Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Развитие антимонопольного права. От механизмов противодействия локальным спекулятивным монополиям до современной системы антимонопольного регулировани
.pdf
ных частей города (или кварталов), то Управа Благочиния
допросы в каждой части (или квартале учинить велит через
Частного Пристава (или Квартального Надзирателя), либо
назначит единаго Частного Пристава, для исследования
всех обстоятельств на месте, и по зрелому и точному рассмотрению всех обстоятельств на месте, предложит в Управе
Благочиния, которая вследствие ей предписанного поступать
имеет». Далее в п. 39 указывались права и порядок обжалования действий указанных чиновников: «буде кто Управы
Благочиния исполнением по повелению или решению верхнего какого места не доволен, и доказать может, что Упра-
ва Благочиния незаконно поступила, тот должен просить в
четыренедельный срок в том верхнем месте той Губернии, от
которого повеление или решение для исполнения в Управе
Благочиния получено. Буде же дело началось по прошению
Стряпчего или по усмотрению самого Городничего, или Частного Пристава, или по прошению или объявлению истца,
и потом кто бы решением Управы Благочиния недоволен
был, тот о своем неудовольствии да объявит Управе Благочиния, и в четыренедельный срок просить может законным
порядком в Столице в Нижнем Надворном Суде или в Уезд-
ном Суде, в иных же городах в Уездном Суде, где же онаго
нет, в Городском Магистрате или в Нижней Расправе: но
сие прошение не есть апелляция или перенос, но просителю
дается право избрать, где быть судиму, и тогда Управа Благочиния обязана учиненное ею по тому делу послать в то место, которое избрал, и буде кто по оному делу под стражею
содержится, или чем ополичен, то и таковаго с оным делом
отошлет в то же место».
Помимо сведений о судебных и административных органах, уполномоченных рассматривать дела о перекупах, запрещенных различными актами российских монархов, Устав
Благочиния содержит ценное указание о квалификации перекупов – спекулятивных монополистических действий в качестве уголовных преступлений (п. 231 Устава Благочиния).
41
Говоря о практике борьбы с монопольными перекупами, И.Т. Тарасов отмечал, что на протяжении истории как в
России, так и зарубежных странах преследование перекупщиков велось публичной властью весьма интенсивно, нередко
перекупщики были под угрозой смертной казни, ибо в них
видели часто основных виновников дороговизны на товары
широкого потребления. И.Т. Тарасов отмечает, однако, что не
всегда торговцы страдали справедливо, ибо не всегда дороговизна проистекала лишь от спекулятивных перекупов, стачек и
монополий, но бывали другие причины, которые требовали
соответственно и иных исправляющих мер58.
В первой половине XVIII в. разрозненные антимонопольные нормы, направленные на борьбу с искусственной
дороговизной, порождаемой перекупами и другими монополистическими действиями, подверглись систематизации, обновлению и коррекции в процессе кодификационной работы,
проводимой специальной Комиссией под руководством
М.М. Сперанского. Наступал следующий этап в развитии
отечественного антимонопольного регулирования.
§ 2. Антимонопольное право России в XIX веке
В процессе работы по систематизации отечественного
законодательства, проводимой Комиссией под руководством
М.М. Сперанского, антимонопольные нормы, разбросанные
по различным актам российского законодательства, направленные против ряда монополистических действий спекулятивного характера, были кодифицированы и заняли свое
законное место в Своде законов Российской империи 1832 г.
Напомним, что если Полное собрание законов Российской империи (собрание 1-е) представляет собой хронологический сборник всех известных актов верховной власти России,
58
Тарасов И.Т. Очерк науки полицейского права. – М., 1897. – С. 345-346.
42
начиная от Соборного уложения 1649 г. до начала XIX в., то
Свод законов представляет собой кодификацию всех норм
российского права, целью которой было систематизировать
все эти нормы посредством разделения их всех по предмету
и исключения дублирующих друг друга, устаревших или не
действующих к этому времени норм.
В первом издании Свода законов 1832 г. (как известно,
впоследствии Свод законов неоднократно переиздавался,
включая нормы новых законов, изданных после первого издания Свода) различные нормы русского права против монопольных сговоров (вязок и согласий) и иных форм перекупа,
а также иных антиконкурентных действий, осуществляемых
на продовольственных рынках в целях искусственного ценообразования и корыстной наживы, были кодифицированы в
составе Свода законов в Уставе о обезпечении народнаго
продовольствия59.
Согласно ст. 1 Устава об обеспечении народного продовольствия попечение о народном продовольствии в государстве
возлагалось в целом по России на Министерство внутренних
дел по Хозяйственному департаменту, а в губерниях и областях – «на Главных начальников оных». Устав содержит различные механизмы, направленные на обеспечение народного
продовольствия, включая меры борьбы с дороговизной, в том
числе последующей от искусственного ценообразования торговцев и производителей-монополистов. Ряд собственно антимонопольных норм был кодифицирован в Отделении втором
(«Об учреждении Торжков и устройстве рынков») главы второй («О свободном привозе жизненных припасов в города и
о порядке продажи оных») раздела третьего («О обезпечении
продовольствия в городах») данного Устава. Согласно п. 404,
«строго запрещалось промышленникам (производителям
59
Свод Устава о обезпечении народнаго продовольствия // Свод законов
Российской империи. – Т.13: Уставы благочиния. Свод уставов благочиния. – Ч. первая и вторая. – Спб., 1832.
43
продукции. – Прим. авт.) производить с продавцами сделки,
стачки и всякия другия соглашения к возвышению цен на
предметы продовольствия; обличенные в сем отсылаются к
суду, для поступления по законам».
Как видим, закон использует сразу несколько понятий,
характеризующих запрещенные картельно-монополистические
спекулятивные договоренности: сделки, стачки, другие соглашения. Закон не поясняет при этом, в чем различаются
эти виды соглашений, в частности, в чем отличие сделки от
стачки. Следует сказать, что в более поздних редакциях уголовных антимонопольных запретов, в том числе царского и
советского периодов, также использовались в ряд сразу несколько понятий, в том числе сговоры, стачки. Комментируя
антимонопольные статьи УК РСФСР 1922 г. и разбирая, в чем
отличие указанных в законе понятий «сговор» и «стачка», известный российский правовед А.Н. Трайнин рассуждал, что
«провести грань между сговором и стачкой представляется
довольно затруднительным: сговор, надо думать, имеет в виду
соглашение между торговцами более длительного и систематического характера и касается как операций по продаже, так
и покупке товаров (например, торговцы для повышения цен
сговорились в течение определенного времени не делать новых
запасов товаров), в то время как стачка скорее предполагает
соглашение на конкретный случай и преимущественно для
установления однородной продажной цены (торговцы мануфактурного ряда такого-то рынка стакнулись не продавать в
конце праздника ситец дешевле такой-то цены)»60.
П. 410 Устава обязывал местных полицейских чиновников посещать рынки, и «когда услышат или усмотрят скудость в съестных припасах, худобу или дороговизну, то, буде
60
Трайнин А.Н. Хозяйственные преступления (Текст и комментарий к
ст. 126-141 Уголовного кодекса). Уголовный кодекс Р.С.Ф.С.Р. Практический комментарий / Под ред. М.Н. Гернета и А.Н. Трайнина. – М.,
1923. – С. 40.
44
сами сего отвратить не могут, немедленно доносят о том по
Начальству». Также, согласно п. 406, магистрат и полиция
обязаны были узнавать продажные цены предметов продовольствия как на торжках, так и в лавках и представлять о
том ежемесячные записки губернскому начальству.
В позднейших редакциях Устава об обеспечении народного продовольствия этот запрет на монопольные соглашения
сохранился. При этом изменилась редакция данного запрета.
Так, согласно п. 121 указанного Устава редакции Свода законов Российской империи издания 1892 г., «строго запрещалось торговцам или промышленникам производить стачки,
сделки или другие соглашения для возвышения цены на
предметы продовольствия или для непомернаго понижения
сей цены в намерении стеснить действия привозящих или
доставляющих сии товары, а через то препятствовать и дальнейшему в большем количестве привозу оных»61. Как мы
увидим далее, эта редакция запрета соответствовала уголовноправовому запрету на аналогичные действия, содержащемуся
в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных.
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных
было принято в 1845 г.62 в целях упорядочения и усовершенствования уголовного законодательства, работа над ним была
начата еще при М.М. Сперанском (год кончины – 1837 г.). В
Уложении были зафиксированы и антимонопольные составы
преступлений, в том числе корреспондирующие с аналогичными запретами Устава обеспечения народного продовольствия.
Помимо уголовной ответственности за монополистическую
деятельность в сфере торговли продовольственными товарами,
61
Свод Устава о обезпечении народнаго продовольствия // Свод законов
Российской империи. – Уставы благочиния. Свод уставов благочиния. –
Спб., 1892.
62
Высочайше утвержденное Уложение о наказаниях Уголовных и Испра-
вительных (от 15 августа 1845 г.) // ПСЗРИ. – Т. XX. Отд. первое. 1845.
От № 18573-19303. № 19.283. – Августа 15. – Спб., 1846. – Собр. второе.
45
Уложение о наказаниях вводило уголовную ответственность и
за некоторые другие антиконкурентные действия.
Ряд антимонопольных статей содержался в отделении II
О противозаконных действиях для перекупа и непомернаго
(«
возвышения или понижения цен на жизненные припасы»)
главы II («О нарушении постановлений для обезпечения народнаго продовольствия») раздела VIII («О преступлениях и
проступках против общественнаго благоустройства и благочиния») Уложения о наказаниях 1845 г.
Ст. 1130 вышеуказанного Отделения второго устанав-
ливала уголовную ответственность за оптовый скуп предметов продовольствия на торгах прежде установленного на то
времени. За указанные действия виновные подвергались,
смотря по важности произошедших от того вредных последствий и другим обстоятельствам, более или менее увеличивающим или уменьшающим вину их:
● или денежному взысканию от 50 до 500 рублей;
● или аресту на время от трех недель до трех месяцев.
Кроме того, неправильно скупленный товар отбирался
и «треть вырученных от продажи онаго денег обращалась в
пользу местнаго Приказа Общественнаго Призрения, а две
остальные в пользу доносителя, хотя бы донос сделан был и
лицем, употребляемым от правительства для открытия сих
злоупотреблений».
Также устанавливалась ответственность за стачку,
сделку или другое соглашение торгующих к возвышению
цен на предметы продовольствия. Виновные подвергались
«наказаниям и взысканиям, определенным в ст. 1615 сего
Уложения».
Ст. 1131 устанавливала ответственность производящих
торговлю предметами продовольствия, на которые устанавливалась такса.
Ст. 1132 признавала виновными лиц, обязанных по за-
кону иметь попечение об отвращении недостатка в предметах
46
продовольствия или доносить о замеченном ими недостатке
начальству, но не исполнивших указанных обязанностей.
Ряд антимонопольных запретов содержался также в
главе XIII («О нарушении Уставов Торговых») в отделении II
(«О нарушении правил о производстве торговли»).
Следует обратить внимание, прежде всего, на ст. 1615,
устанавливавшую ответственность за «стачку торговцев или
промышленников для возвышения цены не только предметов
продовольствия, но и других необходимой потребности товаров, или для непомернаго понижения сей цены, в намерении стеснить действия привозящих или доставляющих сии
товары, а через то препятствовать и дальнейшему в большем
количестве привозу оных».
Статья устанавливала наказания для участников таких
соглашений в виде штрафов и сроков лишения свободы. При
этом более суровая ответственность предусматривалась за
случаи, если от такой стачки происходил действительный недостаток в товарах первой необходимости и он становился
поводом к нарушению общественного спокойствия.
Ст. 1616 устанавливала ответственность за «сокрытие
продавцами жизненных припасов или прекращение без особой законной причины продажи этих припасов». Статья не указывает побуждающий к таким незаконным действиям мотив
преступления. Очевидно, мотивом могло быть желание создать искусственный дефицит на рынке для поднятия цен на
товары для получения монопольных сверхприбылей.
Хотелось бы обратить внимание на субъектный состав
преступлений, указанных в ст.ст. 1615 и 1616, во взаимосвязи
с объективной стороной данных составов. Ст. 1615 карает за
так называемый коллективный монополизм – стачку, сговор,
направленные на исключение конкуренции и диктат цен.
Ст. 1616 карает за совершение отдельным лицом деяния в
виде невыпуска товаров на рынок без законных причин, целью которого, вероятно, является формирование дефицита и
ажиотажного спроса, что, в свою очередь, дает возможность
47
продавать товар намного дороже его реальной цены, т.е. получать сверхприбыли. Поскольку диктат цен возможен только
при определенной власти над рынком в форме монополии или
обладании значительной долей на рынке, очевидно, что субъектом преступления в виде невыпуска товара был субъект, таким положением обладающий. В противном случае невыпуск
товара одним продавцом ничего бы не дал. Потребители обратились бы к другому продавцу и купили товар по рыночной
цене. Здесь, таким образом, мы видим запрет, который сродни
современным запретам на невыпуск товара на рынок, квалифицируемый как форма злоупотребления доминирующим
положением (сравн. п. 2 ч. 1. ст. 10 Закона о защите конкуренции)63. Хотя, конечно, конструкция доминирующего положения, злоупотребления доминирующим положением –
продукт более позднего времени, но некоторая историческая
преемственность рассмотренных незаконных явлений и механизмов противодействия им очевидна.
Таким образом, российское уголовное законодательство
середины XIX в. уже выделяло по субъектному составу две
группы монополистических действий: 1) коллективный монополизм, достигаемый посредством стачки или сговора торговцев, и 2) индивидуальный монополизм, реализуемый через
действия отдельного лица, обладающего влиянием на рынок.
Своими корнями это разделение уходит еще глубже – к разрозненным антимонопольным актам предшествующего периода,
которые запрещали как индивидуальные, так и коллективные
монополистические действия. Однако в регламентации уголовной ответственности за монополистические действия в
Уложении 1845 г. это различие выглядит более явным. Наблюдается как бы начало формирования особых направлений
публичных антимонопольных механизмов: 1) против монополистических соглашений и 2) против монополизма отдельных
63
См. Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкурен-
ции» // СЗ РФ. 2006. № 31 (1 ч.). Ст. 3434.
48
лиц. Позднее, в XX в., в широкой практике эти направления
будут постепенно развиваться в систему механизмов противодействия картельным соглашениям, с одной стороны, и злоупотреблениям доминирующим положением хозяйствующих
субъектов или индивидуальному монополизму – с другой.
Несколько отличный по содержанию от предыдущих
норм состав содержала ст. 1619 Уложения. Она признавала
виновными лиц, которые, при продаже «недвижимаго или
движимаго имущества с публичнаго торга, или при торгах на
подряды и поставки или откупы, склоняли других, подарками,
обещаниями или иным образом, не участвовать в сих торгах».
Еще одна проконкурентная статья содержалась в той же
главе XIII («О нарушении Уставов Торговых») в отделении
VII («О нарушении обязанностей Маклерами, Биржевыми
Маклерами, Гоф-Маклерами, Биржевыми Нотариусами, Корабельными Маклерами, Биржевыми Аукционистами и Диспашерами»). Ст. 1764 устанавливала уголовную ответственность
биржевого аукциониста за «стачку с одним или несколькими
покупателями с аукциона для устранения других покупателей,
за продажу без торга чего-либо из назначеннаго в продажу с
аукциона, за другия потворства в пользу одних покупателей
и к убытку других, или тех, кои вещи продаются, а равно и за
недонесение о известной ему стачке между покупателями».
В Уложении о наказаниях 1845 г. в редакции 1865 г.
нумерация ряда статей, в том числе проконкурентного, антимонопольного содержания, изменилась. Так, бывшая ст. 1130,
предусматривавшая ответственность за оптовый скуп предметов продовольствия на торгах прежде установленного на
то времени, а также за стачку, сделку или другое соглашение
торгующих к возвышению цен на предметы продовольствия,
стала нумероваться ст. 913. Ст. 1615, устанавливавшая ответственность за «стачку торговцев или промышленников для
возвышения цены... необходимой потребности товаров или
для непомерного понижения сей цены, в намерении стеснить
действия привозящих или доставляющих сии товары, а через
49
то препятствовать и дальнейшему в большем количестве
привозу оных», стала в новой редакции Уложения ст. 1180. В
свою очередь, ст. 1619, устанавливавшая уголовную ответственность для лиц, которые «при продаже недвижимаго или
движимаго имущества с публичнаго торга, или при торгах на
подряды и поставки или откупы склоняли других, подарками,
обещаниями или иным образом, не участвовать в сих торгах»,
стала ст. 1181. С такой нумерацией эти статьи Уложения о наказаниях сохранились до самого конца законного государственного строя Российской империи.
Система противодействия спекулятивным монополиям,
борьбы с искусственной дороговизной в интересах доступности для потребления населением товаров необходимой
потребности и массового спроса дополнялась также комплексом полицейских или административных мер. В правовом и
организационном плане эти меры были тесно связаны с системой публичных запретов на спекулятивные монополии,
сговоры, стачки, действия по невыпуску товаров на рынок.
Прежде всего, правовой основой здесь выступали нормы Устава обеспечения народного продовольствия (1832), в том
числе рассмотренные выше запреты монополистических торговых стачек и сговоров, а в более ранние периоды – разрозненные постановления различных царских и императорских
указов, принимаемых в целях и рамках широкого спектра мер,
направленных на обеспечение народного продовольствия и
борьбу с дороговизной.
Известный русский полицеист и административист
второй половины XIX – начала ХХ в. И.Т. Тарасов, раскрывая
содержание применяемых тогда полицейских мер в отношении
субъектов монополистической деятельности, указывал: «При
искусственной дороговизне, независимо от репрессивных
мер относительно скупщиков, стачников и т.п., принимаются
еще и меры против тех орудий и средств, при помощи которых достигается искусственное повышение цен, и вот эти-то
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]