Развитие антимонопольного права. От механизмов противодействия локальным спекулятивным монополиям до современной системы антимонопольного регулировани

административно-правовых механизмов контроля за синди­катами и монополиями новой эпохи в целях противодействия злоупотреблениям, с одной стороны, и недопустимости сдер­живания экономического развития, с другой. Развитые адми­нистративно-правовые механизмы позволили бы, не запрещая синдикаты, контролировать их деятельность. Все это и стало причиной активизации правительственных мер по коррекции существовавших антимонопольных механизмов, доставшихся в наследство от предыдущих исторических эпох.

Между тем жесткость антимонопольных запретов, не рассчитанная на синдикаты, смягчалась не только полуодоб­рительным отношением к последним правительственных уч­реждений, но и нерешительностью уголовно-процессуальной и судебной практики. К началу XX в. насчитывалось всего несколько гражданских дел (см. ниже), а уголовного пресле­дования участников синдикатов не наблюдалось вовсе72.

61

части несоответствия соглашения уголовному закону у судьи не оставалось особых просторов для выбора. Если соглашение фиксировало цену или иным образом противоречило антимо­нопольным статьям уголовного законодательства, судья должен был констатировать его гражданско-правовую недействитель­ность.

62

● Петроковского окружного суда по делу польского

● Петроградского коммерческого суда по делу продажной

конторы синдиката «Продуголь» с Южно-Русским Днепровским и Государево-Байракским обществами (от 19 января 1913 г.).

О решении Киевского окружного суда известно, в част­ности, что суд имел перед собой примитивную картельную организацию (без продажной конторы) с бюро из 16 лиц как единственным органом. Когда наследница одного из участ­ников синдиката отказалась от исполнения договора, бюро предъявило к ней иск, отклоненный судом на том основании, что члены бюро не имели права выступать самостоятельными истцами – без уполномочия всех участников соглашения74. При этом решением суда синдикат сахарозаводчиков был признан простым союзом – товариществом, а не юридическим лицом75.

63

истцом ответчику исключительного права продажи всякого минерального топлива, добываемого из всех рудников, кото­рые эксплуатируются истцом (п. 1), причем общество, во­первых, определяет по своему усмотрению условия и цены продажи, а равно и условия платежа... (п. 5), оставляя за со­бой право изменять основные цены истца на уголь и кокс при условии одновременного изменения в одинаковую сторону и в том же размере основных цен всех остальных контрагентов (п. 28), а во-вторых, ежегодно определяет для истца то про­центное участие (квантум), на вывоз которого он имеет право в общем количестве топлива, вывозимого всеми контрагентами по совокупности (п. 14)... То положение, в которое поставил себя истец к ответчику по условиям договора, совершенно исключает возможность признать их взаимные юридические отношения за отношения комитента к комиссионеру. От ко­митента, конечно, зависит передать исключительное право продажи своего товара комиссионеру и тем ограничить себя в праве распоряжаться своим товаром. Но если при этом ко­миссионер устанавливает для комитента цену его товара и известный максимум, свыше которого последний не может ни передать ему для продажи товар, ни сам продать таковой, то подобного рода соглашение противоречит самой природе договора комиссии и по существу своему является сделкой, которая имеет совершенно другую цель... Обсудив содержа­ние положенного в основу иска договора от 10 марта 1909 г., суд находит, что под видом договора комиссии общество для торговли минеральным топливом Донецкого бассейна за­ключило со своими контрагентами, а в том числе и с истцом по настоящему делу, договор товарищества (по делу той же конторы с Государево-Байракским обществом судом было вынесено аналогичное решение)»76. Как отмечает А.В. Вене­диктов, «эти решения интересны не только как первая по-

64

пытка юридической квалификации договоров продажной конторы с членами синдиката. Характерно именно признание этих договоров договорами товарищества… …Известно, что решения были обжалованы ответчиком в Сенат, но истцы до слушания дела отказались от своих исков. Поэтому, к сожале­нию, Сенату не пришлось высказаться по данному вопросу»77.

Интересно, что решение имело и уголовно­процессуаль-ные последствия. Как отмечал известный спе­циалист в области уголовного права С.А. Андреевский в докладе юридическому обществу об уголовном преследова­нии синдикатов, решение Коммерческого суда стало по сути уже не просто ответом на поставленные в исковом прошении спорные положения, «а готовым приговором уголовного суда, устанавливающим полный состав преступления по ст. 1180 Уложения о наказаниях»78. В связи с этим прокурорским надзором было возбуждено уголовное преследование против участников синдиката. Однако дело не дошло до суда. По свидетельству А.И. Каминки, «довольно долго продолжалась судебная волокита, судебный следователь допрашивал то в качестве обвиняемых, то более осторожно в качестве свиде­телей участников синдиката, стремясь установить факты, ко­торых никто не скрывал. Но в результате дело погибло в тайниках судебных канцелярий»79.

65

ст.ст. 1528 и 1529 т. Х ч. 1 Свода законов гражданских, согласно которым признавались недействительными всякие соглашения, противные действующим законам и добрым нравам80.

Однако далее этой констатации и принятия решений о недействительности соглашений гражданскими и коммерческими судами судебная практика той эпохи не пошла. А.И. Каминка отмечал отсутствие судебных процессов по обвинению в на­рушении ст.ст. 913 и 1180 участников синдикатских и иных картельных объединений предпринимателей. Кроме того, не осталось и сенатских разъяснений по этому вопросу. Он связы­вал эти обстоятельства с несовершенством уголовных запретов, их неприспособленностью к новым экономическим условиям, к деятельности таких новых форм предпринимательства, как предпринимательские союзы, синдикатские и подобные объ­единения. Тем более судебными учреждениями не рассмат­ривались дела о признании противоречащей закону деятель­ности так называемого индивидуального монополиста – не соглашения или союза предпринимателей, а единого юриди­ческого лица, преследующего монополистические цели81.

66

67

лированы задачи и векторы развития антимонопольного регу­лирования, направленные на приведение его в соответствие актуальным задачам и целям государственного управления в новых экономических условиях.

68

Анализируя изменения законодательства, тексты зако­нопроектов и заявлений официальных органов, научные рабо­ты по теме, можно сделать вывод, что на рубеже XIX–XX в. происходит концептуальное реформирование отечественной системы антимонопольного регулирования, выражающееся в формировании на основе старых антимонопольных механизмов и иных правовых институтов в целом новой системы антимо­нопольного регулирования, адекватной новым экономическим реалиям, условиям и задачам. Формирование новой модели развивалось по нескольким направлениям, которые целесо­образно выделить в три группы:

1) приспособление к новым задачам старых антимоно- польных механизмов через их видоизменение или корректировку и усовершенствование;

69

воречащих запретам уголовного закона в отношении ценовых сговоров;

● отказ в нотариальном удостоверении таких картельных

● полицейские меры (меры публичного управления) в

Рассмотрим подробнее каждое из этих направлений.

Ряд поправок в данной области содержал правительствен­ный законопроект о синдикатах и трестах 1914 г., подготовлен­ный Министерством торговли и промышленности (подробнее об этом законопроекте см. далее). «Карательная часть данного законопроекта предлагала включить в Уложение о наказаниях четыре новых статьи следующего содержания:

Ст. 1180(1): “Члены предпринимательского объединения, члены его правления, поверенные и другие прикосновенные к объединению лица, виновные в неоправдываемом условиями производства и сбыта повышении или понижении цен на массовые товары, производство или сбыт которых составляет предмет деятельности входящих в объединение предприятий, наказываются заключением в тюрьму на срок от 4-х месяцев до 1-го года и, сверх того, денежным взысканием не свыше

70