Демократы, наоборот, использовав в качестве главного аргумента «экономическое наступление» коммунистического блока, сделали став­ку на достижение максимально высокой скорости процесса глобали­зации, чего можно было добиться только через активное применение концепции «помощи развитию». Это был курс, который, с одной сторо­ны, фактически заблокировал и разрушил «сбалансированный подход» к помощи Эйзенхауэра, но, с другой стороны, показал стабильность стратегии глобализации, которую поддерживал президент.

После отставки Дж. Смита и отказа председателя национального республиканского комитета М. Алкорна одобрить назначение Г. Ла­буазье в качестве нового директора ICA члены указанного комитета заявили, что они не видят причин, «почему нельзя найти для этого поста квалифицированного республиканца». Такая позиция угрожала ещё больше ухудшить отношения между конгрессом и Белым домом. Администрация решила смягчить эти разногласия назначением Джейм­са Ридлбергера, «профессионального дипломата, который прошёл че­рез множество труднейших назначений и был уважаемым человеком в обеих партиях в конгрессе». Ридлбергер работал в государственном департаменте с 1929 г., демонстрируя стабильный карьерный рост. Ранг посла он получил в 1953 г., после чего более года был послом в Афи­нах, затем пять лет служил послом в Белграде, т. е. именно в тот пе­риод, когда отношения между США и Югославией были почти всегда трудными, а иногда очень напряжёнными.

То, что Эйзенхауэр отверг Г. Лабуазье и принял кандидатуру Дж. Ридлбергера, означало, что президент предпочитал видеть в каче­стве директора ICA дипломата, который мог бы использовать диплома­тические средства и личные связи для того, чтобы снизить напряжение вокруг программы помощи, поскольку титанические «двухпартийные» усилия Дж. Смита дали в конечном итоге минимальный результат. Как отмечал Стэнли Эндрюс, «Ридлбергер был профессиональным дипло­матом и ни во что не лез. Поэтому Деннис Фитцжеральд (заместитель директора ICA. – С. Ш.) взял всё в свои руки и полностью управлял