно, однако, что собор, осудивший Никона, не осудил
его дел. Он сделал только некоторые ограничения в пользу светской
власти. Но коренное требование Никона, чтобы духовенство было
свободно от светского суда, было уважено. Собор 1667 г. постано-
вил, между прочим: «да не вовлачат отныне священников и мона-
хов в мирские судилища, ниже да судят мирские люди освященнаго
монашескаго чина и всякаго церковнаго причта, якоже запрещают
правила св. апостол и св. отец». Эти правила подтверждены и на
соборе 1675 г.
За монастырским приказом остались только права по финансо-
вому заведованию церковными имуществами. С этими правами он
просуществовал до 1677 г., когда велено его закрыть
1
. До Петра
Великого мир между церковью и государством не был нарушен ни-
какими крупными столкновениями. Они выступили в союзе против
раскола и порожденных им церковных смут. Но, несмотря на все
постановления собора 1667 г., светское законодательство сделало
мало уступок требованиям духовенства. Даже формальные запре-
щения привлекать духовных к мирскому суду нарушались на прак-
тике. Правила, установленные Уложением о церковных имуществах,
остались в силе. Пользование этими имуществами было не только
подчинено надзору светской власти, но последняя указывала и пред-
писывала способы употребления. Так, еще до Петра Великого яви-
1
П. С. З. ¹ 711: «Монастырскаго приказа всякия дела с сего числа впредь
ведать в приказе б. дворца боярину и дворецкому и оружейничему Богдану Матвее-
вичу с товарищи; а что в том приказе всякия денежныя доимки, и тое денежную
доимку ведать, и доимочныя деньги выбирать в приказе новыя чети думному дьяку
Ивану Горохову, а впредь монастырскому приказу не быть».
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. ВЫСШИЕ МЕСТА ПОДЧИНЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
391
лась и осуществилась мысль возлагать на монастыри обязанность
прокармливать раненых и престарелых служилых людей, устраи-
вать богадельни и т. д. Затем духовные имущества были обложены
разными сборками в пользу государства. Если светская власть пред-
писывала церкви употреблять часть своих доходов на известные
предметы, если она сама пользовалась различными сборами в свою
пользу, то весьма естественно, что светский надзор за управлением
церковными имуществами постоянно усиливался. Реформа Петра
Великого только довершила начатое при отце и брате.
§ 174. Реформа, задуманная Петром Великим, должна была прий-
ти в столкновение с церковью во многих отношениях. Во-первых,
реформа, касавшаяся не только правительственного строя, армии,
флота и т. д., но и нравов народных, условий его просвещения, íå
могла обойтись без помощи церкви. Реформатор, как справедливо
замечает г. Знаменский, не мог довольствоваться пассивным отно-
шением церкви к задуманным преобразованиям; он потребовал от
нее деятельного участия в его делах. Между тем церковь во многих
отношениях оказалась хранительницей старины. При многих поли-
тических розысках раскрывалась связь между общественным недо-
вольством реформой и стремлениями церкви. В лучшем случае ду-
ховенство относилось к преобразованиям равнодушно, пассивно.
Петр нашел себе горячих сподвижников в числе иерархов малорос-
сийского происхождения, каковы: Стефан Яворский, св. Дмитрий
Ростовский и особенно Феофан Прокопович. Но одной переменой в
личном составе трудно было дойти до цели, предположенной пре-
образователем. Ему казалось необходимым существенно изменить
самые отношения церкви к государству.
Весьма естественно, что он взглянул на эти отношения с точки
зрения государственных интересов. Старое начало двоевластия, ñó-
ществования двух «чинов», светского и духовного, казалось ему по-
мехой для государства, интересы которого он отстаивал с беспо-
щадной энергией. Все вопросы, оставленные ему предшественника-
ми, были разрешены одним ударом. Именно, церковное управление
сделалось частью государственных учреждений. приступая к такой
перемене, Петр Великий, конечно, руководствовался примером
протестантских государств, особенно образцом шведской духовной
коллегии.
Секуляризация церковного управления дала новый толчок к се-
куляризации церковных имуществ. Если предшественники Петра
392
КНИГА ВТОРАЯ
обложили эти имущества разными сборами в пользу государства, то
преобразователь, нуждавшийся в материальных средствах для ре-
формы и для внешних войн, должен был воспользоваться богат-
ством церкви для своих целей и отдать их в управление особому
государственному установлению.
Эти соображения оправдываются и историей учреждения синода.
§ 175. Мотивы церковной реформы открываются нам из двух
источников: во-первых, из духовного регламента; во-вторых, из пись-
ма к Петру Великому от известного его «прибыльщика» Курбатова.
Курбатов явился адвокатом финансовых интересов правительства,
автор Духовного регламента адвокатом верховных прав самодер-
жавия. Мысли, выраженные в Духовном регламенте, назревали по-
степенно и могли быть выражены не сразу. Совершенная отмена
патриаршества и принципиальное изменение церковных отношений
требовали времени. Но финансовая нужда государства нашла в лице
Курбатова немедленного заступника.
Патриарх Адриан скончался 15 октября 1700 года. Вскоре после
его смерти Курбатов писал к Петру Великому, между прочим, сле-
дующее: «избранием патриарха мню повременить. Определение в
священный чин можно поручить хорошему архиерею с пятью уче-
ными монахами. Для надзора æå çà âñåì è äëÿ сбора домовой казны
надобно непременно назначить человека надежнаго: там большие
беспорядки. Необходимо распорядиться монастырскими и церков-
ными имениями учредить особливый расправный приказ для сбо-
ра и хранения казны, которая теперь погибает по прихоти владель-
цев» В этом же письме Курбатов докладывал, что «для смотрения
за казной и для сбора ея очень хорош Н.А. Мусин-Пушкин и стольник
Протасьев».
Таким образом, помышления Курбатова тяготеют к «сбору каз-
ны». Для этой цели ему казалось необходимым немедленно учре-
дить особое установление. Собственно духовное управление зани-
мало его мало. Он твердо стоял только на том, что с избранием
патриарха должно повременить, предоставив «определение» в свя-
щенный чин «хорошему» архиерею с пятью учеными монахами.
Таким «хорошим» архиереем оказался Стефан Яворский. 16 äå-
кабря 1700 года он был назначен «блюстителем» патриаршего пре-
стола. Важнейшие вопросы разрешались им с «освященным собо-
ром». Учреждение «блюстителя» патриаршего престола разрешало
уже фактически вопрос о судьбе патриаршества. Сам блюститель и
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]