Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сейид из Хомейна портрет на фоне эпохи.pdf
Глава 8. Аятолла в изгнании: становление революционера
количества жен и детей33. Считается, что Хасан, отказавшись от политических прав на халифат, остался верен традиции духовного лидерства
над шиитской уммой, проповедуя заветы своего отца, в то время как его
младший брат и, соответственно, третий праведный имам шиитов Хосейн
выбрал путь активного противостояния «узурпатору» в лице наследника
Муавии Язиду. Зная, что его последователи предали его, Хосейн не отказался от попытки вооруженным путем отстоять свое право на халифат,
даже понимания, что попытка заранее обречена на провал, а ему неизбежно грозит смерть. Трагическая и героическая смерть имама Хосейна
при Кербеле в 680 г. стала для аятоллы Хомейни символом победы духа
над телом, реализовавшись в принципе «шахидата» – осознанной гибели
за веру.
Аятолла Хомейни переживал факт расхождения своих взглядов
со взглядами аятоллы аль-Хакима и тем более своего непризнания в качестве великого аятоллы и марджа-йе таглида со стороны иракских аятолл.
Ни аль-Хаким, ни аль-Хои после этого случая не поддерживали отношений с аятоллой Хомейни34. Видимо, поэтому мы и не видим его в качестве
активного деятеля в событиях в Ираке, переживавшего на рубеже 1960–
1970-х гг. пору серьезных политических потрясений.
Бесспорно одно, непростой разговор с аль-Хакимом и обструкция
со стороны иракских улама Неджефа очень огорчили и встревожили Хомейни, усмотревшего в этом свидетельство грозящей опасности не только
улама, но и всей умме в будущем. В своем очередном послании в Иран
от 22 ноября 1965 г. на имя своего племянника Шахабаддина Ишраки,
ставшего его представителем в Куме, Хомейни выразил свое глубокое
беспокойство ситуацией в его родной хаузе, так как он боится, что из-за
его возможного длительного отсутствия его коллеги улама «сдадутся»
под давлением и страхом преследований со стороны шахских властей
в Иране35. Он уверен, что это может произойти из-за разобщенности улама. «Необходимо понимать, что наше нестабильное положение основывается на различных трактовках иджтихада и взглядах на разные вопросы», – писал Хомейни 12 марта 1966 г. «Основываясь на сказанном, я хотел бы выразить мнение о необходимости поиска взаимопонимания между уважаемыми улама»36. Некоторые из улама, по мнению аятоллы, вообще не готовы к этому, а другие, что более опасно, понимают всю важность
33
Halm H. Shi’a Islam. P. 8.
34
Taheri A. Op. cit. P. 154.
35
Khomeini R. Expression of concern on the condition of Qom Religious Seminary //
Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 47.
36
Khomeini R. Diversity of opinions of the ulama and unity of the enemies // Khomeini R.
Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 71.
181
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
вопроса, но ничего не предпринимают для этого, придерживаясь принципа «такийя», невмешательства.
Аятолла Хомейни с горечью наблюдал за происходящими вокруг
него событиями, участником которых он не мог стать. В Иране он не мог
присутствовать по объективным причинам, а в отношении Ирака он чувствовал, что его здесь воспринимают как иностранца. На вопрос своего
ученика, почему тот не выступит против иракского режима так же как
он выступает против режима шаха в Иране, Хомейни ответил: «В Иране
нас поддерживает и нам помогает народ. В Ираке мы – иностранцы,
и мы одиноки. Иракский народ не признает нас, они не контактируют
с нами. Разорвав контакт, невозможно достичь цели»37.
В любом случае для аятоллы в приоритете находился Иран. В своих посланиях на родину он не раз признавался, что его «единственной
заботой остается ситуация в Иране»38. И уповая на волю Аллаха, по его
словам, он надеется, что «все будет хорошо». Однако развивающаяся ситуация говорила об обратном.
В соответствии с планами шахиншаха превратить Иран в современную страну, активно проводилась политика по секуляризации иранского
общества, что не могло не отражаться на положении улама. Так, образованная в 1964 г. под эгидой правительства Организация по делам вакфов,
предприняла шаги по урезанию вакфных земель мечети имама Резы в Мешхеде, планируя построить там новые городские кварталы39. Обращение
аятоллы Хомейни к премьер-министру Ховейде15 апреля 1967 г. привело
лишь к усилению контроля и преследованию священнослужителей и лиц,
поддерживавших их среди мирян. По приказу шаха полиция и САВАК
стали следить за отдельными шиитскими улама в Куме и Мешхеде, посещающими Неджеф для встреч с аятоллой Хомейни. В частности, был арестован аятолла Куми, и Хомейни обращается к аятолле Милани с просьбой держать его в курсе дела касательно судьбы арестованного40.
В своем обращении к премьер-министру Ховейде аятолла Хомейни
жестко раскритиковал правительственную политику, «которая разъедает основание независимости страны». По его словам, данная «политика
ведет к сохранению народа в состоянии отсталости, наподобие средневековья»41. Ничего хорошего народу, кроме «бедности и нищеты», она
37
Moin B. Op. cit. P. 146.
38
Khomeini R. Inquiring about the health of the family and relatives // Khomeini R. Sahifeh-ye
Imam. Vol. 2. P. 95.
39
См.: Дорошенко Е. А. Шиитское духовенство в двух революциях: 1905–1911 и 1978–
1979 гг. М. : Институт востоковедения РАН, 1998. С. 155.
40
Khomeini R. Inquiring about the arrest of Mr. Qummi // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2.
P. 126.
41
Khomeini R. Details of the corruption and treasons of the Shah and Hoveyda’s
administration // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 128.
182
Глава 8. Аятолла в изгнании: становление революционера
не несет, а под «именем конституционализма процветает самое деспотическое правительство, котороенарушает исламское учение»42. Шиитские
священнослужители, критикующие действия властей, защищают ислам
и народ. «Разве повинны религиозные центры в том, что они служат интересам ислама, мусульманам и мусульманским странам?, – вопрошает
аятолла Хомейни. – Это печально, что вы выступаете как иностранные
агенты, действующие слепо и беспрекословно»43. В конце он обращается
к правительству с призывом не притеснять улама, семинарии и студентов университетов лишь для того, «чтобы удовлетворить чьи-то капризы»,
подразумевая под этим Израиль, являющийся «врагом ислама и мусульман»44.
Естественно, что в преддверии запланированной на 26 октября
1967 г. торжественной коронации шахиншаха Мохаммада Реза Пехлеви
и его супруги императорским титулом требования аятоллы привели к обратным результатам. Среди сторонников аятоллы Хомейни в Иране прошли аресты, мадресе Файзие в Куме была временно закрыта, а талабы отправлены на каникулы. По признанию самого аятоллы Хомейни, в Куме
был блокирован его дом, а его старший брат сейид Мортаза Пасандиде
был арестован и отправлен в столицу, где его позже, правда, освободили. По словам Хомейни, «состояние дел в Куме трагично, и управление
делами мадресе в таких условиях еще больше вызывает тревогу за будущее»45.
Однако особенно тревожное чувство у аятоллы Хомейни вызвало
санкционированное властями обращение от лица улама с поздравлениями шахиншаха по случаю его коронации. Официально это должен был
сделать великий аятолла Мохсен аль-Хаким, передав поздравления через
иранского министра. Причем шахский двор прислал предварительно заготовленное поздравление, под которым и должен был поставить свою
подпись аль-Хаким. Попытка аль-Хакима внести правку в текст были отвергнуты, после чего тот сделал все, как ему было сказано. Параллельно вместе с «поздравлением» от аль-Хакима в Иране некоторые алимы
в городах провели праздничные мероприятия с зачитыванием призыва
к молитве в мечети с упоминанием имени шахиншаха. Описывая все эти
42
Khomeini R. Details of the corruption and treasons of the Shah and Hoveyda’s
administration // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 129.
43
Ibid. P. 130.
44
Ibid. P. 131.
45
Khomeini R. Explaining Iran’s deplorable situation // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2.
P. 163.
183
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
события, аятолла Хомейни признавался, что «эти новости очень расстроили его»46, особенно когда ряд уважаемых алимов пошли на поводу у шаха. Так, еще зимой 1965–1966 гг. в Неджефе аятолла Хомейни в своей
проповеди в мечети Шейха Ансари обрушился на тех ахундов, которые
оказались подкуплены властями. Такой алим, по словам аятоллы, опасен,
«он подвергает опасности теологический центр» и «может ввести в за-
блуждение умму»47.
На этом фоне аятолла Хомейни, узнав, что и среди его сторонников
оказались лица, являвшиеся его доверенными лицами по сбору от его имени «хумса» в Иране, в марте 1968 г. в фетве обнулил выданные ранее разрешения тем, кто стал вести религиозную деятельность в пользу шахской
власти. По его словам, такая деятельность противоречит исламу, подчеркнув: «Пусть Всевышний защитит нас от наших плотских желаний»48.
Ситуация с положением улама в Ираке также менялась не в лучшую
сторону, и аятолла Хомейни был непосредственным очевидцем этого.
Исторически так сложилось, что примерно 60% населения Ирака
было шиитами, остальные – суннитами, не считая мелких религиозных
групп, главным образом из христиан49. Однако, обладая численным большинством, традиционно шииты всегда находились в притесняемом положении со стороны суннитского меньшинства. Ситуация не изменилась
и после свержения монархии в Ираке в 1958 г., когда пришедшие к власти националисты из партии БААС50, обнародовали закон о легализации
политических партий в 1960 г.51Созданная при одобрении аятоллы Мохсена аль-Хакима «Исламская партия Ирака»52просуществовала только
год, так как была запрещена за критику властей и установку на построение исламского государства.
Период с 1958 по 1968 г. оказался весьма насыщенным в истории
Ирака, когда страна пережила три переворота, соответственно, в 1958,
1963 и 1968 гг. Лишь после военного переворота 17 июля 1968 г., когда
к власти пришел Ахмад Хасан аль-Бакр, ставший президентом и выдвинувший своего родственника Саддама Хусейна на руководство службой
46
Khomeini R. Explaining Iran’s deplorable situation // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2.
P. 161.
47
Khomeini R. Speech Number Eighteen // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 271.
48
Khomeini R. Annulment of the permission for the regime’s collaborators // Khomeini R.
Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 179.
49
Anderson L. D. The future of Iraq: dictatorship, democracy, or division. New York : Palgrave
Macmillan, 2008. P. 117.
50
БААС – «Партия арабского социалистического возрождения/воскресения» (араб. Hizb
al-Ba’th al-‘Arabi al-Ishtiraki).
51
См.: Конфликты на Востоке: Этнические и конфессиональные / под ред. А. Д. Воскре-
сенского. М. : Аспект Пресс, 2008. С. 166.
52
Nakash Y. The Shi’is of Iraq. Princeton : Princeton University Press, 1994. P. 135.
184
Глава 8. Аятолла в изгнании: становление революционера
безопасности, власти смогли сосредоточиться на насущных вопросах развития страны53. На состоявшемся в начале 1969 г. партийном съезде
БААС было принято решение о построении справедливого строя на основе социалистических лозунгов. В рамках проведения данной политики
делалась ставка на расширение и углублениесветских тенденций в жизни
общества, что неизбежно должно было отразиться на положении улама.
Можно согласиться с мнением Н. В. Степановой, отметившей, что
«шииты, представляющие самую отсталую в политическом, экономиче-
ском и культурном отношении часть населения, всегда являлись базой
оппозиционных настроений»54в отношении действующей власти, тем
более, когда в стремлении укрепления личной власти Ахмад Хасан альБакр стал активно укреплять личную власть, пользуясь услугами Саддама Хусейна. Авторитарные тенденции отразились и на Неджефе, когда
аль-Бакр попытался уничтожить автономию образовательных религиозных центров и подорвать влияние новообразованной в 1968 г. «Партии
исламского призыва» (араб. Хизб ад-даваа аль-исламийя) или просто «АдДаваа», поддерживаемой высшими улама Ирака во главе с аятоллой Мохсеном аль-Хакимом.
Отношения аль-Бакра и аль-Хакима испортились окончательно после того, как последний отказался осудить иранские власти, предъявившие претензии Ираку с требованием пересмотра соглашения о границе
1937 г. по реке Шатт-аль-Араб в Иране, известной под названием Арванд.
Усмотрев в этом проиранские взгляды шиитских улама в Неджефе, власти перешли к репрессиям. Весной 1969 г. из Ирака стали высылать шиитских богословов иранского происхождения, а также иранцев-талабов,
учившихся в иракских мадресе55. Летом 1969 г. власти пошли на бессрочное закрытие мадресе Неджефа с введением жесткой цензуры выпускавшейся религиозной литературы.
Как и ожидалось, аятолла Мохсен аль-Хаким вначале заявил о невмешательстве в политические дела. Однако после того, как власти сняли запрет на продажу алкоголя в священных городах Атабата, совпавших с начавшейся практикой пересмотра прав шиитскогодуховенства на вакфные
пожалования с целью их конфискации, глава иракских шиитов молчать
уже не мог. Попытки аль-Хакима протестовать привели к ответным обвинениям в его адрес в том, что он – иностранный агент на службе Ирана. Возмущенный и оскорбленный обвинениями в свой адрес, аятолла
аль-Хаким отправился в Багдад, чтобы попытаться как-то отстоять свою
53
Tripp C. A History of Iraq. Cambridge University Press, 2007. P. 188.
54
Степанова Н. В. История Ирака. XX век. М. : Институт востоковедения РАН, 2016.
С. 501.
55
Moin B. Op. cit. P. 144.
185
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
честь и достоинство. Однако все закончилось весьма трагически. Не справившись с психологическим перенапряжением, престарелый алим, которому было уже 80 лет, с сердечным приступом оказался на больничной
койке. Он скончался 2 июня 1970 г., не пережив нанесенного оскорбления
и личного унижения.
Смерть аль-Хакима вновь поставила вопрос: кто будет теперь главой
шиитской общины Ирака и Ирана. Показательным моментом стала реакция шахских властей Ирана, когда от имени шахиншаха были разосланы
телеграммы великим аятоллам в Кум, Мешхед и Неджеф. Из списка адресатов демонстративно было исключено имя аятоллы Хомейни. А приемником аль-Хакима, с подачи Тегерана, вновь стал представитель Неджефа в лице великого аятоллы Абул-Касима аль-Хои, тогда как представители иранских улама в лице аятолл Шариатмадари и Хонсари были проигнорированы. В подобной ситуации претендовавший на титул аятолла
Хомейни призвал своих сторонников в Куме и в Иране «не участвовать
в обсуждениях кандидатур, и тем более не выдвигать его кандидатом»56.
Мало того, через своего сына Ахмада Хомейни требует не увлекаться
политическими дрязгами, а сосредоточиться на своей непосредственной
обязанности – преподавания в мадресе.
Аятолла Хомейни за всем этим должен был наблюдать со стороны,
не принимая участия и не вмешиваясь во внутренние дела Ирака. Ему
оставалось только выступать с гневными заявлениями и обличениями, являясь по сути «гласомвопиющего в пустыне». Отслеживая происходящее
в Иране, увидев, что собой представляет кемалистская Турция, и наблюдая за ситуацией в Ираке, аятолла Хомейни к этому времени уже понимал, в каком кризисе находится институт улама, какую политику проводят местные правительства и чем она может грозить всем мусульманам.
Наиболее ярко это проявилось в реакции аятоллы Хомейни на сокрушительное поражение арабов в противостоянии с Израилем в ходе
кратковременной «Шестидневной войны», продлившейся с 5 по 11 июня
1967 г. Под впечатлением от происходящего аятолла обнародовал 7 июня
призыв-обращение, которое было зачитано по иракскому радио 9 июня
1967 г.
Фактически обращение стало обвинением правящих режимов, чья
политика привела к ситуации, когда из-за разобщенности мусульман Израиль нападает сразу на несколько соседних арабских стран. Эту разобщенность аятолла Хомейни демонстрирует на примере поведения шахского Ирана, чье правительство, декларируя себя как исламское, имеет
56
Khomeini R. Non-interference on the issues of marja’iyyah following the demise of
Mr. Hakim // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 282.
186
Глава 8. Аятолла в изгнании: становление революционера
тесные политические, военные и экономические связи с сионистским режимом57. Да и другие мусульманские правительства, которыеиз-за стремления сохранить свою власть, идут на сговор с империалистическими державами, желающими «сохранить наши уважаемые мусульманские правительства в рабстве и подчиненности империализму, чтобы эксплуатировать наши духовные и материальные ресурсы»58, – не лучше, уверен
он. Именно для сохранения раскола между мусульманскими народами
и правительствами империалистические державы пошли на образование
Израиля, этой «раковой опухоли», выросшей в самом сердце исламских
земель. Лечение такой болезни невозможно, необходима серьезная операция, так как пока она не будет удалена, «будет сохраняться угроза уничтожения мусульманских правительств и их народов». По словам аятоллы, правительствам братских мусульманских стран необходимо объединиться против общей угрозы. «Помощь Израилю, в любой форме, от продажи оружия и снаряжения до поставок нефти, должна стать запретным
действием – харамом, противоречащим исламу»59, – заявляет Хомейни.
Необходимо ввести полное эмбарго на израильские товары и услуги, чтобы сионистское образование оказалось в полной блокаде со стороны региональных стран и народов.
Осознавая всю серьезность положения для уммы, аятолла Хомейни
понимал, что в данных обстоятельствах еще не сложились условия для
кардинального решения проблемы. Как показывает анализ его деятельности конца 1960 – начала 1970-х гг., у него начинают формироваться
контуры проекта по спасению уммы, которые будут реализованы позже,
в период Иранской революции.
Видя разобщенность внутри улама, их несогласованность в отношении действий по защите ислама и его устоев, аятолла обращает свой взор
на молодежь в лице талабов мадресе, надеясь, что именно они должны
будут возглавить данное движение, названное им «исламским движением» (перс. нехзат-е ислами, ). Воспользовавшись тем фактом,
что с 15 ноября 1965 г. он возобновил свою преподавательскую деятельность, начав читать курс лекций по этике и фикху в мечети Шейха Ансари в Неджефе, он получил шанс напрямую общаться со студентами. Благодаря стараниям одного из учеников ходджат оль-ислама сейида Хамида Рухани60, сохранились отрывки этих лекций, вошедшие в отдельный
57
Khomeini R. Introduction to Speech Number Nineteen // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 285.
58
Khomeini R. Sanctions on the sale of weapons and oil as well as severance of commercial and
political relations with Israel // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 2. P. 143.
59
Ibid. P. 144.
60
Khomeini R. Foreword // Khomeini R. Jihad al-Akbar, The Greatest Jihad: Combat with the
Self. Tehran : The Institute for Compilation and Publication of Imam Khomeini’s Works, 2002.
P. 10.
187
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
сборник изречений аятоллы Хомейни под названием «Великий джихад:
борьба с самим собой», которые дополняют ряд его речей того времени.
Аятолла Хомейни исходит из того, что современное ему общество
напоминает времена пророка Мохаммеда, который в начале своего пути
действовал «во враждебной среде» и «перенес великие трудности, беды
и страдания, пока не донес послание ислама до людей»61. По его словам,
ислам столкнулся с серьезным вызовом, когда власть предержащие в исламских странах пытаются превратить его в подобие христианства, где
верующие люди занимаются исключительно молитвами и не несут ответственность за происходящее вокруг них. Однако «ислам – это не просто
молитва и паломничество»62, – уверен аятолла, это целая система, затрагивающая абсолютно все сферы жизнедеятельности человека. Сегодня,
сетует он, современная молодежь «даже не знает, что такое ислам вообще.
Они воспринимают ислам как необходимость совершать намаз и знать
несколько законов о ритуальной чистоте»63.
Охранителями и защитниками ислама выступают улама, на которых лежит огромная ответственность. «Если вы станете алимом страны,
вы будете нести ответственность за эту страну. Если вы становитесь марджаа исламской общины, вы несете ответственность за эту общину»64, –
предупреждает аятолла студентов. Он советует молодым талабам уже
сейчас начинать готовить себя к выполнению тяжелых обязанностей улама. Нужно с молодых лет ответственно подходить к выполнению своего
долга: «Вы должны начать сейчас, начать, пока вы молоды. Каждый ваш
шаг приближает вас к могиле. Нельзя терять времени; нет причин сдерживаться. Никто не давал вам гарантии, что вы проживете сто двадцать
лет»65.
Касаясь особой ответственности, которую несет улама перед всей
уммой, аятолла Хомейни предупреждает, что она очень высока, потому
как «семьдесят грехов будут прощены тому, кто невежественен, прежде
чем один грех будет прощен алиму»66. Когда простой смертный совершает грех, он ставит в опасность только свою душу, если грех совершает
алим, в опасности вся умма, уверен Хомейни. «Если алим испорчен и зол,
он развращает общество, хотя в этом мире мы не можем учуять его смрада», предупреждает аятолла и предостерегает: «Если алим испорчен, мир
61
Khomeini R. Speech Number Seventeen // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 249.
62
Ibid. P. 251.
63
Ibid. P. 257.
64
Ibid. P. 260.
65
Ibid. P. 261.
66
Khomeini R. Jihad al-Akbar, The Greatest Jihad: Combat with the Self. Tehran : The Institute
for Compilation and Publication of Imam Khomeini’s Works, 2002. P. 24.
188
Глава 8. Аятолла в изгнании: становление революционера
испорчен»67. Поэтому, чтобы управлять делами общины верующих, нужно научиться управлять своими чувствами. «Возьмите под свой контроль
язык, глаза, руки, уши и другие органы и конечности. Управляйте своими
делами и своими словами, – говорит он. – Если вы не в состоянии исправить и усовершенствовать себя, управлять и контролировать свою nafs
al-ammarah (душу-повелительницу), укротить свою эгоистичную похоть
и разорвать свои отношения и интересы с этим миром и материальными вещами, то после окончания месяца поста вам будет трудно это сделать»68.
Для того, чтобы талабам было легче ориентироваться в современной жизни, по мнению Хомейни, необходимо в семинариях официально
ввести курсы по этике и нравственному воспитанию, ведь на ее выпускниках лежит огромная ответственность перед теми, кого они призваны
направлять и наставлять. Необходимо внушать талабам мысль о полезности брать в качестве образца для подражания жизнь пророка Мохаммеда, непорочных имамов и святых (awliya). «Необходимо использовать
данное время для поиска своего духовного наставника», советует аятолла, «который будет вашим “учителем морали”, у которого в ходе встреч
и обсуждений, вы будите получать советы и наставления в своем нравственном воспитании»69. Помимо этого, он призывает своих учеников
следовать и его примеру, и его советам, пока он еще живой и может осуществлять над ними руководство70.
Годы пребывания в семинарии, по словам Хомейни, должны быть
потрачены не только и не столько на заучивание священных текстов и обрядов богослужения. Важен аспект внутреннего самосовершенствования
и внутреннего пробуждения. «Если ваша учеба, да защитит нас Аллах,
не ради Бога, а ради личных желаний, приобретения положения и власти,
звания и престижа, то вы не накопите себе ничего, кроме вреда и бедствия»71, – говорит он. Не стоит рассматривать свое пребывание в семинарии как возможность сделать карьеру, возглавив общину в каком-либо
городе или деревне. «Муавия также был вождем долгое время, но для себя он не добился ни результата, ни пользы, кроме проклятий, отвращения
и наказания в будущей жизни»72, – наставляет аятолла.
Улама призваны быть духовными образцами и морально-нравственными ориентирами для мирян, а для этого студенты, начиная с молодых
лет, должны идти по пути самосовершенствования и самоограничения,
67
Khomeini R. Jihad al-Akbar. P. 25.
68
Ibid. P. 45.
69
Ibid. P. 30.
70
Ibid. P. 65.
71
Ibid. P. 28.
72
Ibid. P. 30.
189
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
так как без этого невозможно продвигаться по пути к Богу. Хомейни отделяет выпускников семинарии от остальных верующих, являющихся простыми мирянами и, говорит: «Сколько дозволенного мирянам такого, чего вам не дозволено, а может быть, и запретно»73! Дело в том, что именно по поступкам и действиям священнослужителей миряне будут судить
о соответствии своих ожиданий и представлений об исламе и улама.
Аятолла Хомейни перечисляет черты и признаки, которые должен
воспитывать в себе истинный алим. Он призывает подавлять проявления темной сущности человеческой природы, которая поначалу может
даже не вызывать отторжения. «Эти вещи происходят постепенно. Сегодня неверный взгляд; завтра слово злословия; а на следующий день клевета на мусульманина, и мало-помалу эти грехи накапливаются в сердце,
делают сердце черным и мешают человеку достичь знания [ma‘rifat] Аллаха, пока не дойдет до того, что он все будет отрицать и отвергать истину»74. Поэтому аятолла призывает воздерживаться в повседневной жизни от злословия, клеветы, дурных отзывов о других мусульманах, чтобы
сердце не было переполнено злобой, ненавистью, завистью и подозрительностью друг к другу. По словам Хомейни, Всевышний не хочет, чтобы человек поражался болезнями, название которым – цинизм, эгоизм,
высокомерие и тщеславие.
«Любовь к себе и любовь к миру, являются корнями всех грехов и доставляют удовольствие»75, – предостерегает аятолла. Современный мир
окружает и затягивает слабые души в водоворот погибели. «Ваше будущее мрачно: многочисленные враги окружают вас со всех сторон; опасные дьявольские планы готовы к осуществлению, которые уничтожат вас
и семинарии. Колонизаторы мечтают о том, что они сделают с вами, с исламом и мусульманами»76.
В тяжелые времена, переживаемые уммой, как никогда остро стоит вопрос единства улама. Хомейни советует своим студентам воздерживаться от споров и распрей, которые могут их разобщить и ослабить
в противостоянии злу. Необходимо самоорганизоваться и пробудиться,
«чтобы решиться переплавить и очистить свои души и изменить себя»77, –
говорит Хомейни. Надо поддерживать хорошие отношения с «рабами божьими и праведниками», т.е. с верующими и священнослужителями, уважать улама, идущих по пути руководства (велаят-е факих), но быть нетерпимыми по отношению «к грешникам с их грехами и непокорностью»78.
73
Khomeini R. Jihad al-Akbar. P. 24.
74
Ibid. P. 46.
75
Ibid. P. 57.
76
Ibid. P. 64.
77
Ibid. P. 65.
78
Ibid. P. 41.
190