Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма.pdf
Глава 4. «План Маршалла для Азии»: идеи и стратегия
внедрения в практику передаваемых технологий – «для того, чтобы
произвести положительные результаты без ненужных затрат ресурсов
и времени». Очевидно, что эти идеи из президентского доклада перенаправляли всю программу внешней помощи в русло планового проиндустриального подхода, на котором строилась прогрессистская идеология
и который осудил конгресс за несколько месяцев до этого7.
Таким образом, если в 1951 г. успешное «коммунистическое наступление» в Корее позволило сторонникам доктрины «национальной
безопасности» протолкнуть через конгресс концепцию «взаимной безопасности» в качестве основы американской внешней политики, одновременно отодвинув прогрессистов-глобалистов от рычагов внешней
помощи, то в 1954 г. другое «коммунистическое наступление», на этот
раз в Индокитае, сформировало условия для разворота в противоположном направлении – от «взаимной безопасности» к идеологии «помощи
развитию».
Инициировав этот разворот, Эйзенхауэр фактически мягко проигнорировал интересы могущественной консервативно-традиционалистской группировки в администрации, возглавляемой министром финансов Дж. Хэмфри, которая настаивала на том, что главную роль
в процессе развития должны играть частные инвестиции, а правительственная помощь должна была только создавать для этого инвестиционный климат. Президент фактически, показал этой группировке, что
ее интересы являются для него вторичными, как это было и при Трумэне, когда правительственная бюрократия считала, что «федеральное
правительство должно контролировать и направлять обширные, некоординируемые и, по сути, хищнические экономические силы того типа,
который обычно привлекается к рискованной игре иностранных инвестиций»8. Эйзенхауэр явно разделял эту точку зрения демократов,
которые еще раз предупредили республиканского президента о том,
что «если мы действительно заинтересованы в экономическом развитии
(слаборазвитых стран. – С. Ш.), . . . мы не можем доверить эту работу
частным инвестициям»9.
По сути, Эйзенхауэр, так же как и Трумэн, пытался объяснить
лидерам традиционалистов, что их очередь ещё не наступила, что этот
тандем – техническая помощь и «помощь развитию» – «закладывает
7
«Не через крупные проекты экономического развития», но, «в конечном итоге,
только через обучение местного населения можно обеспечить движение вперёд экономически слаборазвитых стран» (U.S. Congress. House of Representatives. Report of the
House Committee on Foreign Affairs on the Mutual Security Act of 1954. P. 78).
8
Sancton T. Truman’s Colonial Experiment // The Nation. 1949. February. P. 146; Ше-
нин С. Ю. Указ. соч. С. 69–71.
9
U.S. Congress. Senate. Technical Assistance Programs. Hearings before a Subcommittee
of the Committee on Foreign Relations, 84thCongress, 1stSession. Washington, 1955.
P. 169–170.
61
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
фундамент для привлечения частных инвестиций и частного менеджмента. . . Сегодня потенциальный частный инвестор, как правило, видит, что в слаборазвитой стране плохие транспорт, энергетика и коммуникации создают препятствия для эффективного бизнеса. Аккуратно
спланированная «помощь развитию», правильно увязанная с программами технического сотрудничества, может продвинуться далеко в создании необходимых стимулов для притока значительных частных инвестиций, как местных, так и иностранных»10.
Конечно, стратегический поворот августа 1954 г. ни в коем случае
не был импровизацией. В течение всего этого года Эйзенхауэр осторожно формировал фундамент для новой стратегии. «Сейчас он начинает
готовить персонал, механизм и программы правительства для ведения
долгосрочной войны», – отмечали оппоненты президента. Если создание FOA было первым шагом по направлению к строительству «машины» глобализации, то в качестве второго шага Эйзенхауэр «вернул
в Вашингтон бывшего директора по бюджету Джозефа Доджа – фигуры
очень важной для перенастройки правительственного аппарата с точки
зрения его работы в сфере внешнеэкономической политики»11.
В качестве главного инструмента перенастройки был создан Совет по внешнеэкономической политике (CFEP – Council on Foreign
Economic Policy), который и возглавил Додж – традиционалист,
но жесткий сторонник глобализации. Его задачей являлась разработка
свежих идей для новой стратегии12. Кроме того, президент пригласил
в Белый дом Нельсона Рокфеллера (близкого партнёра Доджа в прошлом) на пост советника по вопросам холодной войны для «разработки
лучших подходов для того, чтобы сделать новые внешнеполитические
планы президента понятными для других стран»13.
Несмотря на то что госсекретарь Дж. Даллес носил неофициальный титул «самого стойкого солдата холодной войны», он, тем не менее, активно включился в разработку новой стратегии глобализации
в качестве одной из главных фигур. Не имея на тот момент никаких идей в отношении того, какие тактические пути можно использовать для реализации стратегии, Даллес, тем не менее, возглавил процесс формирования идеологического базиса для осуществления предполагаемого плана для Азии. Пытаясь найти убедительные аргументы
в пользу необходимости такого плана и стратегического разворота в целом, он утверждал, что «в настоящий момент администрация исходит
из предположения, что вероятность большой горячей войны умень-
10
Eisenhower D. Op. cit. P. 381–83.
11
Reston J. Nelson Rockefeller to Be Named White House Foreign Policy Aide // The
New York Times. 1954. December 8.
12
См.: Kaufman B. Op. cit. P. 36–37.
13
Reston J. Nelson Rockefeller to Be Named White House Foreign Policy Aide.
62
Глава 4. «План Маршалла для Азии»: идеи и стратегия
шилась, а борьба с коммунизмом сместилась (с военно-политического
аспекта. – С. Ш.) в сферу экономико-идеологиче ской конкуренции»14.
Объясняя смену акцентов, дипломаты Даллеса настаивали, что
Азия превратилась в самый опасный фронт холодной войны. Спектр
угроз был самым широким: «Слабая экспортная торговля Японии может соблазнить японских коммунистов ориентироваться на рынки России и Китая. В Малайзии сегодня идет невидимая Красная война. Нынешняя администрация в Индонезии уже сформировала парламентский
альянс с местной красной партией . . . Красные в коммунистическом
Китае провозгласили экс-премьера Таиланда главой красного тайского
движения. Красная армия в Бирме всё ещё воюет с бирманским правительством. Красные продемонстрировали неожиданную политическую
силу в некоторых районах Пакистана». В целом, считали представители
госдепартамента, наибольшую угрозу стабильности в Азии несла с собой «подрывная активность красного подполья». Естественно, в таких
условиях «экономическая оборона» становилась важнее военной15.
Таким образом, доводы в пользу «экономического сдерживания»
были аналогичны тем, которые имели место в Европе в 1947 г., накануне начатой президентом Трумэном кампании за «план Маршалла».
В 1954 г. аргументы того же рода ещё раз сослужили добрую службу
делу «глобализации по-американски».
Массированная пропагандистская кампания в поддержку этой позиции администрации началась уже на следующий день после того, как
президент смог восстановить урезанные фонды помощи для Юго-Восточной Азии. Самую активную роль в этой кампании сыграла продемократическая пресса, которая традиционно симпатизировала прогрессистской идеологии и исповедующим её республиканцам. Наиболее за-
метными на этом направлении были усилия «Нью-Йорк Таймс», которая фактически изложила целый манифест нового плана глобализации.
Его смысл заключался в том, что американский истэблишмент
в целом осознал необходимость остановить распространение коммунизма в ЮВА, в первую очередь на границе между северным и южным Индокитаем. Подчёркивалось, что этого нельзя добиться только
с помощью военных пактов и блоков – необходимо было обеспечить
экономическое процветание местного населения в течение следующих
двух лет. В противном случае, «никто у нас не сомневается, что народы
Юга проголосуют за то, чтобы остаться на той стороне железного занавеса». Поэтому намного б´ольшая часть американской помощи должна
была идти на экономическое развитие, и то, что Эйзенхауэру удалось
вернуть урезанные ранее конгрессом 314 млн долл., являлось подтвер-
ждением общего признания этого факта16. Дилемма вырисовывалась
14
Reston J. Nelson Rockefeller to Be Named White House Foreign Policy Aide.
15
Cromley R. Aid Billions : Ike’s Advisors Mull Costly Foreign Aid Program // The Wall
Street Journal. 1954. August 14.
16
Reston J. A Gain for President.
63
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
простая: или экономическое развитие Азии, или её потеря, за которой
неизбежно последует стратегическое поражение в холодной войне.
В тот же день «Нью-Йорк Таймс» высказалась и в отношении
методов решения проблемы. В её редакционной статье было заявлено, что победный марш коммунизма в ЮВА должен быть остановлен:
«План Маршалла . . . одержал великую победу за свободу. Он спас Европу от экономической катастрофы и, сделав это, спас от политической
катастрофы. По-видимому, нам надо воскресить надежды, решимость
и энтузиазм, которые сопровождали принятие плана Маршалла семь
лет назад»17.
Таким образом, 5 августа 1954 г. впервые «Нью-Йорк Таймс» публично увязала воедино программу «взаимной безопасности», новую
азиатскую ситуацию и методологию «плана Маршалла». Тем самым
в прессе была инициирована дискуссия о том, мог ли подход, использованный в Европе, быть применим в Азии.
Сторонники такой точки зрения полагали, что концепция хорошо
сработала в Европе, коммунизм был остановлен, поэтому «промышленные страны Европы, как и Япония, больше не нуждаются в первоочерёдной финансовой помощи». Однако теперь они «боятся того,
что рынок свободного мира не сможет оставаться достаточно большим,
чтобы удовлетворить их потребности. Вот почему они скрытно косятся
на голодные рынки за железным занавесом»18. Исходя из этого, считали
прогрессисты, подход, используемый «планом Маршалла», необходимо применить для решения аналогичной задачи формирования новых
рынков в Азии.
Их противники, наоборот, утверждали, что «план Маршалла» провалился, поскольку он не искоренил коммунизм и экономический национализм в европейских странах. Более того (а в этом и заключалась
разработанная Сталиным глобальная коммунистическая стратегия), Соединенные Штаты сами лезут в ловушку массированной помощи слаборазвитым странам. Поэтому для Америки все кончится очень плохо,
если она продолжит «субсидировать долгосрочную кампанию СССР
против США» в форме ещё одного «плана Маршалла»19.
Госсекретарь Дж. Даллес понимал, что одни политические лозунги не могут убедить конгресс принять геоэкономическую идею нового
«плана Маршалла», на этот раз для Азии. Срочно требовались оперативный план и экономическая теория, которые должны были продемонстрировать завершённость всей стратегии (именно отсутствие убедительной теории позволило оппозиции в своё время разрушить программу «пункта-4»).
17
How Much Foreign Aid // The New York Times. 1954. August 5.
18
Needed : New Kind of Foreign Aid // Business Week. 1954. September 18.
19
Braden S. Billions for Blunders // The American Mercury. September 1954.
64
Глава 4. «План Маршалла для Азии»: идеи и стратегия
Пытаясь решить эту проблему, Да ллес активно поддержал два исследовательских центра, которые могли такой план разработать. Первая группа учёных, которая работала над так называемым Всемирным
экономическим планом (WEP – World Economic Plan), была сформирована на основе Центра международных исследований (CENIS – Center
for International Studies) в Массачусетском технологическом институте
(MIT)20. Второй центр располагался непосредственно в государственном департаменте – это была так называемая «группа Болдвина».
Разрабатывая глобальные системные решения, руководители
CENIS, известные исследователи Уолт Ростоу и Макс Милликэн,
в рамках своего WEP согласились с главной идеей прогрессистов из администрации – сместить фокус экономической помощи с «негативной»
политики «сдерживания» на конструктивные методы экономического
развития с целью поднять уровень жизни в слаборазвитых регионах.
Они полагали, что пакет международной помощи в 20 млрд долл.,
предоставляемый на пять лет и состоящий из кредитов и грантов
(включая 10 млрд долл. со стороны США), мог бы системным образом
завершить процесс восстановления мировой торговли и решить экономические проблемы, с которыми Соединенные Штаты столкнулись
в 1950-е гг.
Несмотря на то что план CENIS имел серьёзную поддержку со стороны лидеров прогрессистского лагеря, сам Эйзенхауэр в середине августа 1954 г. решительно отверг предложение как «слишком радикальное». Объясняя этот шаг, он писал, что было бы очень трудно «продать»
WEP конгрессу, поскольку «циники сразу заявят, что это еще более
эффектный и эффективный способ выбросить деньги на ветер»21. Президент не сомневался, что WEP был обречён на поражение, поскольку
в администрации все консерваторы объединились бы в борьбе против
него, в то время как Эйзенхауэр считал, что подчиненные должны прийти к консенсусу, чтобы обеспечить прохождение плана через конгресс22.
В тот момент президент прикладывал колоссальные усилия, пытаясь
восстановить до 3,5 млрд долл. бюджет MSA, жестоко урезанный нижней палатой, а в ситуации раскола администрации было бы невозможно
бороться ни за рост финансирования, ни за новую философию помощи.
Альтернативная «группа Болдвина» была создана Дж. Даллесом
в госдепартаменте ещё в апреле 1954 г. для изучения проблемы региональной кооперации в Азии как способа, с помощью которого «США
уменьшили бы экономическую слабость и внесли вклад в защиту региона от коммунизма». Группа состояла из представителей заинтересованных внешнеполитических отделов госдепартамента – Дальнего
20
См.: Pearce K. Rostow, Kennedy, and the Rhetoric of Foreign Aid. East Lansing, 2001.
P. 51.
21
Rostow W. Eisenhower, Kennedy, and Foreign Aid. Austin, 1985. P. 101.
22
См.: Pearce K. Op. cit. P. 60.
65
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
Востока, Европы, экономического развития, а также министерства торговли и FOA23.
В своем докладе, от 30 августа того же года (позже получившем
название «плана Болдвина») делался вывод, что решение азиатских
проблем бедности, экономической нестабильности и других бед, вытекавших из экономической стагнации, могло быть облегчено за счет новой долгосрочной программой помощи региону. При этом она должна
была быть достаточно масштабной для того, чтобы оказать ощутимое
влияние на народы и правительства. Было также подчёркнуто, что если
соотношение иностранных инвестиций и местных усилий и ресурсов
не будет сопост авимо, то никакое количество внешней помощи не создаст необходимых условий для обеспечения экономического роста. Целью США в регионе, по мнению составителей доклада, должно было
стать достижение сравнительно высокого уровня экономического роста, который должен быть самоподдерживающим и продолжительным,
а не искусственно выбранным уровнем общих инвестиций, пусть даже
очень высоким, что явно намекало на «несуразность» теории У. Ро-
стоу24.
Объем необходимой внешней помощи должен был значительно
превышать ее количество, предоставленное азиатским странам в предыдущие годы. Общая сумма порядка 10 млрд долл. на десятилетний
период могла бы поднять уровень жизни в странах-реципиентах до 1%
в год на душу населения, увеличить подушное ВВП приблизительно
на 2,5% в год и перевести азиатские экономики в режим самоподдерживающего роста. Подчеркивалось, что из указанной общей суммы около 7 млрд долл. должно было быть предоставлено для одной
только Индии. В первые годы программы особое внимание необходимо
уделить технической помощи, которая должна расшить «узкие места»
(bottleneck), вызванные недостатком местных «знаний и умений».
Будущая программа американской помощи, считали авторы доклада, должна базироваться на многостороннем подходе. Фонд развития,
работающий под эгидой региональной экономической группы (напри-
мер, расширенного варианта организации «плана Коломбо»25), должен
был предоставлять займы для решения задач экономического развития. Никакие политические или экономические требования не должны
были предъявляться реципиентам в качестве условий при получении
средств26.
Учитывая, что в «группе Болдвина» были представители FOA
и министерства торговли, можно сказать, что этот совместный документ представлял собой консолидированную позицию прогрессистской
23
Rostow W. Op. cit. P. 234.
24
Ibid. P. 235.
25
«План Коломбо» был создан в 1950 г. как организация азиатских членов Британского
содружества. США присоединились к ней на следующий год.
26
См.: Rostow W. Op. cit. P. 234–235.
66
Глава 4. «План Маршалла для Азии»: идеи и стратегия
части администрации и имел, в отличие от плана CENIS, неплохие
шансы на успех.
Что касается самого Стассена и его президентских амбиций,
то роль «отца» азиатского «плана Маршалла» была для него весьма
кстати. Однако, чтобы «остаться в президентской обойме», ему был
очень нужен быст рый успех, поскольку конгресс дал FOA всего один
год существования. Кроме того, законодатели выделили ему не так
много денег для того, чтобы сформулировать хоть что-то отдаленно напоминающее европейский «план Маршалла». Именно поэтому Стассен
должен был быть чрезвычайно точен и аккуратен в озвучивании своих
намерений. Сам термин – «план Маршалла для Азии» – не звучал ни в
рамках программы MSA на 1954 г., ни во время слушаний в конгрессе.
Стассен начал изучать возможности использования методики региональной интеграции для Юго-Восточной Азии уже весной 1954 г.
Возвратившись 5 мая из поездки по Дальнему Востоку, он заявил, что
обсудил новые планы с представителями FOA на Филиппинах, Формозе, в Таиланде, Бирме, Индонезии, Индокитае и Корее. Эти планы
«базировались на расширении наших усилий в Азии», включая «новый
акцент на региональной концепции для наших программ технического
сотрудничества и экономического развития региона»27.
Летом того же года во время прохождения программой «взаимной
безопасности» всех законодательных процедур Стассен старался заложить финансовую основу для своего плана за счёт перераспределение
общих фондов двухсторонней помощи в пользу стран Юго-Восточной
Азии. В результате львиная доля фондов была направлена в регион
ЮВА, в то время как страны Латинской Америки получили лишь ничтожную часть ассигнований – для дальнейшего развития этого региона
Стассен планировал использовать частные инвестиции из США.
В начале октября во время встречи участников «плана Коломбо»
в Оттаве (Канада) Стассен публично представил основные положения
«плана Болдвина». Он подчеркнул, что на базе «плана Коломбо» может
быть создана региональная экономическая группа, в рамках которой
деятельность программы помощи будет регулироваться на многосторонней основе, т. е. приблизительно так же, как OEEC регулировала
«план Маршалла». Эта организация будет стимулировать инвестиции,
поощрять свободную региональную торговлю, а также налаживать экономические связи между промышленной экономикой Японии и производителями сырья в Южной и Юго-Восточной Азии28.
Одновременно администрацией были организованы «пробные»
утечки для СМИ некоторых деталей этого объединённого плана. Эти
утечки должны были подготовить публику к новому большому международному мероприятию. Как и европейский «план Маршалла», но-
27
U.S. Still Expects Vietminh Defeat // The New York Times. 1954. March 6.
28
См.: Kaufman B. Op. cit. P. 52–53.
67
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
вая азиатская программа старалась уйти от помощи странам на двухсторонней основе; вместо этого она ориентировалась на стимулирование каждой страны таким образом, который позволял ей поддержать
производство в других странах, т. е. на основе достаточно глубокого
разделения труда.
«План Маршалла для Азии» (ПМА) представлял собой вариант
схемы региональной интеграции, и в этом был очень похож на свой европейский прототип. Заметным отличием было то, что в Европе не было абсолютного экономического лидера, а в азиатском варианте это
место уверенно занимала Япония. На первом этапе ПМА был нацелен
на то, чтобы «расшивать» те «узкие места» (bottlenecks) в региональной
торговле, которые мешали взаимодействию японской промышленности
с сырьевым производством стран Южной и Юго-Восточной Азии, т. е.
помогать активировать те отрасли слаборазвитых стран, которые позволили бы им зарабатывать валюту. На следующем этапе эта валюта, в свою очередь, должна была быть потрачена на покупку товаров
не только в Японии, но и в других странах, в первую очередь в США.
Таким образом, на втором этапе предполагалось выйти за пределы региона на уровень глобальной интеграции. Как отмечали наблюдатели,
«чем дальше планировщики идут в своей работе по Азии, тем меньше
они думают о ней, как о замкнутом торговом регионе типа Европы,
и больше, как о регионе, где каждая страна стремится торговать со всем
миром»29.
Под «расшиванием узких мест» понималась помощь США в организации того сырьевого производства, которое нужно было Японии. Например, Японии была нужна руда, а у Малайзии она имелась, но необходимо было наладить работу шахт, которые остановились
во время Второй мировой войны. В данном случае ПМА должен был
найти возможность профинансировать процесс восстановления и расширения этих производств. Индонезия хотела бы купить у Японии
ткацкие станки, чтобы начать производить ткани. Если в рамках ПМА
американское правительство могло бы помочь купить эти станки, то у
Индонезии появится валюта от продажи ткани на местном и внешнем
рынках, и она станет рынком сбыта промышленных товаров не только
для Японии, но и для США. Бирма хотела продавать древесину на мировом рынке, но лесные массивы находились в тех областях страны,
куда не были проложены дороги. Если помочь бирманскому правительству приобрести дорожное оборудование в Японии и помочь с постройкой дорог, то продавая древесину на мировом рынке за валюту,
особенно в Японию и США, Бирма смогла бы покупать у этих стран
промышленные товары.
Как видно из приведенных примеров, ПМА ориентировался не на
дешёвую техническую, а на крупную финансово-экономическую помощь. «Если этот план будет принят конгрессом, то он превратит
29
Cromley R. Op. cit.
68
Глава 4. «План Маршалла для Азии»: идеи и стратегия
внешнеэкономическую помощь в большой раздел федерального бюджета периода холодной войны», что и являлось целью прогрессистов
на рассматриваемом этапе30.
С точки зрения Стассена, западноевропейские страны должны были присоединиться к США в этой программе. Директор FOA полагал,
что «как США получили важные экономические, моральные и политические дивиденды от успеха плана Маршалла в Европе», так и «Соединённые Штаты и Европа получат колоссальные дивиденды в будущем от успешной программы развития в Азии». Кроме того, Стассен
подчеркнул, что подключение Европы к азиатской программе помощи не является планом по перемещению части финансового бремени
на западно-европейских союзников. Если Европа согласится участвовать в азиатском плане помощи, заявил он во время пресс-конференции,
это будет означать, что общая американская экономическая помощь
Азии возрастёт. «Мы говорим о том, чтобы сделать больше, а не о том,
чтобы сбросить на кого-то часть нашей нагрузки»31.
Тем не менее, зная наверняка, что такие обещания вряд ли вызовут
энтузиазм европейских союзников, Стассен держал в запасе «пряник»
в виде тарифных уступок, направленных на стимулирование свободной
торговли и многосторонних отношений между США и их союзниками
в Азии и Европе. Идея была выражена в формуле: «Мы поможем вам,
если вы согласны помочь кому-то ещё». Исходя из неё, «мы могли бы
согласиться на снижение торговых барьеров в отношении британского
или французского импорта в США, если эти страны снизят тарифы
на японский текстиль или на тайский или тайваньский экспорт»32.
К концу осени 1954 г. начала вырисовываться более ясная картина. Во-первых, Стассен предлагал не просто региональную интеграцию
в рамках «плана Маршалла для Азии», но одновременно под предлогом эскалации и трансформации холодной войны воссоздать сильные
многосторонние экономические отношения между азиатскими слаборазвитыми странами и европейскими державами, иногда даже невзирая
на недовольство обеих сторон. Такой подход с очевидностью указывал
на то, что план был сформулирован Стассеном и его сторонниками без
какого бы то ни было влияния других групп и имел явную прогрессистскую долгосрочную ориентацию. Однако раньше или позже это
стороннее влияние должно было проявиться.
Таким образом, на протяжении 1954 г. лидеры прогрессистов в администрации активно пытались ускорить процесс восстановления системы мировой торговли. Пользуясь поддержкой президента и обострением холодной войны (в первую очередь, в Индокитае), они приступи-
30
Cromley R. Op. cit.
31
Ryan E. Stassen Asks Europe’s Help in Aid to Asia // The Washington Post and Times
Herald. 1954. November 23.
32
Cromley R. Op. cit.
69
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
ли к формированию теоретической, финансовой и организационной базы для применения в Азии методологии многосторонней региональной
экономической интеграции, т. е. «плана Маршалла для Азии».
Глава 5. Версия Стассена
Появившиеся в Вашингтоне сообщения о том, что программу помощи по модели «плана Маршалла» планируется использовать для
решения азиатских проблем, поставили администрацию Эйзенхауэра
в сложное положение в других частях мира, например в Латинской
Америке. Борьба с коммунизмом в этом регионе не представлялась
Вашингтону такой срочной и важной, а интеграция местных экономик
с американской была уже практически завершена усилиями частных
сырьевых корпораций.
На фоне щедрых обещаний, раздаваемых азиатским странам, размеры помощи Латинской Америке были резко уменьшены, и большая
её часть направлялась в форме военных поставок местным диктаторам,
которые должны были обеспечить политическую стабильность в регионе. Такая политика американской помощи вызвала резко негативную
реакцию латиноамериканских демократических правительств. Они требовали прекратить военные поставки, которые были нацелены на то,
чтобы «просто сохранить диктатора у власти», а эти деньги использовать для осуществления «плана Маршалла» для республик Латинской
Америки1.
Эта е стественная реакция заставила разработчиков глобальных
планов в администрации искать возможность успокоить латиноамериканских лидеров без радикального изменения стратегии. В складывавшихся условиях единственным возможным путём сделать это была
интенсификация потока американских частных инвестиций в регион,
который в предшествовавшие годы заметно ослаб. Для того чтобы добиться этого и одновременно взять этот поток под жёсткий контроль,
администрация Эйзенхауэра предложила проведение так называемых
«инвестиционных конференций».
Подобные конференции представляли собой встречи, «где американец, заинтересованный в инвестициях в такую сферу, как тяжёлая
промышленость, мог встретиться с латинос, заинтересованном в развитии такого промышленного объекта, как металлургический завод. Или
где американцы, заинтересованные в горнорудных инвестициях, могли
встретиться с латинос, имеющих в собственности шахты, нуждающиеся в фондах для развития», и которые могли бы «описать в деталях конкретное деловое предприятие, в которое они хотели бы пригласить аме-
1
См.: Bracker M. Latin Americans Asks Aid, not Arms // The Wall Street Journal. 1954.
October 28.
70