Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 78 / 288 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Глава 5. Версия Стассена

риканских бизнесменов инвестировать». Первую из таких конференций планировалось провести в конце февраля 1955 г. в Новом Орлеане2.

Естественно, что правительства стран Латинской Америки были недовольны такой неадекватной заменой. В конце ноября 1954 г. делегация США на Экономическом форуме Западного полушария в Риоде-Жанейро столкнулась с требованиями лидеров региона разъяснить ситуацию, поскольку слухи о «плане Маршалла для Азии» заставили «латиноамериканцев чувствовать, что Соединённые Штаты более щедры в других частях мира, а не в своём собственном полушарии . . . Латиноамериканцам было определённо сказано, что никакого плана Маршалла для Азии не было принято администрацией»3.

Глава американской делегации Дж. Хэмфри особенно активно старался убедить лидеров Латинской Америки, что «план Маршалла для Азии – это миф». Как представитель традиционалистских интересов в правительстве, он яростно сопротивлялся идее любого «плана Маршалла». Хотя Хэмфри имел репутацию политика, одобрявшего экономическую помощь в принципе, он, тем не менее, считал, что она должна предоставляться только в форме кредитов по каналам EIB, Всемирного банка или IFC, т. е. был сторонником глобализации через частные инвестиции4.

Госсекретарь Дж. Даллес являлся одним из самых непримиримых оппонентов Дж. Хэмфри. Вопреки мнению, что «обычно Даллес не вмешивается в дела внешнеэкономической политики»5, именно он был обязан разрабатывать внешнеэкономическую стратегию как часть внешней политики США. Кроме того, как было указано выше, он поддерживал группу CENIS, инициировал создание «азиатской экономической рабочей группы» Болдвина и как мог способствовал усилиям Стассена по разработке азиатского плана. 30 августа Даллес одобрил отчёт «группы Болдвина» в принципе, «хотя и был немного озадачен размером цифр, упомянутых в докладе, нечёткостью доклада в отношении затрат и результатов, которые можно было ожидать»6. Даллес опасался, что эти недостатки не позволят «продать» идею ПМА конгрессу.

Однако ещё труднее было «продать» план внутри администрации. Не только госсекретарь Даллес, но и сам Эйзенхауэр «не был готов подавлять оппонентов внутри администрации, а именно Хэмфри, Гувера и Доджа»7, поскольку те имели мощную поддержку в конгрессе, в том

O’Brien F. G. O. P. Foreign Aid Conflict Seen Spreading to Congress // The Evening

Star. 1954. December 4.

Kaufman B. Trade and Aid : Eisenhower’s Foreign Economic Policy, 1953–1961.

Baltimore ; L., 1984. P. 30–31.

Ibid.

Ibid. P. 30.

Rostow W. Eisenhower, Kennedy, and Foreign Aid. Austin, 1985. P. 236.

Ibid. P. 107.

Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

числе внутри самой президентской партии. Чтобы трансформировать вариант «плана Маршалла для Азии», сформулированный в «плане Болдвина», в реальную правительственную стратегию, в первую очередь необходимо было провести его через совет национа льной безопасности (NSC).

Однако госсекретарь считал, что шансов на это практически не было, поскольку план был слишком радикален, чтобы его приняли все представленные в NSC интересы. В любом случае сначала «план Болдвина» должен был быть адаптирован к требованиям консерваторов в правительстве. Соответственно, Дж. Даллес попросил своего заместителя Герберта Гувера-мл., одного из «умеренных» консерваторов, взять на себя ответственность за необходимую адаптацию.

После того как Г. Гувер-мл. поработал с «группой Болдвина», уже 16 ноября 1954 г. очень упрощенный план (осталась одна общая концепция без цифр) в качестве позиции госдепартамента был представлен на рассмотрение специального комитета в NSC. В то время как FOA, ЦРУ и министерство торговли оказали максимально возможную и безусловную поддержку плану, казначейство и бюджетное бюро были озабочены той дополнительной суммой денег, которая потребуется для его реализации в будущем. Тем не менее никто серьёзно не стал возражать против мнения FOA, которое заключалось в том, что текущий бюджет помощи должен быть перераспределён в пользу азиатских стран – с 50% в 1954 г. до 60–70% в 1955 г. и что план мог бы стать азиатским эквивалентом Организации европейского экономического со-

трудничества (OEEC)8. Отвечая на традиционные жалобы на то, что США не могут нести это бремя в одиночку, Стассен заявил, что FOA неформально уже обсуждала со странами OEEC возможность европей-

ского участия в плане9.

Однако стороны внутри «рабочей группы» не смогли сформулировать общие позиции по вопросам фондов и методов реализации «плана Маршалла для Азии». Соответственно, компромиссная версия, представленная 30 ноября заместителю госсекретаря Г. Гуверу, оказалась настолько туманной, что никого не заинтересовала. Не было реакции на этот документ и с верхних уровней администрации. В результате инерция продвижения концепции ПМА в госдепартаменте и совете на-

циональной безопасности к концу 1954 г. иссякла10.

Однако Белый дом не собирался отказываться от ПМА, хотя ни Даллес, ни Эйзенхауэр открыто ни разу не заявили о своем участии в решении этого вопроса. Они очень боялись оказаться уязвимыми для атак консерваторов, поскольку «план Маршалла для Азии» мог стать

См.: Schmidt D. Big Asian Aid Rise is Mapped by FOA // The New York Times. 1954.

November 18.

См.: Schmidt D. Economic Aid for Asia is Key to FOA Plan // The New York Times.

1954. November 27.

См.: Rostow W. Op. cit. P. 238–239.

Глава 5. Версия Стассена

проблемой для любого политика, по крайней мере, в течение подготовительного этапа. Только Стассен, который с самого начала был выбран на роль «политического камикадзе», мог позволить себе играть эту роль публично и агрессивно.

Директор FOA настолько энергично пытался проводить идею ПМА в жизнь, что этим вызвал подозрение у оппозиции в том, что он пытается заложить «основу для продолжения существования FOA в течение ещё одного года, несмотря на декларации конгресса, принятые прошлым летом и в 1953 г., о том, что агентство должно быть упразднено»11. Сенатор Майк Мэнсфилд, член сенатского комитета по внешним сношениям, настаивал: «Я вижу безошибочные признаки того, что администрация разрабатывает план продолжения существования агентства, по-видимому, через принятие долгосрочной программы помощи для Азии»12.

Однако ни Эйзенхауэр, ни Даллес не имели никаких иллюзий по поводу возможности спасти FOA. Как отмечалось, во время слушаний по законопроекту MSA на 1954 г. высказывалось мнение о том, что ликвидация FOA о существлялась в обмен на шанс реализовать «план Маршалла для Азии». Поэтому еще до ноябрьских промежуточных выборов в конгресс в администрации активно обсуждался вопрос о возможности убрать Стассена, ликвидировать структуру, а всю программу экономической помощи, включая ПМА, передать в госдепартамент.

Эти разговоры активизировались после ноябрьской победы демократов. Имея теперь на посту председателя сенатского комитета по внешним сношениям Уолтера Джорджа, который последовательно и жестко возражал против существования FOA в качестве независимого агентства, администрации оставалось только покориться судьбе и заняться разработкой оптимального плана решения проблемы как организовать управление программами помощи после 30 июня 1955 г.

Чтобы дать Стассену возможность продолжить реализацию «плана Маршалла для Азии» после ликвидации FOA, Белый дом рассматривал план назначения его на новый пост заместителя госсекретаря по операциям или по внешнеэкономическим делам. Как отмечалось, госсекретарь Даллес всегда считал, что госдепартамент мог бы лучше определять внешнюю политику, если департамент будет избавлен от трудоёмкой оперативной активности. Однако когда в начале декабря 1954 г. его спросили о том, будет ли он возражать против переноса функций FOA в госдепартамент, Даллес ответил, что это не его дело, такое решение должен принимать только президент. Правда, по его мнению, у Эйзенхауэра пока не было твёрдого решения на этот счёт13.

O’Brien F. Op. cit.

Ibid.

См.: Roberts C. State Dept. Post Considered For Stassen When FOA Ends // The

Washington Post and Times Herald. 1954. December 24.

Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

СМИ всех направлений соглашались, что нужно будет принять закон о создании в госдепартаменте новой должности заместителя государственного секретаря специально для Стассена. Предполагалось, что оппозиция вряд ли будет возражать против такого шага. Самые непримиримые враги FOA, демократы Майк Мэнсфилд и Джон Спаркман из сенатского комитета по внешним сношениям, «сказали, что они ожидают, что мистер Стассен продолжит руководить программой помощи в качестве заместителя или помощника государственного секретаря. Оба заявили, что они считают, что в целом он поработал хорошо»14. Хотя сам Стассен мог рассматривать всё это как понижение, предполагалось, что он примет такое предложение, поскольку считал, что должен довести порученное дело до конца.

Если судьба FOA была практически предрешена, то идея ПМА оставалась достаточно популярной и активно обсуждалась как в прессе, так и в правительстве на протяжении последних месяцев 1954 г. После энергичной кампании в поддержку плана в прессе15стало ясно, что Белый дом окончательно решил искать выход из тупика, связанного с отсутствием консенсуса по характеру ПМА. В администрации полагали, что «особые интересы в Азии сенатора Уильяма Ноланда и некоторых других законодателей подтолкнут их к поддержке этой смелой инициативы»16. В начале декабря 1954 г., учитывая отсутствие жёсткой оппозиции «плану Маршалла для Азии», Д. Эйзенхауэр, Дж. Даллес и Г. Стассен сделали заявления, которые были явно скоординированы.

Так, 7 декабря госсекретарь Даллес аккуратно высказался о том, что администрация, возможно, представит следующему конгрессу программу экономического развития Азии, поскольку основной акцент в противоборстве Востока и Запада «в определённой степени сместился в настоящее время в область экономической конкуренции»17. На следующий день в ходе своей пресс-конференции президент Эйзенхауэр подтвердил, что вдобавок к обычным грантам в рамках программы «взаимной безопасности» он рекомендует конгрессу сформировать специальный экономический фонд для Азии, хотя эта идея пока не была увязана с проблемой сбалансированного бюджета18. 9 декабря Г. Стассен объяснил, что администрация предполагает осуществить такую программу

FOA Will Shift to State Department, Key Democrats Say // The Evening Star. 1955.

January 10.

What Good is an Asian Marshall Plan // Business. 1954. November 20; To Strengthen World Aid // Christian Century. 1954. November 3; Baldwin C. Development and Political Evolution in Asia // DSB. 1954. Vol. XXXI, № 804 (November 1).

Schmidt D. Economic Aid for Asia is Key to FOA Plan.

Цит. по: Rostow W. Op. cit. P. 94.

См.: President says Fear of War is at its Lowest since 1951 // The New York Times.

1954. December 9.

Глава 5. Версия Стассена

в основном за счет максимального вклада европейских стран и минимального американского финансового участия19.

Оправдывая необходимость «нового смелого плана», Стассен,

вслед за Даллесом, попытался использовать старый универсальный аргумент «советской угрозы». Хотя «экономическое наступление» Москвы находилось ещё в зачаточном состоянии, директор FOA предупреждал лидеров законодательных объединений на встрече в Белом доме, что Советский Союз планировал использовать торговлю и техническую помощь в качестве инструмента своей подрывной внешней политики. Он призывал обратить внимание на факт, «что, по оценкам разведки, русские собираются предоставить “капитальную помощь” некоторым азиатским странам в суммарном объеме 110 млн долл.»20.

Однако кампания за поддержку идеи ПМА была немедленно свер-

нута после возвращения Хэмфри из Рио-де Жанейро, где американский министр «заявил нашим латиноамериканским соседям, что они не получат “ни цент а” на такую программу»21. Мягко говоря, Хэмфри был разозлён. Во время встречи в Белом доме он, поддерживаемый большинством законодателей, заявил президенту, что конгресс никогда не одобрит большой пакет внешней помощи. В ответ Эйзенхауэр примирительно указал на то, что любая специальная программа помощи для Азии будет измеряться миллионами, а не сотнями миллионов и тем более не миллиардами долларов22.

Несколько дней спустя Хэмфри на пресс-конференции продолжал

настаивать на своём: «Нет никакой новой азиатской программы помощи. То, что мы собираемся делать, если вообще что-то собираемся, это пока только изучать. И какое бы решение не было принято, оно будет представлено на рассмотрение конгресса». Другой анонимный источник в администрации также говорил о сомнениях относительно возможности использовать методику «плана Маршалла»: «Азия – это не единая проблема. Это много проблем, и эти проблемы надо рассматривать и решать индивидуально. Не существует никакого сводного генерального плана, который мог бы решить все проблемы»23. Таким образом, во второй половине декабря 1954 г. консерваторы, возглавляемые министром финансов, остановили «победный марш» ПМА, требуя дальнейшего обсуждения.

В начале января 1955 г. процесс выработки компромисса внутри

администрации в отношении азиатского плана был возобновлён в рам-

См.: Rostow W. Op. cit. P. 94.

White W. President Grants Democrats Voice in High Policies // The New York Times.

1954. December 15.

Shackford R. Asian Aid Program Looks Dead : Humphrey Wins Over Dulles and

Stassen // The Washington Daily News. 1955. January 12.

См.: Kaufmnan B. Op. cit. P. 53.

Shackford R. Op. cit.

Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

ках специального комитета совета национальной безопасности. Отодвинув в сторону все предыдущие версии плана, заместитель госсекретаря Г. Гувер-мл. сам подготовил документ своего ведомства по рассматриваемому вопросу. Оценив «туманную» версию от 30 ноября как «слишком радикальную» для компромисса, Гувер разработал «реалистичный план», который мог быть приемлемым как для Хэмфри, так и для

других консерваторов в администрации24.

Основные контуры этого плана стали проявляться в ежегодном обращении президента Эйзенхауэра к конгрессу от 6 января и в специальном послании по вопросам внешнеэкономической политики от 10 января 1955 г. Следуя выработанному в рамках «доклада Рэндэлла» духу «стратегического компромисса» (trade-not-aid), президент нацеливал правительство на решение проблем снижения торговых барьеров, развития инвестиций и конвертируемости валют. В ежегодном обращении содержался сравнительно скромный план стимулирования частных инвестиций за рубежом и обещалось продолжить программу технической помощи («пункт-4»). «Глобальные замыслы Стассена . . . в ежегодном обращении предстали в виде очень скромного фонда азиатского экономического развития на 200 млн долл., которые должны быть использо-

ваны в течение трёх лет»25. Такая постановка проблемы означала, что намечавшийся компромисс по вопросу «плана Маршалла для Азии» вряд ли устроит Стассена, особенно по вопросу объёма выделявшихся средств.

Кроме того, в этот же период был опубликован доклад Джозефа Доджа, который как руководитель CFEP должен был координировать всю внешнеэкономическую политику. В его докладе FOA уже фигурировала, а ее функции Додж предложил распределить между правительственными министерствами. Прогрессисты считали, что консервативные «приоритеты Доджа заключались в том, чтобы разобрать машину FOA, перераспределить её функции, а также избежать разговоров, которые позволят другим странам ожидать от нас много большего, чем

мы можем или хотим дать»26.

Положение Стассена осложнялось ещё и тем, что из конгресса на FOA накатывалась новая волна критики, которая легко могла похоронить директора вместе с его идеей «плана Маршалла для Азии». Первая волна критики была поднята в июне 1954 г., когда сенатский комитет по ассигнованиям потребовал от Стассена сократить тридцать четыре ставки высших чиновников в вашингтонском аппарате внешней помощи (либо уволить, либо понизить), поскольку после соответствующей проверки комитет констатировал, что эти люди были недостаточно квалифицированы для своих должностей. Однако уже к концу года стало ясно, что Стассен не внял этому требованию комитета и сохранил

См.: Rostow W. Op. cit. P. 239–240.

Ibid. P. 109.

Ibid. P. 106.

Глава 5. Версия Стассена

двадцать два из тридцати четырёх сотрудников на своих должностях. Естественно, что такое демонстративное игнорирование разозлило за-

конодателей27.

Другой инцидент возник с подачи сенатора-демократа С. Симингтона, который потребовал полноценного расследования того, что он назвал «необычной процедурой», которую использовала FOA для выбора подрядчика строительства зернового элеватора в Пакистане. Это расследование вылилось в грандиозный скандал, который продолжался до самой ликвидации FOA и грозил перерасти в уголовное пресле-

дование28.

Наконец, оппоненты Стассены из консервативного крыла администрации и конгресса попытались обвинить его в попытке проигнорировать риски, связанные с обеспечением безопасности по линии кадровой политики. Здесь, в первую очередь, напряженность росла в связи с тем, что директор полностью поддерживал работу Вольфа Лодежински, русского по происхождению эксперта в области земельных отношений. До приёма в аппарат FOA Лодежински работал атташе департамента сельского хозяйства в Токио, где и был уволен за политическую

неблагонадёжность29.

Принимая во внимание приоритеты, высказанные президентом, проблемы Стассена, а также тот факт, что «с того самого времени не было слышно ни звука о первоначальном грандиозном плане», уже в январе 1955 г. в прессе поползли слухи, что «пробный шар [относительно ПМА], запущенный администрацией месяц назад, . . . сдулся. Нет никаких признаков появления необычной новой азиатской программы помощи, о которой говорили в прошлом декабре госсекретарь Дж. Даллес и директор FOA Г. Стассен. К настоящему моменту всё выглядит так, как будто глава казначейства Дж. Хэмфри одержал по-

беду»30.

Эти настроения доминировали и нарастали на протяжении всей второй половины января 1955 г. Вдобавок, разрушая остатки амбициозных намерений Стассена, совет национальной безопасности одобрил общую азиатскую экономическую политику США на базе плана Гувера с небольшими поправками в духе доклада Доджа. Это был очень осторожный документ, не содержавший ничего нового по сравнению

с уже действующей политикой31. Весь тон документа «представлялся

См.: O’Brien F. Op. cit.

См.: Symington Asks Inquiry // The New York Times. 1955. January 12; Newton J. Stassen Promises to Produce Records on Pakistan Project // The Evening Star. 1955. April 5; Stassen Refuses Requested Data // The New York Times. 1955. April 15; Data Given FOA Bidder, Probers Told // The Washington Post and Times Herald. 1955. April 15.

См.: Lawrence W. Stassen’s Report Backs Ladejinsky // The New York Times. 1955. January 19.

Shackford R. Op. cit.

Rostow W. Op. cit. P. 242–243.

Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

странной смесью, с одной стороны, признания необходимости более быстрого экономического роста в Азии и факта, что США должны чтото сделать для этого, и, с другой стороны, крайне осторожного, даже нерешительного подхода к этой проблеме, который, как представляется, отражает отсутствие энтузиазма в отношении идеи со стороны тех, кто формирует политику»32. Наконец, гуверовский комитет согласился с идеей, высказанной в выступлении президента, о выделении 205 млн долл. для азиатского экономического фонда33.

Таким образом, внутри администрации в конечном итоге был достигнут компромисс в отношении ПМА. Он состоял из следующих элементов. Во-первых, региональный план был необходим. Во-вторых, план должен был быть рассчитан на далекую перспективу, поскольку все заинтересованные стороны соглашались, что «в дальнейшем США должны будут проявить серьёзную инициативу»34. В-третьих, предполагалось, что региональный план будет носить интеграционный характер и базироваться на структурах «плана Коломбо». В-четвертых, стадия интеграционного многостороннего развития должна была последовать за стадией двухсторонней программы помощи, которая рассматривалась как предварительная подготовительная фаза «разработки планов и технологий». Предполагалось, что «более масштабные программы будут объявлены в ближайшие годы» – с финансированием, возможно, до 1 млрд долл. ежегодно. В-пятых, все соглашались с необходимостью создания отдельного многолетнего фонда, хотя и весьма ограниченного, – единственной важной позицией, которую Стассен сумел отвоевать35.

Вскоре после того как вышеуказанная директива была одобрена советом национальной безопасности и президентом, в прессе стали циркулировать слухи, что новая азиатская политика была уже сформулирована и принята. Любопытство и активные спекуляции на эту тему со стороны медиа нарастали, ставились естественные вопросы о том, почему администрация, если она разрабатывала новую программу экономической помощи, скрывает этот факт или даже делает вид, что ничего такого не разрабатывает. «Особенно принимая во внимание грядущую афро-азиатскую конференцию в Бандунге, ради Бога, почему мы не заявляем миру о наших планах честно и открыто, а говорим о них лишь шёпотом?»36.

Rostow W. Op. cit. P. 240.

См.: Kaufman B. Op. cit. P. 53–54.

U.S. Congress. Senate. Technical Assistance Programs. Hearings before a Subcommittee

of the Committee on Foreign Relations, 84thCongress, 1stSession. Washington, 1955. P. 43.

См.: Ike to Propose More Asian Aid // The Washington Post and Times Herald. 1955.

March 15.

Arc of Asia // The Washington Post and Times Herald. 1955. March 28.

Глава 5. Версия Стассена

Госдепартамент стал получать растущее количество запросов из иностранных дипломатический миссий в Вашингтоне, которые интересовались, когда и сколько денег получат их правительства. Однако чиновники госдепа мало что могли сказать по этому поводу, поскольку сама политика подачи материала по новой политике пока отсутствовала.

Такая секретность могла быть объяснена только тем фактом, что, хотя общие контуры политики в результате достигнутого консенсуса были достаточно ясны, отсутствие конкретного плана операционного уровня могло поставить администрацию в неудобное положение. Только в феврале 1955 г. Стассен дал своим подчиненным весьма смутные инструкции по подготовке к апрелю общих положений «плана Маршалла для Азии», нужных для запроса по линии бюджета MSA на следующий год.

Директор подчеркнул, что план должен был быть региональным по своей структуре и сориентирован на долгосрочное экономическое развитие таким образом, чтобы обеспечить экономическую, политическую и социальную стабильность Азии, а также не допустить «создания таких условий, которые могли бы способствовать успешной политико-экономической агрессии и подрывной активности со стороны ком-

мунистов»37. Таким образом, директор FOA продолжал настаивать, что предлагаемый план должен был стать частью американского «ответа» на ожидавшийся «вызов» со стороны коммунистического мира.

В конце февра ля Стассен воспользовался случаем, чтобы совершить трёхнедельное путешествие по азиатским странам. Вместе с госсекретарем Дж. Даллесом он посетил заключительную сессию конференции Организации договора Юго-Восточной Азии (СЕАТО) в Таиланде. Это была замечательная возможность для пропаганды плана, а также для того чтобы побеседовать с главами всех государств, которые планировали участвовать в ПМА. Также эти разговоры о возможных щедрых грантах могли подтолкнуть колеблющиеся страны к вступлению в СЕАТО. Кроме переговоров непосредственно в Таиланде, Стассен посетил ещё семь стран региона.

После своего возвращения руководитель FOA стал пропагандировать свой план с новой силой и с большими деталями. Тем не менее некоторые предыдущие базовые элементы ПМА были радикально изменены.

Подтверждая необходимость сместить основной акцент американской внешнеэкономической стратегии с Европы на Азию, Стассен стал настаивать, что в Европе возможность военного конфликта существенно снизилась, а 1954 г. стал для них лучшим экономическим годом в истории, поскольку суммарный валовый внутренний продукт достиг рекордного уровня в 200 млрд долл., а золото-валютные резервы составили более 10 млрд долл. «Инфляция сдерживается, валюты стабильны,

Kaufman B. Op. cit. P. 54.

Помощь США слаборазвитым странам. Дуайт Эйзенхауэр и «отбрасывание» коммунизма

зарплаты растут, как и реальный уровень жизни»38, – делая такие выводы, Стассен подразумевал, что Европе больше не требовалось помогать и, соответственно, больше не надо было пытаться помочь ей через воссоединение с азиатскими рынками и источниками сырья, как директор FOA планировал еще полгода назад.

Если в декабре 1954 г. Стассен утверждал, что именно СССР стоял за поражениями США в Корее и Индокитае, то теперь он явственно указывал на коммунистический Китай. Конечно, «Советский Союз предоставлял техническую помощь, промышленное оборудование и кредиты Индии, Индонезии и Афганистану. Но эта советская попытка имитации технологии американской помощи явно была пробным

шаром, экспериментом»39. Таким образом, Стассен решил вернуться к его ранней версии баланса сил в Азии и минимизировать негативное влияние Москвы в регионе, что логически следовало из императивов стратегии глобализации.

Занизив значение Москвы и подняв планку влияния Пекина, Стассен получил возможность объяснить смещение акцентов в рамках ПМА и MSA на 1955 г. на регион Юго-Восточной Азии и её ближайших соседей, которые вместе образовывали так называемую «Арку свободной Азии» (Афганистан, Пакистан, Индия, Цейлон, Непал, Бирма, Таиланд, Лаос, Камбоджа, Вьетнам, Индонезия, Формоза, Филиппины,

Корея и Япония)40. С его точки зрения эти страны «формируют большую полуокружность вокруг коммунистического Китая. За исключением Афганистана, который находится под непосредственным влиянием Советского Союза, на все эти страны оказывает прямое воздействие модель экономического развития коммунистического Китая». «С момента достижения перемирия в Корее и Индокитае, – утверждал директор FOA, – китайские коммунисты, продемонстрировав, что они не уступают европейцам на полях сражений, сместили фокус своей экспансионистской тактики с прямой силовой агрессии на инфильтрацию

и подрывную деятельность»41.

Директор FOA полагал, что такие методы борьбы подразумевали демонстрацию превосходства социального строя, более высокого уровня жизни, экономических преимуществ и достижений. «Что производит на азиатов самое большое впечатление, так это новости о новых заводах, автотрассах, железных дорогах, электростанциях и тому подобном в коммунистическом Китае – стране с населением в 460 миллионов

Stassen H. Stassen Sees Cold War as an Economic Tussle // The Washington Post and

Times Herald. 1955. March 27.

Ibid.

«Органы планирования в администрации считают, что “Арка” начинается с Афганистана, потому что Иран и другие страны Ближнего Востока располагают нефтяными доходами и могут сформировать свой собственный капитал» (Schmidt D. Aid Plan for ’Arc of Asia’ Timed for Bandung Parley // The New York Times. 1955. April 17).

Ibid.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 78 / 288 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]