Три разговора с русскими. Об истине, любви, борьбе и мире

— Почти ни насколько.

— Возможно, это очевидно Вам, Лев Николаевич, так как Вы считаете неоспоримым, что Бог — источник любви, но не мне и, я полагаю, не огромному большинству человечества. Мы лелеем надежду, что человечество может достигнуть ум ственной и душевной зрелости, избежав самоистребления.

С тех пор все министерства военных дел превратились в ми нистерства обороны. Военные бюджеты чудовищно возросли. Арсеналы «сверхдержав», т. е. США и СССР, способны разру шить в течение нескольких часов буквально все, созданное че ловечеством, пятьдесят раз. И эта гонка к смерти человечест ва представляется как «защита мира» на основании того, что

— Где дело касается выживания человечества, оба понятия

сливаются. Все же я укажу на некоторые данные. Ваш призыв направлен к тем, кто постоянно и всецело заботится о том, что Вы считаете самым важным в жизни каждого человека, а именно — «Как надо жить?». Все девяносто томов Ваших ра бот свидетельствуют о Вашей озабоченности с ранних лет в этом вопросе, причем не только специфически религиозные работы, но и Ваша роскошная беллетристика. Вспомните Не хлюдова в Вашем раннем произведении «Записки маклера», в «Утре помещика», а также в «Воскресении». Меня всегда ин тересовал вопрос, почему Вы скрывались под этой причудли вой фамилией. А в «Анне Карениной» маска прозрачна — ведь Левин — это Вы, Лев. И Пьер в «Войне и мире» также погру жен в тот же вопрос. Итак, Вы переноситесь мысленно в души Ваших главных действующих лиц (заметьте, однако, только в мужчин, не в женщин). А так как Вы убеждены, что нашли ответ на Ваш вопрос, то и отвечаете на него Вашим героям. К тому же Вы уверяете, что, если каждый будет стараться лю бить всех, положение человечества улучшится. А возиться с «внешними» обстоятельствами, например, структурой обще ства, политической экономией, институтами и т. п., бесполез

— Ведь Вы знаете, что наши разговоры происходят в моем воображении. Я намеревался рассказать Вам, как я жил (а ведь я живу дольше Вас). И я не припомнил ни одного человека, который бы серьезно поставил себе вопрос: «Как надо жить?» Во всяком случае, не знал ни одного ребенка, который поста вил бы такой вопрос прямо или косвенно. Почти все амери канские дети ходят в начальную школу, посещение которой бесплатное и обязательное. Большинство продолжает учебу в средней школе также бесплатно. В этом возрасте дети начи нают думать «о будущем». О чем заботится молодежь? О том, какую выбрать работу. Дети более или менее зажиточных ро дителей думают о карьере, которая представляется в виде по следовательности должностей в избранной профессии с по стоянно повышающейся ответственностью и соответственно увеличивающимся окладом. Конечная цель карьеры — «suc cess», т. е. «успех», который представляется в виде хорошо оп лачиваемой деятельности, большей частью в какомнибудь предприятии (business). Некоторые мечтают о славе, девушки большей частью о роли «звезды» в кино, парни — в спорте. Лет пятьдесят тому назад девушки все еще мечтали о замужестве (не столько с богатым, сколько с «удачливым» нареченным).

Я иногда рассказываю о наших разговорах старшему сыну, который, как и я, очень интересуется русской литературой,

— В томто и дело, что не всегда. Скорее, действия опреде

ляют ценности. Часто мы любим коголибо не потому, что он нам сделал добро, а потому, что мы ему сделали добро. И на оборот. Часто мы ненавидим коголибо не изза зла, которое он причинил нам, а изза зла, которое мы причинили ему. Сме на убеждений, иногда наблюдаемая у американцев, часто обус ловлена не переменой ценностей, а изменением жизненных обстоятельств. Разбогател человек, и изменилось у него пред ставление о справедливости. Редко, но попадаются люди, до стигшие успеха, скажем, в мире бизнеса, и в цвете лет бросив шие все. Это называется в Америке «Dropping out of the rat race» (буквально: «отказаться участвовать в крысиных бе гах»). Часто эти ушедшие сосредоточивают внимание на соб ственных чувствах, предпочтениях, увлечениях, которые по сле «ухода» всплывают на первый план в их сознании. Неред ко это ведет к наркомании. Некоторые пробуют организовать кооперативные колонии с себе подобными. Колонии эти боль шей частью скоро распадаются. Однако эти перемены в людях не имеют отношения к тому, что Вы проповедуете, и мне ка жется, что не поэтому Ваше учение не дало желаемых резуль татов.

Из всех Ваших прозрений, Лев Николаевич, самое верное и ценное — осознание тщетности сопротивления злу злом. На языке современной техники это значит, что процесс этот стимулируется положительной обратной связью, т. е. самим собой. То же можно сказать об успешных действиях. Вследст вие одного успеха возрастает вероятность следующего успеха. Одним ударом войну уничтожить невозможно, ни законом, ни обращением людей в «истинное христианство», т. е. призы вами, как бы красноречивы или убедительны они ни были. Единственное средство — добить систему настойчивыми уда рами везде, для чего организовать мировое общественное мне ние. Каждый успешный удар указывает, куда наносить следу ющий и каким образом. Взять хотя бы кампанию против фу гасов по инициативе Канады.

— Вы, верно, знакомы с морскими минами. Ведь они упо треблялись, если не ошибаюсь, в Крымской войне. Фугас — это такая же мина, закопанная в землю. Наступишь на нее — и убит либо покалечен. Фугасы появились во время Первой мировой войны. Целые поля были ими «засеяны». Обе миро

к ненависти — не ненависть, нетерпимость к нетерпимости — не нетерпимость. Вы правы. Призывая к войне против войны, я приветствую дух, близкий к военному духу. Но неприятель в этой войне не человек. Я стараюсь превратить агрессивность, ненависть, направленные против людей, в агрессивность, на правленную против чегото отличающегося от живого суще ства и, следовательно, не обладающего правом на жизнь. Вспомните, что внутренняя интеграция человеческих коллек тивов обычно сопряжена с обострением вражды против чу жих. Поэтому такого рода интеграция не может привести к полной интеграции человечества А враг, на которого я ука зываю, действительно враг человечества. Устранение его не только не помешает полной интеграции, но даже приблизит ее.

— Безусловно. Кроме того, защитники войны отнюдь не все

военные. Ведь Вы сами, Лев Николаевич, в Ваших воззвани

Пророк Исаия сулил не только разоружение, но и превра щение военного материала в мирный: «И перекуют мечи на орала». Правда, его представление было ближе к Вашему, не жели к моему. Он, должно быть, считал, что разоружение бу дет следствием возвращения к вере в истинного Бога, то есть результатом психологического процесса. А мне сдается, что оба Вы ошиблись. Если разоружение действительно состоит ся, организаторы его будут руководствоваться знаниями, на копленными в продолжение столетий.

— Какнибудь расскажу. Сначала, однако, закончим нача тое. Просматривая записи наших разговоров, я обнаружил пробелы. У меня скверная привычка отвлекаться. Постараюсь договорить, прежде чем нам придется расстаться.

Помните, Вы спрашивали о программировании. Элементар ная мысль сводится к перечислению условий, процессов или происшествий, отношению их к возможным последствиям и принятию решений между данными альтернативами ввиду этих последствий. Подобный процесс может быть внедрен в компьютер («мыслящую машину»), причем решение соответ ствует команде «если..., тогда...». Например, «если случится Е, но не F, включи А, если F, но не Е, включи В, если и Е и F, вклю чи С, если ни то ни другое, включи D...». Наблюдая животное, повидимому постоянно действующее таким образом, мы пола гаем, что оно руководствуется «инстинктом», иначе говоря, оно «запрограммировано» действовать таким образом. Хроничес кий спор о том, возможно или невозможно «изменить челове ческую натуру», сводится к вопросу, насколько поведение чело века руководствуется «инстинктом», а насколько разумным расчетом, основанным на опыте. Ответ на этот вопрос так или иначе выявляет социальную философию того, кто отвечает.

Лидеры Соединенных Штатов, ничуть не пострадавших в этой войне (в смысле разрухи, от которой пострадали все дру гие), представляли себя вождями «нового мирового порядка», выступали в роли предводителей «свободного мира». Этому миру, по их пониманию, противостоял враждебный монолит ный коммунизм, (т. е. СССР, Китай и подчиненные им страны), также претендовавший на господство. Этот мир и назвали тог да «вторым». Однако союз между Китаем и Советским Союзом

— Да. Оно просвечивается во всех Ваших произведениях,

от самых гениальных, например «Войны и мира», до самых со мнительных, например «Крейцеровой сонаты». Оно, впрочем, замаскировано Вашим возвышенным обликом женщины в ее якобы «естественной» роли матери, в которой она у Вас пред ставляется чуть ли не святой. Однако это отношение отлича ется лишь тоном от представления нацистов, которые опреде лили мир женщины тремя сферами — Krche, Kinder und Kirche (кухня, дети и церковь). Особенно ярко выражается Ваш сексизм в изображении Наташи Ростовой после замуже ства. Вспомните девочку (Вы называли ее «язычницей»), ко торая неистово кричит, следя за погоней гончих за зайцем, бес сознательно предвкушает будущее половое влечение, танцуя мазурку, ищет место с наилучшей акустикой, собираясь петь. А вот во что она превращается в роли жены и матери.