Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История отечественной судебной статистики. Учебное пособие
.pdf
2.1. Развитие отечественной судебной статистики в трудах представителей
советской юридической науки М. Н. Гернета, Б. Н. Хлебникова, А. А. Герцензона...
кто исследовал особенности статистических методов прогнозирования
гражданских противоправных действий.
С помощью математико-статистического инструментария Павлодский предложил прогноз различных гражданских правонарушений и споров о праве с периодом упреждения от 3 до 5 лет. По его мнению, статистический прогноз должен проводиться в рамках двух этапов. Первый
этап носит индуктивный характер и заключается в выявлении закономерности на основе обобщения имеющихся данных за определённый период.
При этом данная закономерность отражается в виде модели или аналитически выраженной тенденции развития. Второй этап статистического прогноза имеет дедуктивный характер, когда на основе выявленных
статистических закономерностей определяется ожидаемое значение
прогнозируемого признака. Учёный установил, что средние величины
и регрессия, включая уравнение трендов, играют преобладающую роль
в статистическом исследовании. Однако Павлодский вполне соглашается с тем, что в выводах статистического прогнозирования имеется некоторая условность, связанная с практическими трудностями реализации
предложенной методологии1.
Е. А. Павлодский обосновал вывод о целесообразности индексного анализа судебных ошибок, позволяющих взвесить тяжесть различных нарушений в сфере гражданского судопроизводства и судить о качестве гра-
2
жданского судопроизводства
.
Постоянно накапливаемая и анализируемая гражданско-правовая
статистика, как считает Е. А. Павлодский, является важнейшим источником сведений о потребности общества в новых нормах. В том числе,
в отдельных случаях судебная статистика способна обосновать необходимость изменения нормы права в связи с трансформациями социальных условий.
Таким образом, Павлодским был предложен собственный вариант
определения эффективности юридических норм посредством стати
стического анализа. Он доказал, что гражданско-правовая статистика
1
Павлодский Е. А. Проблемы теории и методологии гражданско-правовой статистики и её значение для совершенствования законодательства: Автореф. дис… д-ра
юрид наук. М., 1990. С. 22–26.
2
Там же. С. 6.
121
-
Глава 2. Порядок ведения судебной статистики в советский период истории России
(1917–1991 гг.)
призвана не только описывать информацию о гражданско-правовых отношениях, а раскрывать присущими ей приёмами, то есть статистическими методами, качественное своеобразие гражданско-правовых отношений, которые были предметом рассмотрения в суде.
Гражданско-правовая статистика, по мнению Павлодского, исследует
не только качество, но и оперативность (в первую очередь сроки) судопроизводства, то есть ведение судебного процесса с минимальными затратами времени, сил и средств.
Павлодский участвовал в разработке методической базы в сфере организации ведения гражданско-правовой судебной статистики. Им,
в частности, были разработаны следующие документы: Методические
рекомендации по анализу данных гражданской судебной статистики
(1977 г.); Методические рекомендации по анализу данных судебной статистики и практики рассмотрения трудовых споров (1982 г.); Рекомендации по обобщению судебной практики и анализу данных гражданскоправовой статистики по жилищным делам (1983 г.). Его предложения
находили своё применение в организации статистического наблюдения
Министерством юстиции СССР.
Павлодский также существенно расширил содержание отечественной
судебной статистики начала нового тысячелетия.
Вывод. Развитие отечественной судебной статистики в трудах представителей советской юридической науки М. Н. Гернета, Б. Н. Хлебникова, А. А. Герцензона и других учёных, несмотря на особенности политического режима, в целом развивалось в общем векторе, берущем свои
истоки в начале XIX в. В их исследованиях, на уровне существовавших
в ХХ в. представлений о судопроизводстве, были сформулированы все
составляющие статистического наблюдения: особенности ведения первичного статистического учёта, осуществления сводки и группировки
полученных статистических данных, а также статистического анализа.
Фундаментальные выводы учёных советского периода были зафиксированы в учебниках по судебной статистике и отражались в содержании программ обучения при формировании кадрового потенциала специалистов судебной системы. Так, учебник А. А. Герцензона издавался
в 1935, 1937, 1939 и 1948 гг. Учебник С. С. Остроумова — в 1949, 1952,
1960, 1970, 1976 гг.
122
2.1. Развитие отечественной судебной статистики в трудах представителей
советской юридической науки М. Н. Гернета, Б. Н. Хлебникова, А. А. Герцензона...
Вопросы для самоконтроля:
1. Изучите таблицу № 17 на стр. 96 Пособия, составленную М. Н. Гернетом
«Возрастной состав детей-рецидивистов в общем составе преступников» (1912 г.),
определите статистическое сказуемое и статистическое подлежащее в таблице,
раскройте содержание таблицы.
2.
Изучив таблицу № 19 на стр. 99 Пособия «Возраст осуждённых по различным категориям преступлений в России 1889–1893 гг.», раскройте её содержание
через представленные в ней статистические показатели.
3. В чём, с точки зрения М. Н. Гернета, заключалось содержание специаль-
ных отчётов Верховного Суда СССР в 20-е годы ХХ века?
4.
Какие формы статистического учёта предлагал различать Б. Н. Хлебников?
5. В чём заключался смысл логического и счётного контроля при осуществ-
лении группировки данных, предложенный Б. Н. Хлебниковым?
6.
Какой учёный в середине 20-х годов ХХ века предлагал вести регистрационный учёт по гражданским делам?
7.
Каким требованиям должна удовлетворять статистическая классификация с точки зрения Б. Н. Хлебникова?
8. Благодаря научным взглядом кого из учёных понятие «моральная статистика» окончательно прекратила своё существование в качестве одного из видов
государственной статистики в России?
9.
Какую систему изучения курса судебной статистики предложил А. А. Гер-
цензон?
10.
Как известно, А. А. Герцензон разработал систему распределения гра-
жданских дел по их категориям. В чём она заключалась?
11. С. С. Остроумов определял четыре задачи статистики судебных органов.
Какова их характеристика?
12.
В чём заключалась программа наблюдения уголовного судопроизводства
с точки зрения С. С. Остроумова?
13. Что считал С. С. Остроумов важнейшей заключительной частью статистики осуждённых?
14.
Охарактеризуйте цель и методику разработки юридических прогнозов,
построенных с применением статистических приёмов и методов, предложенную Е. А. Павлодским?
15.
Что исследует гражданская правовая статистика, с точки зрения Е. А. Павлодского?
16.
Чем обосновывает Е. А. Павлодский степень общественной опасности
гражданских правонарушений? Почему необходим статистический учёт при рассмотрении гражданских дел?
17.
С помощью математико-статистического инструментария Е. А. Павлодский
предложил к применению методику прогноза различных гражданских правонарушений и споров о праве с периодом упреждения от 3 до 5 лет. В чём она заключается?
123
Глава 2. Порядок ведения судебной статистики в советский период истории России
(1917–1991 гг.)
2.2. Организация ведения судебной
статистики в советский период
В 1917–1918 гг. с учётом сложнейшего периода Первой мировой войны и Гражданской войны в России судебная статистика находилась в состоянии ожидания выбора дальнейшего вектора развития1.
Основные начала организации ведения статистики в РСФСР были
урегулированы Положением о Государственной статистике от 25 июня
1918 г.2. Согласно п. 6 данного Положения Центральное Статистическое Управление (далее — ЦСУ) обеспечивало ведение «моральной
статистики». Спустя короткое время, 3 сентября 1918 г., был подготовлен ещё один документ нормативно-правового характера — «Положение о создании местных статистических учреждений». В нём,
в частности, был определен круг вопросов, относящийся к зоне ответственности Губернских Статистических Бюро. Одним из них стала
деятельность по «разработке вопросов, входящих в область моральной статистики»3.
Содержание судебной статистики в первые годы после событий 1917 г.
трансформировалось согласно требованиям нового политического режима. Судебная статистика обеспечивала потребности социалистического
правосудия. Как отмечал С. С. Остроумов, основной задачей судебной
статистики являлось «проведение в жизнь органами юстиции соответствующих директив нашей партии (например, директивы о беспощадной борьбе с хищениями социалистической собственности)»4. Для первого послереволюционного десятилетия характерна организация работы
по ведению судебной статистики в рамках постоянного взаимодействия
ЦСУ и Народного комиссариата юстиции РСФСР, которая выражалась
в проведении межведомственных совещаний5.
1
См. подробнее: Латышева Н. А. Особенности организации ведения судебной ста-
тистики до и после событий 1917 г. // Государство в эпоху революционных преобразований (к 100 — летию революции в России): Материалы международной научнопрактической конференции (СПб., 25–26 мая 2017 г.). М.: РГУП, 2017. С. 253–260.
2
Известия Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов
рабочих и солдатских депутатов от 30.06.1918.
3
Там же.
4
Остроумов С. С. Советская судебная статистика. Часть общая и специальная. М.,
1954. С. 59.
5
В частности, 9 и 20 февраля 1923 г. состоялись совместные совещания о карточной
системе отчётности, о единообразной форме отчётности разных судебных органов.
124
2.2. Организация ведения судебной статистики в советский период
Статистический листок на обвиняемого в 1919 г. был разработан совместно ЦСУ и Народным комиссариатом юстиции РСФСР и заполнялся
в народных судах как на осуждённых, так и на оправданных. В дальнейшем
совершенствование содержания формы статистического листа осуществлялось постоянно. Однако подача статистических листов, являющихся
основой статистического наблюдения в уголовном судопроизводстве, народными судами в первые годы советской власти осуществлялась не повсеместно, несмотря на то, что справочные листки об осуждённых и периодические ведомости были введены одномоментно с образованием
народных судов в РСФСР. Большинство судей, при условии неполучения
особых указаний, не предоставляли листки и справки на регулярной основе. Статистические листки на оправданных не оформлялись.
В уголовно-правовой статистике того периода были определены четы
ре группы преступлений: 1) посягательство на классовое господство пролетариата; 2) преступления неорганизованной и недисциплинированной
части пролетариата или отдельных его представителей; 3) преступления
на почве взаимоотношений пролетариата с еще не существующими непролетарскими элементами общества; 4) преступления, характеризуемые
как «наследство капитализма» — против имущества и против личности1.
Наибольшие показатели по заполнению первичных учётных форм
в первый год Советской власти были зафиксированы: по Московской
губернии — 630; по Вятской губернии — 299; по Нижегородской — 205;
по Псковской — 148; Тамбовской — 120, Владимирской — 106. По другим
губерниям число полученных листков было менее 1002. При этом листки
на осуждённых заполнялись по нормам, установленным ещё в дореволюционный период. В этой связи на огромную массу осуждённых за малозначительные преступления, которые были приговорены к наказаниям
ниже тюремного заключения, статлистки не заполнялись.
Первые обобщённые цифры, сформированные в судебной статистике,
показали, что половой и возрастной состав преступников имел примерно одинаковые характеристики как до 1917 г., так и после. Важным базовым обстоятельством ведения государственной статистики в судах являлось установление Декретом советского правительства о невменяемости
несовершеннолетних лиц до 17-летнего возраста3. Как следствие, дан-
1
Тарновский Е. Н. Статистика наказаний, наложенных народными судами
в 1918 году // Вестник статистики. 1919. № 8–12. С. 100.
2
Там же. С. 98.
3
Декрет СНК РСФСР от 14.01.1918 «О комиссиях для несовершеннолетних» //
СУ РСФСР. 1918. № 16. Отдел первый. Ст. 227.
-
125
Глава 2. Порядок ведения судебной статистики в советский период истории России
(1917–1991 гг.)
ная возрастная группа не могла быть включена в статистические отчёты
народных судов. Однако единичные случаи вынесения обвинительных
приговоров в отношении лиц, моложе 17 лет, всё же были, их причина
заключалась в «недоразумении и недостаточном знакомстве с декретами
Рабоче-Крестьянского правительства»1.
Возрастные группы осуждённых преступников по итогам 1918 г.
распределялись следующим образом: от 17 до 20 лет — 18,2 %; от 20
до 30 лет — 41,7 %; от 30 до 45 лет — 26,8 %; старше 45 лет — 13,3 %2. Процент осуждённых «хозяев» (т. е. владельцев орудий и средств производства)
и рабочих (наёмный персонал) претерпел незначительные изменения,
если сравнивать 1913 и 1918 гг. на 100 осужденных (табл. 23).
Таблица 23
Хозяева и рабочие в 1913 и 1918 гг. на 100 осужденных
Год Количество осуждён-
ных хозяев (%)
1913 24,0 40,1 35,9
1918 21,7 51,2 27,1
Количество осуждён-
ных рабочих (%)
Количество лиц с иными
видами занятости (%)
Согласно данным судебной статистики за 1918 г. наиболее часто применяемым видом наказания было лишение свободы на срок до 6 месяцев
(около 85 % осуждённых). Новшеством являлось применение в качестве
мер наказания принудительных общественных работ и условного осуждения, которые стали мерой наказания, в основном, в крупных населённых пунктах. Например, в Нижнем Новгороде было зафиксировано
52 отметки о назначении принудительных общественных работ в 205 статистических листках. Условное осуждение, как показывала статистика,
применялось наиболее часто в Москве, чем во всей России3.
Принцип оперативного построения судебной отчётности, по оценкам специалистов в сфере организации ведения судебной статистики,
был нарушен в 1919 г., когда при Центральном статистическом управлении и его местных органах были созданы «Отделы моральной статистики»4. Указанные отделы занимались научной обработкой уголовно-статистических данных на основе ведомственных разработок, а также путём
1
Тарновский Е. Н. Указ. соч. С. 101.
2
Там же.
3
Там же.
4
Герцензон А. А. Курс судебной статистики. С 137.
126
2.2. Организация ведения судебной статистики в советский период
самостоятельно осуществляемой сводки и группировки показателей.
Деятельность моральных отделов подвергалась критике. А. А. Герцензон
отмечал в этой связи: «Разработка уголовно-статистических данных была
оторвана от судебной практики социалистического государства периода гражданской войны. Занимаясь изысканиями различных факторов —
жилищных, психофизических и т. п., — наши «моральные статистики»
тем самым уходили от изучения ожесточённых схваток классовой борьбы, от конкретных форм преступлений, от подлинных корней преступлений»1. Безусловно, в деятельности моральных отделов ЦСУ имелись
недостатки, главным образом заключавшиеся в отсутствии системности
в работе. Но они во многом нивелировались объективными причинами переходного этапа российской государственности и пока ещё сохранявшейся общемировой тенденцией господства моральной статистики.
В дальнейшем аналитическая деятельность учёных над понятийным
аппаратом «моральной статистики» начала «раскачивать» её основы.
Так, был опубликован труд Г. Г. Магульяно «Понятие и объём моральной статистики» (1925), в котором была кратко освящена история моральной статистики и сделан вывод о невозможности её дальнейшего
существования в качестве особой сферы научных знаний. Магульяно
приводил высказывания М. Н. Гернета, который сам признавал существующую проблему: «Таким образом, рассмотрение трудов по моральной статистике показывает некоторое несоответствие названия этой
дисциплины вкладываемому в неё содержанию. Но термин «моральная статистика настолько укрепился, что от него не отказываются…»2.
Г. Г. Магульяно отмечал: «Непреодолимые трудности возникают в тех
случаях, когда принимается наименование «моральная статистика»…
Это название оказывается невозможно приложить к материалу, обычно включаемому в его объём: поставив своей целью исследование нравственности, статистик должен отказываться от введения в область своих
наблюдений большей части мелких правонарушений (нарушений санитарных правил, неподчинение обязательным постановлениям административных властей и т. п.), не имеющих к морали никакого отношения…»3. Он констатировал: «Статистика, обращающаяся к наблюдению
1
Герцензон А. А. Курс судебной статистики. С. 137.
2
Гернет М. Н. Моральная статистика. С. 22; Он же. Определение моральной статистики // Моральная статистика 20-х гг. Вып. 2. М., 1990. С. 11. Серия «История
статистики».
3
Магульяно Г. Г. Понятие и объём моральной статистики. Иркутск, 1925. С. 6.
127
Глава 2. Порядок ведения судебной статистики в советский период истории России
(1917–1991 гг.)
над действиями и событиями, то есть над явлениями, имеющими конкретную форму, не нуждается в попытках проникнуть в глубину человеческой психики, в мир неуловимых настроений и желаний»1. Исходя
из этого, Магульяно предлагал применять термин «уголовная статистика», а не «моральная». При этом он ссылался на аналогичные мнения
своих современников — Н. С. Таганцева, Н. Д. Сергеевского, М. П. Чубинского. В связи с дальнейшим развитием методологии статистики
и её содержанием как науки термин «моральная статистика» стал достоянием истории.
Вслед за затуханием научных дискуссий ввиду очевидности верифицируемых фактов начали меняться наименования учреждений, которые
обеспечивали деятельность государственного аппарата. Это, в частности, нашло своё выражение в переименовании отдела моральной статистики в составе ЦСУ РСФСР (1922–1929) в «секцию аномальных
явлений». Данные подразделения ЦСУ занимались сводкой и группировкой статданных, а также их анализом по вопросам преступности,
самоубийств, алкоголизма, проституции, нищенства, беспризорно
сти, абортов2.
Политика военного коммунизма крайне сузила гражданский оборот,
что отразилось и на числе поступивших в суды гражданских дел: удельный вес гражданских дел в общей массе дел народных судов составил
в первой половине 1919 г. — 25 %; во второй половине 1919 г. — 18 %;
в первой половине 1920 г. — 17 %3. При этом статистический учёт гражданских дел в судах сводился к учёту их общей численности без распределения по категориям.
В 1918–1920 гг. сведения о движении преступности публиковались
по краткой программе в отчётах Народного Комиссариата Юстиции
РСФСР съездам Советов. К примеру, в отчёт VIII Всероссийскому съезду были включены статистические показатели о деятельности народных
судов, революционных трибуналов, следственных комиссий, с указанием
количества лиц, приговорённых к различным видам наказаний4.
Народным комиссариатом юстиции РСФСР, на основе обобщения
справок об осуждённых, издавались Ведомости данных об осуждён‑
ных. В 1922 г. был издан V выпуск Ведомостей. Данные об осуждённых
-
1
Там же. С. 8.
2
Лунеев В. В. Юридическая статистика. М., 2007. С. 25.
3
Хлебников Б. Н. Судебная статистика. С. 38.
4
Савюк Л.К. Правовая статистика. С. 133.
128
2.2. Организация ведения судебной статистики в советский период
оформлялись в рассматриваемом алфавитном перечне крайне скупо. В текстах применялись сокращения, позволяющие делать выводы
об особенностях осуществляемого судопроизводства: «Н. С.» — Народный суд; «П. С.» — Полковой суд; «Р. В. Т» — Революционный военный трибунал; «Р. В. Т. Т.» — Революционный военно-транспортный
трибунал; «О. С.» — Особая сессия; «к.» (кантон); «лиш. своб.» (лишение свободы); «лиш. пр.» — лишение прав; «б.» — бывший. В Ведомостях также разъяснялось — помещаемое в справках о судимости
указание на время исполнения приговора («исп.») означает время исполнения приговора к исполнению, а не фактическое приведение его
в исполнение. Например, за № 412 в Ведомостях Наркомата юстиции
РСФСР за 1922 г. имеется запись: «Богданов Григорий Константинович, 22 л. Гр. Новоржевск. у., Гривенск. в., с. Гускина. Убийство, лиш.
своб. 5 л. Исп. 5 янв. 922 г.». Следующая учётная запись, № 413, фиксирует: «Богданов Дмитрий Александрович, 19 л. Гр. Новоладожск. у.,
Спасск. в., д. Бор. Н. С. 1 уч. г. Кронштадта. Хищение и дезерт., лиш.
своб. 1 год. Исп. 4 апр. 922»1.
Различные советские ведомства пытались самостоятельно обобщать
те или иные данные статистики, связанные со сферой интересов судебной статистики. По оценке А. А. Герцензона, в данный период получила
развитие система «параллельных судебно-статистических разработок —
«ведомственных» и «научных». К «научным» разработкам он относил
специальные работы, проводившиеся институтами и кабинетами по изучению преступности в области анализа растрат, имущественных преступлений, убийств, половых преступлений и хулиганства2.
В 1923 г. порядок предоставления материалов с мест был изменён.
Если прежде карточки доставлялись в Губернское статистическое бюро
непосредственно, то в 1923 г. они стали вначале направляться в Губернские суды, и лишь оттуда — в Губернские статистические бюро. В этой
связи, имелась оценка состоявшихся изменений со стороны практических работников, которая была положительной: «…Губсуд может оказывать большее давление на свои филиалы, чем Губстатбюро, с которым эти
последние ведомственно не связаны»3. Указанные перемены повлекли
1
Ведомость справок о судимости. Год издания V. СПб, 1925. Режим доступа: https://
dlib.rsl.ru/.
2
Герцензон А. А. Курс судебной статистики. С. 69.
3
Артищев Р. Т. Некоторые данные моральной статистики за 1922–1924 гг.
по Самарской губернии. Самара, 1925. С. 6.
129
Глава 2. Порядок ведения судебной статистики в советский период истории России
(1917–1991 гг.)
изменение динамики в сводке и группировке статистических показателей. Считалось, что зафиксированный от 1922 г. к 1924 г. рост преступности связан с улучшением организации сбора первичных статистических
данных, в результате которого поступление из судебных мест заполненных статистических бланков стало регулярным.
Значительный интерес представляют обобщённые статистические
данные по Самарской губернии за период 1922–1924 гг., в сравнении
с показателями в целом по РСФСР. В Самарской губернии с марта 1922 г.
и по окончании шести месяцев 1924 г. было осуждено 21 842 человека.
Преступления, которые они совершили, распределялись по нескольким
группам, которые были установлены в классификации ЦСУ: государственные преступления — 0,2 %; против личности — 5,4 %; имуществен
ные преступления — 22,9 %; воинские преступления — 10,2 %; служебные
(должностные) преступления — 5,3 %1.
Наибольшие количественные пропорции были сгруппированы в категорию преступлений, именуемых как «приготовление, сбыт и хранение спиртных напитков, спиртосодержащих веществ и наркотиков».
В Самарской губернии подавляющее большинство этих преступлений
было связано с тайным винокурением (самогоном) — 5 801 осуждённых,
удельный вес которых в общей их массе составил 26,6 %. Кроме этого,
при осуществлении сводки по данной категории судебных дел признавался их латентный характер. Утверждалось, что «в действительности
таких преступлений гораздо больше»2. В Самарской губернии в группе
имущественных преступлений наиболее частными были кражи, доля
которых в общем составе преступлений составляла 17,8 %. Из воинских
преступлений в 1922–1924 гг. были распространены: самовольные отлучки, несвоевременные явки на службу, опоздания из командировок
или из отпуска и другие мелкие проступки, объединённые в категории
«прочие преступления» — 7,9 %; нарушение и небрежное исполнение
уставов — 1,8 %; растрата и порча имущества — 0,3 %. На основании дан
ных по РСФСР, обобщённых М. Н. Гернетом и Д. П. Родином, Р. Т. Артищев осуществил сравнение в виде относительных показателей (процентов) о соотношении преступлений по РСФСР и Самарской губернии
на основе классификации ЦСУ3 (табл. 24).
-
-
1
Артищев Р. Т. Некоторые данные моральной статистики за 1922–1924 гг. по Са-
марской губернии. Самара, 1925. С. 5.
2
Там же. С. 6, 7.
3
Там же. С. 7.
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]