Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Трудности и возможности русско-немецкого и немецко-русского перевода. Справочник

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 2223 / 4823 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 > Следующая >>>

ственно в процессе перевода немецких сложных слов:

Dauermieter – человек, снимающий квартиру на долгий срок; Dauerparker – человек, паркующий машину на долгий срок; Erbschleicher – любитель чужого наследства; Geisterstadt –

покинутый жителями город; Hamsterkauf – закупка продук тов про запас из страха, что они могут стать дефицитом;

Mauerblümchen – женщина, не пользующаяся успехом у муж

чин; Ruckwärtsterminierung – планирование задним числом;

Sahnehäubchen – дополнительная (приятная или пикантная)

деталь, чтолибо, в чем состоит вся прелесть (ситуации);

Schönheitsschlaf – сон, необходимый для восстановления сил и

бодрости;

schwindelfrei – не подверженный головокружениям;

urlaubsreif – комулибо требуется отпуск.

Все эти немецкие слова приходится переводить на рус ский язык описательно, то есть подыскивать более или ме нее подходящее по смыслу словосочетание, не являющееся лексемой. Лакунарность в русском языке объясняется в дан ном случае не тем, что в практике русского народа не воз никло надобности в соответствующих понятиях, а тем, что в немецком новые слова создаются с большей легкостью бла годаря словосложению: свободное, ситуативно придуман ное кемто сочетание слов благодаря внешнему оформле нию в виде одного сложного слова легче и быстрее перетекает из речи в лексикон. Имеются яркие, выразительные и не имеющие немецких эквивалентов сложные слова и в рус ском, например, благоглупости, доброхот, живописать, мо

лодожены, небожитель, скоропалительность, словотворче ство. Однако в целом создание новых слов посредством

словосложения для русского языка нехарактерно.

Не всегда немецкие сложные слова не поддаются перево ду на русский язык с помощью точных эквивалентов, на пример,

Saftladen – шарашкина контора, лавочка; Saufkumpan – сотрапезник, бражник, собутыльник; Schaumschläger – краснобай, пустобрех, вития; Seebär – мор

ской волк;

Leisetreter – подхалим; Notlüge – ложь во спасение;

Weichei – слабак, неженка. Однако всегда есть риск, что пол

ный эквивалент для немецкого сложного слова отыскать не удастся, то есть вероятность лакунарности в русском для этой категории лексем довольно высока.

221

Некоторые переводы носят характер неполных эквива лентов: ет идея о пиве как причине возникновения животика);

Bierbauch – животик, брюшко (в переводе пропада

Bierfahne – запах перегара (перевод, опятьтаки, не переда

ет «пивной» источник перегара); Fleißarbeit – кропотливая работа (в переводе теряется сема старания, прилежания);

Freizeitkleidung – домашняя одежда (исчезает мысль о досу

ге); Nabelschau – эгоцентризм, самолюбование (в переводе теряется образ пупка, на котором сосредоточен взгляд);

Nachwuchskraft – молодой сотрудник (в переводе не переда

ется идея следующего поколения, которое учится у преды дущего); буколический образ пастушка и пастушки).

объяснить и продуктивностью немецкого словообразования, и различиями в практике двух народов. Так, сложные слова

Schäferstündchen – любовное свидание (пропадает

Есть случаи смешанного характера: лакунарность можно

behindertengerecht – приспособленный для инвалидов; Berührungsängste – боязнь контакта; kinderfreundlich – та

кой, где детям хорошо и привольно; лие над ребенком; kindersicher – безопасный для здоровья ребен

kontaktscheu – робкий, избегающий социальных контактов;

ка;

Kindermissbrauch – наси

Körperhaltung – манера держать себя; Körpersprache – язык

жестов; Lustprinzip – принцип жизни, при котором человек руководствуется собственными желаниями; medienwirksam – такой, который производит впечатление на средства массо вой информации не имеют эквивалентов в русском языке от

части по причинам чисто словообразовательным, отчасти же и потому, что сферы социальной психологии, социаль ной защиты не представлены столь широко в бытовом язы ке русских, как это имеет место у немцев – по ряду причин исторических и к языку отношения не имеющих.

Вообще во многих немецких сложных словах поражают точность отражения основного значения в сочетании с яр кой образностью и изысканной метафоричностью, напри мер:

Nesthocker – ребенок, остающийся в семье, когда все

его братья и сестры уже живут самостоятельно;

öffentlichkeitshungrig – человек, обожающий рекламу, публич

ность;

Platzhirsch – человек, считающий себя в спорах правым

лишь потому, что он долго служит на одном месте или издавна

222

живет в какойлибо местности; Profilneurose – желание во что бы то ни стало добиться общественного признания;

Torschlusspanik – страх упустить чтолибо, страх не успеть

чтолибо сделать (изза того, что истекает срок, истекает отпущенное время, наступает старость); ронний наблюдатель. Такое обилие метафоричности в словах

русского лексикона не обнаруживается – но не потому, что русская ментальность отлична от немецкой, а потому, что морфологический строй русского языка таков, что новые слова образуются по большей части не путем словосложе ния, а путем аффиксации, а у аффиксов значения хотя и имеются, но они более общие, чем значения полнозначных слов, состоящих из двух корней.

Наглядной иллюстрацией этому утверждению может слу жить, например, немецкое слово дний кусок на блюде, который никто не съедает: приличия

Anstandshappen – после

Zaungast – сто

(Anstand) требуют оставить последний кусок (Happen) дру

гому. Этикет русских и этикет немцев в этом отношении пол ностью совпадают, однако в русском лексиконе для

Anstandshappen обнаруживается лакуна: образовать аналог в

русском невозможно по причинам чисто морфологическим. Еще один выразительный пример: немецкий глагол

verschlimmbessern – все только испортить, желая улучшить.

Это общечеловеческое явление не находит в русском языке однословного воплощения.

Лакунарность в русском по отношению к немецким сложным словам и необходимость подыскивать в качестве перевода более или менее подходящее и по возможности короткое словосочетание – эта трудность подстерегает при переводе как носителей немецкого, так и носителей рус ского языка. Другая сложность, возникающая в первую оче редь для носителей немецкого при переводе на неродной язык, заключается в том, что заранее нельзя быть уверен ным в том, что первая часть сложного слова переводится всегда одинаково для нескольких лексем, в которых она повторяется. Так,

Wind- в словах Windböe, Windgenerator,

Windkraftwerk, Windmühle, Windpocken, Windrichtung, Windschutzscheibe, W indstärke

то как ветряной, то как ветер в косвенных падежах: порыв

переводится то как ветровой,

223

ветра, ветряная электростанция, ветряная мельница, вет ряная оспа, направление ветра, ветровое стекло, сила вет ра. Корень при переводе – то песочный, то песчаный: песчаные дюны, Sandfestung – песочная крепость,

Sand- в качестве первой части сложного слова

Sanddünen –

Sandmännchen – песочный человечек, Sandstrand – песча

ный пляж, часы, Sandweg – песчаная дорожка. Существительное

Sandsturm – песчаная буря, Sanduhr – песочные

Sandkasten переводится одним словом песочница, Sandstein –

песчаник, а перевод Sandpapier и вовсе к песку отношения не имеет, поскольку в русском языке это наждачная бумага. Словари не в состоянии обеспечить переводчика сведени ями о каждом сложном слове с тем или иным первым эле ментом, которое может ему встретиться в текстах: прежде всего благодаря легкости, с которой немецкий язык позво ляет создавать все новые и новые слова с одним и тем же первым элементом, далеко не все сложные слова находят отражение в словарях. Поэтому лексикограф может дать только импульс и показать, что возможны варианты, а так же привести лишь несколько примеров. Так, роли первой части сложных слов может переводиться и как

групповой, и как группы или групп (род. п.): групповая поездка; Gruppenmeeting – собрание группы;

Gruppen- в

Gruppenausflug –

Gruppentheorie – теория групп; Gruppentherapie – группо

вая терапия; вой же встрече со сложным словом, не зафиксированным словарем, переводчикунемцу, если он не знает русского эквивалента, остается или гадать и надеяться на точное попадание, или спрашивать носителей русского языка. Второй вариант, конечно, предпочтительнее.

Для иллюстрации грозящих при переводе сложных слов опасностей приведем короткий диалог из жизни. Немецкая славистка, неплохо владеющая русским, рассказывает: «Чув ствуешь себя опытным кроликом». Ее русская собеседница растеряна: Только в этот момент носительнице русского языка стано вится ясна трудность: несмотря на прозрачность внутрен ней формы сложного слова ся легкости перевода на русский, приставка под в подопытный

Gruppenzwang – групповое давление. При пер

„Erfahrenes Kaninchen?!“ – „Versuchskaninchen!“

Versuchskaninchen и его кажущей

224

(кролик) из первой части сложного слова Versuchs- вовсе

не выводима. Вполне логично предположить, что, раз

Versuch – опыт, то и кролик – опытный.

Бывает и так, что первая часть сложного слова перево дится от случая к случаю словами от совершенно разных корней, которые сами по себе никаких эквивалентных свя зей с переводимым корнем исходного языка не имеют: так,

Tasche – это сумка или карман, но при этом Taschenmesser –

перочинный нож; совой платок. Близок к слову карман перевод существитель

ного Taschendieb – воркарманник. А достаточно компакт ного словарного перевода для и вовсе нет, это не карманная книга, а книга карманного фор мата, и это словосочетание вряд ли является единицей рус ского лексикона. Можно попасть в неловкое положение, перепутав дворовый и придворный при переводе различных сложных существительных с первым корнем придворная дама; Hofgesellschaft – придворное общество;

Taschenlampe – фонарик; T aschentuch – но

Taschenbuch в русском языке

Hof-: Hofdame –

Hofleute – придворные, а Hofgebäude – дворовая пристрой

ка; Hofmannschaft – дворовая команда.

Перевод русских словосочетаний, включающих одноко ренные лексические элементы, на немецкий язык, в це лом, проще: ветровой, ветряной и ветер (в косвенных па дежах) в рамках словосочетаний переводятся как

туристический и туристский – как ный, вода (в косвенных падежах) – как Wasser-. Но и здесь

требуются внимание и осторожность, в первую очередь для носителей русского языка: например, песочный – обычно

Touristen-, водяной, вод

Wind-,

Sand-, но песочное тесто – не Sandteig, а Mürbeteig. Паро

нимы глиняный и глинистый переводятся с помощью раз ных корней (глиняный – гательное уличный – то как

Ton-, глинистый – Lehm-), а прила

Straßen- (уличный фонарь – Straßenlaterne), то как Gossen- (уличный мальчишка – Gossenjunge), то как Stadt- (уличные музыканты – Stadtmusikanten), то как Garten- (уличное отопление – Gartenheizung). Уже упоминавшееся прилагательное дворо

вый не всегда Hof-: дворовая девка – Dienstmädchen, дворо вый пес – нимов генеральный и генеральский заключается вообще в

Kettenhund. А различие между переводами паро

225

одной соединительной букве s: генеральный (генеральная стратегия, генеральный план) –

General-, а генеральский

(генеральская фуражка, генеральские погоны, генеральский чин) –

Generals-

126

Итак, приходится констатировать, что перевод немец ких сложных слов на русский язык представляет собой двой ную трудность, особенно для носителей немецкого языка, не владеющих всеми тонкостями русского. К сожалению, к этому утверждению нельзя добавить какие бы то ни было рекомендации, позволяющие этих трудностей избежать, кроме разве что призыва к осторожности и совета не пере водить сложные слова по корням и при малейшей неуве ренности использовать хороший подробный словарь, а если и он не помогает, то проконсультироваться с носителями языка.

3.4 НЕОБЫЧНОСТЬ ВНУТРЕННЕЙ ФОРМЫ СЛОВА

Немалые трудности для переводчика таят в себе и такие случаи, когда эквивалент в языке перевода имеется, но пред ставлен лексемой, вызываемой иными ассоциациями и вы зывающей иные ассоциации. Так,

Tapetenwechsel – это сме

на обстановки, а не *замена обоев. В определенном смысле

подобные слова – это те же ложные друзья переводчика, т. к. они обманывают своей формой и, казалось бы, прозрачным значением, которое на поверку оказывается ложным. Но термин «ложные друзья» уже занят другой областью пере водческих трудностей. Поэтому здесь приходится говорить о внутренней форме слова, наводящей на ложную ассоциа цию.

Для изучающего язык на начальном этапе уже такие ба зовые слова, как прекращать – лову –

einfallen, представляют собой определенную труд

aufhören или приходить в го

ность, поскольку в ассоциативном поле прекращать нет ничего общего с образом, возникающим в сознании при вос приятии глагола

hören, то есть ничто не роднит семантику

русского глагола прекращать со значением глагола слушать. В приходить в голову нет ничего от образа падающего пред

226

мета (fallen). Эквиваленты такого рода приходится запоми нать при помощи чистой «зубрежки» в обход всех ассоциа ций.

Бывает так, что слово в языке перевода, полностью со относившееся по внутренней форме со словом в исходном языке, устарело и превратилось в архаизм. Так, русские су ществительные наперсник, наперсница полностью соответ ствовали и по внутренней форме, и по значению немецким

Busenfreund, Busenfr eundin. Но русские слова в этом значе

нии устарели, а немецкие остались и переводятся сегодня как закадычный друг, близкая подруга.

Нетрудно заметить, что в приводимых ниже примерах прямые значения перемежаются с переносными, главным образом, метафорическими, причем переносных значений больше, чем прямых (

Warmduscher,

накаркать, липа, «рыба», «телега»). Изредка

Bullauge, Erbsenzähler, Hexenschuss,

русские словаметафоры даже принято писать в кавычках, чтобы переносность их значения сразу была ясна.

Рассмотрим еще несколько примеров:

С немецкого на русский:

Abendland – страны Западной Европы, Запад (а не «вечерняя

страна»)

Bauchgefühl – интуиция (а не «ощущение в животе»)

Baumschule – питомник, в котором растения не только выра

щивают, но и продают (а не «школа для деревьев» и не «школа среди деревьев»)

Bullauge – иллюминатор (а не «бычий глаз»)

dahinterkommen – догадаться, раскусить коголибо или что

либо разг., пронюхать разг. (а не «заходить сзади»)

Eisbein – отварная свиная нога (не имеет отношения к слову «лед»)

Erbsenzähler – педант, зануда (не имеет отношения к слову

«горох»)

Fegefeuer – чистилище (а не «огонь, сметающий все на своем

пути»)

Feldstecher – полевой бинокль (не имеет отношения к слову

«вколоть»)

Fingerbeere – подушечка пальца на руке (не имеет отноше

ния к слову «ягода»)

Freizeichen – долгий гудок, линия не занята (не имеет отно

шения к слову «свободный»)

227

Gezeiten – приливы и отливы (не имеет отношения к слову «время») Geisterfahrer – водитель, оказавшийся на встречной полосе

скоростной трассы (не имеет отношения к «призраку»)

Heckenschütze – снайпер (а не «стрелок, сидящий на изгороди») Hexenschuss – приступ радикулита (а не «выстрел ведьмы») Kannegießer – политический болтун (а не «тот, кто полива

ет чтолибо из лейки»)

Karteileiche – мертвая душа, подпоручик Киже (некто, кто

только числится в списках, но реально в жизни данного социума не участвует; не имеет отношения к слову «труп»; перевод «подпоручик Киже» нежелателен, см. 3.1.1.)

Katzenjammer – похмелье (а не «кошачье горе») Katzensprung – рукой подать (а не «кошачий прыжок») Königsweg – метод, способ, ведущий к быстрому и безуслов

ному успеху, панацея (а не «королевский путь»)

Kusshand – воздушный поцелуй (а не «рука, которую целуют

или поцеловали»)

Langfinger – воришка (а не «длинный палец») Lebenserwartung – продолжительность жизни (а не «ожида

ние жизни»)

liebevoll – с любовью (а не «любвеобильный») Muskelkater – мышечная боль после напряженных занятий

спортом или физической нагрузки (не имеет отношения к слову «кот»)

Namensvetter – тезка (а не «кузен с тем же именем») Pferdefuß übertr . – изъян, проблема, минус: die Sache hat einen

Pferdefuß

копыто»)

– у всего этого есть один изъян, минус (а не «лошадиное

Renner – фильм, спектакль, книга, имеющие большой успех

у публики (а не «бегун»)

Schirmherr – покровитель (а не «человек с зонтом») Schlangenlinie – зигзаг (а не «змеиная линия») Schnapsidee – безумная идея, безумие (не имеет отношения к

слову «водка»)

Silberfischchen – чешуйница (а не «серебряная рыбка») Spielraum – свобода действий (а не «помещение для игр») überfischen – значительно сократить рыбное поголовье пу

тем слишком активной ловли рыбы (а не «гделибо развелось слиш ком много рыбы»)

unbedarft – наивный, неискушенный (а не «тот, в ком не

нуждаются»)

Warmduscher – сибарит, маменькин сынок (а не «тот, кто

предпочитает мыться под теплым душем»)

Wegelagerer – разбойник с большой дороги (а не «путник,

расположившийся на дороге»)

228

Zukunftsmusik – будущее покажет, поживем – увидим (а не

«музыка будущего»)

С русского на немецкий:

азбучная истина – ein Gemeinplatz, eine Binsenwahrheit (kein

Bezug zu „Alphabet“)

головотяпство – Schlamperei, Stümperei (kein Bezug zu „Kopf“)

завсегдатай – Stammgast (kein Bezug zu „immer“)

зубоскальство – Hohn, Spott (und nicht „Zähne blecken“)

липа перен. – Betrug, Augenwischerei (kein Bezug zu „Linde“)

мухлевать – täuschen, bluffen, falschspielen, betrügen, fälschen

(kein Bezug zu „Fliege“)

мягкотелый – nachgiebig, defensiv, zu sanft (kein Bezug zu „Körper“)

накаркать – beschreien, Unglück heraufbeschwören (und nicht

„krähen“)

ручной – (о животных) zahm (und nicht „händisch“)

«рыба» перен. – Muster, Rohvariante, Entwurf einer Rede, eines

Vortrags (und nicht „Fisch“)

«телега» перен. – Anzeige, Denunziation (und nicht „Karren“

oder „Wagen“)

3.5 МНОГОЗНАЧНОСТЬ И СИНОНИМИЯ

Одно слово может переводиться двумя и более словами, иногда не являющимися даже близкими по значению сино нимами. И замена одного другим в переводе может привес ти к недоразумениям. Так, если человек просит в магазине стройматериалов лестницу, имея в виду стремянку, а пере водчик переводит слово лестница как

Treppe, а не как Leiter,

то продавец либо просьбу не выполнит и цель визита в мага зин тем самым не будет достигнута, либо переспросит в не доумении.

Насколько важно различать синий и голубой? И то и дру гое понемецки –

blau. Для носителя русского языка можно

представить себе контекст, где распознавание этих цветов существенно для содержания коммуникации, например, лишь по этому признаку будет сделана попытка различить два пальто или две картины. Для немца это различие нере левантно, поэтому в диалоге, ведущемся с целью различе ния, требуется добавить к слову

blau названия оттенков:

229

dunkel или hell. Перевести nüchtern как трезвый вместо на

тощак во фразе, которую произносит врач:

morgen nüchtern,

– значит совершить ошибку, которая ведет

Kommen Sie

к недоразумению или даже к серьезной обиде и, тем самым, к сбою коммуникации.

Вспомним в этой связи замечание С.Д. Кацнельсона в книге «Содержание слова, значение и обозначение»: «Сре ди подстерегающих лексикографа опасностей имеются и такие, как расщепление единого недифференцированного значения на ряд отдельных значений и наоборот, необосно ванное объединение разных значений в одно. Ср., напри мер, нем.

Splitter, в котором немецкорусский словарь под

ред. В.В. Рудаша (3е изд., М., 1947) выделяет два значения – «осколок» и «заноза», хотя немецкое слово имеет, вообще говоря, лишь одно значение – «осколок, отколовшаяся часть твердого тела (дерева, металла, стекла и т. п.)»; значение «заноза» возникает лишь при переводе на русский язык» (Кур сив наш – А.П., Н.С.)

127

. Кацнельсон, несомненно, прав, говоря о том, что в немецком языке у Splitter фактически только одно значение (словарь Г. Варига дает следующее оп ределение:

„Splitter – spitzes, abgesprungenes Stück von einem

Holz- oder Metallgegenstand, scharfer Span, kleines Bruchstück vom Eisen, Glas, Holz, Knochen“)

, и, исходя из немецкого,

следовало бы переводить Splitter именно так, как рекомен дует Кацнельсон: осколок как таковой. Однако практика, свя занная с российской действительностью, породила еще и четко выделяемые сознанием и закрепленные словарями понятия щепка специально для обозначения осколка дере ва и заноза для обозначения отрицательного воздействия щепки на человеческое тело (или, в переносном значении, и на человеческую душу). И для носителя русского языка перевод

Splitter как минимум тремя словами осколок, щепка

и заноза – это правильно. Иначе придется признать, что ни заноза, ни щепка на немецкий не переводятся.

Более того, мы отважимся идти дальше в этих рассужде ниях, предполагая, что и для сознания носителя немецкого языка небезразличен тот факт, лежит ли маленький кусочек дерева, стекла или металла на полу (или на земле) или впил ся человеку в палец, в глаз. Сема «степень опасности оскол

230

<<< < Предыдущая 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 2223 / 4823 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]