Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Трудности и возможности русско-немецкого и немецко-русского перевода. Справочник
.pdf
ным словарям: так, лобзать РНС переводит как küssen, но
küssen НРС переводит как целовать, а лобзать среди пере
водов не упоминается. Однако вполне можно представить
себе стилистику письма, при которой перевод лобзать для
küssen был бы не только вполне уместен, но и украсил бы
русский текст и приблизил бы его к эпохе автора и выра
зительным особенностям текста оригинала. В принципе,
хороший немецкорусский словарь должен был бы пред
лагать на выбор целый ряд возможностей варьировать
стиль, например, для перевода
жить синонимический ряд: (по)целовать, расцеловать,
(об)лобызать устар. или шутл.пренебр., лобзать книж.,
поэт., припадать (например, к чьейлибо руке), запечат
леть поцелуй книж., чмокнуть разг.
Прилагательное настоящий, имеющее в русском языке
несколько значений, – это, с одной стороны,
другой –
ставлены вполне четко. В немецком языке эквиваленты сло
ва настоящий не имеют никакого отношения друг к другу и
отнесены к разным понятийным рядам, а в русском это слу
чай полисемии. Можно представить себе контекст, кото
рый допускал бы оба варианта перевода: настоящий экземп
ляр рукописи находится в рукописном отделе.
vorliegend
отсутствие слова настоящий в арсенале средств переводчи
ка обедняет перевод. Контекст, как правило, снимает про
блему многозначности, т. е. различие между настоящий как
dieser и vorliegend. В РНС эти два значения пред
допустимо переводить и как данный, этот. Но
küssen стоило бы предло
wahr и echt, с
Dieser,
wahr и настоящий как dieser, но это не отменяет необходи
мости знать тонкости обоих языков, например, помнить,
что слово
этот, данный, но может быть переведено и как настоящий.
Между тем НРС этого варианта перевода не дает. Немецко
русский словарь под редакцией А.А. Лепинга и Н.П. Стра
ховой не предлагает его и для
словарь под редакцией О.И. Москальской его содержит.
Этот перевод для
теля русского языка, он окрашен стилистически: настоя
щий в значении данный звучит предельно сухо, обнаружи
вает признаки так называемого канцеляризма, между тем
dieser имеет в русском не только эквиваленты
vorliegend, в то время как
dieser – на периферии сознания носи
191
как данный звучит хотя и строго поделовому, но достаточ
но нейтрально, без дополнительной стилистической ок
раски.
Насущный переводится на немецкий как
lebenswichtig
. При этом wichtig, lebenswichtig имеют в рус
wichtig,
ском более привычные эквиваленты – важный, жизненно
важный. Прямой эквивалент слова насущный в немецком
языке отсутствует и перевод его как
wichtig, lebenswichtig
представляет собой некий эрзац. При этом перевод
lebenswichtig словом насущный вместо слова важный содер
жание текста при определенных условиях мог бы обогатить –
но для этого переводчик с немецкого должен знать, что име
ется такая возможность. Однако НРС этого перевода не пред
лагает.
Прилагательное любопытный переводится в первом зна
чении как
ную окраску) как
neugierig, во втором (носящем слегка разговор
interessant. НРС не предлагает любопыт
ный в качестве перевода для interessant, потому что
любопытный не является собственно эквивалентом
interessant, и перевести interessanter Fall как любопытный
случай, а не как интересный случай, в соответствующем кон
тексте способен хороший переводчик, знающий русский
язык до тонкостей.
Вот еще некоторые примеры стилистических несоответ
ствий:
С русского на немецкий:
абы – egal, um jeden Preis, … auch immer: абы как – wie auch
абы кто – wer auch immer; абы кому – wem auch immer; абы
immer;
с кем – mit wem auch immer (в то время как «абы» в русском имеет
откровенно разговорную окраску, немецкие варианты перевода сти
листически нейтральны)
авось разг. – hoffentlich; mit Gottes Hilfe; so Gott will: Авось
пронесет. – So Gott will, werden wir durchkommen идиом.; понаде
яться на авось – auf gut Glück («авось» в русском имеет откровенно
разговорную окраску, немецкие же варианты перевода стилисти
чески нейтральны)
азы – Anfangskenntnisse, Grundkenntnisse: познавать, изучать,
приобретать, постигать азы – Anfangskenntnisse Pl. Grundkenntnisse
erwerben, sich einarbeiten;
Это же азы! – Das ist doch elementar!;
192
начинать с азов – von vorne anfangen (НРС перевода «азы» для
„elementar“, а также для „elementare Kenntnisse“, „von vorne
anfangen“
рально; в немецком есть, правда, слово
носном значении
не менее, не является прямым эквивалентом слова «башка» во всех
контекстах. Вопервых, оно намного реже употребляется и носит
еще более выраженную разговорную окраску, чем русское «башка».
Вовторых, «у меня трещит башка» нельзя перевести как „
Birne tut mir weh“
переводится только как
зать понемецки и так:
ствует русскому «У меня трещит башка; У меня башка разламыва
ется», т. е. в определенных контекстах эти слова приближаются
друг к другу по смысловой коннотации. Тем не менее, „Birne“, скорее,
сродни русскому «кумпол»:
чить по кумполу»;
комулибо по кумполу», но также «дать, треснуть по башке». Час
тотность употребления слова «кумпол» приближается именно к
башка –
не дает)
Kopf (русское слово сугубо разговорное, немецкое нейт
„Birne“, означающее в пере
„Kopf“ с пометой шутл., разг., но „Birne“, тем
*meine
или „*Ich habe Birnenschmerzen“, эта фраза
„Ich habe Kopfschmerzen“. Можно ска
„Ich habe eine dicke Birne“, что соответ
„Eins auf die Birne kriegen“ – «Полу
„j-m eins auf die Birne hauen/geben“ – «дать
„Birne“, меж тем как «башка» по частотности употребления при
ближено к
стически маркирован как разговорный, немецкое выражение
„Kopf“, а не к „Birne“.)
надоумить разг. – j-n auf die Idee bringen (русский глагол стили
„auf
die Idee, auf den Gedanken bringen“ стилистически нейтрально.
Глагол «надоумить» в качестве обратного перевода выражения
auf den Gedanken bringen“
мил? –
браток. – Hilf mir, Freundchen (русский глагол стилистически мар
кирован как просторечный, немецкий перевод стилистически нейт
рален; обратный перевод
для глагола «пособить» не приводит).
(кажется, думается) мне, что ты прекрасно знаешь, о чем речь. –
Wer hat dich auf die Idee gebracht?
пособить прост. – helfen, unter die Arme greifen: Пособика,
сдаваться (только в 3 л. ед. ч., безл.) –
НРС не предлагает): Кто тебя надоу
„helfen“, „unter die Arme greifen“ НРС
vorkommen: Сдается
„j-n
Es kommt mir so vor, als wüsstest du ganz genau, worum es geht
(«Сдается мне, что …» имеет в русском разговорную окраску, вы
ражение
мым переводом „vorkommen“ являются глаголы «казаться», «пред
ставляться»; НРС «сдаваться» в толкование „vorkommen“ не
включает).
„es kommt mir vor“ стилистически нейтрально. Пря
193
3.1.1.7 Специфические морфологические средства
словообразования
Каждый язык пользуется собственными продуктивными
моделями словообразования, позволяющими создавать сло
ва, прямых эквивалентов которых не окажется в языке пере
вода по той причине, что в нем нет подобной словообразо
вательной модели. В немецком языке с легкостью создаются
новые слова путем сцепления уже известных. Некоторые из
них остаются индивидуальными единичными неологизма
ми, а иные переходят в словарный состав языка. Так возни
кают сложные слова
Schnellschuss, Topfgucker, Wahlverwandtschaft
Erbsenzähler, Geisterstadt, Leisetreter,
109
. Русский
язык такой словообразовательной гибкостью не обладает, он
в большей степени использует словосочетания, а у словосо
четаний шансы закрепиться в словаре ниже, чем у сложных
слов, уже только в силу их графической расчлененности и
относительной подвижности их элементов, пока они не пе
решли в статус идиоматики. В немецком слова
-feindlich, -treu, -übergreifend
или -orientiert в качестве вто
freundlich,
рого компонента в сочетании с широким набором объектов
способны посредством словосложения создавать бесчислен
ное количество новых лексем. Так возникли слова
benutzerfreundlich, kinderfreundlich, umweltfreundlich,
kinderfeindlich, frauenfeindlich, bibeltreu, formtreu,
weltübergreifend, zukunftsorientiert
. Некоторые слова с
-feindlich переводятся русскими эквивалентами с пристав
кой анти, -freundlich – с про, но такой способ перевода
нельзя назвать регулярным. Большинство слов такого рода
приходится переводить словосочетаниями, которые едини
цами русского лексикона не являются (удобный для пользова
теля, безопасный для детей, безвредный для окружающей сре
ды, настроенный недоброжелательно по отношению к детям и
т. д.). Огромное количество немецких слов образуется по
данным и аналогичным моделям в речи ad hoc и в словарях
не фиксируется.
В отличие от немецкого языка, русский широко исполь
зует для образования новых слов аффиксацию, причем не
которые приставки и суффиксы и сегодня являются столь
194
продуктивными, что позволяют создавать слова, не извест
ные словарям, непосредственно в процессе речи. Аффиксы
сами по себе так прозрачны по значению, что собеседник
способен воспринять слова вроде натоптался или переаргу
ментировал в потоке речи, адекватно толкуя их значения,
при том что они не входят в словарь русского языка.
Русский язык, например, с легкостью порождает слова с
приставкой недо (снижение интенсивности действия или
качества), эквивалент которой отсутствует в немецком. Нет
поэтому в немецком прямых соответствий таким прилага
тельным или существительным, как недобор, недоразвитый,
недомолвка, недомыслие.
Приставка на с глаголами несовершенного вида и суф
фикс ся придают глаголу значение максимального дос
тижения какоголибо действия (наглядеться, накричать
ся, налюбоваться, намаяться, наплаваться, нарадоваться),
приставка рас/раз придает глаголу значение интенсив
ного действия (разбазаривать, распахивать, расписывать,
расхваливать), при придает глаголу значение неполного
действия (притоптывать, притормозить, пришепетывать,
прищелкивать), приставка за позволяет представить са
мое начало (зачин) действия (заговорить, заголосить, заду
маться, замахать, заскользить, заулыбаться). Приставка пре
усиливает признак, выражаемый прилагательным: преза
бавный, премилый, престранный. Русский язык отличается
обилием прилагательных и наречий с отрицательной при
ставкой не, а их немецкие эквиваленты часто не включа
ют в себя отрицательную приставку un: небрежный –
nachlässig; неглубокий – seicht; нежаркий – kühl, frisch;
несмелый – schüchtern, scheu, vorsichtig; неширокий –
schmal, eng.
Некоторые приставки могут расходиться в русском язы
ке в зависимости от значения многозначного слова.
trinke!
попей можно использовать только в контексте безалкоголь
ной жидкости, а выпей – жидкости как содержащей, так и не
содержащей алкоголь. Фразу
но перевести поразному в зависимости от значения
и от речевой ситуации. Он запил говорят только в связи с
можно перевести и как На, попей! и как На, выпей! Но
Er begann zu trinken тоже мож
Hier,
trinken
195
алкоголем, а Он попил или Он отпил немного – о безалкоголь
ной жидкости. Кроме того, запил характеризует определен
ный этап в чьейлибо жизни, а попил или отпил – конкрет
ный момент. (А вот фраза Он стал пить приложима как к
ситуации пьянства, так и к ситуации питья безалкогольной
жидкости в определенный конкретный момент.)
В русском языке широко используются глаголы, образо
ванные при помощи суффиксов от прилагательных, обозна
чающих цвета или оттенки цветов: белеть, бледнеть, голу
беть, зеленеть, краснеть, розоветь, синеть, темнеть, чернеть
(не все названия цветов допускают образование соответству
ющего глагола: например, от бежевый, бирюзовый, лиловый,
оранжевый, салатный, сиреневый глаголы не образуются). В
немецком соответствующие смыслы передаются при помо
щи наименования цвета в сочетании с глаголами
sein, werden,
scheinen, schimmern.
Картина была бы односторонней, если не упомянуть здесь
и достаточно развитую глагольную аффиксацию в немецком,
благодаря которой обнаруживаются лакуны в русском. На
пример, нет русских глагольных соответствий для таких не
мецких глаголов, как
(обычно с рождественской елки);
глашение; herunterwirtschaften – доводить какойлибо объект
своей бесхозяйственностью до плачевного состояния;
abschmücken – снимать украшения
ausladen – отменять при
verunglücken – стать жертвой аварии или катастрофы.
Однако в целом аффиксация в русском языке – значительно
более мощное средство словообразования, чем в немецком.
Вообще русский язык представляется более «глаголь
ным», ср.: вечереть –
ся, насупиться –
Gesicht machen
überlegen sein
machen;
сутствие глаголов в немецком там, где мы встречаем глаголы
в русском, чаще всего объясняется обилием и легкостью об
разования в немецком языке именных конструкций с
или sein.
Встречаются, однако, и примеры противоположного на
правления: в немецком имеется глагол там, где в русском
; суетиться – rege wer den, hektisch werden, Str ess
утруждать коголибо – j-m Umstände machen. От
es wird Abend; нахохлиться, набычить
sauer sein, eingeschnappt sein, ein düsteres
; опережать коголибо – j-m voraus sein, j-m
werden
196
переводческая лакуна: Es menschelt. – Задействован челове
ческий фактор;
hier.
– Здесь водятся привидения); texten – сочинить текст
для рекламы или эстрадной песни;
spuken – гделибо водятся привидения (Es spukt
tiefstapeln – занижать свои
достоинства; uberzüchten – придать животному в результа
те искусственной селекции нежелательные черты. Чрезвы
чайно распространены в немецком безличные или неопре
деленноличные глагольные конструкции со словами,
обозначающими природные явления или явления, воспри
нимаемые органами чувств – на их месте в русском языке
используются личные конструкции:
ет осень;
es klingelt – раздается звонок (но можно сказать и
es herbstelt – наступа
звонят); jemand flucht – слышатся проклятия (но можно и
ктолибо ругается);
jemand schreit – раздается крик (но мож
но и кричат). В немецком языке едва ли не от каждого чис
лительного можно образовать глагол, означающий «увели
чивать чтолибо во столькото раз»:
verdreifachen,
versechsfachen, verzehnfachen.
Однако, по нашему наблюдению, пары «глагол в немец
ком – словосочетание в русском» встречаются реже, чем
пары «глагол в русском – словосочетание в немецком».
В немецком лексиконе присутствуют псевдопричастные
формы прилагательных, образованные не от глаголов, а непо
средственно от существительных:
geädert – в прожилках;
bebrillt – в очках; behandschuht – в перчатках; gemustert – с
рисунком; gerahmt – в рамке; gestiefelt – в сапогах; unbeschuht –
босой
110
. Это явление в русском почти не встречается
111
.
Многие русские суффиксы – уменьшительные, ласка
тельные, эмоциональнооценочные – также не имеют в не
мецком аналогов, поэтому и девица, и девчоночка, и деваха
приходится переводить как
мамуля как
Mutter. Когда же мамаша обращено не к матери,
возникает необходимость искать аналоги типа
Verehrteste, meine Süße, meine Gute
Mädchen, а мамаша, маменька,
meine Liebe,
– в зависимости от кон
текста; в любом случае переводом это назвать трудно. Ско
рее, это поиск более или менее подходящего соответствия
среди слов другого языка. Носители русского языка склон
ны использовать уменьшительные и эмоциональнооценоч
ные суффиксы в самых разных бытовых ситуациях: напри
197
мер, в контексте еды, угощения часто можно слышать варе
ньице, грибочки или грибки, картошечка, маслице, редисочка,
112
селедочка, хлебец, чаек
; об одежде говорят блузочка, брюч
ки, кофточка, юбочка.
Немецкие уменьшительные суффиксы
-chen, -lein иног
да годятся для перевода русских существительных с умень
шительными суффиксами, но их частотность и продуктив
ность значительно ниже русских: так, если столик –
Tischlein, то журнальный столик – уже не Tischlein, a
Beistelltisch. Горка в значении маленькая гора – скорее не
Berglein, а Hügel или Anhöhe.
Кроме того, русские уменьшительные суффиксы исполь
зуются не только в именах существительных, но и в именах
прилагательных, что немецким уменьшительным суффик
сам уж вовсе не свойственно. Например, в русском легко
образуются прилагательные, в которых суффикс имеет лас
кательноразговорное или уменьшительноразговорное зна
чение: малюсенький, серенький, славненький, сладенький, то
нюсенький.
Русский язык вообще необычайно продуктивен в обра
зовании слов от одного и того же корня при помощи разно
образных суффиксов: мамаша, маменька, матушка, мамуля,
маманя; девица, девка, девонька, деваха, девчонка; бабенка,
бабища, бабка, бабуся, бабуля, бабец, бабье; старикан, стари
кашка, старина, старичье; братишка, брательник, братец,
братан, братик, браток. Некоторые из этих суффиксов лас
кательные, другие придают слову стилистический оттенок
пренебрежения, фамильярности, презрения или восхище
ния. Но практически во всех случаях они превращают слова
в разговорные. Иные суффиксы не только отвечают за стиль,
но и меняют значение слова. Так, бабенка и бабуля, хотя и
образованы от одного корня, имеют принципиально раз
ные денотаты: бабенка обозначает женщину молодую или
моложавую, а бабуля – женщину пожилую или старую.
Русские уменьшительные суффиксы коварны: например,
суффиксы ушк, ишк не только выступают в роли чисто
уменьшительных, но и привносят в значение слова допол
нительные коннотации: домишко – не просто маленький
дом, а дом, вызывающий жалость, плохонький, старенький;
198
письмишко – короткое письмо, написанное, скорее всего, на
скорую руку, не очень важное (про любовное письмо, даже
если оно содержит всего одну строчку, не скажут он написал
ей любовное письмишко); старушка – не маленькая старуха, а
симпатичная, приветливая, аккуратная пожилая дама (ма
лосимпатичную, вредную, злобную особу вроде Шапокляк
из известного мультфильма назовут старухой или старушен
цией, хотя она и маленького роста); избушка – хотя и ма
ленькая изба, но никто никогда не скажет изба на курьих нож
ках, независимо от размера этого жилища, и три медведя из
известной сказки живут не в избе, а в избушке, хотя медведям
очевидно требуется много места.
В некоторых случаях русские уменьшительные суффик
сы выполняют чисто словообразующую функцию: ручка
(«прибор для письма») – это не «маленькая рука», пятачок –
не «маленький пятак», долька – не «маленькая доля», а ро
динка – не «маленькая родина». Обычно резко расходящие
ся по семантическому объему понятия имеют в немецком
различные обозначения, не наводящие на мысль о возмож
ном родстве слов в исходном языке: например, блюдо –
Platte,
а блюдечко – Untertasse. Однако существуют и исключения:
например, корона (монарха) и коронка (зубная) переводятся
одинаково:
Krone. Аналогичным образом телега и тележка
переводятся одним словом Wagen, а полоса (например, на
взлетном поле) и полоска (на одежде) –
Streifen
113
.
Иногда трудно различить, что перед нами – словообра
зование и создание нового лексического значения или при
внесение уменьшительноласкательных или разговорных
коннотаций в прежнее значение. Так, существительное мя
чик – это может быть и результат изменения формы слова
мяч для создания ласкательного эффекта – например, в раз
говоре с ребенком – при обозначении обычного резинового
или надувного мяча для детских игр, и обозначение массаж
ного мячика, то есть другого подкласса предметов. В немец
ком и тот, и другой вид мячей/мячиков обозначаются од
ним и тем же существительным
Ball. Лопата для уборки
снега и детская лопатка для игры в песочек – это, с одной
стороны, представители одного класса предметов, различа
ющихся размерами, но объединенных некоторыми общими
199
качествами; с другой, они являют собой два разных подклас
са предметов, и детскую лопатку *лопатой никто порусски
не назовет. Понемецки же и тот, и другой предмет имену
ются одинаково:
устоявшееся обозначение типичного занятия для детей, и
оно не поддается изменению: выражение *играть в песок
противоречит норме. Понемецки же для обозначения дет
ской игры используется то же существительное
стве первой части сложного слова (
ниях «взрослых» занятий – Sandförderung – «добыча песка»,
Schaufel. Кстати, и играть в песочек – это
Sand- в каче
Sandspiel), что и в назва
Sandausfuhr – «вывоз песка».
Немецкие уменьшительные суффиксы тоже способны
иногда заводить в ловушку, т. к. и они могут служить в каче
стве не только формообразующих, но и словообразующих
средств: например,
Kätzchen – это и кошечка, и котенок,
Mäuschen – и мышка, и мышонок, Zicklein – и козочка, и
козленок,
мец (животного). Различить эти значения может помочь
лишь контекст.
жат только для словообразования:
вотного),
Männchen – и человечек (маленького роста), и са
Некоторые уменшительные суффиксы в немецком слу
Weibchen – самка (жи
Herrchen – хозяин (домашнего животного),
Frauchen – хозяйка (домашнего животного).
Уменьшительные суффиксы в русском используются
иногда и для смягчения признака, что роднит соответству
ющие лексемы с эвфемизмами. Так, обычно о комто гово
рят: он умненький мальчик, она серенькая девочка – соответ
ствующие прилагательные без уменьшительных суффиксов
звучат значительно категоричнее. Герой книги «ВинниПух»
в переводе Бориса Заходера, мальчик по имени Кристофер
Робин, называет своего друга глупенький мой мишка, и это
звучит для ВинниПуха ласково и потому необидно.
Нередко слова с уменьшительными суффиксами являют
ся элементами идиом или коммуникативных клише: так,
говорят Ишь, какой хитренький! – и не говорят *Ишь, какой
хитрый! Правильно: Словечка в простоте не скажет – и вряд
ли допустимо: *Слова в простоте не скажет.
Русские суффиксы и приставки часто бывают многознач
ны. Например, можно сравнить ряды примеров таракани
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]