Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Комментарий к Водному кодексу Российской Федерации
.pdf
производство, приемы систематизации законодательства, конституционное толкование и пр.
3. Части 3 и 4 рассматриваемой статьи устанавливают следующий, более низкий
уровень нормативно-правовых актов водного законодательства — актов Президента РФ и
Правительства РФ.
Президент РФ издает подзаконные акты двух видов: указы и распоряжения. Указы
подразделяются на нормативные и ненормативные. Первый вид указов представляет собой
самостоятельный вид подзаконного нормативно-правового акта со всеми присущими ему
признаками. Ненормативные указы — это правоприменительные акты, они не оказывают
решающего воздействия на интересующую нас область. Распоряжения Президента тоже не
нормативны.
Правительство РФ издает постановления и распоряжения, которые не должны
противоречить нормативным актам Президента РФ. Постановлений — большинство, все они
являются нормативно-правовыми актами. Распоряжения, как правило —
правоприменительные акты. При этом Правительство РФ разрабатывает, утверждает и
обеспечивает реализацию различного рода целевых программ, доктрин, стратегий и пр.,
которые могут носить комплексный характер и, как правило, рассчитаны на длительное
время. Примером является Водная стратегия РФ, утвержденная распоряжением
Правительства РФ от 27 августа 2009 г. № 1235-р. Этим же распоряжением утвержден и
План мероприятий по реализации Стратегии до 2020 года. Поручить исполнение
(реализацию) таких программ Правительство РФ может соответствующим (в зависимости от
отраслевой компетенции) органам исполнительной власти. В частности, обязанность
обеспечить реализацию указанной Стратегии поручена Минприроды России,
Минэкономразвития России, Минрегиону России, Минсельхозу России, Минтрансу России,
Минэнерго России, Минпромторгу России с участием иных заинтересованных федеральных
органов исполнительной власти.
Среди актов, принятых Правительством РФ в целях реализации норм
комментируемого Кодекса, можно указать, к примеру:
• постановление Правительства РФ от 20 ноября 2006 г. № 703 «Об утверждении
Правил резервирования источников питьевого водоснабжения»;
• постановление Правительства РФ от 30 ноября 2006 г. № 727 «О порядке создания и
деятельности бассейновых советов»;
• постановление Правительства РФ от 28 апреля 2007 г. № 253 «О порядке ведения
государственного водного реестра»;
• постановление Правительства РФ от 23 июля 2007 г. № 469 «О порядке утверждения
нормативов допустимых сбросов веществ и микроорганизмов в водные объекты для
водопользования»;
• распоряжение Правительства РФ от 31 декабря 2008 г. № 2054-р об утверждении
перечня водохранилищ и ряд иных.
Всего актов Правительства РФ в области водных отношений и в области смежных
отношений насчитывается более двух десятков, и многие из них по тексту комментария
будут указываться.
4. Часть 5 рассматриваемой статьи устанавливает еще один уровень нормотворчества
в области водного законодательства — нормотворчество отраслевых, межотраслевых и
21
иных органов исполнительной власти федерального уровня. Так же, как и Правительство РФ,
они издают подзаконные акты как непосредственно относящиеся к водным отношениям, так
и затрагивающих их опосредованно. Они могут выступать в виде приказов, инструкций,
административных регламентов. Их статус — они не должны противоречить настоящему
Кодексу, федеральным законам и актам Президента РФ и Правительства РФ. Само собой,
они не могут противоречить Конституции РФ. На них тоже распространяются правила
преодоления коллизий, перечисленные выше.
Специфика актов данного уровня в том, что в них содержится «низшая инстанция»
конкретизации и детализации норм, содержащихся в законах и актах высших органов
исполнительной власти. Представляется, что они должны отличаться максимальной
степенью точности, ясности, недвусмысленности и простоты толкования — если только,
конечно, они не предназначаются узкому кругу специалистов, как например акты,
устанавливающие специальные методики расчетов (см. комментарий к ст. 69 Кодекса),
исследований и пр.
В соответствии с Указом Президента РФ от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и
структуре федеральных органов исполнительной власти» создана
федеральных органов исполнительной власти. Функции по выработке государственной
политики и нормативно-правовому регулированию возложены на федеральные
министерства, функции по контролю и надзору — на федеральные службы, функции по
оказанию государственных услуг и управлению государственным имуществом — на
федеральные агентства.
Акты министерств также подразделяются на нормативные (содержащие нормы права)
и
ненормативные (правоприменительные). При рассмотрении дальнейших статей будут
анализироваться именно нормативные акты. Все они также должны отвечать общим и
специальным требованиям к структуре (состоят они, как правило, из двух основных частей
— констатирующей и распорядительной) и процедуре издания. Среди актов данного уровня
можно привести в пример:
новая система и структура
• приказ Минприроды России от 13 апреля
исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения
водного законодательства»;
• приказ МПР РФ от 25 апреля 2007 г. № 112 «Об утверждении методики
гидрографического районирования территории Российской Федерации»;
• приказ МПР РФ от 22 мая 2007 г. № 128 «Об утверждении формы заявления о
предоставлении акватории водного объекта в пользование»;
• приказ Минприроды России от 31 октября 2008 г. № 293 «Об утверждении
Административного регламента исполнения Федеральным агентством водных
ресурсов государственной функции по ведению государственного водного реестра и
предоставлению сведений из государственного водного реестра и копий документов,
содержащих сведения, включенные в государственный водный реестр» и другие.
5. Часть 6 рассматриваемой статьи посвящена региональному подзаконному
нормотворчеству в рамках водного законодательства, то есть — на уровне субъектов РФ. В
целом, акты регионального уровня не должны противоречить федеральным (включая
подзаконные — по предметам исключительного ведения РФ и по предметам совместного
22
2009 г. № 87 «Об утверждении методики
ведения). В свою очередь, подзаконные акты регионального уровня не должны также
противоречить законам субъектов РФ. В связи с разграничением и передачей отдельных
полномочий на региональный уровень принят ряд подзаконных актов Правительства РФ,
которые будут указаны при рассмотрении ст. 25 и 26 Кодекса (см. комментарий). Там же
будут рассматриваться и направления регионального нормотворчества (подразумеваются не
только законы субъектов РФ, но и подзаконные нормативно-правовые акты регионального
уровня, а заодно уж несколько по возможности исследована целесообразность передачи
субъектам некоторых вопросов в рамках регулирования водных отношений).
Часть 7 рассматриваемой статьи ведет речь о нормотворчестве муниципальном
(местном) — нормотворческой деятельности органов МСУ. Сферы деятельности органов
МСУ, в рамках которых допускается местное нормотворчество, будут рассматриваться в
комментарии к ст. 27 Кодекса. Статья 7 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»
(далее — ФЗ от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ) содержит основные положения о
муниципальных правовых актах.
6. Не было бы полным рассмотрение предмета комментируемой
упоминания о таких источниках водного права, как международные документы. Выше уже
была упомянута норма ст. 15 Конституции РФ о международном праве как части правовой
системы РФ. Этот же принцип развивается и в ст. 5 Федерального закона от 15 июля 1995 г.
№ 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации». Есть несколько форм
включения
имплементация, трансформация или рецепция. И это не следует понимать как прямое
«превращение» норм международного права (не важно — содержащихся ли в
международных договорах или в иных источниках международного права) в нормы права
внутригосударственного — просто в этих случаях государственная власть обеспечивает их
выполнение при помощи своего юридического инструментария. Все указанное относится и к
источникам международного водного права — есть такая отрасль международного
публичного права. Еще одна специфика таких источников в том, что никто, даже ООН, не
вправе государства обязывать заключить тот или иной договор, присоединиться к нему,
ратифицировать и пр. — это не обязанность государств, а
источник международного права вообще — международный договор. И Конвенция ООН по
морскому праву 1982 г., к которой РФ присоединилась в 1997 г. — это не что иное, как
международный договор. Ее нормы имеют отношение прежде всего к территориальному
морю и внутренним морским водам, но затрагиваются и некоторые иные вопросы. В одной
из работ автор уже указывал, что специфика международного права в том, что в нем нет
законодательных органов, подобно праву внутригосударственному. Процесс создания норм
всецело зависит от самих субъектов правоотношений — суверенных государств и
международных организаций. Именно поэтому среди источников международного права
(если трактовать источник в формально-юридическом смысле) наибольший удельный вес
имеют именно международные договоры.
норм международного права в ткань внутригосударственной правовой материи:
именно их право. Основной
статьи Кодекса без
23
Статья 3. Основные принципы водного законодательства
Водное законодательство и изданные в соответствии с ним нормативные правовые
акты основываются на следующих принципах:
1) значимость водных объектов в качестве основы жизни и деятельности человека.
Регулирование водных отношений осуществляется исходя из представления о водном
объекте как о важнейшей составной части окружающей среды, среде обитания объектов
животного и растительного мира, в том числе водных биологических ресурсов, как о
природном ресурсе, используемом человеком для личных и бытовых нужд, осуществления
хозяйственной и иной деятельности, и одновременно как об объекте права собственности и
иных прав;
2) приоритет охраны водных объектов перед их использованием. Использование
водных объектов не должно оказывать негативное воздействие на окружающую среду;
3) сохранение особо охраняемых водных объектов, ограничение или запрет
использования которых устанавливается федеральными законами;
4) целевое использование водных объектов. Водные объекты могут использоваться
для одной или нескольких целей;
5) приоритет использования водных объектов для целей питьевого и хозяйственнобытового водоснабжения перед иными целями их использования. Предоставление их в
пользование для иных целей допускается только при наличии достаточных водных ресурсов;
6) участие граждан, общественных объединений в решении вопросов, касающихся
прав на водные объекты, а также их обязанностей по охране водных объектов. Граждане,
общественные объединения имеют право принимать участие в подготовке решений,
реализация которых может оказать воздействие на водные объекты при их использовании и
охране. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, субъекты
хозяйственной и иной деятельности обязаны обеспечить возможность такого участия в
порядке и в формах, которые установлены законодательством Российской Федерации;
7) равный доступ физических лиц, юридических лиц к приобретению права
пользования водными объектами, за исключением случаев, предусмотренных водным
законодательством;
8) равный доступ физических лиц, юридических лиц к приобретению в собственность
водных объектов, которые в соответствии с настоящим Кодексом могут находиться в
собственности физических лиц или юридических лиц;
9) регулирование водных отношений в границах бассейновых округов (бассейновый
подход);
10) регулирование водных отношений в зависимости от особенностей режима водных
объектов, их физико-географических, морфометрических и других особенностей;
11) регулирование водных отношений исходя из взаимосвязи водных объектов и
гидротехнических сооружений, образующих водохозяйственную систему;
12) гласность осуществления водопользования. Решения о предоставлении водных
объектов в пользование и договоры водопользования должны быть доступны любому лицу,
за исключением информации, отнесенной законодательством Российской Федерации к
категории ограниченного доступа;
24
13) комплексное использование водных объектов. Использование водных объектов
может осуществляться одним или несколькими водопользователями;
14) платность использования водных объектов. Пользование водными объектами
осуществляется за плату, за исключением случаев, установленных законодательством
Российской Федерации;
15) экономическое стимулирование охраны водных объектов. При определении платы
за пользование водными объектами учитываются расходы водопользователей на
мероприятия по охране водных объектов;
16) использование водных объектов в местах традиционного проживания коренных
малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации для
осуществления традиционного природопользования.
Комментарий к ст. 3
1. Одним из критериев классификации правовых норм является их функциональная
роль в структуре и динамике механизма правового регулирования. Здесь они подразделяются
на два структурированных массива:
• исходные нормы и правила поведения;
• общие и специальные нормы.
Что касается деления норм на общие и специальные, то это выражается в том, что
общие нормы распространяют регулятивное воздействие на все или большую часть
институтов и субинститутов соответствующей отрасли права, а специальные нормы их
конкретизируют, концентрируясь в соответствующих институтах отрасли.
В рамках первого массива выделяются исходные нормы и собственно правила
поведения. Вот эти исходные нормы, в свою очередь, подразделяются на нормы-дефиниции
(см. комментарий к ст. 1 Кодекса), нормы-начала (как правило, содержащиеся в основных
законах государств и закрепляющие основы правовых форм функционирования всех сфер
общества — в них наиболее отчетливо проявляется регулятивно-статическая функция права)
и нормы-принципы. Нормы-принципы отличаются тем, что закрепляют основные, отправные
моменты в рамках соответствующей отрасли права. Соотношение между нормамипринципами и нормами-правилами поведения таково, что последние должны
последовательно и юридически непротиворечиво развивать нормы-принципы,
способствовать тому, чтобы принципы в динамике функционирования соответствующей
отрасли права были нормами, реально обеспечивающими достижение нужного
регулирующего результата соответствующей отрасли.
Принципы ориентируют всю остальную правовую материю отрасли, «показывая» ей
как нужно развиваться, и если право — это нормы, то механизм правового регулирования —
это еще и правоприменительная деятельность на основе этих норм. Именно поэтому
принципы права должны воплощаться в реальности.
Из самого названия рассматриваемой статьи Кодекса видно, о чем идет речь — о
нормах-принципах водного законодательства (водного права). Собственно, сложности (в
смысле толкования ее содержимого) эта статья вызывать не должна. Сложность состоит в
том, насколько указанные в комментируемой статье принципы соответствуют
25
действительности, и каким образом они находят свое реальное выражение на практике. В
связи с этим в комментарии к настоящей статье будут проанализированы преимущественно
те принципы, практическая реализация которых, так сказать, «вызывает сомнение». В
сущности, вместо столь обширной статьи вполне было бы достаточно четко определить и
закрепить цели водного законодательства, которые должны быть сведены к двум простым
вещам: обеспечению реальной возможности беспрепятственного пользования водами как
важнейшим природным ресурсом и приоритету охраны вод перед их использованием.
2. Итак, первый из принципов базируется на известном положении Конституции РФ о
том, что земля и другие природные ресурсы (в том числе, водные) используются и
охраняются в России как основа жизни и деятельности народов, проживающих на
соответствующей территории (ст. 9). В комментируемой статье Кодекса в развитие
указанных конституционных положений закреплен принцип значимости водных объектов
в качестве основы жизни и деятельности человека.
Регулирование водных отношений осуществляется исходя из представления о водном
объекте как о важнейшей составной части окружающей среды, среде обитания объектов
животного и растительного мира, в том числе водных биологических ресурсов, как о
природном ресурсе, используемом человеком для личных и бытовых нужд, осуществления
хозяйственной и иной деятельности, и одновременно как об объекте права собственности и
иных прав. В целом есть все основания сказать, что на практике реализуется лишь вторая
часть указанного принципа — водные объекты рассматриваются, прежде всего, как
объекты права собственности.
3. С первым принципом, на первый взгляд, связан второй принцип — приоритет
охраны водных объектов перед их использованием. Однако в действительности он связан с
первым принципом лишь в одном — водные объекты должны охраняться лишь постольку,
поскольку их охрана обеспечивает использование этих объектов в интересах капитала. Ведь,
если, скажем, в гл. 4 Кодекса (там, где это должно быть, казалось бы) нельзя увидеть
полномочий органов государственной власти, которые были прежде (в Водном кодексе 1995
г.) и которые позволяли пусть не совершенно, но все же осуществлять выработку и контроль
реализации государственной политики в сфере охраны водных
не отступление от рассматриваемого принципа? В частности, в нынешнем Кодексе нет
теперь таких полномочий, как перераспределение водных ресурсов; определение
государственной политики в области использования и охраны водных объектов; разработки
и реализация государственных программ по использованию, восстановлению и охране
водных объектов; проведение единой научно-технической политики
финансирование научных исследований (фундаментальных и прикладных) в области
использования и охраны водных объектов и ряда иных важных полномочий. Как реализуется
данный принцип, будет можно еще увидеть при рассмотрении, к примеру, ст. 65 Кодекса (см.
комментарий). Отсутствует в Кодексе теперь и положение, которое закреплялось в Водном
кодексе 1995 г. и определяло цели водного законодательства как обеспечение прав граждан
на чистую воду и благоприятную водную среду.
4. Третий принцип — сохранение особо охраняемых водных объектов, ограничение
или запрет использования которых устанавливается федеральными законами. Есть
потенциал, что этот принцип будет работать. Правда, если конечно, не разрешат сдавать в
аренду и особо охраняемые водные объекты. И если не разрешат застраивать еще и их
ресурсов, — то что это, если
, организация и
26
берега. На федеральном уровне в данной области основополагающим нормативным актом
является Федеральный закон от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных
территориях» (далее — ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях»). В него
вносились и вносятся масса изменений, но в целом заложенные в нем природоохранные
механизмы еще есть. Сейчас ст. 1 указанного закона определяет особо охраняемые
природные территории как участки земли, водной поверхности и воздушного пространства
над ними, где располагаются природные комплексы и объекты, которые имеют особое
природоохранное, научное, культурное, эстетическое, рекреационное и оздоровительное
значение, которые изъяты решениями органов государственной власти полностью или
частично из хозяйственного использования и для которых установлен режим особой
охраны. Вообще, назначение института особо охраняемых природных территорий и объектов
(иногда обозначается аббревиатурой ООПТ) носит сугубо экологический характер —
обеспечить сохранность и естественно-природное состояние отдельных природных
комплексов и (или) объектов. Есть ранние памятники права, в которых закреплялся схожий
институт, но в те эпохи экономические и военные цели превалировали явно. В частности,
особый, заповедный правовой режим еще в 16 веке распространялся на оборонительные
лесные засеки — в засечных лесах рубка деревьев строжайше запрещалась.
В теории экологического права есть три вида таких территорий. Первый вид —
специальные защитные зоны: водоохранные зоны и прибрежные защитные полосы (см.
комментарий ст. 65 Кодекса); санитарно-защитные зоны между промышленными и жилыми
секторами; округа санитарной охраны курортов и лечебно-оздоровительных местностей;
зоны санитарной охраны источников питьевого водоснабжения; запретные полосы лесов по
берегам некоторых водных объектов и др. Второй вид — экологически неблагополучные
территории. Здесь раньше было два их вида — зоны чрезвычайной экологической ситуации
и зоны экологического бедствия (см. комментарий к ст. 67 Кодекса). И третий вид — это
особо охраняемые территории в собственном смысле. Объединяет все виды в одну группу
то, что во всех трех случаях мы имеем дело с особым эколого-правовым режимом и особым
режимом природопользования. А конкретные различия в правовых режимах позволяют их
дифференцировать на отдельные виды. Могут быть как водные объекты
охраняемой природной территории, так и самостоятельные особо охраняемые водные
объекты. Такой территорией может быть признан как весь объект, так и отдельные
акватории, участки морских вод, а также водно-болотные угодья (Конвенция о водноболотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом в качестве
местообитаний водоплавающих птиц (Рамсар, 2 февраля 1971 г
прежде всего, задачи охраны фауны). При рассмотрении ст. 66 Кодекса, специально
посвященной особо охраняемым водным объектам, будут подробнее указаны виды и статус
особо охраняемых природных территорий.
5. Четвертый принцип — целевое использование водных объектов,
проявляющийся в том, что один и тот же водный объект можно использовать как с одной,
так и с несколькими целями. Вместе с тем, один и тот же водный объект может
использоваться и в различных целях одновременно. Так, один из принципов, обозначенный
п. 13 рассматриваемой статьи, принцип комплексного использования водных объектов,
выражается не только в том, что водный объект может использоваться несколькими лицами,
но и в том, что он может использоваться в нескольких целях.
.), хоть она и преследует,
в составе особо
27
Приоритетным, как и в Водном кодексе 1995 г., объявляется использование водных
объектов для питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения (пятый принцип). В
сущности, все это было выражено и в Водном кодексе 1995 г., хотя в нем и отсутствовала
статья о принципах. В соответствии со ст. 43 Кодекса для целей питьевого и хозяйственнобытового водоснабжения должны использоваться защищенные от загрязнения и засорения
поверхностные водные объекты и подземные водные объекты, пригодность которых для
указанных целей определяется на основании санитарно-эпидемиологических заключений.
Для водных объектов, используемых для целей питьевого и хозяйственно-бытового
водоснабжения, устанавливаются зоны санитарной охраны в соответствии с
законодательством о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения. В зонах
санитарной охраны источников питьевого водоснабжения осуществление деятельности и
отведение территории для жилищного строительства, строительства промышленных
объектов и объектов сельскохозяйственного назначения запрещаются или ограничиваются в
случаях и в порядке, которые установлены санитарными правилами и нормами в
соответствии с законодательством о санитарно-эпидемиологическом благополучии
населения. То есть, сугубо юридические гарантии реализации этого
сказать, есть (с учетом еще нормы ст. 34 Кодекса, согласно которой в целях обеспечения
граждан питьевой водой в случае возникновения чрезвычайной ситуации осуществляется
резервирование источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения на основе
защищенных от загрязнения и засорения подземных водных объектов). Для таких
источников устанавливаются зоны специальной охраны, режим которых соответствует
режиму зон санитарной охраны подземных источников питьевого и хозяйственно-бытового
водоснабжения. Установление порядка резервирования таких источников Кодекс относит к
компетенции Правительства РФ (см. комментарий к ст. 34).
6. Шестой принцип — участие граждан, общественных объединений в решении
вопросов, касающихся прав на водные объекты, а также их обязанностей по охране
водных объектов. Это, надо понимать, вроде как гарантия общественного контроля в
области тех или иных вопросов, которые могут возникать в рамках водных отношений.
Фраза о том, что граждане и их объединения имеют право принимать участие в подготовке
решений, реализация которых может оказать воздействие на водные объекты при их
использовании и охране должна толковаться именно в этом смысле. О том, что это именно
гарантия, говорит и содержащееся в п. 6 рассматриваемой статьи императивное правило об
обязанности органов государственной власти и МСУ обеспечить возможность такого
участия в порядке и в формах, которые установлены законодательством. Здесь имеется в
виду, видимо, Федеральный закон от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных
объединениях», а также ряд иных законов, но существа дела это не меняет. Да, такое право
контроля и участия у граждан и их объединений есть, и вот один из примеров реализации
такого принципа. Не так давно в нескольких регионах, а именно, в Санкт-Петербурге,
Ленинградской области, Саратовской области и в Карелии были собраны 17200 подписей
против огораживания берегов. В ноябре 2009 г. подписи были представлены в
Администрацию Президента РФ, в Правительство РФ, а также в обе палаты Федерального
собрания. Все это сопровождалось предложениями об изменении законодательства. Письмо
это, как полагается, «отписали» вниз — в региональные органы исполнительной власти.
Потом, уже на местах, было предложено представить проект изменений, он был представлен
принципа, можно
28
— там предлагалось ввести запрет на строительство в пределах водоохранных зон. Ответ
чиновников выражался в том, что такие изменения излишни. Как это ни печально, но именно
такой результат был получен по итогам реализации закрепленного п. 6 комментируемой
статьи принципа об участие граждан и общественных объединений в решении вопросов,
касающихся их прав на водные объекты.
7. Сугубо рыночную основу и природу имеют следующие два принципа,
закрепленные в п. 7 и 8 рассматриваемой статьи, — о равной возможности доступа
физических лиц, юридических лиц к приобретению права пользования водными
объектами, за исключением случаев, предусмотренных водным законодательством, и о
равном доступе физических лиц, юридических лиц к приобретению в собственность
водных объектов, которые в соответствии с настоящим Кодексом могут находиться в
собственности физических лиц или юридических лиц. Заметим сразу — не «граждан», а
физических лиц. Не российских юридических лиц, а просто — «юридических лиц». В
отношении такого права пользования водными объектами, о котором идет речь в ст. 6
Кодекса (см. комментарий), — здесь нельзя дифференцировать условия доступа к водным
объектам в зависимости от гражданства (подданства) физического лица — каждый вправе
иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для
личных и бытовых нужд. Хотя именно в ст. 6 Кодекса почему-то подчеркнуто, что таким
правом обладают граждане. А вот что касается права собственности на водные объекты, как
и права на заключение договоров водопользования, — тут уже ограничения не помешали бы.
Но их, увы, нет.
8. Следующие три принципа (п. 9, 10, 11 комментируемой статьи) взаимосвязаны
функционально и не новы. Бассейновый подход (девятый принцип), например, закреплялся
и в Водном кодексе 1995 г. Вообще, бассейновый подход — весьма расплывчатая категория,
которая применяется в различных значениях. Он, например, определяется и как система
методов (способов, приемов) в географических и экологических исследованиях, в основу
которой положено представление о континуальности географической оболочки, где в
качестве основного интегрирующего фактора выступает водный сток — пространственная
структура географической оболочки представляется системой иерархий бассейнов разного
ранга. Это практично для балансовых расчетов, но
интенсивными эоловыми (ветровыми) и карстовыми явлениями. Вообще, родоначальником
бассейнового подхода считается французский ученый Ф. Бюаш, он еще в 1752 г. стал
применять методику географических исследований на основании бассейнового
районирования территорий. Но так как естествознание в то время еще только развивалось,
представления Бюаша о границах речных бассейнов были
исследователь И. Гаттерер также развивал бассейновый подход — но, как и его
предшественник — для описания, исследования географических районов. Затем, по мере
накопления и развития научных знаний, французский ученый Э. Реклю уже в начале 20
столетия, сформулировал понимание речного бассейна как природного, естественного
района, где ручьи, потоки и реки соединяются в одну главную реку, образуя речной бассейн.
Бассейн стал пониматься как природный район, объединенный системой рек в единое целое.
В Германии примерно такую же концепцию речного бассейна развивал Ф. Ратцель.
В 20 веке бассейновый подход развивался в России, затем в СССР. В частности, ст. 8
еще Водного кодекса РСФСР 1972 г. устанавливала, что согласно Основам водного
трудно применимо в районах с
ошибочными. Затем, немецкий
29
законодательства Союза ССР и союзных республик государственное управление в области
использования и охраны вод в РСФСР осуществляется Советом Министров СССР,
Советом Министров РСФСР, Советами Министров автономных республик,
исполнительными комитетами местных Советов депутатов трудящихся, а также
специально уполномоченными на то государственными органами по регулированию
использования и охране вод непосредственно или через бассейновые (территориальные)
управления и иными государственными органами в соответствии с законодательством
Союза ССР и РСФСР. Специально уполномоченными государственными органами по
регулированию использования и охране вод являются Министерство мелиорации и водного
хозяйства РСФСР и его органы на местах в пределах их компетенции. В развитие данного
положения создавались территориально-бассейновые органы управления водным
хозяйством. В частности, постановлением Совета Министров СССР от 22 апреля 1960 г. №
425 «О мерах по упорядочению использования и усилению охраны водных ресурсов СССР»
(п. 2) Советам Министров союзных республик поручено организовать специальные органы
по использованию и охране поверхностных и подземных водных ресурсов с инспекциями по
бассейнам основных рек (водоемов) на территории
территории Дальнего Востока и Якутской АССР в 1962 г. приказом Государственного
комитета СМ РСФСР по водному хозяйству (Госводхоза РСФСР) от 1 декабря 1962 г. №
104/пп была образована Амурская бассейновая инспекция по использованию и охране
водных ресурсов с местом дислокации в Хабаровске. В зону деятельности это бассейновой
инспекции
Сахалинская области и Якутская АССР.
несомненно, обусловливало и приоритет прямых административных методов управления в
данной области. Это было вызвано, в свою очередь, национализацией всех природных
ресурсов, что также было в те времена объективно необходимым явлением. Но при этом
данная система потенциально вполне могла обеспечивать реализацию адекватных как в
экономическом, так и в экологическом отношении мер в рамках отношений
водопользования. А что представляет собой бассейновый подход в настоящее время, когда
взят курс на приватизацию природных ресурсов? Несколько подробнее ответить на этот
вопрос мы попытаемся при рассмотрении ст. 28 и 29 Кодекса (см. комментарий) — о
бассейновых округах как основных единицах управления в области водных отношений и о
бассейновых советах как одном из основных средств реализации бассейнового подхода в
настоящее время. Там же еще будет добавлено и про сам бассейновый подход.
определенная система управления водными объектами и ресурсами, при которой за основу
берется специфика гидрологического режима соответствующего района в его соотношении с
уровнем и характером социально-экономического развития этого района. Сложностей вроде
бы нет, ясно, что режимы разных рек различны, и исходя из этого и следует организовывать
политику охраны и использования водных объектов. Интересно, что Кодекс не содержит
определение бассейнового подхода, а не помешало бы. Содержится только определение
речного бассейна (см. комментарий к ст. 1 Кодекса), под которым понимается территория,
поверхностный сток вод с которой через связанные водоемы и водотоки осуществляется в
море или озеро. В рамках интерпретации бассейнового подхода нет единообразной точки
входили Хабаровский и Приморский края, Амурская, Камчатская, Магаданская,
Однако в то время преобладал плановый подход в экономике в целом, что,
Таким образом, в нашем случае под бассейновым подходом должна пониматься
республик. И затем, например, на
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]