Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Трудности и возможности русско-немецкого и немецко-русского перевода. Справочник
.pdf
ка для человека» не может зависеть от языкового сознания.
Продвигаясь по этому пути, мы приходим к мысли, что было
бы правильно, если бы словарь Варига отобразил эту сему,
разделив словарное толкование
Splitter как минимум по ли
нии «степень опасности, риска». Щепка как отдельное зна
чение
Splitter – ein leichtes und kleines Stückchen Holz, – воз
можно, и не обязательно определять как отдельное значение,
в противном случае возникает вопрос, почему бы не выде
лить в отдельные значения
Stückchen Glas
Metall.
В русском для осколка дерева есть отдельное слово
или Splitter как ein leichtes kleines Stückchen
Splitter как ein kleines leichtes
щепка, в немецком его нет. Но при этом в русском нет от
дельных слов для наименования мелких легких осколков ме
талла, камня, кирпича и т. п.
Основной вопрос в проблеме разбиения автором двуязыч
ного словаря слова исходного языка на несколько словзна
чений в языке перевода состоит в том, как представлять эти
несколько значений: под разными цифрами как выразите
ли действительно разных значений или под одной как вари
анты одного значения. В.П. Берков решает этот вопрос од
нозначно и категорично: «Разбиение слова на значения не
зависит от выходного языка словаря» (то есть от языка пере
128
вода)
. Определяющим, по Беркову, является исходный
язык. Если в нем слово многозначно (как, например, слово
nüchtern в немецкой лексикографической традиции), то и
русские переводы должны выступать под разными цифрами
как представители разных значений многозначного слова.
Если же исходное слово не многозначно (как
Splitter), то все
варианты его перевода должны перечисляться как варианты
перевода одного значения. Иными словами, осколок, щепка
и заноза должны располагаться в немецкорусском словаре
рядом и цифрами не разделяться.
Двуязычные словари в большинстве своем этот завет
не выполняют или выполняют непоследовательно. Так,
braun переводится НРС как коричневый, карий, бурый, смуг
лый, загорелый, каштановый, гнедой через запятую, без раз
биения. Несмотря на то, что эти слова в русском не всегда
можно рассматривать как синонимы, НРС ориентируется
здесь на единство значения
braun в исходном языке. Но
231
беда в том, что в исходном языке одно и то же слово раз
бивается на значения авторами толковых словарей пораз
ному. Обычно сколько словарей, столько и мнений. Так,
braun в одном словаре интерпретируется как слово с од
ним значением, в другом – как слово с двумя значениями
(sonnengebräunt выделяется в особое значение). Непонят
но, как автору двуязычного словаря поступать в случаях
расхождений между воззрениями на многозначность ав
торов одноязычных словарей исходного языка. Кому сле
довать и кого слушать? Кроме того, в восприятии русско
го пользователя смуглый, гнедой, карий и бурый – это
всетаки слова, относящиеся к разным семантическим
гнездам. Ассоциативно они расходятся, и мера этого рас
хождения весьма значительна.
Иногда НРС ассоциации носителей языка перевода
учитывает. Как раз для слова
воды щепка, заноза и осколок по разным значениям, по
мещая их под соответствующими цифрами 1, 2, 3 – не
смотря на то обстоятельство, что толковые немецкие
словари никакого разбиения толкований
не предлагают. Многозначность проявляется через соче
таемость. Однако не всякая разница в сочетаемости явля
ется достаточным критерием для обнаружения разницы в
значениях. Мыть и стирать в современном русском язы
ке – различные глаголы, представляющие в переводе два
разных значения глагола
ля русского языка (для немца этот глагол, возможно, не
многозначен), поскольку
Splitter НРС разбивает пере
Splitter обычно
waschen с точки зрения носите
Haare waschen – мыть голову, а
Wäsche waschen – стирать белье. Но когдато и о белье
говорили порусски мыть: мыть рубашки, свежевымытая
сорочка. Таким образом, в 19м и еще в начале 20го века
глагол
щийся на два значения при переводе.
сложные слова, включающие определенную лексему, требу
ют различного перевода этой лексемы при том, что ее распа
дения на значения при переводе, тем не менее, не происхо
дит. Так, сложные слова с
переводятся то как словосочетания, включающие лексемы
waschen не привлек бы внимания как распадаю
И наоборот, случается так, что различные сочетания или
Arbeits- в качестве первого элемента
232
рабочий, работа, то как словосочетания с лексемами трудо
вой, труд:
ты;
то;
Arbeitsbedingungen – условия труда, условия рабо
Arbeitsmarkt – рынок труда; Arbeitsplatz – рабочее мес
Arbeitsvertrag – трудовой договор, трудовое соглашение;
Arbeitszeit – рабочее время. Arbeitswoche может в зависимос
ти от контекста переводиться и как трудовая неделя, и как
рабочая неделя,
вой день. Тем не менее нельзя говорить здесь о многозначно
сти слова
мичны и не могут трактоваться как два значения.
Употребление слов работа или труд при переводе конкрет
ных сложных слов объяснимо в первую очередь традицией
(узусом).
Узус вообще играет часто решающую роль в выборе вари
анта перевода среди синонимов. Например, глагол
означает уменьшать, сокращать, урезать, но урезать можно
только зарплату, льготы; глагол сокращать обнаруживает
значительно более широкий спектр сочетаемости (зарпла
ту можно и сокращать). Главный городской собор в одних
городах Германии называют
зрения носителя современного языка различия эти обуслов
лены лишь традицией. То же касается различия между
и Festung.
Как отображать в словаре подобные расхождения? По
видимому, в определенных ситуациях только носители со
ответствующего языка и конкретные лексикографы – со
ставители двуязычных словарей могут принять решение,
удовлетворяют ли расхождения между значениями соот
ветствующих эквивалентов необходимости отображать их в
столбце перевода под отдельными цифрами. Так, в перево
де слова
всего, отображаются как близкие синонимы через запятую
под пунктом 1, а покой, спокойствие заслуживают отдель
ного пункта 2. Но вполне возможно, что другой лексико
граф решит этот вопрос иначе и отобразит все переводы
слова
Ruhe как близкие синонимы через запятую, не раз
деляя их номерами. Глагол шипеть (в прямом значении:
издавать звук шипения), в зависимости от того, кто именно
этот звук издает, переводится поразному:
Arbeitstag – и как рабочий день, и как трудо
Arbeit в языке перевода: работа и труд синони
kürzen
Münster, в других Dom. С точки
Burg
Ruhe его эквиваленты тишина, затишье, скорее
zischen
233
(Schlange), fauchen (Katze), а существительное лапа, в за
висимости от того, кому она принадлежит, переводится как
Pfote (например, у собак), Tatze (например, у медведя, кош
ки),
Klaue (например, у курицы, орла), Pranke (например,
у тигра, льва). Какова степень близости между значениями
эквивалентов слова лапа для носителя немецкого языка,
предлагать ли их в руссконемецком словаре под разными
цифрами как при полисемии или через запятую как при
синонимии – вопрос не столь существенный
129
. Однако для
успеха коммуникации подобные различия обладают замет
ным весом: сказав о шипящей змее faucht, а о лапе медведя
Klaue, можно привести собеседника в замешательство и тем
самым затруднить или нарушить коммуникацию. Следо
вательно, независимо от решения вопроса о многозначно
сти или синонимии, требуется с большим вниманием от
носиться к конкретной сочетаемости – это значительно
важнее, чем способ внешнего представления переводных
эквивалентов в словаре – под цифрами (многозначность)
или через запятую (синонимия).
В конечном итоге, пользователю важно знать, какими спо
собами слово переводится, независимо от того, найдет ли
он эти способы под одной цифрой или под несколькими.
Чисто прагматически его интересует конечный результат.
Разбиение значений – это важный аспект для лексикогра
фии скорее в теоретическом, чем в практическом аспекте.
По крайней мере, то обстоятельство, что большие двуязыч
ные словари в решении этого вопроса непоследовательны,
пользователи обычно не замечают.
Многие переводчики и теоретики перевода обращают
внимание на сложные родовидовые отношения между
словами разных языков. Одно и то же слово исходного
языка может выступать по отношению к переводам то как
гипероним, то как гипоним. Например,
Glas – это и ста
кан, и рюмка, и бокал, и фужер, и стопка. Для этих слов
Glas – родовое обозначение. Но в то же время стакан –
Glas, и Becher, в зависимости от материала, из кото
это и
рого он изготовлен. Здесь уже стакан выступает как гипе
роним. А
Becher, в свою очередь – это и стакан, и кружка,
и чашка, в зависимости от формы сосуда. Подобных до
234
вольно запутанных связей между языками множество. Л.С.
Бархударов даже предлагает ввести в переводоведение спо
соб графического отображения неравномерных родови
довых связей такого рода, которое могло бы облегчить пе
реводчику его задачу, представив в пособиях по переводу
довольно сложную картину наглядно
130
. Замена одного
перевода другим по незнанию или по невнимательности
в таких ситуациях может оказаться критичной для пони
мания, а может быть достаточно безобидной. Например,
замена фужера на бокал пройдет практически незамечен
ной. Стакан заменить бокалом или наоборот – скорее все
го, тоже не очень серьезная ошибка. Замена же бокала на
стопку может привести к помехам в коммуникации, по
тому что у этих сосудов различны и форма, и назначение.
Не без последствий может оказаться и замена
Glas на
Becher. Одним словом, смешение переводов может иметь
различные последствия для коммуникации в зависимос
ти от степени различий между обозначаемыми денотата
ми и от конкретной ситуации.
Иногда замена одного перевода другим не ведет к иска
жению смысла и не влечет за собой сбой в стилистике: на
пример, замена
Backstein словом Ziegel и наоборот при пе
реводе слова кирпич или употребление Lache вместо Pfütze
(и наоборот) при переводе слова лужа. Очевидно, здесь имеет
место практически полная синонимия – случаи редкие в
любом языке. Действующий в каждом языке так называе
мый закон языковой экономии приводит обычно к посте
пенному замещению одного из полных синонимов другим
вплоть до устранения первого из языка или вплоть до вытес
нения его в особый стилистический или функциональный
пласт.
Что касается случаев типа лысый/плешивый –
glatzköpfig
, то здесь замена одного прилагательного другим
kahlköpfig,
в русском языке как раз для смысла существенна. Несмотря
на синонимию чисто концептуальную (и то, и другое слово
обозначает отсутствие волос на голове), различать русские
прилагательные требуется по стилистической причине. За
мена лысый на плешивый при переводе нейтрального или
официального текста может привести к неловкой ситуации.
235
А вот их немецкие соответствия kahlköpfig/glatzköpfig сти
листически не различаются.
Многозначность нередко оказывается причиной затруд
нений даже для профессиональных переводчиков. Напри
мер, русское слово сон переводится на немецкий как
и как Traum. Поэтому немецкое предложение Er wachte auf
direkt aus einem Traum
перевести на русский язык не такто просто: человек не мо
жет проснуться непосредственно из сна, т. к. проснуться –
это и означает «перестать испытывать состояние сна». При
дется выходить из положения с помощью трансформации:
Перед тем как проснуться, он как раз видел сон; Проснувшись,
он вспомнил свой сон.
Может случиться так, что синонимичные или близкие
по смыслу переводы одного слова волей автора – носителя
того языка, с которого осуществляется перевод, – оказыва
ются противопоставлены друг другу в тексте как если бы
это были антонимы. Например, русское слово смышленый
переводится на немецкий как
зе Er war schlau, aber nicht intelligent потенциальные не
мецкие переводы слова смышленый оказываются в роли ан
тонимов. Придется перевести это предложение, используя
альтернативные возможности перевода: для
рый, ловкий, а для intelligent – умный: Он был хитер, но не
умен. В популярной песне на стихи Е. Аграновича есть
строчка «Был я смел и удачлив, но счастья не знал.» Эту
строчку на немецкий язык перевести затруднительно, по
скольку и удача, и счастье переводятся одинаково как
(и далее следует описание его сна)
schlau, intelligent. Но во фра
schlau – хит
Schlaf
Glück. Точный перевод получается почти абсурдным: *Ich
hatte Glück, aber ich kannte kein Glück
удача в русском – синонимы, и в некоторых контекстах одно
слово можно заменять другим без ущерба для смысла: вы
пало счастье – выпала удача; Какое счастье! – Какая удача!
Агранович же решил эти синонимы друг другу противопо
ставить: удача была, а вот счастья не было. В таком контек
сте немедленно обнаруживается дефицит переводческих
средств. Придется выходить из положения, придумывая
какието варианты вроде
Ich hatte oft Glück, aber glücklich
. Обычно счастье и
war ich nicht.
236
Распадение слова одного языка на несколько различных
переводов в другом может отражаться и на ограничении пе
реводчика в передаче языковой игры. Например, русское
ноздри – понемецки как
последнее слово применимо только к лошадям и другим не
парнокопытным (мулам, верблюдам). Поэтому если в тек
сте встречается словосочетание
менительно к человеку, то это означает, что немецкоязычный
автор играет здесь словами: перенося деталь из описания
лошади на человека, он подчеркивает определенные черты
его внешности. А в русском языке эта игра невозможна, по
скольку и у человека, и у лошади отверстия в носу одинаково
называются ноздрями.
В городе Фрейбург на Ратушной площади стоят две рату
ши, старая и новая. Они соединены галереей, получившей в
народе меткое название
многозначно, и в наименовании галереи актуализируются
одновременно оба его значения – «беговая дорожка» и «ка
рьера». Благодаря этому возникает каламбур, воспроизвес
ти который на русском языке, опятьтаки, затруднительно.
Обычно одно из значений многозначного слова являет
ся основным, или ведущим, а остальные являются произ
водными от основного или от других производных. Толко
вые словари помещают основное значение под цифрой 1.
Которое из значений считать основным, а которое произ
водным, во многом определяется мнением лексикографа и
вовсе не всегда совпадает с мнениями носителей языка. Бо
лее того, мнения носителей нередко расходятся в зависимо
сти, например, от их профессии или образования. Так, для
спортсмена
ка», а для клерка – «карьера».
Вероятность ошибки при переводе многозначного слова
варьирует в зависимости от ситуации в родном языке. Слож
ности при переводе многозначных лексем для осуществля
ющего перевод на неродной язык обнаруживают определен
ную градацию. Можно выделить как минимум три ступени
вероятности ошибки: a) случаи типа приносить как
2. holen;
wert sein
Laufbahn – это, скорее всего, «беговая дорож
б) случаи типа стоить как 1. kosten 2. sich lohnen,
и в) случаи типа халтурить – 1. stümpern 2. jobben.
Nasenlöcher, так и Nüstern, причем
seine behaarten Nüstern при
Beamtenlaufbahn. Слово Laufbahn
1. bringen
237
Самыми трудными для перевода представляются слу
чаи из группы а). В русском языке для слова приносить
траектория движения при доставке какоголибо объекта
роли не играет и в этом отношении многозначность в гла
голе не предполагается. Глагол означает (по крайней мере
в его основном значении) «неся, доставить кудалибо».
Расщепление единого значения лексемы исходного языка
на два (или более) разных слова в языке перевода с точки
зрения носителя исходного языка не оправдано никакими
соображениями здравого смысли или целесообразности.
Нет причин, которые подтверждали бы необходимость раз
личать траекторию движения при выполнении действия
приносить. Признак «траектория движения несущего» не
является существенными семантическими признаком, оп
равдывающим наличие двух разных значений для соот
ветствующих слов в родном языке. Перевод одного слова
русского языка двумя разными немецкими –
– преподавателю немецкого как иностранного необходи
мо специально объяснять и обильно иллюстрировать при
мерами. Это случаи, которые требуют специального запо
минания. Поэтому ошибки в ситуациях а) при переводе с
родного языка на неродной частотны и предсказуемы.
Ошибки здесь допускают даже люди, хорошо и уверенно
владеющие иностранным языком.
Аналогичные трудности представляют собой для русских
такие слова, как аренда –
müssen/sollen
; внимание – Aufmerksamkeit/Achtung; знать –
Pacht/Miete; быть должным –
bringen, holen
wissen/kennen; предлагать – anbieten/vorschlagen; предпола
гать, что ктолибо способен на чтолибо – zumuten/zutrauen;
только –
zugestehen
никают аналогичные сложности, например, при переводе
таких слов, как
nur/erst; узкий – eng/schmal; уступать – einräumen/
; цель – Ziel/Zweck. Для немцев, разумеется, воз
Auslands- – заграничный/зарубежный;
Einwohner – житель/жилец; Kirsche – вишня/черешня;
Päckchen – пакет/бандероль; verschütten – пролить/просы
пать.
Пример б) – более простой случай для перевода на
неродной язык, коль скоро говорящий в ситуации живой
речи ощущает разницу между приводимыми здесь зна
238
чениями. То, что различение этих значений – факт рус
ского языка, зафиксированный толковыми словарями,
еще не означает, что любой носитель русского языка это
обстоятельство активно осознает. Ошибка здесь возмож
на, но ее вероятность ниже, чем в примере а), где рас
щепления значений в русском нет на уровне сознания
носителей русского языка и оно не закреплено в лекси
кографии. Перевод стоить как
wert sein
значности слова в родном языке при переводе не акти
визировано или если человек, осуществляющий перевод,
не осознает того факта, что расщепление значений в род
ном языке часто влечет за собой необходимость поиска
разных переводных эквивалентов в языке перевода. На
пример, хотя толковые словари русского языка и предла
гают делать различие между отдельно стоящей каменной
стеной и стеной внутри дома и дают обычно эти значе
ния под разными цифрами, опыт показывает, что носи
тели русского языка не всегда отчетливо различают эти
значения. Поэтому подслушанный в трамвае диалог двух
женщин, одна из которых немка, а вторая русская, раз
говаривающая понемецки, содержит довольно типич
ную ошибку:
Du meinst, die Mauer?
чреват ошибками, коль скоро осознание много
Das war damals, als die Wand noch stand. –
(Имеется в виду Берлинская стена –
1. kosten 2. sich lohnen,
die Berliner Mauer).
К аналогичным трудностям для русских можно отнести
многозначные слова встречать (намеренно на вокзале –
abholen, случайно на улице – begegnen, по договоренности –
treffen, в дверях – empfangen); отказываться (от приглаше
ния –
absagen, от дурной привычки – aufgeben, от идеи сде
лать чтолибо –
verzichten); соглашаться (на приглашение –
zusagen, с мыслями собеседника – zustimmen, на предложение –
einverstanden sein, annehmen). В качестве примеров подоб
ного рода трудностей для немцев можно привести много
значные слова
1. получать 2. сохранять;
3. странный, своеобразный; Kalb – 1. теленок 2. телятина
3. телец 4. детеныш косули, оленя, антилопы, кита, моржа и
некоторых других животных.
nüchtern – 1. трезвый 2. натощак; erhalten –
eigen – 1. собственный 2. типичный
239
Ситуация в) наиболее простая, поскольку носители ис
ходного языка обычно не только осознают различие между
двумя значениями, но и понимают, каким образом одно
значение соотносится с другим. Как правило, тот, кто пере
водит слово на неродной язык, догадывается, что метафори
ческое значение халтурить как работать, подрабатывать
не обязательно должно иметь буквальный аналог в немец
ком в виде глагола
ния другого языка, при котором постепенно осознается фак
тор случайности при совпадении между языками в сфере
переносных значений. Эквивалент прямого значения не
обязан иметь то же переносное значение, что его соответ
ствие в исходном языке. Другой пример – слово липа. Его
эквивалент
ние обман, надувательство. Понятно, что носитель русского
языка при переводе на немецкий слова липа в значении об
ман вряд ли прибегнет к слову
человеком крайне наивным и убежденным в ведущей и оп
ределяющей роли собственного языка среди всех прочих.
Оценочные значения, создаваемые на основании метафо
рического или метонимического переноса, осознаются но
сителями языка как наиболее «выпуклые» и яркие предста
вители многозначности, даже когда основание переноса
непрозрачно (как в случае липа). Предложение Вот жук! или
Эх ты, ворона! носитель русского языка, скорее всего, не ста
нет переводить как
Linde не обязательно должен иметь еще и значе
eine Krähe!
вероятны на самом раннем этапе освоения иностранного
языка.
Таким образом, чем явственнее осознается многознач
ность в родном языке, тем ниже вероятность ошибки при
переводе. В случае «нулевой» многозначности в родном язы
ке при наличии нескольких разных эквивалентов в иност
ранном ошибки совершают даже люди, хорошо и уверенно
владеющие иностранным языком. При наличии многознач
ности в родном языке она может активизироваться созна
нием с разной степенью отчетливости в зависимости от по
нимания производности одного значения от другого и
образности значений. По мере увеличения степени осозна
stümpern. Эта догадка – результат изуче
Linde. Для этого надо быть
*Das ist (mir) ein Käfer! и *Bist du aber
Такого рода ошибки крайне редки и наиболее
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]