Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

История коррупции в России

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
221
даватели кафедры философии и подшефные студенты вовремя ушли в отпуск и на каникулы.
Очевидно, что подобным способом действовали и другие го­родские сенозаготовители в Казахстане, и, возможно, в других регионах Советского Союза в 80-е годы ХХ века. Кому отдавали деньги сотрудники сенозаготовительного пункта, не очень ясно, но можно представить, сколько мифических тонн сухого сена съели бедные овцы и коровы зимой следующего года. Но в сле­дующем, 1984 году ситуация с требованием обязательной сда­чи каждым взрослым человеком 20 кг сухого сена повторилась. Опять преподавателям грозили невыплатой отпускных денег до тех пор, пока и они сами, и их подшефные студенты не предста­вят доказательств того, что они сдали на сенозаготовительный пункт по 20 кг сухого сена.
На этот раз удалось решить эту проблему без дачи взяток ра­ботникам сенозаготовительного пункта. Руководство института заключило очень интересный договор с одним из близлежащих колхозов. Согласно этому договору институт обязался в июне месяце направить в колхоз около 100 студентов для выполнения различных сельскохозяйственных работ по указанию руковод­ства колхоза в течение двух или трех недель.
Работать студенты должны были бесплатно, с утра до вечера, без выходных дней. После этого руководство колхоза обязалось предоставить соответствующий объем сухого сена или дого­вориться с руководством сенозаготовительного пункта о выда­че справки о сдаче сена. Отряд студентов отправили в колхоз, и он приступил к работе. Автор настоящей книги был одним из руководителей этого отряда. Интересно заметить, что это про­исходило во время экзаменационной сессии, и студентам обе­щали определенные поблажки при приеме экзаменов и зачетов. Несмотря на это большинство студентов не хотело работать в колхозе, поскольку в начале июня температура воздуха на юге Казахстана держится на уровне 35 градусов в тени. Но работать студенты должны были не в тени, а на открытом воздухе, занима­ясь в основном прополкой на полях колхоза. Следует заметить, что, поскольку этот выезд, в отличие от регулярных выездов сту­дентов в осеннюю пору на уборку урожая, не был санкциониро­ван соответствующими комитетами коммунистической партии, то студентам не давали бесплатную еду за их работу на полях. Их обязали сдавать деньги, которые, как считалось, шли на покупку продуктов в том же колхозе.
Следует заметить, что подобное принуждение студентов к ра­боте, вызванное скрытыми постановлениями областного коми­тета коммунистической партии, а может быть, и скрытыми поста-
222
новлениями республиканского комитета партии, было злостным нарушением Конвенции № 29 Международной организации тру­да «Относительно принудительного или обязательного труда», которая, можно напомнить, была ратифицирована Советским Союзом в 1956 году. Можно заметить, что согласно современ­ному Уголовному кодексу Российской Федерации, бесплатный принудительный труд считается преступлением, наказанием за которое может быть начисление большого штрафа со стороны работодателя или лишение его свободы на определенный срок.
На этих примерах выхода из продовольственного кризиса следовало остановиться не только для того, чтобы показать сте­пень абсурдности и деградации коммунистической экономики. Выход из кризиса, предложенный Андроповым, был тупиковым. Неизвестно, как он действовал бы, проживи еще несколько лет. Но Андропов оказался неизлечимо больным, и, пробыв на выс­шем посту коммунистической партии и всей страны менее двух лет, умер в феврале 1984 года.
Сказанное выше подтверждает, что продовольственный кри­зис в стране достиг таких размеров, которые порождали аб­сурдные попытки выхода из него. По уже приведенному выше мнению, высказанному А. Солженицыным в 1981 году, продо­вольственный кризис уже можно было назвать предвестием го­лода, который разлился по Советскому Союзу.
Начиная с 1985 года, новое руководство страны стало искать принципиально новые способы выхода из продовольственного кризиса, а также пути преодоления технологического отстава­ния экономики страны в целом. Этот выход был назван пере- стройкой, о которой подробнее будет рассказано в следующем параграфе. Предприняли такие меры, как отказ от разоритель­ной гонки вооружений, сокращение армии, но экономическое положение страны продолжало ухудшаться. ВПК по инерции потреблял львиную долю ресурсов, экономика оставалась пла­новой. В стране ситуация с продовольствием не исправлялась. В 1990 году в некоторых регионах и городах действовала си­стема распределения продуктов питания и товаров первой не­обходимости по карточкам, выдаваемым по месту жительства. Каждый человек получал талоны на покупку определенного коли­чества масла, мяса, молочных продуктов, алкогольных напитков.
В этих регионах без талонов уже мало что можно было купить. С 1990 года трудности с продуктами начали появляться даже в Москве, где стали вводить ограничения на продажу продуктов и товаров первой необходимости иногородним гражданам. В сто­лице москвичам выдавали «визитки» – специальные карточки с фотографией. Многие товары отпускались только по этим ви-
223
зиткам и только москвичам. Иногородние граждане без помощи знакомых москвичей не могли ничего купить. Уровень кризиса требовал радикальных преобразований.
9.3. Попытка выйти из кризиса: перестройка – демократизация коммунистического режима
Коммунистическая диктатура к середине 1980-х годов исчер­пала свои возможности. Все предпринятые диктатурой средства и способы выхода из продовольственного и общеэкономическо­го кризиса оказались неэффективными. И в этот период време­ни в руководство коммунистической партии вошли люди нового, более молодого поколения: генеральным секретарем коммуни­стической партии стал М. Горбачев. Изменившееся руководство страны осознавало уровень кризиса в экономике, ответствен­ность перед страной, необходимость динамичных и эффектив­ных реформ с целью ликвидации продовольственного кризиса и кризиса экономики в целом.
В конечном итоге продовольственная проблема (и спасение людей от голода) была решена благодаря экономическим ре­формам Е. Гайдара в начале 1992 года. Но эти экономические реформы не были бы возможны без политических и социальных реформ, начатых М. Горбачевым и его единомышленниками в 1985 году. Главной реформой стало освобождение граждан страны от страха перед репрессиями и беззакониями со сторо­ны коммунистического режима, которые существовали в стране с 1918 года. Внутри граждан СССР жил многолетний историче­ский страх перед неизбежными арестами за любые протестные действия, а также неразрешенные коммунистической системой слова и мысли.
После 1985 года стало происходить невероятное, у многих людей страх перед властью стал исчезать. Что же произошло? Люди вдруг сделались смелыми? Нет. Просто во главе комму­нистической партии (а значит, и страны в целом) оказались не­сколько человек, которым не нравилось пугать людей, не нрави­лось внушать страх, не нравилось управлять с помощью страха. А может быть, новые руководители были умнее своих предше­ственников и поняли, что управление с помощью страха неиз­бежно приводит к деградации экономики.
Горбачев и его сторонники в коммунистической партии за­претили силовым структурам, прежде всего КГБ, пугать людей, внушать им страх. Этот запрет на страх действовал на протя­жении всего времени, когда Горбачев (а потом и его преемник Б. Ельцин) находился у власти. Конечно, коммунистическим
224
спецслужбам не нравилась политика отказа от запугивания лю­дей, но в 80-е годы ХХ века советские спецслужбы подчинились руководству коммунистической партии. Новый политический курс назвали перестройкой, и главным ее содержанием стало возрождение в стране демократии. Там, где больше демокра­тии, меньше коррупции. Поэтому новый политический курс яв­лялся антикоррупционным.
Важной особенностью перестройки стал отказ не только от такого элемента чингисхановской политики, как внутренний де­спотизм, диктатура, но и от курса на агрессию во внешней поли­тике. Был принят курс на разрядку мировой напряженности, на отказ от стремления к победе коммунизма в мировом масштабе, что позволяло перейти к сокращению расходов на ВПК и напра­вить больше средств на нужды народа.
Важным элементом перестройки стала гласность, то есть вос- становление в стране свободы слова, свободы печати, точнее, свободы всех средств массовой информации, и главное – воз­можности критики власти. А без критики власти не может быть и эффективной борьбы с коррупцией.
В стране появились газеты, журналы, теле- и радиопереда­чи, свободные от цензуры и внутреннего страха журналистов и редакторов. Начали печатать запрещенные когда-то стихи, ста­тьи в журналах, а затем и книги. Массовыми тиражами выходи­ли произведения, где говорилось о репрессиях коммунистиче­ского режима, о концлагерях, о миллионах убитых и погибших с голоду людей в Гражданской войне и в ходе коллективизации. Наконец-то в нашей стране был издан и «Архипелаг ГУЛАГ» А. Солженицына.
Свобода слова и свобода критики скоро привели к тому, что стали критиковать номенклатурные привилегии – спецмагазины, спецбольницы и т. д. Естественно, что это очень не нравилось номенклатурщикам.
Очень скоро стало ясно, что разрядка мировой напряженно­сти и гласность со свободой слова и свободой критики власти радуют далеко не всех. Директора промышленной части ВПК по­чувствовали угрозу сокращения своих доходов и снижения свое­го влияния. Представителям военной верхушки ВПК не понрави­лось уменьшение численности армии, поскольку это приводило к сокращению генеральских должностей и связанных с ними привилегий. Правда, директорам и генералам предлагалась конверсия – перевод части производства ВПК на выпуск мирных товаров для людей и переподготовка офицеров по гражданским специальностям. Но конверсия была связана с огромными хло­потами, личной инициативой, нестандартными решениями, то
225
есть с тем, чего номенклатурные чины из ВПК не хотели или не умели делать.
Политика гласности не нравилась большинству работников огромного аппарата коммунистической партии, а также руково­дителям партии во многих районах страны. Во-первых, многие из них симпатизировали диктаторским методам управления, а во-вторых, они не привыкли к возможности свободной критики действий партийной номенклатуры. В коммунистической партии с 1987 года начало нарастать противодействие партийного аппа­рата и номенклатуры политике перестройки и лично Горбачеву.
В конце октября состоялось традиционное для коммуни­стической партии мероприятие – пленум центрального коми­тета компартии. Мирное заседание пленума было нарушено неожиданно резким выступлением Б. Ельцина (руководителя Московского комитета коммунистической партии). Ельцин нахо­дился на этом посту около года, куда его перевели с поста руко­водителя Свердловской области. Одновременно он был введен в Политбюро ЦК компартии, то есть вошел в состав высшего ру­ководства страны и успел проявить себя сторонником решитель­ных преобразований. Более того, он начал бороться с корруп­цией в Москве, с круговой порукой, царившей в номенклатуре. Ельцин резко критиковал нерадивых или нечистоплотных чинов­ников и даже снимал их с должностей. Он действовал, нарушая и правила поведения номенклатуры, и главное, нарушая ее насущ­ные интересы, чем нажил себе много недоброжелателей.
Поэтому в адрес Ельцина критически высказывались мно­гие участники пленума. Через две недели состоялся пленум Московского комитета компартии, где на Ельцина обрушились с нападками многие выступающие на этом пленуме. Ельцин едва мог отвечать, поскольку был привезен на свое судилище из больницы в тяжелом состоянии. В итоге Ельцина сняли с поста руководителя Москвы.
С 1988 года сопротивление партийного аппарата, номенкла­туры и региональных партийных руководителей перестройке и демократизации страны неуклонно нарастало. Это выражалось и в скрытом саботаже, и в торможении экономических реформ. Начались и открытые выступления партийного аппарата и ком­мунистических реакционеров против демократизации страны. В марте 1988 года в газете «Советская Россия», второй по ран­гу газете компартии, опубликовали статью «Не могу поступить­ся принципами». Статью опубликовали без ведома Горбачева, и направлена она была против политики перестройки. Суть статьи сводилась не только к критике перестройки и демократизации, но и к защите некоторых явлений, характерных для периода дик-
226
татуры И. Джугашвили. Так началась открытая война аппарата коммунистической партии против демократических преобразо­ваний и против демократической части руководства коммуни­стической партии.
Горбачев и его соратники оказались в сложной и парадок­сальной ситуации. Демократизация страны, переход к свобод­ной экономике были нужны государству как воздух. Политику пе­рестройки поддерживала активная часть народа и руководство страны. Но государственный аппарат, тесно переплетенный с партийным коммунистическим аппаратом и формально подчи­ненный руководству страны, саботировал перестройку, посколь­ку она грозила корпоративным интересам партийного аппарата и номенклатуры.
В этой сложной ситуации Горбачев и его окружение приняли смелое и единственно возможное решение: создать такую по­литическую систему власти, которая бы избиралась народом, а не подбиралась номенклатурой и функционерами коммунисти­ческой партии, партийным аппаратом (партаппаратом). Решили начать переход к реальным выборам органов власти. При демо­кратических выборах избиратели сами решают, кому из канди­датов войти во власть, а в коммунистических псевдовыборах в советы опускают в урну бюллетень с фамилией одного канди­дата, подобранного партаппаратом. Именно поэтому депутаты коммунистических советов были ответственны перед партаппа­ратом, а не перед избирателем. Горбачев и его соратники стали создавать систему власти, зависимую от волеизъявления изби­рателей, народа.
Весной 1989 года прошли выборы в новый высший орган за­конодательной власти – Съезд народных депутатов. Этот съезд избирался особым способом. Треть из 2250 его депутатов из­бирали различные организации, вернее, их руководящие ор­ганы. Две трети депутатов съезда избирал напрямую народ на конкурсной основе. Правда, во многих регионах страны и эти выборы полностью контролировал партийный аппарат, поэтому большинство депутатов съезда оказались послушной партаппа­рату и номенклатуре массой. Но в Москве, Ленинграде и других крупных городах страны действительно прошли реальные выбо­ры, на которых избрали демократически настроенных депутатов. Это были первые демократические выборы в стране после вы­боров в Учредительное собрание в 1917 году.
Против демократических реформ было настроено большин­ство членов коммунистической номенклатуры, руководство ВПК и армии и руководство КГБ. Они не захотели отказываться от власти, от своих номенклатурных привилегий коррупционного
227
характера, поэтому 19 августа 1991 года совершили попытку го­сударственного переворота, которая провалилась. После этого деятельность коммунистической партии, управлявшей Россией диктаторскими методами более семидесяти лет, приостанови­лась. Вскоре в стране закрыли все комитеты этой партии, а их помещения переданы российским государственным органам, имущество партии было национализировано. То же самое про­изошло в других республиках.
9.4. Экономические реформы начала 90-х годов XX века в России. Приватизация
В конце 1991 года Россия стала свободным и независимым государством. Но экономика страны оказалась в крайне слож­ном кризисном положении. В магазинах катастрофически не хватало товаров и продуктов питания, и ситуация продолжала ухудшаться. Наряду с традиционными бедами отечественной экономики (ВПК, централизация, неэффективность) добавился такой фактор, как желание товаропроизводителей придержать свою продукцию. Директора заводов и фабрик тормозили вы­воз товаров по традиционным адресам, централизованным ба­зам, складам, откуда те должны были распределяться по мага­зинам или по разным учреждениям: больницам, детским домам. Товаропроизводители придерживали свою продукцию как более надежную вещь, чем деньги, ведь последние обесценивались, и стали переходить на натуральный обмен.
Продолжала действовать карточная система распределения важнейших видов продовольствия. Например, по одной из та­ких продовольственных карточек в 1991 году в Архангельске на одного ребенка полагалось 200 грамм подсолнечного масла в квартал, но даже этого небольшого количества масла в магази­нах не оказывалось. Государственная система распределения стала давать сбои как в сфере государственной торговли, так и в сфере социального снабжения учреждений и граждан товарами и продуктами, с ослаблением централизованной власти станови­лась все более неэффективной. Перед страной встала реальная опасность голода, причем не товарного, он уже настал, а голода в прямом смысле, когда людям не хватало продуктов питания.
Такое развитие событий не было неожиданностью. Многие экономисты предсказывали подобное еще до начала перестрой­ки. Собственно, что-то старался делать в плане изменения эко­номической ситуации даже Андропов со своей попыткой усиле­ния централизации и государственного контроля в экономике.
228
Но мировой опыт – и экономический, и политический – с не­умолимой очевидностью показывал, что выправить экономиче­ское положение можно только одним стратегическим способом – построением свободной экономики. Обычно вместо выраже­ния «свободная экономика» используют такие выражения, как «рыночная экономика» или «либеральная экономика». Но они несут в себе или несколько негативный, или несколько искажен­ный смысловой оттенок. Слово «рынок» в русском языке ассо­циируется со словом «базар» или «вещевая ярмарка». А в эко­номической науке термин «рыночная экономика» означает, что производитель создает нужную людям продукцию, которую бу­дут охотно покупать из-за хорошего качества и ее полезности. Противоположностью рыночной экономике являлась та, которую создали коммунисты в России, когда продукция производилась по приказу и заказу государственных органов власти, а точнее, по приказу различных коммунистических чиновников. Поэтому государственная командная экономика оторвана от запросов граждан и является не только неэффективной, но и несвободной.
На рубеже 1991–1992 годов народу России, как и ее политикам и экономистам, было не до языковых тонкостей. Экономика сто­яла на краю пропасти. Какие-то шаги по переходу на рыночные отношения совершались уже с 1986 года. В 1990 году обсужда­лась специально разработанная программа перехода к свобод­ной экономике. Россия пыталась предпринимать самостоятель­ные шаги по построению свободной экономики, но делать это одной в рамках союзного государства оказалось невозможным, хотя еще в период существования Советского Союза был при­нят российский Закон «О приватизации государственных пред­приятий». Приватизация означала передачу большинства пред­приятий, заводов, фабрик, магазинов – в частные руки. Главный смысл приватизации – это полная ответственность новых хозя­ев за свою деятельность. Если ты успешен, богатей сам и пла­ти зарплату своим работникам. А если нет, то государственный бюджет не несет никакой ответственности за твое разорение. Строго, но справедливо.
Но полноценная приватизация стала возможной, когда Россия превратилась в самостоятельное суверенное государ­ство, выйдя из состава СССР. И руководство суверенной России во главе с президентом Б. Ельциным начало реальный переход к свободной экономике, к ее разгосударствлению и приватиза­ции. Новое руководство осознавало, что без глобальных реформ Россия обречена на массовый голод и экономическое отстава­ние от передовых стран. Президент Ельцин не только решился на этот смелый шаг, но и подобрал слаженную команду специ-
229
алистов, которым было доверено реформирование экономики. Это были молодые способные экономисты, которые занимались проблемами реформирования экономики на теоретическом уровне с начала 80-х годов ХХ века. Во главе этой команды стоял Егор Гайдар, назначенный Ельциным сначала вице-премьером, а потом исполняющим обязанности председателя правительства.
Масштабный переход к свободной экономике намечался еще на ноябрь 1991 года, но по просьбе руководства Украины начало радикальной экономической реформы откладывалось до рефе­рендума о независимости Украины 1 декабря 1991 года. Затем последовала повторная просьба Украины отложить реформы, но теперь уже Гайдар решительно заявил, что время компромис­сов прошло. После референдума в Украине вместо СССР было создано Содружество независимых государств (СНГ), и Россия первая из стран СНГ приступила к реформам.
Руководители других стран или не желали демократических реформ, или боялись трудностей, неизбежных при проведении реформ. Последующие события показали, что трудности, свя­занные с реформами, действительно были огромными. Но через два-три года экономика и материальное положение людей в этих странах оказались в худшей ситуации, чем в России. Странам СНГ тоже пришлось переходить к подобным реформам, под­твердив тем самым правоту действий Ельцина и Гайдара.
Официальным началом экономических реформ стали ос- вобождение, либерализация цен со 2 января 1992 года. Либе­рализация цен означала, что производитель продукции мог уста­навливать цену на продукцию свободно, независимо от вме­шательства органов государственной власти. Естественно, что производители пытались увеличивать цену на свои товары мак­симально, но покупатель мог не покупать продукцию по завы­шенным ценам, то есть производитель должен был считаться с интересами и возможностями покупателя.
В качестве примера: 2 января в продуктовом магазине Архангельска с утра появилась сметана, но стоила она раз в 8 до­роже. Покупатели проклинали либерализацию цен и не покупали этот продукт. А к вечеру цена сметаны снизилась в 3–4 раза, и покупатели сметану раскупили, уже мягче высказываясь относи­тельно экономических реформ. Таким образом, не на лекциях по теории экономики, а в магазине было установлено, что свобода производителя и продавца должна сочетаться со свободой по­купателя. Подобное свободное регулирование цен дает эффект только в условиях конкуренции производителей. Но конкуренция опять же должна быть свободной и честной, когда некоторые производители одинаковых товаров не имеют особой поддерж­ки со стороны государственных чиновников.
230
Помимо либерализации цен важнейшими действиями по соз­данию рыночной экономики стали:
– приватизация большинства государственных предприя­тий – как производственных, так и торговых, то есть передача го­сударственных предприятий в частную собственность;
– реорганизация большинства государственных предприятий в акционерные общества;
– разрешение и даже поощрение свободной торговли.
Примечательно, что одним из первых правовых актов в про­цессе создания свободной экономики был указ президента России о свободе торговли. Этот закон запрещал местным вла­стям препятствовать всем желающим гражданам и организаци­ям занятию торговой деятельностью. Свобода производить свя­зывалась со свободой торговать.
Одной из главных задач построения свободной экономи­ки было воссоздание свободной частной собственности, в том числе индивидуальной, находящейся в руках отдельных людей. Россия нуждалась в частной собственности как более эффектив­ном и более ответственном способе управления имуществом, чем государственная, ведь на государственных предприятиях собственностью распоряжались директора, которые не несли никакой личной ответственности своим имуществом, не забо­тились ни о высоком качестве продукции, ни о снижении рас­ходов предприятий. Государственных руководителей интересо­вали только доходы, а качество, рентабельность их не заботили. Главным для государственных директоров были хорошие связи с чиновниками на местах и в вышестоящих министерствах.
Для руководителей же частных предприятий качество про­дукции, рентабельность производства являются основой суще­ствования в настоящем и будущем. Нет качества и рентабельно­сти, значит, предприятие и его владельцы разоряются. Частная собственность, то есть собственность отдельных людей, по сути своей связана с рациональным и эффективным управлением. Государственная собственность порождает безответственность, неэффективные и затратные способы управления.
Стране нужно было и сосредоточение крупных денежных со­стояний у отдельных людей (индивидуальных, личных состоя­ний). Для чего? Для того чтобы создать общественные силы, которые способны поддерживать баланс в отношениях между государственной властью и обществом. Крупные собственни­ки – это такая экономическая сила, которая может сдерживать государственных чиновников в их излишних стремлениях управ­лять обществом и людьми, ограничивая их интересы и свобо-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]