Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Три разговора с русскими. Об истине, любви, борьбе и мире
.pdf
— Да, но вернемся к побуждениям людских действий, о ко
торых мы, кажется, одного мнения. Их три рода: вспышка чув
ства, разум и внушение, не так ли?
— Приблизительно так.
— В таком случае рассмотрим основную разницу между
действиями религиозного и нерелигиозного человека. Вот что
Вы писали:
«Религиозный человек, зная, что1 в его деятельности и дея
тельности других людей хорошо или дурно и почему одно хоро
шо, а другое дурно, если и видит противоречие между требо
ваниями своего разума и поступками своими и других людей,
то все усилия своего разума употребляет на то, чтобы найти
средство уничтожения этих противоречий, т. е. научиться
наилучшим способом согласовать свои поступки с требовани
ями своего разума. Нерелигиозный же человек, не имея руковод
ства для определения достоинства поступков, независимо от
их приятности, отдаваясь влечению своих чувств, самых раз
нообразных и часто противоречивых, невольно впадает в про
тиворечия, старается разрешить или скрыть их более или ме
нее сложными и умными, но всегда лживыми рассуждениями.
И потому, тогда как рассуждения людей религиозных всегда
просты, немногословны и правдивы, умственная деятельность
нерелигиозных людей делается особенно утонченной, много
сложной и лживой.
Возьму самый обычный пример. Человек предан разврату, т.
е. нецеломудрен, изменяет жене или, не женясь, предается раз
врату. Если он религиозный человек, он знает, что это дурно,
и вся деятельность его разума направлена на то, чтобы най
ти средства освободиться от своего порока: не иметь общения
с блудниками и блудницами, увеличить труд, устроить себе су
ровую жизнь, не позволять себе смотреть на женщин как на
предмет похоти и т. п. И все это очень просто и всем понят
но. Но если развратный человек не религиозен, то он тотчас же
придумывает всякие объяснения, почему любить женщин очень
хорошо. И тут начинаются всякого рода самые сложные и хи
трые, утонченные соображения о слиянии душ, о красоте,
о свободе любви и т. п., которые чем больше распространяют
ся, тем больше и затемняют дело и скрывают то, что нужно.
То же самое для нерелигиозных людей происходит во всех об
ластях деятельности и мысли. Для скрытия внутренних про
тиворечий накопляются сложные, утонченные рассуждения,
Часть I. ВЕРУЮЩИЙ52
которые, наполняя ум всякой ненужной дребеденью, отвлека
ют внимание людей от важного и существенного и дают им
возможность коснеть в той лжи, в которой живут, не замечая
ее, люди нашего мира.
"Люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела
их были злы", — сказано в Евангелии. "Ибо всякий, делающий
зло, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились де
ла его, потому что они злы"»
4
.
Мне кажется, что Вы определили разумного человека так,
что он должен быть религиозным. Не можете ли Вы предста
вить человека рационального, но вместе с тем неразумного?
— А Вы можете?
— Конечно. Представьте себе человека, намеревающегося
совершить убийство. Возьмем хотя бы Раскольникова. Он де
лает разумные приготовления. Добывает топор, прячет его под
пальто, отвлекает внимание своей жертвы тем, что показыва
ет ей предмет, который будто намеревается заложить, и бьет
ее по голове топором. Все это он тщательно обдумал, и все вы
шло так, как он ожидал.
— А спросил он себя, хорошо или дурно то, что он собирает
ся делать?
— Как же, Лев Николаевич, ведь Вы знаете, что Раскольни
ков взвешивал и доводы «за», и доводы «против». Он сопоста
вил ценность жизни этой старухи с тем добром, которое он
сможет сделать на награбленные деньги, а именно спасти сес
тру от несчастного брака с негодяем, за которого она намере
на выйти с целью вытащить себя и мать из нищеты. Расколь
ников спрашивает себя, как поступал Наполеон, когда надо
было жертвовать тысячами жизней для того, чтобы создать
лучший политический строй в Европе. Как поВашему? Дей
ствовал Раскольников рационально?
— Да, но он был также религиозным. Ведь он сам выдал себя
полиции. Сначала он не понимал истинного значения своего по
ступка, а когда понял, сдался и сознался в своей вине.
— А Наполеон? Он тоже раскаялся, когда понял, что все его
планы провалились?
— Разумеется, нет. Он не был религиозным и поэтому не был
разумным.
— Таким образом, Вы не видите никакой разницы между ра
зумом и религиозностью?
— Можете понимать мои взгляды, как хотите.
3. Религия, наука и истина
53
— Я затрудняюсь делать такой вывод. Мне не верится, что
Вы не видите различия между разумом и добродетелью, вер
нее, между тем, что считают разумным, и тем, чего требует ре
лигия. Почти у всех понятие «религия» связано с верой
в сверхъестественное, как бы оно ни называлось — «Бог»,
«Первоначало» и т. п. Давайте договоримся вот о чем . Не бу
дем говорить о «сущности» чеголибо, как принято среди бо
гословов и многих философов. Вместо этого давайте попробу
ем выяснить, что именно люди подразумевают под словом
«сущность».
— Зачем?
— Потому что разногласия в вопросе о том, в чем заключа
ется «сущность» чеголибо, обычно неразрешаемы. Споры
о «сущности» ни к чему не приводят. С другой стороны, если
обоим искренне хочется понять, как мыслит другой и почему
он так мыслит, обычно возможно согласиться так или иначе
употреблять данное слово в данном разговоре. Соглашение та
кого рода не есть соглашение о том, что реально, что хорошо
или худо, а лишь соглашение о том, в каком смысле понимать
данное слово в данном разговоре.
Скажем, я предлагаю считать «религиозным» человека, ко
торый верует в существо, называемое «Богом», и в то, что су
щество, чтобы получилось тото и тото, действует такто,
а также предпочитает тото томуто, в частности, чтобы люди
действовали такто, а не такто. Я полагаю, что Вы верите в та
кое существо, и поэтому я признаю Вас религиозным. А я,
в свою очередь, предложил бы считать разумным человеком
того, который оценивает разные возможные последствия сво
их действий и на основании этих более или менее достовер
ных данных выбирает действие, ведущее к лучшим последст
виям. Я полагаю, что Вы согласились с этим определением.
— Ну, скажем, мы пришли к соглашению о том, что означа
ет «религиозность», а что «разумность». Дальше что?
— Если мы действительно договорились о том, что мы бу
дем понимать под словами «разумный» и «религиозный», тог
да мы должны согласиться и о том, что есть люди религиозные
и при этом неразумные, а также есть люди разумные и нере
лигиозные, не правда ли?
— Это вытекает из того, что Вы определили понятия «ре
лигиозный» и «разумный» именно так, чтобы прийти к этому
выводу. Положим, что так. Что же следует из этого?
Часть I. ВЕРУЮЩИЙ54
— Я собираюсь опровергнуть Ваши взгляды на значение на
уки в человеческой жизни.
— Какие именно взгляды?
— Мы к этому придем. Сперва я обращу Ваше внимание на
замечание, сделанное Лапласом, возможно самым выдающим
ся ученым конца ХVIII — начала ХIХ века, современником
Наполеона Бонапарта, которого, между прочим, мы оба пре
зираем.
— Какое именно замечание?
— Произведение Лапласа «Небесная механика» было по
слано Бонапарту, и тот призвал Лапласа побеседовать об этом
труде. Будьте уверены, Лев Николаевич, что требуются годы
усердной учебы и напряженного умственного труда, чтобы по
нять содержание этой книги.
— Ну и что же?
— Возможно, Вам все станет ясно, когда я перескажу то, что
Бонапарт спросил у Лапласа и что Лаплас ответил.
— А именно?
— Бонапарт спросил: «А почему в Вашей книге ничего не
сказано о Творце?» На это Лаплас ответил: «Ваше величество,
я не нуждался в этой гипотезе».
— А какое отношение имеет этот ответ к религии?
— Разве не видите? Лапласу не надо было верить в Бога, что
бы узреть истину.
— А чтk такое истина?
— Вы задаете тот же вопрос, который Пилат задал Иисусу.
— А Вы так же, как Иисус, отказываетесь отвечать на него?
— Поверьте, не могу. Но я могу ответить на вариант этого
вопроса. Я могу сказать, что я подразумеваю под истиной.
— Зачем?
— Это поможет нам понять друг друга. Ведь на это и дан че
ловеку язык. Из Ваших рассуждений я заключаю, что Вы по
лагаете, что Бог, создав человека, одарил его известными спо
собностями, например общаться с себе подобными посредст
вом языка и тем самым познавать, что происходит в мозгу
(или, поВашему, в сердце) другого. Не так ли?
— Так.
— Тогда используем эту способность. Сказав Вам, что1 я
подразумеваю под истиной, я даю Вам знать, что в это время
происходит во мне. Возможно, мое представление отличает
ся от Вашего. Но если так, то Вам, по крайней мере, будет из
3. Религия, наука и истина
55
вестно, что это так, и наш разговор не разобьется о скалы не
понимания.
— Что же Вы подразумеваете под истиной?
— При определении сложных понятий лучше всего начать
с конкретных примеров того, к чему эти понятия относятся.
Возможно, они знакомы собеседнику. Таким образом, уста
навливается смысл смысла сообщения. Например, если изу
чающий английский язык спрашивает меня, что значит
«apple», я показываю ему яблоко. А чтобы избежать возмож
ного недоразумения, я могу показать ему грушу, указав при
этом на то, что груша — не яблоко, то есть, что «apple» не оз
начает «фрукт». Так и при объяснении, что такое «истина».
Начну с примеров правдивых суждений, скажем, «если отпу
стить ничем не поддерживаемый предмет, он упадет». Не
сколько таких примеров позволят установить, насколько ис
тинно это суждение. Надо указать на то, что оно не абсолют
но истинно, так как, если предмет этот живая птица или иг
рушечный воздушный шар, наполненный гелием, он не упа
дет. Таким образом я укажу на ограничение истинности суж
дения, обратив внимание на условия, при которых оно истин
но, а при которых нет.
— Не уклоняемся ли мы от темы? Мы говорили о Лапласе
и о его небесной механике.
— Именно об этом и говорим. Согласно преданию, Ньютон
открыл закон притяжения, задав себе вопрос — почему ябло
ко падает с дерева? Это не так. Ньютон не ставил вопроса, по
чему яблоко падает. Он задался вопросом, почему не падает
Луна. В поисках ответа он анализировал движение Луны по
законам, которые были ему известны. И пришел к заключе
нию, что Луна действительно падает, так же, как яблоко. Раз
ница в их движениях заключается в том, что орбита яблока пе
ресекается с поверхностью Земли, а орбита Луны нет. Вместо
того чтобы столкнуться (как мы понимаем слово «падать)
с поверхностью Земли, Луна, все время «падая», обращается
вокруг Земли. Это и объясняется законом притяжения, кото
рому подчиняются все тела в знакомой нам Вселенной.
— Вы намеревались сказать мне о том, что Вы называете
«истиной».
— Уже сказал. Указал на то, что определяет истинность или
неистинность суждения. Критерий этот — предсказуемость.
По мере того как суждение буквально или косвенно содержит
Часть I. ВЕРУЮЩИЙ56
предсказание, которое подтверждается, суждение это истин
но. Относительная частота подтверждений этих предсказаний
определяет, насколько истинно суждение. Чем чаще предска
зания оправдываются, тем больше мы уверены в истинности
суждения.
— А когда открывается абсолютная истина?
— Такие существуют только в математике. Но их вряд ли
следует считать «абсолютной истиной», так как они не имеют
отношения к наблюдаемой действительности. Они относятся
лишь к заключениям логического мышления, т. е. выводам из
суждений, которые мы согласились считать истинными.
— А если процесс приводит к исходному суждению, получа
ется порочный круг.
— Нет. В конце концов процесс приводит к суждению, ко
торое мы заранее согласились считать истинным. Такие суж
дения называются аксиомами. Они ни к чему наблюдаемому
не имеют отношения. Они просто выражают правила опреде
ленного языка.
— Возвратимся к Лапласу.
— Давайте. Путем сложнейших математических расчетов
Лаплас установил законы движения небесных светил. На ос
новании этих законов стало возможным предсказывать заме
чательно точно пути этих светил на сотни лет вперед.
— Но как же можно было проверить эти предсказания?
— Мы, разумеется, не можем. Но наши потомки смогут.
Кроме того, предсказания будущего можно заменить «пред
сказаниями» прошедшего, т. е. определить, где находились та
кието тела сотни лет тому назад. А это можно проверить, на
пример, по сохранившимся китайским летописям далекого
прошлого.
— А существование Бога возможно доказать этим методом?
— Вспомните, для того чтобы проверить некое суждение, не
обходимо определить значение каждого понятия, заключен
ного в нем. Как Вы определяете понятие «Бог»?
— Начало всего существующего.
— А что значит «начало»?
— А разве Вы не знаете?
— Вопрос не в знании значения вообще. Вопрос в том, что
Вы подразумеваете под выражением «начало всего существу
ющего» и соответствует ли оно тому, что я подразумеваю.
— А Вы что подразумеваете?
3. Религия, наука и истина
57
— В таких случаях я ссылаюсь на конкретные примеры. Я
знаю, что значит начало семестра в университете. Следующий
семестр начнется в известный день в сентябре. До этого кори
доры и залы будут почти пусты, а в день начала семестра они
будут заполнены студентами, профессорами и служащими.
Начало моей жизни было 22 мая 1911 года. До этого я не су
ществовал. По крайней мере так меня уверяют. Несмотря на
то что я не могу себе представить свое «несуществование», я
верю, что это так, потому что знаю людей моложе меня, кото
рые до известного дня «не существовали», а потом стали «су
ществовать». А вот начало Вселенной я не могу себе вообра
зить. Правда, современная космология учит, что примерно
пятнадцать миллиардов лет тому назад произошло нечто вро
де огромного взрыва, ставшего началом нашей Вселенной. Это
вытекает из экстраполяции в прошлое время ныне наблюдае
мых процессов. Но я не чувствую потребности причислять это
событие намерениям или воле какогото человекообразного
существа, которое различает то, что мы называем «добром»
и «злом», приблизительно согласуя эти понятия с нашими,
и предпочитает, чтобы мы, снабженные им же свободной во
лей, выбирали бы первое, а не последнее.
— Понятие о Боге как о начале всего — лишь одно из многих.
Сущность моей веры — осознание того, что Бог живет в каж
дом человеке. Об этом я писал в статье «Царство Божие вну
три вас».
— Это мне более понятно. Вопервых, это некоторым обра
зом связано с моим представлением о человеческой натуре. Во
вторых, с этой точки зрения я могу сравнить два критерия ис
тины. Это сравнение может послужить нам базой соглашения.
— Каким образом?
— Хотите, вернемся к Лапласу?
— Извольте.
— Замечательным подтверждением ньютоновского поня
тия физической действительности было открытие планеты
Нептун.
— Демонстрацией существования? Разве не достаточно по
явления планеты в поле зрения телескопа?
— В томто и дело. Существование Нептуна было доказано
еще до того, как его увидели.
— Выходит, таким образом, не требуется видеть нечто, что
бы верить в его существование, например в существование Бога.
Часть I. ВЕРУЮЩИЙ58
— Действительно, богословы предъявили свыше двадца
ти «доказательств» существования Бога. Однако ни одно из
них не удовлетворяет критериям доказательств, требуемых
в науке.
— Например?
— Помню доказательство, приписанное Достоевскому Бер
дяевым, который кажется мне самым способным комментато
ром и энтузиастом христианского богословия. 1) Если не бы
ло бы зла, то не было бы надобности в Боге. 2) Но зло сущест
вует. 3) Следовательно, Бог существует.
— Ну, что Вы на это скажете?
— Напоминает мне злую шутку, которую сыграл математик
Эйлер над энциклопедистом Дидро, когда их представили
друг другу в Петербургской академии наук. «Monsieur, — об
ратился Эйлер к Дидро, — e a la puissance р plus 1 est egal а7 0,
donc Dieu existe. Repondez!» (Сударь, е в степени р плюс один
равняется нулю, следовательно, Бог существует. Возражайте!)
Бедняга Дидро был так потрясен этой ерундой, что онемел от
смущения и бежал с поля битвы.
— Если Вы читали мои труды о религии, о догматах церк
ви и о спорах богословов, Вам должны быть знакомы мои
взгляды. Мое убеждение не исходит из трудов схоластиков
и их подражателей. Оно исходит из внутреннего созерцания.
Если Вы ищете нечто подобное, вспомните знаменитое изре
чение Декарта: «Сogito ergo sum!» (Я мыслю, следовательно,
я существую!)
— Отлично! Наконецто мы понимаем друг друга. Я вовсе
не пренебрегаю интроспекцией. Будем это иметь в виду и вер
немся к открытию Нептуна, оценке работы Лапласа и его от
вету Наполеону.
— Я слушаю Вас.
— До 13 марта 1781 года были известны лишь шесть планет:
Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн. В тот вечер
астроном сэр Уильям Гершель увидел двигающееся среди
звезд тело, которое он сначала принял за комету. Однако ско
ро выяснилось, что это была планета. Оказалось, что планет
в Солнечной системе не шесть, а семь. В этом случае видеть в
самом деле означало верить.
— А какое значение имеет обстоятельство, что планет
семь, а не шесть?
— Для кого?
3. Религия, наука и истина
59
— Для любого здравомыслящего человека. Когда я утверж
даю, что поиск истины — благородное дело, я не имею в виду
так называемых ученых. Они исследуют все, что им вздумает
ся. Сколько верст от Земли до Солнца? Кто был последним лю
бовником мадам Помпадур? Как можно увеличить вывоз
и уменьшить ввоз товаров? Все, чем возможно обратить на се
бя внимание. Все, что льстит самолюбию. И это у них называ
ется работой!
— А разоблачение суеверий, т. е. просвещение, не достойная
ли это работа?
— «Суеверие науки состоит в вере в то, что единое, истин
ное и необходимое для жизни всех людей знание заключается
только в тех знаниях, случайно собранных из всей безгранич
ной области знаний, которые в известное время обратили на
себя внимание небольшого числа людей, — тех людей, которые
освободили себя от необходимого для жизни труда и потому
живут безнравственной и неразумной жизнью.
Когда люди без проверки своим разумом принимают за несо
мненные истины то, что передается им за таковые другими
людьми, они впадают в суеверие. Таково в наше время суеверие
науки, то есть признание несомненными истинами всего того,
что передается за таковые профессорами, академиками, вооб
ще людьми, называющими себя учеными.
Как есть лжеучение веры, так есть и лжеучение науки. Лже
учение это в том, чтобы признавать единой, истинной наукой
все то, что считается единой, истинной наукой людьми, в из
вестное время взявшими на себя право определять истинную
науку. А как только наукой считается не то, что нужно всем
людям, а то, что определяют люди, взявшие на себя в извест
ное время право определять, что такое наука, так наука не мо
жет не быть ложной. Так это и сделалось в нашем мире.
Наука в наше время занимает совершенно то место, которое
занимала церковь 200–300 лет тому назад. Те же признанные
жрецы — профессора, те же соборы, синоды в науке, академии,
университеты, съезды. То же доверие и отсутствие критики
в верующих и те же среди верующих разногласия, не смущаю
щие их. Те же слова непонятные вместо мысли, та же самоуве
ренная гордость: «Что же с ним говорить, он отрицает откро
вение, церковь. Что же с ним говорить, он отрицает науку».
Для истинного знания вреднее всего употребление понятий
и слов не вполне ясных. А этото самое и делают мнимые уче
Часть I. ВЕРУЮЩИЙ60
ные, придумывая для неясного понятия неясные, несуществу
ющие, выдуманные слова.
В науке бывают такие же обманы, как и в вере, и зачинаются
они из того же самого — из желания оправдать свои слабости,
и поэтому научные обманы так же вредны, как и религиозные.
Люди заблуждаются, живут дурно. Понастоящему следует лю
дям, поняв, что они живут дурно, постараться переменить
жизнь и начать жить лучше. И тутто являются разные науки:
государственная, финансовая, церковная, уголовная, полицей
ская, является наука политическая экономия, история и самая
модная — социология, о том, по каким законам живут и должны
жить люди, и оказывается, что дурная жизнь людей не от них,
а оттого, что таковы законы и что дело людей не в том, чтобы
перестать жить дурно и изменять свою жизнь от худшего к луч
шему, а только в том, чтобы, живя попрежнему, по своим слабо
стям думать, что все худое происходит не от них самих, а от
тех законов, какие нашли и высказали ученые. Обман этот так
неразумен и так противен совести, что люди никогда бы и не при
няли его, если бы он не потакал их дурной жизни.
Наука теперь стала раздавательницей дипломов на пользо
вание чужими трудами»
5
.
— Вы коснулись многих важных вопросов. Чтобы быть по
следовательным, давайте сосредоточимся на одном. ПоВаше
му выходит, что престиж науки, которая якобы представляет
ся хранилищем истины, заставляет людей слепо верить во все
то, что утверждают ученые, не проверяя, истинны эти утверж
дения или нет. Вы ошибаетесь. Самая суть науки заключается
в том, чтобы постоянно проверять наши представления о том,
что1 истинно, причем проверять так, чтобы заключение было
убедительно для всех.
— А в чем же заключается проверка?
— Давайте снова вернемся к Лапласу. Мы все время укло
няемся от этой темы. А между тем эпизод с открытием Непту
на ярко освещает сердцевину научного познания, которая ос
тается вне поля вашего зрения. Тогда можете судить сами, на
сколько важно было это открытие для человечества.
— Я слушаю Вас.
— Вспомните, сначала думали, что Уран — комета, т. е. тело,
движущееся по параболе и проходящее через Солнечную сис
тему лишь раз. Но оказалось, что орбита Урана почти окруж
ность, как и орбиты наших планет.
3. Религия, наука и истина
61
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]