Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Глава 1. Новые контуры помощи
в систему многосторонних отношений реализация планов строитель­ства нового мирового порядка просто провалилась бы. Однако Европа продолжала требовать поддержки со стороны США своим гражданским секторам, хотя американским экспертам становилось все яснее, что такая поддержка, особенно в форме безвозмездной помощи (грантов), не решала главной проблемы – европейской конкурентоспособности, а значит, и наполнения их финансовой системы долларами. В данном случае решение также лежало в сфере ликвидации структурных пере­косов мировой экономической системы, таких, например, как нехватка сырья для промышленных центров, слабость добывающей промышлен­ности в слаборазвитых (недолларовых) странах, неспособность этих стран покупать товары из Западной Европы и Японии и т. п.
8
Развязать узел «взаимной безопасности» можно было только с по­мощью каких-то смелых, нестандартных шагов, которые, однако, на­верняка должны были сопровождаться неизбежными ошибками. По­скольку борьба внутри американской правящей элиты за право опреде­лять модель мирового развития ожидалась тяжелая, долгая и грязная, очень важно было держать ключевые фигуры администрации подаль­ше от этих страстей. С другой стороны, удары в этой борьбе ожида­лись настолько мощные, что только политические тяжеловесы могли ответить ударом на удар. В таких условиях калибр и масштаб руко­водителя внешнеэкономической политики администрации становились ключевым фактором.
Сразу после своей инаугурации в январе 1953 г. Эйзенхауэр офи­циально назначил Гарольда Стасс ена директором программы «вза­имной безопасности» вместо А. Гарримана. Стасс ен был настоящим политическим тяжеловесом с президентскими амбициями. Он стал гу­бернатором Миннесоты в 1938 г. в возрасте 31 года и был дважды пе­реизбран на этот пост до того момента, когда в 1943 г. подал в отставку для того, чтобы пойти на службу в американский ВМФ. В конце 1945 г. он принял участие в создании ООН. Его первая попытка стать кандида­том в президенты состоялась в 1948 г. В 1952 г. он ее повторил, но был вынужден отказаться в пользу выдвижения Эйзенхауэра9. Последний, став президентом, в качестве ответной любезности назначил Стассена главой всей системы внешней помощи, что давало шанс заработать авторитет, престиж и ореол наследника главной должности в стране.
Кроме того, это назначение было обусловлено и идеологическими взглядами Стассена. Он был убежденным прогрессистом с «очень ши­роким взглядом на мировые проблемы». Являясь жестким сторонником «плана Маршалла» в версии Пола Хоффмана, Стассен уже в начале
8
См.: Rostow W. Notes on a New Approach to U.S. Economic Foreign Policy // World
Politics. 1953. Vol. V, № 3 (April). P. 302–312.
9
Ruttan V. United States Development Assistance Policy : The Domestic Politics of
Foreign Economic Aid. Baltimore ; L., 1996. P. 506–507.
21
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
1950 г. предлагал свой «план Маршалла для Азии»10. Он активно под­держивал идею ускорения реформы мировой экономической системы, даже если это требовало использования таких методов из «арсенала социализма», как плановая экономика, преобладание государственно­го сектора, ведущая роль индуст риализации, массированные вливания
помощи в форме грантов и т. д.
11
Впервые Стассен публично очертил свои идеологические воззре­ния сразу после того, как 6 декабря 1952 г. был назначен избранным президентом Эйзенхауэром на должность главы Агентства взаимной безопасности. Своей целью он объявил «обеспечение мира и созда­ние хороших условий жизни для всех людей на планете». При этом Стассен добавил, что «мы не можем и не должны урезать нашу по­мощь нуждающимся в ней свободным народам просто ради решения
наших бюджетных проблем»12. В условиях Корейской войны, учитывая консервативную бюджетную философию Эйзенхауэра, такое заявление звучало достаточно вызывающе – подобные мысли и формулировки бы­ли более типичны для высокопоставленных чиновников администрации Трумэна.
Гарольд Стассен был не единственным «радикальным» прогрес­систом, получившим важнейший пост в администрации Эйзенхауэра. Вице-президент Ричард Никсон и заместитель министра здравоохране­ния, образования и социального обеспечения Нельсон Рокфеллер также представляли прогрессистский лагерь. Чтобы уравновесить их влия­ние, президент сделал ряд назначений из представителей традициона­листского крыла республиканской партии, среди которых выделялись назначения детройтского банкира Джозефа Доджа на пост руководи­теля бюджетного бюро, близкого друга президента Джорджа Хэмфри на должность министра финансов и Герберта Гувера-младшего на пост заместителя государственного секретаря. В целом эти назначения отра­жали существовавший на тот момент баланс сил в победившей партии.
10
Kaufman B. Op. cit. P. 51–52.
11
«Наступило время для ускорения развития азиатских стран, – писал Стассен. – Важным элементом такого развития является рост промышленности. Сбалансированная экономика нужна, чтобы поддержать мелкое производство удобрений, цемента, инсек­тицидов и ДДТ, дорожных и других строительных материалов, а также электроэнергии. . . . Но отвергнуть всё промышленное развитие за исключением мелкого производства и стратегического сырья для США, особенно, когда Россия сама предлагает помощь в создании крупной промышленности, сыграет на руку коммунистам, поскольку они постоянно говорят, что капиталистические страны хотят сохранить слаборазвитые страны в качестве сельскохозяйственных придатков и продолжить эксплуатацию и колониализм. В действительности, экономическая история доказывает, что как только страны повы­шают свой уровень жизни через индустриализацию, они становятся лучшими покупа­телями товаров из других промышленно развитых стран». (Harold Stassen to Honorable Rowland Hughes, Director, Bureau of the Budget. 1955. June 30, Sec. 2.c., “Reports-Hoover Commission File”, Subject Files of the Director, 1948–1958, Box 53, RG 469, NARA).
12
Цит. по: Castle E. Billions Blunders and Baloney. N.Y., 1955. P. 135.
22
Глава 1. Новые контуры помощи
Формирование такого мощного и сбалансированного внешнеэко-
номического аппарата позволяло Эйзенхауэру начать подготовку поч­вы для инициирования стратегического разворота от «ограниченного мультилетерализма» к полноценной глобализации. При этом он дол­жен был действовать в рамках краткосрочного консенсуса по вопросу сохранения доктрины «взаимной безопасности», который помог ему занять Белый дом. Соответственно, ему надо было сделать такие про­тиворечивые шаги, как ликвидация американской безвозмездной помо­щи гражданским секторам западноевропейских экономик, рост военно­го производства в странах НАТО, установка жесткого стратегического контроля за торговлей внутри западного блока и облегчение доступа для американского бизнеса к ресурсам азиатских экономик13.
Последняя задача рассматривалась как самая неотложная. Од-
нако «пункт-4» и его административная структура ТСА представля­лись слишком слабыми для ее реализации. Кроме того, отсутствие координации с европейскими программами ослабляли эффективность «пункта-4» с точки зрения поиска решений для глобальных проблем. Поэтому сектор внешней помощи требовал фундаментальной реоргани­зации в направлении, позволявшем создать стабильный и гибкий мно­гоцелевой механизм, который можно было бы легко переориентировать в зависимости от поставленной задачи.
Первый шаг в направлении формирования такого механизма яс-
но продемонстрировал общий настрой Эйзенхауэра. Им был создан Комитет по реорганизации правительства, в который входили только политики радикальной прогрессистской ориентации – Нельсон Рокфел­лер (глава комитета), директор Офиса оборонной мобилизации Артур Флеминг и брат и советник президента Милтон Эйзенхауэр. Комитет должен был изучить организационные проблемы в администрации в це­лом и в сфере внешней помощи в частности.
Надо отметить, что у Н. Рокфеллера уже были чёткие представ-
ления о том, какой должна была быть американская программа по­мощи. Ранее, в 1951 г., возглавляя Консультативный комитет по меж­дународному развитию (IDAB), он стал вдохновителем знаменитого доклада «Партнеры по прогрессу». Среди многочисленных рекомен­даций доклада было предложение создать единую «Внешнеэкономиче­скую администрацию» (Overseas Economic Administration) для управ­ления всеми программами помощи14. Поэтому было не удивительно, что в 1953 г. Комитет по реорганизации правительства рекомендовал президенту предпринять такой же шаг, т. е. создать новое агентство для координированного управления всеми тремя типами помощи –
13
McGlade J. Op. cit. P. 520.
14
См.: International Development Advisory Board. Partners in Progress. A Report to the
President by the International Development Advisory Board. Washington, March, 1951.
23
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
технической, экономической и военной. В организационном плане это означало слияние таких структур, как IIAA15, TCA и MSA16.
Объяснялось такое слияние тем, что концепция «взаимной безопас­ности» и ее главный лозунг «или с нами, или против нас» позволяла администрации занять намного более жесткую позицию в отношении стран-реципиентов. Несогласие объединить усилия с США в любом военно-политическом конфликте или в политике, как это происходи­ло много раз во время Корейской войны, теперь автоматически вело к отказу в предоставлении любого типа поддержки. Таким образом, все виды помощи оказались завязаны в один концептуальный «пакет», а значит, и агентства, предоставлявшие разные виды помощи, должны
были быть объединены17.
В мае 1953 г. Эйзенхауэр инициировал процесс реорганизации ад­министративной системы внешней помощи. Сначала президент в сво-
ем обращении к конгрессу намекнул18, а затем Г. Стассен во время слушаний на Капитолийском холме уже открыто подтвердил намере­ние администрации объединить IIAA, TCA и MSA в единую органи-
зацию19. После чего руководителю ТСА С. Эндрюсу было приказано отказаться от публичного использования термина «пункт-4»20. Затем
1 июня 1953 г. на рассмотрение конгресса был внесен так называемый реорганизационный «план № 7». План предусматривал консолидацию всех программ помощи в рамках единой Администрации зарубежных операций (FOA – Foreign Operation Administration) именно в том клю­че, который предлагался в рекомендациях Н. Рокфеллера. Завершить
консолидацию планировалось к 1 сентября 1953 г.
21
Однако структурная реорганизация не объясняла то, какой должна была стать американская помощь при Эйзенхауэре. Во время част­ных бесед Г. Стассен выражал свой скепсис по поводу философии
15
The Institute of Inter-American Affairs – Институт межамериканских проблем. Пра­вительственная корпорация, созданная в начале 1940-х гг., присоединённая к TCA в качестве региона льного подразделения.
16
См.: Glick P. The Administration of Technical Assistance : Growth in the Americas. Chicago, 1957. P. 190.
17
См.: Oral History Interview, Douglas Ensminger. June 16 and July 7, 1976. Truman Library. P. 46; Donald Stone (Special Assistant to the Director for Mutual Security) to Mr. Stassen. June 2, 1953. P. 3–4.
18
См.: U.S. Congress. Senate. Committee on Foreign Relations. “Message of President Eisenhower on Extension of the Mutual Security Program, 1953 (May 5, 1953)” // Development of Technical Assistance Programs. Background Information and Documents.
83rdCongress, 2ndSession. Washington, 1954. P. 58.
19
См.: Kennedy P. Concept and Scope of Point 4 Viewed as Undergoing Shift // The New York Times. 1953. September 24.
20
См.: U.S. Congress. Senate. Committee on Foreign Relations. Hearings on Mutual Security Act of 1953, 83rdCongress, 1stSession. Washington, 1953. P. 440.
21
См.: Reorganization Plan № 7 of 1953 // Department of State Bulletin (DSB). 1953. Vol. XXVIII, № 729 (June 15). P. 852–853.
24
Глава 1. Новые контуры помощи
«пункта-4»: «Стэнли, – говорил он С. Эндрюсу в доверительной бесе­де, – вы там разводите кур, и это хорошо. Но что это дает? Я стал ди­ректором по взаимной безопасности не для того, чтобы ликвидировать программы внешней помощи; мы должны расширять их»22. Признание «расширять их» подтверждало намерение Эйзенхауэра «не идти слепо» за своими предвыборными обещаниями радикально сократить внеш­нюю помощь. С другой стороны, было неясно, какую идеологию он со­бирается использовать в качестве фундамента для новой структуры.
Как отмечалось, доктрина «взаимной безопасно сти» была разрабо-
тана и принята еще в период президентства Г. Трумэна, однако на прак­тике она использовалась только в достаточно узком сегменте внешней политики. Формируя свои программы и проекты, стратеги трумэнов­ской администрации утверждали, что исходят из двух ориентиров – либо гуманитарного, либо жесткого «национального интереса», т. е. «национальной безопасности». Тем не менее эксперты Эйзенхауэра, разрабатывавшие новую программу помощи, полагали, что оба этих критерия имели серьезные недостатки.
В отношении «гуманитарных» интересов указывалось, что «это на-
ивно, если не бесчестно представлять программы американской помо­щи как нечто, что не отвечает интересам США . . . Ни одно иностран­ное правительство не поверит этому»23. Далее, аргумент американско­го «национального интереса» представлялся даже более опасным, по­скольку «он может быть с готовностью истолкован как стремление по­лучить преимущества за счет другой страны, то есть, как и утверждают коммунисты, стремление купить за доллары поддержку других стран ради достижения американских империалистиче ских целей. Мы по­падаем в ловушку, когда говорим о трате денег в другой стране для защиты США»24. Исходя из этого, концепция «взаимных интересов» или «взаимной выгоды» «является намного более эффективной, чем аргументы о нашем “национальном интересе”, или альтруизме»25.
Таким образом, в то время, как представители новой администра-
ции говорили о необходимости перевода внешней помощи на новые идеологические ориентиры «взаимной выгоды», за которыми явно про­сматривалась концепция «помощи развитию», они же осуществляли слияние всех разнородных структур помощи в единую FOA под предло­гом необходимости усиления давления на реципиентов по линии «вза­имной безопасности». Такая противоречивость сбивала с толку всех, кто был заинтересован в развитии программы американской помощи.
22
Oral History Interview, Stanley Andrews. October 31, 1970. Truman Library. P. 59.
23
Donald Stone (Special Assistant to the Director for Mutual Security) to Mr. Stassen. June 2, 1953. “Foreign Aid File”, “Organization TCA to FOA Folder [2 of3)”, Box 116, Ohly Papers. Truman Library. P. 2.
24
Ibid. P. 3.
25
Ibid.
25
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
Сторонники «пункта-4», особенно из лагеря демократов, а так­же религиозных и некоммерческих организаций, резко возражали про­тив структурного слияния, всерьез опасаясь, что такая консолидация «навсегда похоронит» философию технической помощи и что послед­ний элемент «помощи развитию» во внешней политике будет погло­щен «взаимной безопасностью». Гуманитарная неконфронтационная направленность «пункта-4» была для них предпочтительнее, чем агрес­сивная фило софия в духе «свой-чужой» и вся политика балансирования «на грани войны», которые значительно осложняли их миссионерскую активность.
Многих теоретиков и политиков республиканской направленности также беспокоил резкий поворот в сфере помощи, поскольку он мог создать впечатление, что «пункт-4» стал частью программы поддерж­ки американских военных операций. Такое впечатление могло осла­бить эффективность программы и поставить под угрозу ее способность восприниматься конструктивно во многих «чувствительных» или ней­тральных странах. Поэтому предлагалось другое решение, а именно консолидировать ТСА и MSA в рамках государственного департамен­та, поскольку «техническая помощь» являлась одним из наиболее эф­фективных инструментов внешней политики и подпадала под прямой контроль государственного секретаря26.
Однако у самого Дж. Даллеса было много причин не стремиться к увеличению рабочей нагрузки на свой департамент. Поэтому он объ­явил, что приветствовал бы передачу «оперативных программ», вклю­чая «пункт-4» и информационные проекты, под контроль других пра­вительственных структур27. Эксперты считали, что «если бы мистер Даллес пожелал устроить сражение за сохранение контроля над такими операциями, он, без сомнения, победил бы. Но он явно стремился из­бавиться от оперативной ответственности»28и не дал ни одного повода для формирования оппозиции президенту по данной проблеме.
Тем не менее у оппозиции, в первую очередь консервативной, были шансы преуспеть по более важному вопросу. В своем «плане № 7» администрация поставила проблему срока существования FOA, пытаясь таким образом «переключить политическое давление на вопрос о продолжении программ внешней помощи». В результате в Законе о взаимной безопасности 1953 г. оппозиция сумела подчеркнуть, что новое агентство создавалось на временной основе. Функционирование FOA было привязано ко времени существования программы «взаимной безопасности», которая, в свою очередь, «должна была продолжиться
26
Donald Stone (Special Assistant to the Director for Mutual Security) to Mr. Stassen.
P. 45–46.
27
Ibid. P. 46.
28
Bingham J. Shirt-Sleeve Diplomacy : Point-4 in Action. N.Y., 1954. P. 263–264.
26
Глава 1. Новые контуры помощи
до 30 июня 1954 г.»29Общее настроение законодателей по данному вопросу было выражено главой сенатского комитета по внешним сно­шениям У. Джорджем, который уже 30 июня 1953 г. заявил: «Этим утром, насколько я понимаю, программа взаимной безопасности всту­пает в свой последний финансовый год»30. Также, «план № 7» предпи­сывал директору FOA самостоятельно определять внутреннюю струк­туру организации31. Правда, свободы творчества в этом отношении у руководителя агентства было немного, поскольку новый «пакетный подход» сам по себе предопределял базовые принципы организацион­ной структуры. Если раньше размеры и характер проектов помощи определялись экспертом в одной сфере (сельского хозяйства, здраво­охранения, коммуникации и т. д.), то теперь принципы «взаимной без­опасности» требовали принимать во внимание не только экономические и социальные факторы, но и военно-политические соображения. Соот­ветственно, основным принципом организации становился географиче­ский, а не функциональный, поэтому окончательное решение должен был принимать только специалист «общего профиля», т. е. тот, кто знал ситуацию в целом.
Исходя из этого, Стассен создал четыре региональных отдела – европейский, африканско-ближневосточный, азиатский и латиноамери­канский. Каждый из них отвечал за результативность всех операций FOA в своем регионе независимо от характера или вида помощи. Обслуживать работу региональных отделов должна была целая груп­па офисов, которые укомплектовывались специалистами в областях сельского хозяйства, промышленности, образования, здравоохранения и т. д.32Эти узкие специалисты должны были помогать работе регио­нальных офисов по всем типам проектов, не только в области техни­ческой помощи33. При этом центральный офис в Вашингтоне должен был координировать региональные программы на глобальном уровне, а также распределять персонал и финансовые средства.
FOA была создана к концу июля 1953 г. Фактически она несла от­ветственность за все типы внешней помощи, исключая займы, которые
29
U.S. Congress. Committee on Government Operations. Establishment of Foreign Operations Administration (Reorganization Plan № 7 of 1953), Report. July 15, 1953. 83 Congress, 1stSession. Washington, 1953. P. 6–7.
30
Цит. по: Castle E. Foreign Aid : Picks Your Pocket Again // The American Mercury.
1956. November. P. 1.
31
См.: Reorganization Plan № 7 of 1953. P. 852–853.
32
См.: U.S. Congress. Senate. Subcommittee on Technical Assistance Programs. Organization and Administration of Technical Assistance Programs. Staff Study № 2. April 8,
1955. 84thCongress, 1stSession. Washington, 1955. P. 9–12; U.S. Congress. Senate. Technical Assistance Programs. Hearings before a Subcommittee of the Committee on Foreign Relations,
84thCongress, 1stSession. Washington, 1955. P. 248.
33
См.: Glick P. Op. cit. P. 47.
27
rd
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма
оставались под контролем Экспортно-импортного банка (EIB), и опера­тивные задачи программ военной помощи, которые контролировались Пентагоном. Гарольд Стассен был официально назначен директором агентства.
Реализуя политику удешевления и повышения эффективности по­мощи, Стассен заявил, что собирается активно использовать потенци­ал добровольных агентств, НКО, религиозных организаций, колледжей
и частных фондов34. С этого момента правительственный персонал, ра­нее самостоятельно действовавший в качестве «полевых агентов», пре­вращался в экспертов, советников и консультантов, помогавших работе добровольных агентств и частных фондов. «Если переход на непра­вительственные методы будет успешным, – говорил Стассен, – то мы
будем двигаться дальше и дальше в этом направлении»35.
В соответствии с этими заявлениями, имея на руках «карт-бланш» от конгресса, с августа 1953 г. Стассен начал кампанию массовых увольнений высших чиновников в вашингтонской штаб-квартире ТСА. Под эту кампанию попали практически все специалисты-управленцы в сфере планирования и юридической поддержки операций. Руководи­тель ТСА Стэнли Эндрюс был уволен 1 сентября без объявления пре­емника, даже временного. Это означало, что ТСА не будет сохранена
даже в качестве структурного подразделения FOA36. Пытаясь оправ­дать эти массовые увольнения, Стассен говорил в одном из интервью: «Я полагаю, что слишком много энергии тратилось на программирова­ние и перепрограммирование в Вашингтоне, поэтому я вижу меньше
персонала в Вашингтоне и больше на полевом уровне»37.
Когда 1 октября 1953 г. новая структура на базе четырех региональ­ных подразделений начала работу, Стассен сделал свои главные назна­чения. Да льневосточный отдел FOA возглавил Р. Мойер, один из ру-
34
См.: Kennedy P. Concept and Scope of Point 4 Viewed as Undergoing Shift.
35
Foreign Operations Administration. Future of Point IV. September 30, 1952. “Foreign Aid File”, “Organization TCA to FOA folder [2 of3]”, Box 116, Ohly Papers. Truman Library. P. 3–4.
36
Формально Эндрюс не был уволен. 14 июля, когда он увидел, что все его усилия сохранить, хотя бы частично, «дух» философии «пункта-4» в рамках новой структуры провалились, он написал президенту письмо с просьбой об отставке. В сопроводитель­ном письме Стассену он утверждал, что у него «нет никакого желания продавливать вопрос» или «стараться уйти из ТСА в трудный переходной период, когда наша адми­нистративная структура очень хрупка. Но я должен действовать сейчас для того, чтобы выполнить обязательства перед теми, с кем я собираюсь работать в будущем. Я указал дату ухода как 31 августа, но если вам будет необходимо, я могу сделать это раньше» (Memorandum to Mr. Harold E. Stassen, Director for Mutual Security, from Stanley Andrews, Administrator, TCA. “Name file A – Z”, Box I, Office of the Director, RG 469, NARA).
37
Bingham J. Partisan Politics and Point Four // Bulletin of the Atomic Scientists. 1954. Vol. X, № 3 (March). P. 85–86; Kennedy P. Morale Plunges in Point 4’s Shift // The New York Times. 1953. September 26; Kennedy P. Concept and Scope of Point 4 Viewed as Undergoing Shift.
28
Глава 2. Первая линия обороны
ководителей программ помощи в Китае, работавший затем на фонд Форда. Директором латиноамериканского отдела был назначен семи­десятилетний Д. Фиггис, бывший президент «Американской консерв­ной компании». Руководителем ближневосточного отдела стал адмирал Г. Стивенс, бывший сослуживец Стассена по военно-морскому резерву. Пытаясь защитить свои странные назначения, директор FOA заявил, что он выбра л людей с большим административным опытом. Несмотря на отсутствие у них опыта работы в сфере технической помощи, от­ставные бизнесмены и военные могли обеспечить лучшее, чем ранее, взаимопонимание между правительством и группами, непосредственно
предоставлявшими техническую помощь38.
Такая кадровая политика FOA, нацеленная на замену молодых
и энергичных экспертов в сфере предоставления помощи на опытных администраторов из числа бизнесменов и военных, вызывала сомнения у многих добровольных организаций и фондов в том, что такая замена не усложнит решение тех гуманитарных и технических проблем, с ко-
торыми им предстояло столкнуться в «поле»39. Вдобавок американские религиозные организации, которые имели свои собственные идеологи­ческие интересы в слаборазвитых странах, полагали для себя очень опасным участвовать в программах с военными аспектами. Они наста­ивали на том, что программы технической помощи в этих регионах должны реализовываться, по крайней мере по своему духу, без привяз­ки к приоритет ам холодной войны, что уже случилось с программами
экономической и военной помощи40.
В конечном итоге процесс вовлечения неправительственных орга-
низаций оказался намного более сложным, чем представлялось ранее, и поэтому Стассен был вынужден отложить начало практической дея­тельности FOA до 1 января 1954 г.
Таким образом, став президентом, Д. Эйзенхауэр приступил к ак-
тивной подготовке почвы для стратегического поворота, нацеленного на ослабление глобальной конфронтации и создание условий для ком­мерческого освоения американским большим бизнесом всей мировой экономики, т. е. не только Западной Европы, но также закрытой комму­нистической зоны и региона слаборазвитых стран. Одним из главных направлений реализации данной стратегии стало постепенное ослаб­ление идеологии и программы «взаимной безопасности». Важнейшую роль в этих планах играла переориентация внешней помощи со страте­гии «сдерживания» на «помощь развитию». Однако в 1953 г., в момент обострения холодной войны, Эйзенхауэр в качестве первого шага, был вынужден ограничиться лишь структурной реорганизацией программы американской иностранной помощи.
38
См.: Kennedy P. Morale Plunges in Point 4’s Shift.
39
Ibid.
40
См.: Kennedy P. Point-4 Shift Seen Weakening Effort // The New York Times. 1953.
September 25; Foreign Operations Administration. Future of Point IV. 1952. September 30.
29
Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

Глава 2. Первая линия обороны

Несмотря на оптимистические ожидания деловых кругов, оконча­ние Корейской войны не изменило политику администрации в отноше­нии внешней помощи. В течение 1953 г. концепция «взаимной безопас­ности» продолжала доминировать без каких бы то ни было признаков ее ослабления, поскольку, пытаясь не допустить ухудшения отноше­ний с союзниками в Европе, президент Эйзенхауэр даже не пытался сократить объемы экономической помощи гражданским секторам за­падноевропейских экономик.
Соглашаясь в 1948 г. поддержать «план Маршалла», интернацио­налистское крыло американской деловой элиты считало, что помощь будет предоставляться на протяжении максимум четырех лет. Однако этот срок истек уже в 1952 г., американская помощь способствовала повышению европейской конкурентоспособности выше всяких разум­ных пределов, что явно стало работать против американских произво­дителей, которые внезапно обнаружили, что им все труднее продавать свои товары в странах Старого Света. Жесткие торговые ограничение, наложенные в рамках MSA на экономику восточного блока с исполь-
зованием систем COCOM1и GATT, еще больше сузили возможности на востоке Европы для американского бизнеса, который рассчитывал,
по крайней мере, на югославский, чехословацкий и венгерский рынки2.
«Коммунистическая экспансия» в Азии, особенно в Юго­Восточной Азии (ЮВА), также угрожала экономическим позициям американского бизнеса. Однако администрация не предпринимала никаких серьезных шагов для того, чтобы улучшить ситуацию в слаборазвитых регионах с точки зрения доступности рынков и воз­можностей для инвестирования. Программа «пункта-4», изначально ориентированная на правильную философию «помощи развитию», оставалась слабой, а с 1952 г. стала сильно зависеть, как отмечалось, от военно-стратегических приоритетов «взаимной безопасности».
Хотя создание FOA стало следствием компромисса между бюро­кратией и различными бизнес-группами, все выше указанные факторы в совокупности с угрозой рецессии в 1954 г. предопределили оконча­тельный отказ бизнеса от поддержки политики помощи администрации Эйзенхауэра. К концу 1953 г. практически все группы интернациона­листского крыла американского бизнеса сумели объединиться в своей критике политики «взаимной безопасности» и «сдерживания».
Используя республиканское большинство в качестве «рупора» на Капитолийском холме, традиционалистские корпорации утверждали,
1
См.: Mastudano M. Economic Containment : CoCom and the Politics of East-West Trade.
Ithaca, N.Y., 1992. Chapters III and IV.
2
См.: McGlade J. The Illusion of Consensus : American Business, Cold War Aid, and the
Reconstruction of Western Europe, 1948–1958. Ph.D. Dissertation. University of Michigan,
1995. P. 585.
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]