Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сейид из Хомейна портрет на фоне эпохи.pdf
Глава 7. «Движение 15 хордада» 1963 года: вызов шахской власти
представителя уже улама в Тегеран – аятоллы Рухоллы Камальванда и его
встреча с шахом. Как такового обмена мнениями не произошло, шах обрушился на шиитских улама, обвинив их в отсутствии поддержки и непонимании исторической важности предлагаемых им реформ. Шахиншах Мохаммад Реза Шах призвал шиитских улама «учиться у суннитского духовенства тому, как любить короля, ибо действительно последние молятся
за своего суверенного короля каждый раз, когда они завершают выполнение религиозного обряда»10.
Примерно 20 или 21 января в Куме прошла встреча улама на которой
обсуждался вопрос итогов аудиенции Камальванда у шаха и дальнейшие
шаги. Попытка аятоллы Хомейни консолидировать улама вокруг необходимости борьбы против шахскогореферендума не нашла поддержки большинства, которое высказалось за невмешательство в политические дела,
так как это может привести к ответным репрессиям со стороны властей.
После неудачи с улама Кума, аятолла Хомейни 22 января 1963 г. обращается напрямую к верующим, разъясняя необходимость скорейших
действий. Аятолла объясняет, что не так с этим референдумом. Во-первых, «референдумы не предусмотрены иранскими законами»11. Во-вторых, ни в каком законе не прописано, кто имеет право инициировать данный процесс. В-третьих, власти не выделили достаточно времени для широкого обсуждения в обществе плюсов и минусов предлагаемых реформ.
В-четвертых,власти не обеспечили широкие народные массы информацией о сущности предлагаемых реформ, за которые народ и должен голосовать.В-пятых, кампания по организации референдума и само голосование
должны проводиться «в свободной атмосфере, без давления, принуждения, угроз или запугивания, а это невозможно в Иране»12, – уверен аятолла. Поэтому проведение референдума не соответствует конституционным
нормам, а также противоречит положениям ислама. «Религиозные власти
считают, что Коран и религия находятся в опасности»13, – заявляет Хомейни и добавляет, что референдум призван стать прелюдией к дальнейшим
шагам по устранению влияния ислама из жизни Ирана, а сам референдум
есть не что иное, как обман со стороны властей.
Призыв аятоллы Хомейни встать на защиту ислама и выступить против нарушения Конституции привел к первым акциям протеста, которые
прошли 23–24 января в ряде городов страны, в частности в Тегеране и Куме. В столице во главепротестующих встали аятоллы Ахмад Хонсари,Мохаммад Мусави Бехбехани и шейх Мохаммад Таги Фальсафи. Последний
10
Khomeini R. Introduction to Speech Number Five // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 82.
11
Khomeini R. Revealing the aims and the nature of the Shah‘s illegal referendum // Khomeini R.
Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 134.
12
Ibid. P. 135.
13
Ibid. P. 136.
141
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
в жесткой речи решительно заявил о несогласии улама и народа с так называемым референдумом. После выступления люди начали скандировать:
«Иран – угнетенная страна; смерть угнетению»14.
На фоне традиционного закрытия базаров власти в столице провели задержания организаторов протестов – аятолл Хонсари и Бехбехани.
Полицию даже не смутил тот факт, что аятолла Хонсари был 75-летним
стариком! Показательно, что наряду с исламистами на улицы столицы вышли и сторонники светского Национального Фронта (НФ) под лозунгом
«Реформам – Да! Диктатуре – Нет!», которые также привели к массовым
арестам лидеров студентов15. В Куме акции протеста привели к столкновениям на улицах между талабами и переодетыми полицейскими. Утихомирить толпу смогли только выведенные на улицы солдаты гарнизона16.
Аятолла Хомейни в своем послании по поводу беспорядков в Куме выступил с обращением, в котором заявил, что попытки улама мирно разрешить расхождения с властями, привели к прямым запугиваниям
и агрессии против мирных граждан. «Кучка хулигановвместе с правительственными агентами» нападает на беззащитных жителей Кума, талабов
и улама, «бесчестя, избивая и арестовывая». Все эти ужасы происходят
на фоне готовящегося референдума, «что подразумевает свободное голосование и присутствие свободного электората»17. Единственное преступление, по словам Хомейни, которое совершают мусульмане и улама – это
то, что «они защищают Священный Коран, достоинство ислама и независимость нации»18.
В связи с массовыми протестами в центре шиитского богословия Куме шах решил 24 января лично посетить город и встретиться с улама. Однако, когда об этом стало известно аятолле Хомейни, он призвал своих
сторонников бойкотировать шахский визит. Попытки представителей губернатора Кума по приказу шаха встретиться с уламаи договоритьсяоб отказе саботажа шахского визита ни к чему не привели. Аятолла Хомейни
был неумолим и прервал встречу19.
Торжественный визит шахиншаха именно в Кум был не случаен,
и в определенной степени символичен, являясь вызовом улама. Согласно
плану мероприятия шах должен был вручить документы на передачу земельных участков отдельным крестьянам округа Кум. Проводя эту акцию,
14
Khomeini R. Introduction to Speech Number Five // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 84.
15
Moin B. Op. cit. P. 86.
16
Khomeini R. Introduction to Speech Number Six // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 90.
17
Khomeini R. Assault of the police forces and SAVAK agents on the people and students in
Faydiyyah Madrasah and in the streets of Qum // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 141.
18
Khomeini R. Mr. Khwansari and Mr. Behbahani under house arrest in Tehran by the agents
of the regime // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 140.
19
Khomeini R. Introduction to Speech Number Six // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 91.
142
Глава 7. «Движение 15 хордада» 1963 года: вызов шахской власти
Мохаммад Реза Шах заявил: «Никто не может утверждать, что он ближе
к Богу или имамам, чем я»20.
Однако в Куме 24 января встречать шаха, кроме крестьян из окрестных деревень и специально доставленных из Тегерана людей, никто из горожан не вышел. В самом городе магазины и школы на центральной улице, по которой следовал шахский кортеж, были закрыты, государственная
символика отсутствовала. Все это привело в бешенство шаха, который
на площади у мавзолея Фатимы Масумэ вместо заранее заготовленного
выступления разразился гневной бранью, которую пришлось позднее кардинально редактировать, чтобы опубликовать на следующий день в газетах. Шах обрушился на мулл, назвав их «черными реакционерами», которые не желают понять, что мир изменился, и что женщины уже не могут
терпеть, чтобы к ним относились, как к детям и идиотам.
Шах буквально был на грани нервного срыва, когда заявил, что муллы «всегда были глупцами и кучкой реакционеров, чьи мозги застыли.
Их мозг уже не работает тысячу лет. Они представляют себе жизнь как
нечто не существенное, пригодное только для того, чтобы есть и спать,
дурить других и вести паразитический образ жизни»
21
. Его же реформы
призваны ввести Иран в «эпоху реактивных самолетов», тогда как муллы
хотят оставаться «во временах доисторического человека». Позже, принимая несколько улама, шах обвинил всех мулл «в содомии и работе агентами британцев»22.
Аятолла Хомейни, комментируя встречу с шахом в Куме, в свою очередь обвинил власти страны в бесчеловечном обращении с гражданами
и оскорбленииулама города, в связи с чем нет ничего удивительного в том,
что в данный момент нельзя было говорить о каком-либо соглашении.
По мнению аятоллы, шах должен принести извинения уважаемым улама
и отправить в отставку премьер-министра Асадаллу Алама, который «является главным виновником во всем происходящем»23.
Шах не внял предложению Хомейни, не отправил в отставку Алама
и не отменил референдум, который, как и планировалось, прошел 26 января 1963 г. Согласно официальным обнародованным результатам за реформы проголосовали 5,5 млн голосовавших из 6,1 млн имевших право голоса24. Причем в столице официальные цифры составили 520 тыс. – «за»
20
Akhavi S. Religion and politics in contemporary Iran: clergy-state relations in the Pahlavī
period. Albany : State University of New York Press, 1980. P. 104.
21
Moin B. Op. cit. P. 88.
22
Taheri A. Op. cit. P. 136.
23
Khomeini R. The need for the removal of Alam from the premiership // Khomeini R. Sahifeh-
ye Imam. Vol. 1. P. 142.
24
Axworthy M. A history of Iran: empire of the mind. New York : Basic Books, 2010. P. 242.
143
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
и только 843 – «против»25. Референдум бойкотировался Национальным
фронтом и муллами. Однако все равно власти объявили, что 99% голосовавших поддержали реформы26. Несмотря на сомнения в чистоте голосования и заявленной явке27, администрация президента Д. Кеннеди незамедлительно отправила шаху поздравительную телеграмму, пожелав ему
и дальше вести народ «по пути прогресса и процветания»28.
В данных обстоятельствах аятолла Хомейнипризвал верующихк пассивному сопротивлению в месяц рамадан, начавшийся 28 января, в знак
протеста против ареста десятка мулл и критики неисламских действий шаха. С приближением окончания священного месяца рамадан 26 февраля
он наконец выступил с обращением по поводу прошедшего референдума.
Хомейни констатировал провал шахского мероприятия и призвал народ
«решительно выступить против незаконной и кощунственной деятельно-
сти этого правительства». По его словам, проведенный референдум – это
фикция, ставшая полным позором для властей страны. «Это должно послужить уроком, который заставит власть пробудиться и изменить свою
политику»29. Угрозы и аресты улама не испугают и не отменят решимость
защищать и дальше ислам и независимость нации. «Вы действительно верите, что сможете заставить священнослужителей замолчать?»30, – вопрошал аятолла Хомейни, обращаясь к властям.
В начале марта Хомейни при поддержке других улама Кума составил декларацию на имя премьер-министра, в которой изложил аргументы
антиконституционности действий властей, инициировавших проведение
референдума по пакету реформ. По мнению аятоллы, выносимые на референдум реформы не соответствуют и прямо противоречат статьям Конституции. Например, там говорится о праве голоса только для «гражданина», что исключает, как считает аятолла, трактовку термина в смысле
«гражданка»31. Принятие на референдуме реформы о предоставлениипра-
ва голоса женщинам аннулирует тем самым Конституцию страны. Развивая логику действия правительства, получается, что и данное правительство, созданное на основании норм Конституции, также аннулируется, так
как его деятельность противоречит этой самой Конституции, так же как
25
Khomeini R. Introduction to Speech Number Seven // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 95.
26
Amjad M. Op. cit. P. 79.
27
Algar H. A short biography. P. 32.
28
Ibid. P. 32.
29
Khomeini R. The need to resist against the regime‘s illegal acts // Khomeini R. Sahifeh-ye
Imam. Vol. 1. P. 149.
30
Ibid. P. 150.
31
Khomeini R. Joint declaration of the maraji„ and „ulama‟ of Qum on the illegality of the
«women‘s suffrage» plan // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 144.
144
Глава 7. «Движение 15 хордада» 1963 года: вызов шахской власти
и все инициируемые властями страны законопроекты о реформах, вынесенных на референдум!32По словам Хомейни, своими непродуманными
действиями власти ведут страну к юридическому коллапсу. Спасением
может стать только возвращение к законам ислама, где прописываются
все стороны жизнедеятельности и правовой статус женщины33. По мнению Хомейни, «духовенство предвидело все эти инциденты, свидетелями которых вы являетесь сейчас и увидите в будущем, и упоминало о них
в своих заявлениях несколько месяцев назад, а теперь они объявляюто все
больших и больших опасностях, опасаясь последствий этих скачков для
страны, ее независимости, экономики и всех ее дел»34. В конце декларации выражается надежда на то, что власти страны не будут и дальше идти
намеченным курсом, а будут учитывать мнение народа и улама.
13 марта последовал уже отдельный призыв к властям от лица аятоллы Хомейни, в котором он призвал верующих не праздновать приближающийся праздник Ноуруз, так как новый год не несет никакой радости
и счастья для народа, а только страдания и мучения, которые станут итогом антиисламской и антинародной политики «деспотического режима».
По словам аятоллы, факт проведения референдума стал очевидным проявлением следования властей страны в интересах евреев, Америки и Израиля, что представляет собой вызов для улама, ислама и независимости
страны. «На мой взгляд,– заявляет Хомейни, – решение состоит в том, чтобы это деспотическое правительство было отправлено в отставку из-за нарушения исламского закона и конституции, и к власти пришло правительство, которое заботится о соблюдении исламского закона и об иранской
нации»35.
Так и не получив какой-либо реакции на свое обращение от властей
страны, аятолла Хомейни 20 марта в канун Ноуруза в своем обращении
ужесточил риторику в отношении шахских властей, заявив, что их молчание в данной ситуации свидетельствует об осуществляющемся заговоре
против ислама и Корана. Власти страны выступают всего лишь марионетками империалистических держав, которые хотят «отменить законы ислама и сделать Коран устаревшим»36. Народ, страна и вера, по мнению Хомейни, находятся в смертельной опасности. Сейчас нельзя молчать и делать вид, что ничего не происходит. Аятолла уверен в необходимости пе-
32
Khomeini R. Joint declaration of the maraji„ and „ulama‟ of Qum on the illegality of the
«women‘s suffrage» plan // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 146.
33
Ibid. P. 147.
34
Ibid. P. 148.
35
Khomeini R. Protest against disregarding essential laws of Islam and the Quran // Khomeini R.
Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 151.
36
Khomeini R. The imperialist plots against Islam; the grave duty of religious scholars //
Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 155.
145
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
рехода к решительным действиям. Надо быть готовым к тому, что вас могут убить, арестовать, избить, оскорбить, молодежь могут призвать в армию, но это не должно останавливать в выступлении против «коррумпированного режима». Сам Хомейни заявляет о своей решимости активно
выступать против «деспотической власти», «если они хотят избавиться
от такой неприятности, как я, им нужно изгнать меня из этой страны»,
но пока «я здесь, я не позволю деспотическому режиму разрушить независимость страны»37. В своих действиях аятолла Хомейни призывает равняться на имама Али ибн Абу Талиба, выступившего против Муавии, и пожертвовавшего своей жизнью, выбрав участь шахида, мученика за веру.
Хомейни выражает надежду, что и в современном Иране еще живы «дети Фатимы», и «они не позволят врагам посягнуть на исламские святыни
или передать судьбу мусульман евреям или Израилю»38.
Прямые нападки и обвинения шахской власти в предательстве национальных интересов страны вызвали гнев шахиншаха Мохаммада Реза
Шаха, приказавшего силой подавить недовольство среди талабов и улама в Куме39. Для властей ситуация осложнялась тем, что на 22 марта выпал день смерти шестого шиитского имама Джафара ас-Сидика, убитого
по приказу халифа Харуна ар-Рашида, которому Шахерезада рассказывала на ночь «Сказки тысячи и одной ночи». В Куме намечались массовые
мероприятия по поминовению имама, и, как опасались власти, они могли вылиться в антиправительственные манифестации. А учитывая святость города в восприятии верующих, туда должны были прибыть тысячи паломников, и это могло привести к дестабилизации ситуации во всей
стране.
Ранним утром 22 марта 1963 г. жителей пригорода Кума разбудил
шум двигавшихся колонн из военных грузовиков, на которых находились
солдаты элитной Имперской гвардии, занявшие все въезды и стратегические места в городе40. Вместе с солдатами в Кум из Тегерана автобусами
прибыли необычные паломники. Это были молодые люди, хорошо сложенные физически и одетые в крестьянские или рабочие одежды41. Тахери пишет, что власти наняли около 2 тыс. человек из служащих «Водоснабжения Тегерана», выплатив им по 3,5 долл. США, которые были
37
Khomeini R. The imperialist plots against Islam; the grave duty of religious scholars //
Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 159.
38
Ibid. P. 161.
39
Gordon M. Ayatollah Khomeini. New York : Chelsea House Publishers, 1988. P. 57.
40
Khomeini R. Introduction to Speech Number Nine // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 106.
41
Moin B. Op. cit. P. 90.
146
Глава 7. «Движение 15 хордада» 1963 года: вызов шахской власти
перевезены в Кум, где провели демонстрацию под лозунгами «Да здравствует шах»42! К тому же в толпе паломников было также много переодетых агентов полиции и САВАК.
Традиционно на таких мероприятиях паломники посещали дома уважаемых улама, которые обращались к ним с соответствующими проповедями. «Официальные» мероприятия проводились в мавзолее Фатимы
Масумэ и в мадресе Файзие.
Одним из аятолл, у дома которого собирались толпы паломников,
был и Хомейни, который также выступил с обращением к собравшимся
с речью, в которой рассказал о жизненном пути имама Джафара ас-Сидика и важности его поминовения. Однако на протяжении всего выступления аятоллы, его речь постоянно прерывали криками восхваления имама Джафара, а также лозунгами, славящими шаха. Это заставило аятоллу через своих помощников обратиться к хулиганам с просьбой не нарушать церемонию43. Столкновения удалось избежать, и провокаторы были
удалены из толпы. Но не везде все прошло гладко, как у дома аятоллы
Хомейни.
Главные мероприятия проводились в мадресе Файзие, где с проповедью выступал аятолла Гольпаэгани. К полудню огромные толпы стеклись к мадресе, и аятолла решил выступить во дворе учебного заведения.
Территория всего мадресе была оцеплена солдатами, а в толпе оказалось
много провокаторов и переодетых полицейских. После того, как проповедь Гольпаэгани стала прерываться выкриками из толпы, начались потасовки, вылившиеся в массовые столкновения с применением ножей, дубинок и палок. Во главе тех талабов, кто выступил против провокаторов,
оказался один из учеников аятоллы Хомейни, шейх Садег Халхали44, попытавшийся организовать отпор хулиганам, но неудачно. В результатедва
талаба – Хасан Неджати и Карим Борхан были смертельно ранены45. Тогда для разгона толпы и пресечения столкновений были задействованы
войска, размещенные вокруг мадресе, которые провели «зачистку» территории учебного заведения, а потом и близлежащий студенческий кампус. В ходе штурма более сотни человек были ранены и более десятка
убиты46.
Разгневанный случившемся, Хомейни решил лично посетить мадресе, чтобы воочию убедиться в устроенном солдатами погроме. Однако его
42
Taheri A. Op. cit. P. 127.
43
Khomeini R. Introduction to Speech Number Nine // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 107.
44
Willett E. Ayatollah Khomeini. New York : The Rosen Publishing Group, 2004. P. 43.
45
Bakhshāyishī A. Ten decades of ulama’s struggle. P. 142.
46
Irfani S. Iran’s Islamic revolution: popular liberation or religious dictatorship? London : Zed
Books, 1983. P. 81.
147
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
сторонники и старший сын сейид Мостафа не дали ему покинуть дома.
Хомейни тогда сравнил действия солдат шаха с действиями солдат Чингизхана. «Сын Реза хана выкопал сам себе могилу и будет в ней же и похоронен»47, – заявил он.
Согласно официальной версии, распространяемой в прессе, в Куме
столкновения произошли между крестьянами, поддержавшими реформы
шаха, и улама с талабами, выступившими против. Данная версия, естественно, шла вразрез с точкой зрения аятоллы Хомейни,призвавшего всех
правоверных посетить в больницах пострадавших и сдать кровь раненым.
Уже с вечера и на протяжении следующей недели он ведет активную переписку с улама по всей стране. Для него то, что произошло в Куме, и в особенности в ходе штурма мадресе Файзие – это верх варварства и дикости,
проявленных властями страны по отношению к правоверным мусульманам. В многочисленных телеграммах от его имени действия властей сравниваются с жестокостями армий Чингисхана48, а защита ислама и его ценностей проявилась в действиях улама и талабов как явная параллель с трагедией Кербелы49.
Однако, касаясь общей реакции на произошедшую трагедию в Куме,
можно сказать, что в стране в целом было все спокойно. Во многом это
было вызвано и фактом замалчивания в иранских медиа событий в Куме.
Лишь в Тебризе в мадресе Талибия также произошли столкновениямежду
талабами и агентами САВАК, приведшие к вмешательству полицейских
сил и гибели одного из служащих правопорядка50. В отличие от страны
в доме самого аятоллы Хомейни проходили жаркие дебаты его сторонников, где слышались и требования провозгласить джихад, но аятолла пока
хранил молчание. Только 27 марта 1963 г. он заявил: «Создав данную катастрофу, режим тирана приговорил себя к гибели. Он умрет, и мы будем
победителями»51.
Аятолла Хомейни воспринял действия властей как покушение и вызов авторитету улама в обществе. Сравнение непропорциональной реакции со стороны военных против паломников и талабов при разгоне в мадресе Файзие с жестокостью и насилием в ходе монгольского вторжения
в Иран было не в пользу действующей власти. По словам Хомейни, монголы, хотя бы были иноплеменниками и чужеземными завоевателями,
которые вторглись в страну с намерениями ее завоевания, ограбления
47
Moin B. Op. cit. P. 95.
48
Khomeini R. Acknowledging the sympathies on the disastrous assault made on Faydiyyah
Madrasah by the agents of the Shah‘s regime // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 164.
49
Ibid. P. 167.
50
Khomeini R. Introduction to Speech Number Nine // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 108–
109.
51
Taheri A. Op. cit. P. 129.
148
Глава 7. «Движение 15 хордада» 1963 года: вызов шахской власти
и убийств, тогда как представители армии и полиции являются гражданами Ирана, но ведут себя по отношению к своим согражданам хуже иностранных завоевателей. Главная вина за произошедшее ложится на власти
страны, а именно на премьер-министра Асадаллу Алама, отдавшего преступный приказ, приведший к жертвам среди мирного населения. В обращении к верующим аятолла Хомейни прямо заявил: «Я объявляю импичмент г-ну Аламу, в настоящее время занимающему пост премьер-министра, от имени нации»52. Более того, он торжественно пообещал, что
готов умереть от «штыков ваших агентов», но не отступит, так как действующая «администрация поставила под угрозу экономику, сельское хозяйство, промышленность, культуру и религию страны»53, и страна находится на грани разрушения.
В ответ на обращения аятоллы Хомейни встать на защиту святынь
ислама в Куме шел поток телеграмм со всех уголков страны, как от улама,
так и от гражданского общества. Обращения и слова поддержки приходили не только от иранских улама, но и от шиитского духовенства священных шиитских городов Ирака – от улама Неджефа и Кербелы – от аятолл
оль-озма Хои, Шахруди и аль-Хакима54.
В знак сочувствия и поддержки теологическому центру Кума духовенство Тегерана, Мешхеда, Исфахана, Шираза и ряда других городов объявило забастовку с 26 марта по 1 апреля 1963 г., когда муллы
отказались посещать мечети для проведения служб, а также в этот период не проводились совместные молитвы верующих. Как только стало известно об этой забастовке, базары Тегерана и других городов страны закрылись на 3 дня, как и магазины на многих улицах южного Тегерана. В Мешхеде, когда до горожан дошли известия о произошедшем
в Куме, в мадресе Файзие толпа подожгла триумфальные арки и украшения, которые были приготовлены для приветствия шаха в ходе его торжественного посещения города и мавзолея имама Резы, запланированного
на 31 марта. В результате визит шаха в Мешхед был отложен, хотя официальная печать заявила, что причиной отмены стало ухудшение погодных
условий55.
Стремясь разрядить обстановку и помочь сохранить жизнь аятолле
Хомейни, аятолла аль-Хаким из Неджефа, являвшийся марджа-йе таглид,
52
Khomeini R. Impeaching Asadullah Alam (the then Prime Minister) // Khomeini R. Sahifeh-
ye Imam. Vol. 1. P. 175.
53
Ibid. P. 176.
54
Khomeini R. Introduction to Speech Number Eleven // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 117.
55
Ibid. P. 118.
149
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
обратился к властям Ирана с предложением организовать переезд аятоллы Хомейни в Ирак. Послание было якобы даже поддержано шахом, который отправил к Хомейни 3 апреля официальную делегацию из полковника Бади, главы службы безопасности Кума, полковника Партоу, главы
полиции и губернатора Кума. Однако Хомейни, узнав, что они пришли
по поручению шаха, отказался их принимать. Тогда они отправили свое
послание через аятоллу Шариатмадари, устно передав, что это будет лучший выбор для Хомейни в данных обстоятельствах. В противном случае,
если он останется в Иране и будет и дальше провоцировать беспорядки,
то последствия могут быть самыми мрачными. По их словах, шах не шутит, аятолла может и погибнуть, его честь будет поругана, а дом будет
разграблен.
Телеграмма аль-Хакима на самом деле была. В ней он действительно
предлагаетулама Кума переехать в Атабат56. Узнав о приглашении, Хомейни встретился с другими священнослужителями для его обсуждения. Все
понимали, что в данном случае уехать будет легко, а вернуться – сложнее. Поэтому было решено, что Хомейни мягко откажется от приглашения аль-Хакима. В письме на имя аятоллы Мухсина Табатабаи аль-Хакима, Хомейни благодарил за приглашение, приветствуя данный шаг как
проявление единства иранских и иракских улама. Это было важно, так
как «я надеюсь, что мы сможем защитить независимость страны, отсечь
посягающие на нее руки иностранцев, защитить землю ислама и Корана
и предотвратить любое нарушение основных законов ислама»57. Однако
покинуть сейчас Кум и Иран, по мнению Хомейни, будет означать поставить этот шиитский центр на грань разрушения, отдать его на поругание
богохульникам и атеистам. Долг призывает оставаться «в этом пылающем
огне, будем терпеть угрозы нашей жизни, чтобы защитить ислам и мусульман»58. То же самое содержалось и в письмах от аятолл Гольпаэгани
и Шариатмадари на имя аль-Хакима.
Реализуя политику по ослаблению улама поддержки, в первой половине апреля 1963 г. по приказу шаха в Куме начался насильственный призыв талабов в армию. Карточки на освобождение группы священнослужителей, выданные Министерством культуры, были разорваны агентами режима, и затем большое число этих священнослужителей было арестовано
и отправлено на военную службу59. Сотни молодых людей, которым даже
не дали время на то, чтобы попрощаться с семьями или родителями, отправляли в грузовиках в казармы. Одним из таких «новобранцев», кстати
56
Moin B. Op. cit. P. 97.
57
Khomeini R. Mr. Hakim‘s invitation of the Iranian „ulama‟ for migration to Najaf and the
other holy cities in Iraq // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 1. P. 178.
58
Ibid. P. 179.
59
Khomeini R. Introduction to Speech Number Eleven // Khomeini R. Kawthar. Vol. 1. P. 120.
150