Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология институтов и организаций. Учебник для студентов, обучающихся по направлению 39.01.03 «Социология», профиль «Экономическая социология» (прог
.pdf
5.4. Гражданское общество, политические партии и элиты
ограждены от преследований и, возможно, даже получат
повышение или премию. В подобных случаях строгий
анализ формальных правил не позволяет вскрыть мотивы, стоящие за таким поведением.
В странах Средней Азии в настоящее время «правилами игры» все чаще становятся нормы, установленные
на основе клановых отношений, в то время как конституционные структуры, созданные после распада Советского Союза «чем дальше, тем больше теряют всякое
значение».
Наконец, в большинстве развивающихся и переходных стран механизмы клиентелизма, коррупции и патримониализма сосуществуют рядом с новыми демократическими, рыночными и государственными институтами,
нередко подрывая их.
Примеры действия неформальных институтов можно найти ив развивающихся странах. Так, в Японии
жесткие, но неписаные правила амакудари («небесное
происхождение»), согласно которым отставные государственные чиновники награждаются ведущими должностями в частных корпорациях, пережили десятилетия
различных административных реформ.
Политические институты делятся на формальные
и неформальные. Формальные институты возникают
в результате политического «торга» и обеспечиваются
государственным принуждением, неформальные институты «выступают продуктом спонтанной эволюции общества или свободного выбора институциональных норм
108
участниками сделки»
.
108
Хелмке Г., Левитски С. Неформальные институты и сравнительная политика. Основные направления исследования. URL:
https://intelros.ru/pdf/prognosis2_07/Helmke.pdf (дата обращения: 01.03.2021).
— 221 —
Глава 5. Политика как социальный институт
Мы придерживаемся следующего подхода, определяя неформальные институты как принятые в обществе,
обычно неписаные правила, создающиеся, становящиеся
известными и насаждающиеся вне официально санкционированных каналов. Напротив, формальные институты — это такие правила и процедуры, которые создаются,
становятся известными и насаждаются через каналы,
общепризнанные в качестве официальных.
Формальные политические институты. Сюда входят
государственные институты (суды, законодательные органы, бюрократические учреждения) и установленные
государством правила (конституции, законы, предписания), а также и то, что можно назвать «организационными
правилами», то есть официальные правила, соблюдаемые
такими организациями, как корпорации, политические
партии и группы интересов.
Неформальные практики. В контексте взаимоотношений формальных и неформальных структур государственных институтов важными являются такие
неформальные практики, как «коридоры власти», «коррупция», «клиентелизм», «теневая деятельность» и др.
Взаимодействие формальных и неформальных институтов.
Возможны различные варианты взаимодействия
формальных и неформальных практик и институтов –
подавление формальными институтами неформальных,
конфликт между ними, доминирование неформальных
институтов как механизмов регулирования и разрешения
споров, подкрепление формальных институтов неформальными нормами и др.
Неформальная практика «коридоры власти». Термин «коридоры власти» характеризует область неинституциализированого взаимодействия властных структур
при принятии политических решений.
— 222 —
5.4. Гражданское общество, политические партии и элиты
«Коридоры власти» рассматриваются как канал перемещения политических лидеров («тоннельный эффект»
или «эффект ротации» — движение по кругу). При помощи
«коридоров власти» политики и администраторы пересаживаются из одного кресла в другое — из законодательных
структур в исполнительные институты и наоборот и т. д.
Одна из форм неформальных практик взаимодействия общества и государства — коррупция.
Под коррупцией понимается использование неформальных связей и отношений в решении политических,
государственных и муниципальных проблем в личных
или корпоративных интересах.
Коррупция имеет исторический характер, развивается во времени и существенно зависит от традиций той или
иной страны.
В политической истории России формами коррупции
были: мздоимство (получение сверх казенного жалованья
вознаграждения за исполнение прямых служебных обязанностей) и лихоимство (вымогательство благ или вознаграждений за выполнение или невыполнение служебных
обязанностей).
Основная тенденция в эволюции коррупции состоит
в сокращении числа коррупционных проявлений, когда
от потенциального получателя государственной услуги
требуется или ожидается взятка, и в снижении готовности граждан России, попадающих в такие ситуации, эти
взятки давать.
Но прослеживается рост размера взяток. Подобная
динамика — типичная реакция рынка коррупции на повышение опасности коррупционной деятельности.
Международное движение по противодействию коррупции Transparency International представляет сегодня
результаты Глобального барометра коррупции (Global
corruption barometer) — крупнейшего исследования
— 223 —
Глава 5. Политика как социальный институт
коррупционного поведения граждан различных стран
мира и их представлений о коррумпированности различных секторов общества в их странах.
В рамках исследования было опрошено 114 270 человек в 107 странах, исследование представляется в восьмой
раз. Барометр 2013 года содержит в себе наиболее полные
данные, которые могут стать основой для деятельности
органов государственной власти в вопросах противодействия коррупции.
Для России главный вывод состоит, пожалуй, в том,
что граждане нашей страны разуверились в эффективности государственной антикоррупционной кампании.
Сегодня только 5% опрошенных считает эффективными
усилия правительства, направленные на борьбу с коррупцией, и никто не назвал их “очень эффективными”.
Россияне оценивали в 5-балльной шкале различные
институты, где 5 баллов — чрезвычайно высокий уровень
коррупции, а 1 балл — совсем нет коррупции. Колебания
в оценках от 3,1 балла до 4,6 балла. См. Мировой барометр
коррупции.
Россияне оценивают как крайне коррумпированные:
полицию (66% опрошенных поставили ей “высшую”
оценку), судебную систему (59%), парламентскую систему (54%), чиновников (74%) и политические партии
(49%). Эти институты не только получили наихудшие
оценки со стороны граждан, но и прирост уверенности
в их коррумпированности самый быстрый — средняя
оценка каждой из этих групп выросла более чем на полбалла за три года.
Неформальная практика «патрон-клиентские отношения». Клиентилизм — это отношения между индивидами, играющими разные социальные роли. Влияние,
защита и материальные ресурсы патрона — человека высокого социально-экономического статуса — обмениваются
— 224 —
5.5. Политическая культура
на поддержку и помощь клиента, включая личную службу. Эти отношения асимметричны, однако взаимовыгодны и поэтому предельно устойчивы.
Патрон опекает клиента за счет находящихся в его
распоряжении ресурсов и получает «дань» в форме благодарности за опеку. В «патрон-клиентских» связях роль
участников может быть ситуативной, стороны могут меняться местами, они взаимозависимы.
5.5. Политическая культура
Политическая культура — часть культуры общества,
совокупность феноменов сознания, политического поведения, формирования и функционирования государства
и других политических институтов, обеспечивающих
воспроизводство политической жизни общества. Проще
говоря, политическая культура — это установки, убеждения и правила, лежащие в основе той или иной политической системы.
Компонентами политической культуры являются
познавательные, эмоциональные и оценочные составляющие. Это включает в себя знания и верования относительно политической реальности, чувства в отношении
политики, приобщенность к политическим ценностям.
Можно выделить два основных подхода к анализу политической культуры: функционалистский и марксистский.
В рамках функционалистского подхода политическая культура рассматривается как психологический
феномен. Этот подход, начиная с 1960-х гг., развивался
американскими политологами Г. Алмондом, Л. Пайем,
С. Вербой и Дж. Пауэллом.
Алмонд считал, что каждая политическая система «включена в особый образец ориентаций
— 225 —
Глава 5. Политика как социальный институт
на политические действия», т.е. политическую культуру. Наиболее полное определение политической культуры было дано С. Вербой: «Политическая культура
общества состоит из системы эмпирических убеждений
(believs), экспрессивных символов и ценностей, определяющих ситуацию, в которой происходит политическое
действие. Она формирует субъективную ориентацию
на политику»
109
.
Несмотря на наличие в любом обществе множества
конкурирующих политических ориентаций, его политическая культура отличается некоторыми основополагающими политическими позициями, обуславливающими
предрасположенность к определенным типам поведения
в рамках существующей политической системы. Так,
в результате сравнительных исследований, Г. Алмонд
и С. Верба выявили наличие, в пяти изученных ими странах, общих элементов «гражданской культуры», которые
рассматривались учеными как жизненно важные элементы стабильных демократий.
Согласно Алмонду и Пауэллу, политические ориентации (позиции) индивида включают в себя три компонента:
1) когнитивный — знания, полученные индивидом о по-
литике, политиках, политических институтах и партиях;
2) аффективный — чувства, обусловливающие реакцию индивида на те или иные политические институты,
явления или процессы: симпатии или антипатии, влечения или отвращения, восхищения или презрения;
3) оценочный — ценности, верования, идеалы, идеологию.
В зависимости от того, в какой мере политическое
поведение индивида основывается на рациональных
109
Verba S. Comparative Political Culture. Princeton, 1965. P. 513.
— 226 —
5.5. Политическая культура
знаниях или верованиях, ученые выделяют более или менее секуляризированные культуры.
Типы политической культуры
В 1958–1962 гг. Г. Алмонд и С. Верба провели сравнительное эмпирическое исследование политических
культур пяти стран: Англии, США, Западной Германии,
Италии и Мексики. В результате изучения политических
ориентаций населения этих стран, авторами было выделено три типа политической культуры: патриархальная,
подданническая и культура участия.
1. Патриархальная политическая культура характеризуется ориентацией на местные ценности (клана,
племени, рода) и может проявляться в форме местного патриотизма, семейственности, коррупции. Индивид, как
правило, маловосприимчив к глобальной политической
культуре и не выполняет конкретных политических ролей. Этот тип политической культуры характерен для молодых независимых государств, в которых политическая
культура представлена наслоением местных субкультур.
2. Подданническая политическая культура предполагает пассивное и отстраненное отношение граждан к существующей политической системе. Они ориентируются
на традиции, хотя политически сознательны. Несмотря
на наличие различных оценочных отношений к системе,
доминирующими здесь являются представления граждан
о своем зависимом положении от политической системы,
о невозможности и безрезультатности своей активности.
Подчиняясь власти, индивиды ожидают от нее различных благ (социальных пособий, гарантий и др.) и опасаются ее диктата.
3. Культура участия отличается политической активностью, вовлеченностью и рациональностью. Граждане стремятся активно воздействовать на политику,
— 227 —
Глава 5. Политика как социальный институт
направлять ее деятельность с помощью законных средств
влияния (участие в выборах, организация групп давления, политических партий, демонстрации и др.) для вы-
110
ражения своих интересов
.
Это идеальные типы политической ориентации, которые в чистом виде на практике не встречаются. В реальной жизни имеет смысл говорить о различных комбинациях этих типов. Например, для политической культуры
Великобритании XX в. характерно сочетание подданничества (признание института монархии) и участия.
Политическую культуру изученных ими стран Алмонд и Верба определяют как особую, смешанную культуру — «культуру гражданственности». Наиболее характерная черта такой культуры — рационально-активное
поведение граждан, которое соответствует демократической политической системе.
Результаты эмпирического исследования внесли значительные коррективы в теоретические предположения
Г. Алмонда и С. Вербы. В частности, утопичным оказалось
их предположение о всеобщем участии граждан в политике.
«В идеальной культуре гражданственности, — замечают
они, — активность и вовлеченность граждан должны уравновешиваться некоторой дозой пассивности и неучастия».
Итоги обследования выявили «несовершенство»
и «неидеальность» американской и английской моделей
политической культуры, несмотря на то что до исследования авторы наделяли их статусом самых развитых
культур. Так, носитель культуры гражданственности
характеризуется целым рядом достоинств: 1) осознанно
оценивает деятельность национального правительства
как положительную для себя лично; 2) проявляет высокий интерес к работе правительства и хорошо осведомлен
110
Almond G., Verba S. The Givic Culture. Political Attitudes and
Democracy in Five Countries. Princeton, 1963. P. 514.
— 228 —
5.5. Политическая культура
в этой области; 3) обладает чувством гордости за политические институты своей нации; 4) рассчитывает на оказание
ему внимательного отношения со стороны официальных
лиц; 5) с желанием обсуждает вопросы политики публично или в кругу друзей и знакомых; 6) открыто и лояльно
выражает оппозиционные настроения; 7) с удовольствием
участвует в общенациональных политических мероприятиях, например, кампаниях по выборам; 8) компетентно
оценивает правительственную политику и считает своим
долгом оказывать воздействие на эту политику лично или
совместно с кем-нибудь из сограждан; 9) компетентно
использует правовые установления в целях успешного
противодействия актам произвола; 10) верит в то, что демократия участия является необходимой и желательной
системой государственного управления
111
.
В результате проведенного опроса «идеальная модель» политической культуры натолкнулась на реальные
политические позиции граждан пяти обследованных
стран. Так, воздействие правительства на их повседневную жизнь полностью отрицали 11% опрошенных
американцев, 23% англичан, 17% западных немцев,
19% итальянцев, 66% мексиканцев. Регулярно интересуются политическими событиями 27% американцев,
23% англичан, 35% западных немцев, 11% итальянцев,
15% мексиканцев. «Посмешищем и глупостью» выглядят избирательные кампании в глазах 58% опрошенных
американцев, 37% англичан, 46% западных немцев,
15% итальянцев и 32% мексиканцев
112
.
111
Almond G., Verba S. The Givic Culture. Political Attitudes and
Democracy in Five Countries. Princeton, 1963. Р. 20–21, 32, 79–80,
316, 382–383.
112
Almond G., Verba S. The Givic Culture. Political Attitudes and
Democracy in Five Countries. Princeton, 1963. Р. 80, 89, 146.
— 229 —
Глава 5. Политика как социальный институт
Если сравнить эти данные и данные о характере ори-
ентаций на политическую систему граждан в развитых
европейских странах в 1985 г., т.е. 20 лет спустя, то можно
установить следующую картину: «недовольство тем, как
действует демократия» высказали 43% англичан, 48%
французов, 38% голландцев, 45% ирландцев, 72% ита-
113
льянцев
. Естественно, следует учитывать, что и уровень
притязаний граждан значительно вырос. Высказанное
же негативное отношение к существующей демократической политической системе в развитых странах не мешает
ей оставаться самой стабильной и социально эффективной.
Критика концепции политической культуры Г. Алмонда за преимущественно психологическую трактовку феномена не умаляет ее революционного влияния
на политическую науку. Введение идеи политической
культуры в политологический анализ позволило сформулировать универсальный объяснительный принцип:
конечной причиной политики конкретного общества является система его политической культуры. Тем самым
был дан толчок развитию сравнительной политологии.
В контексте концепции политической культуры оказалось возможным объяснить различную эффективность
схожих политических институтов, действующих в разных странах. Она объясняется доминирующей в обществе
политической культурой, уровнем ее однородности. Это
позволило Алмонду выделить по характеру культуры четыре типа политических систем:
1) англо-американские политические системы, характеризующиеся гомогенной и секуляризированной политической культурой;
2) континентальные западноевропейские системы
с фрагментарной политической культурой, состоящей
из смешанных политических субкультур;
113
Ibid. Р.402.
— 230 —
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]