Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Когнитивно-сопоставительное описание языковых единиц. Коллективная монография
.pdf
ники), to go moo / quack / bang / beep etc (каждая лексема
этого ряда обозначает звук особого рода, характерный для
того или иного явления или приспособления, напр., to go
beep – бибикать, beep – звук клаксона автомобиля).
Следующую группу глаголов и глагольно-предложных
сочетаний объединяет значение «издавать звук, звучать»:
to go off, to sound, to let off.
Группа существительных и глаголов выделена в отдельную словарную статью для обозначения звуков, которые повторяются или воспроизводятся длительное время,
процессов резонирования звуков: echo (эхо), reverberate
(отражать(ся), resonate (резонировать), resound (отражать).
Наиболее разработанной в словаре является группировка лексем, представляющих звуки, которые издаются
при соприкосновении предметов. Характер звука зависит
от материала соприкасаемых изделий и от способов воздействия на предмет. Так, звуки, издаваемые при ударе о
поверхность другого предмета или при падении, представлены следующими лексемами:
bang – громкий звук как результат удара или падения
тяжелого предмета на поверхность другого;
thud – низкий глухой звук при соприкосновении или
падении мягкого предмета;
crack – громкий неожиданный резкий звук, подобный
звуку ломаемой палки;
crash – очень громкий звук, слышимый, когда что-то
тяжелое, например, металл или стекло ударяется о поверхность другого предмета или падает на него, особенно в случае разрушения;
clatter – громкий неприятный звук, слышимый в результате падения нескольких предметов на твердую поверхность;
bump – глухой тихий удар, возникающий в случае,
когда, например, человек ударяется частью своего тела о
предмет или когда он падает на него;
thump – низкий, но достаточно сильный звук, производимый, когда что-то тяжелое неожиданно ударяется или
падает тяжело.
211
Звуки, издаваемые при грубом трении двух твердых поверхностей, в русском языке представляет лексема скрип.
В английском языке эти звуки представлены целой группой лексем:
scrape – неприятный звук при грубом трении двух твердых поверхностей друг о друга;
creak – долгий высокий звук, возникающий в случае,
когда на деревянную поверхность (дверь, кровать, лестница) оказывается давление;
squeak – скрип, возникающий при плавном трении
двух поверхностей или при их движении;
screech – долгий высокий неприятный звук, как, например, скрип шин при резком торможении машины.
Описываются звуки, представляющие собой повторяющиеся удары-стуки:
knocking – повторяющийся стук о твердую поверхность;
rap/rapping – стук рукой в дверь или окно;
patter – тихий беспорядочный звук, как звук падающе-
го дождя или быстрых легких шагов;
rattle – тяжелый повторяющийся звук, когда что-то ломается и ударяется о твердую поверхность;
tap – звук при легком, повторяющемся ударе о твердую
поверхность.
Звуки, производимые при ударе стекла или металла, в
русском языке представлены лексемой звон. В английском
языке лексико-семантических вариантов для репрезентации данной категории звуков больше:
clink – короткий звенящий звук при соприкосновении
стеклянных или металлических предметов друг о друга ;
clank – короткий, но громкий шум при ударе одного металлического предмета о другой (стук металла);
clang – громкий длинный звенящий шум при ударе одного металлического предмета о другой;
jingle (звон, звяканье) – звон нескольких предметов из
металла или стекла; протяжный музыкальный звук при
ударе друг о друга;
ring (звон) – высокий громкий продолжительный звук
при ударе одного предмета о другой;
212
tinkle (звон) – приятный высокий продолжительный
звук при соприкосновении легких кусочков стекла или
металла друг о друга, например, звон колокольчика.
Звуки (шумы), издаваемые при разрывах бомб, выстрелах описаны в английском языке лексемами более
широкого значения, их функционирование строго не лимитировано в языке. Синонимический ряд русских лексем
именования звуков, сопровождающих боевые действия,
более объемен и отражает эмоциональное восприятие этих
звуков (буханье, громыхание, шараханье и т.д.):
bang – наиболее распространенная лексема, употребляемая при именовании короткого звука, возникающего при
выстреле из оружия, взрыве бомбы;
boom (грохот) – чрезвычайно громкий шум, слышимый
в течении нескольких секунд после его возникновения;
roar (рев) – чрезвычайно громкий шум, который постепенно становится громче и звучит достаточно долгое время;
rumble (громыхание, грохотание) – очень низкий звук,
подобно звуку дальнего грома, который то утихает, то становится громче.
В целом, звуки, слышимые при возгорании, горении,
которые представлены в английском и русском языке,
универсальны. Соответственно, наблюдается полная эквивалентность перевода лексем двух языков:
crackle (треск) – повторяющийся резкий звук при горении чего-л. в огне;
sizzle (шипение) – продолжительный звук, производимый в ходе приготовления пищи, которую готовят в малом
количестве очень горячего масла.
При сопоставлении лексем, репрезентирующих спокойные нежные звуки, наблюдается та же универсальность и практически полная эквивалентность их перевода:
murmur (журчание, шорох) – продолжительный низкий тихий звук, слышимый издалека, чаще всего на фоне
других звуков;
rustle (шелест, шорох) – продолжительный тихий звук,
производимый бумагой, листьями, одеждой при соприкосновении друг с другом.
213
Словарь Longman Activator выделяет в отдельную группу лексемы, репрезентирующие звуки, которые возникают
при прохождении воздуха по трубе или какому-л. резервуару. Русские эквиваленты, так же как и английские, в большей степени являются звукоподражательными лексемами,
функциональный потенциал их достаточно высок:
hiss (свист) – продолжительный высокий звук, слышимый, когда воздух или вода высвобождаются из шины,
мяча или детали двигателя;
swish (свист) – ровный тихий звук, возникающий при
быстром движении ткани одежды или штор ;
fizz (бульканье) – продолжительный высокий звук, издаваемый пузырьками в напитках при разливании воды
в стаканы.
Восприятие звуков, сопровождающих движение техники, транспортных средств, работу двигателей различается в
двух языках, что нашло отражение в их лексическом строе:
buzz ( жужжание) – продолжительный звук, например,
звук, издаваемый пчелами;
hum (жужжание) – мягкий низкий продолжительный
звук, издаваемый электрическим или электронным оборудованием;
whirr (щелчок) – тихий регулярный звук, возникающий, когда что-то поворачивается очень быстро и сопротивляется потоку воздуха (пылесос, фотокамера);
whine – неприятный длинный высокий звук, возникающий, когда машина или другое транспортное средство
передвигается на очень большой скорости;
bleep (сигнал) – высокий, иногда повторяющийся электронный звук, издаваемый техникой, особенно с целью
привлечь чье-л. внимание;
roar – очень громкий шум, например, рев двигателей;
tick – тихий регулярный повторяющийся звук, напри-
мер, тиканье часов, механизма.
Звуки, издаваемые звонками, горнами воспринимаются носителями английского и русского языков одинаково,
следовательно, эти звуки универсальны и переводы лексем, репрезентирующих эти звуки в языке, эквивалентны:
214
ring – звонок;
toll - регулярные отдельные звенящие звуки, напри-
мер, звон колоколов как знак чьей-л. смерти;
chime – единичный звенящий звук или несколько звуков, например, для оповещения времени (бой часов, колокола);
hoot (звонок, сирена, гудок) – громкий ясный звук,
длящийся всего несколько секунд, похожий на единичный музыкальный звук, например, звонок велосипеда.
Как видим, в разных культурах звуки воспринимаются, в целом, одинаково. Есть незначительные отличия, не
влияющие на восприятие всей ситуации. Для носителей
английского языка материал соприкасаемых предметов
и долгота воспроизводимых звуков имеют большее значение, чем для носителей русского языка, что нашло отражение в семантике лексем, описывающих эти звуки. Для русского языка характерно употребление просторечных слов,
отражающих характер звуков и эмоциональное состояние
воспринимающего. И в английском, и в русском языке половину лексем, представляющих звуки, составляют звукоподражательные слова.
Литература:
1. Ананьев Б.Г. Сенсорно-перцептивная организация человека //Познавательные процессы: ощущения, восприятие. – М., 1982.
2. Апресян Ю.Д. Образ человека по данным языка: попытка
системного описания // Вопросы языкознания. – 1995. -
№ 1. – С. 37-67.
3. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений. Оценка, событие, факт. – М.: Наука, 1988. – 339с.
4. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. – М.: Шк. «Язык
русской культуры», 1999. – 895с.
5. Вежбицкая А. Семантические универсалии и описание
языков.-М.:Языки русской культуры. – 1999. – 776 с.
6. Величковский Б.М. Функциональная структура перцептивных процессов // Познавательные процессы: ощущение, восприятие.–М., 1982. – С. 219-246.
7. Зимняя И.А. О смысловом восприятии речи // Психологические вопросы обучения иностранцев русскому языку.
– М.: Изд-во Московского университета, 1972. – С. 22-32.
215
8. Караулов Ю.Н. Активная грамматика. – М., 1999. – с. 154.
9. Кильдибекова Т.А., Гафарова Г.В. Теоретические основы
и принципы составления функционально-когнитивного
словаря. – Уфа:РИО БашГУ, 2003. – 300с.
10. Колшанский Г.В. Объективная картина мира в познании
и языке. – М.: Наука, 1990.
11. Кравченко А.В. Язык и восприятие. Когнитивные аспекты языковой категоризации. – Иркутск: Изд-во Иркутского ун-та, 2004. – 206с.
12. Кубрякова Е.С. Проблемы представления знаний в современной науке и роль лингвистики в решении этих проблем
//Язык и структуры представления знаний. – М., 1992.
13. Кубрякова Е.С. Части речи с когнитивной точки зрения.
– М.,1997.–330с. Носуленко В.Н. Психология слухового
восприятия. - М., 1988.
14. Павиленис Р.И. Проблема смысла. Современный логикофилософский анализ языка. – М., 1983.
15. Падучева Е.В. Динамические модели в семантике лексики. – М.: Языки славянской культуры, 2004. – 607 с.
16. Рузин И.Г. Когнитивные стратегии именования // Вопросы
языкознания. – 1994. - № 6. – С. 78-99.
17. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. – М.: Учпедгиз, 1940. – 198с.
18. Солсо Р.Л. Когнитивная психология. – СПб., 2002. – 591с.
19. Урысон Е.В. Отглагольные существительные со значением ситуации и «наивная энциклопедия»// Тр. Междунар.
семинара ДИАЛОГ - 97 по компьютерной лингвистике и
ее приложениям. – М., 1997. – С. 283-286.
20. Урысон Е.В. Проблемы исследования языковой картины мира. Аналогия в семантике. – М.: Языки славянской
культуры, 2003.
21. Чернейко Л.О. Лингво-философский анализ абстрактного имени. – М., 2002. – 320с.
22. Яковлева Е.С. О понятии «культурная память» в применении к семантике слова // Вопросы языкознания. - №
3. – 1998. – С. 43-73.
23. Frawley W. Some semantic lessons for lexicographers //
Language and civilization: a concerted profusion of essays
and studies in honour of Otto Heitsch. – Frankfurt-amMain, 1992. – Vol. 2. – P. 232-241.
24. Hintikka J. On the logic of perception // Hintikka J. Models
for modalities. - Dordrecht, 1969.
25. Leech G.N. Meaning and the English verb. - L.: Longman,
1975.
216
26. Lyons J. Semantics. - Cambridge University Press, 1977, vol. 2.
27. Rogers A. Three kinds of physical perception verbs //
Chicago Linguistic Society. Vol. 7. 1971. – P. 206-223.
28. Rosch E. Universals in colour naming and memory // Journal of
experimental Psychology, 1972.
29. Searle J. Intentionality: An essay in the philosophy of mind.
- Cambridge (Mass.), 1983.
30. Vaina L.M. ‘What’ and ‘where’ in the human visual system:
two hierarchies of visual modules// Synthese. – 1990. - №
1. – P.83.
31. Большой толковый словарь русского языка. – СПб.: Норинт, 2002.- 1535с.
32. Longman Language Activator. The World’s First Production
Dictionary. – 993. – 1587p.
217
Э.М. Созинова
к.филол.н., доцент,
Башкирский государственный педагогический университет
им. М.Акмуллы, г. Уфа, Россия
ПРАГМАТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ ПАРЕМИЙ: КЛАСС
РЕГУЛЯТИВОВ (на материале сходных пословиц баш-
кирского, русского и английского языков)
Стимулом к развитию идей прагматики языка явилась,
как известно, неудовлетворенность узкоструктурным толкованием языка как системы знаков и правил их сочетания между собой. Необходимо было обратиться к реальным условиям его существования и функционирования.
На основе философской концепции Л. Витгенштейна и
его идей употребления языка, социального контекста, внеязыковой ситуации [Витгенштейн 1994, 81], ученые стали разрабатывать и развивать различные направления и
аспекты лингвопрагматики, объединенные установкой на
функционирование языка в реальных актах речи и ситуациях общения. В разной степени и в разных контекстах
данное направление лингвистических исследований представлено в работах таких представителей лингвистической прагматики, как Б. Полтридж, Р.-А. Де Богранд, М.
Стаббз, Дж. Серль, Г. Паррэ, Ф. Кифер, Р. Столнейкер, Г.
Грайс, Д. Гордон, Дж. Лакофф, Т. Ван Дейк и др.
Термин «прагматика» (от греч. прагма «дело», «действие») был введен в научный обиход Ч. У. Моррисом.
Вслед за идеями Ч. Пирса, основателя теории знаков - семиотики, Моррис разделил семиотику на семантику - учение об отношении знаков к объектам действительности,
синтактику - учение об отношениях между знаками, и
прагматику - учение об отношении знаков к их интерпретатору, то есть к пользователю знаковых систем.
Прагматика, таким образом, изучает знаково-опосредованное поведение человека в реальных процессах коммуникации, то есть текстовой деятельности. Она фиксирует
отношение говорящего или адресата сообщения к ситу-
218
ации, о которой идет речь [Апресян 1974]. Прагматика
представляет собой учение об отношениях между лингвистическими «свойствами произнесения» [Ferrara 1985]
высказываний и их свойствами как социальных актов.
В рассмотрении проблем коммуникативно-прагматической организации текста можно выделить несколько основных подходов:
• Функциональный подход, где в качестве его параметров используется доминация в тексте одной из функций языка как коммуникативной системы (информационные, эмотивные, фатические, метаязыковые тексты (Р.О. Якобсон);
• Перформативный подход, в качестве параметров
которого выступают иллокутивные силы. Высказывания
здесь классифицируются на высказывания: констативы,
перформативы, промиссивы и так далее, то есть путем введения в модальную рамку определенного перформативного глагола (Дж. Остин, П. Стросон, Дж. Серль);
• Функционально-прагматический, основанный на
представлении текста как динамической равновесной системы с познавательно коммуникативными функциями в
текстовой деятельности (А.Г. Баранов).
Центральным понятием для прагматики является речевой акт, рассматриваемый ею в непосредственной связи
с контекстом и различными условиями, психологическими и/или иными, его осуществления. «Взаимодействие
речевого акта и контекста составляет основной стержень
прагматических исследований, а формулирование правил
этого взаимодействия - ее основную задачу» [Арутюнова,
Падучева 1985]. «Прагматика занимается изучением речевых актов и тех контекстов, в которых они реализуются»
[Столнейкер 1985, 423].
Возникнув в философских исследованиях М. Бахтина
и Л. Витгенштейна, и затем, получив развитие в трудах
многих других философов и лингвистов, идея речевых актов и жанров стала эксплицитным признанием социального, межличностного характера языкового поведения
человека. Однако мнения ученых расходятся в вопросе,
что же конкретно считать речевым актом, какова его про-
219
тяженность: от целого художественного произведения,
написанного одним автором по Бахтину до простого односоставного предложения «Стой!». Речевой акт может быть
как крупнее предложения (высказывания), так и меньше
его, то есть он может быть частью предложения.
Реализация речевого акта происходит в неразрывной
связи с участниками дискурса. «Одной из основополагающих коммуникативных потребностей, а вместе с тем и
целью речевого действия является передача информации
партнеру по общению о своих намерениях и установках,
для того, чтобы он смог ее перенести в свою комплексную
систему знаний и отреагировать своим поведением в виде
успешного закрытия речевых действий партнера « [Романов 1991, 85].
В рамках теории речевых актов коммуникация рассматривается как интенциональная деятельность, (сознательная и целенаправленная), управляемая системой конвенциональных конститутивных правил, не сводимых лишь
к грамматике, а речевые акты считаются формами этой
деятельности.
«Главная задача лингвистической прагматики состоит
в том, чтобы описать языковые явления с точки зрения их
зависимости от контекста, их контекстной обусловленности, отразить не только его лингвистический аспект, но и
экстралингвистический. Предварением же для описания
прагматического должно служить семантико-синтаксическое описание. Семантика и прагматика взаимно дополняют друг друга» [Кифер 1985, 333]. Речевой акт включает в грамматическое описание прагматическое понятие
контекста, роли говорящего и адресата, лежащие в рамках конвенций и норм конкретного общества. Последние
определяют, какой вариант выражения предпочтителен
для данного речевого акта.
Прагматика исследует язык в действии, а традиционное
для семантики понятие значения рассматривается следующим образом: значение слова есть его употребление в языке
[Витгенштейн 1994, 99]. Значение слова считается неотделимым от прагматической ситуации, а значение многих
220
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]