Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сейид из Хомейна портрет на фоне эпохи.pdf
Глава 13. Затяжная «война до победы» и перемирие
то она хвалит саму себя и свою политику, согласно которой ей должны
подчиняться. Если же Америка критикует, например Иран, это означает,
что Иран не подчиняется диктату Америки»
108
. Аятолла призывает продолжать следовать по избранному пути до полной победы над врагами ислама. «Мы должны противостоять Израилю и агрессорам всеми нашими
материальными и духовными силами. Мы должны сопротивляться и помогать в сопротивлении всем тиранам и угнетателям. Мы должны спешить участвовать в этом преследовании, выявлять соглашателей и знакомить их с народом»
109
.
Однако риторика аятоллы Хомейни разбивалась о суровые реальные
будни, в которых находился Иран на восьмом году войны. Парадокс заключался даже в том, что, имея численность населения в 3 раза большую, чем Ирак, иранская армия на начало 1988 г. насчитывала всего
600 тыс. человек, тогда как противник мобилизовал около 1 млн солдат
110
Из-за тяжелой ситуации Ирану пришлось отказаться от наступательных
операций, перейдя к обороне и отдав инициативу иракской армии, которая весной перешла к осуществлению успешных операций по освобождению оккупированных территорий. Так, в ходе операции 17–18 апреля 1988 г. иракские войска полностью освободили от иранцев полуостров Фао. Более 10 тыс. иранских солдат попали в плен
111
. После этого
иракские войска приступили к полному освобождению своей территории от присутствовавших иранских подразделений в окрестностях Басры.
25 мая была начата операция, приведшая в итоге к полному исходу деморализованной и дезорганизованной иранской армии с территории Ирака.
К концу июня иракские войска полностью выбили иранцев с островов
Маджнун в дельте Шатт-эль-Араб и вышли на территорию Ирана
112
.
Военное положение Ирана осложнялось и тем фактом, что весной
с активизацией Ирака на линии фронта начались прямые столкновения
с американским флотом в водах Персидского залива, чьи корабли конвоировали нефтяные танкеры от Кувейта к Ормузскому проливу. «Апогеем» такого противостояния стал трагический инцидент с иранским пассажирским самолетом Airbus A-300 авиакомпании «Iran Air», выполнявшей
рейс 3 июля по маршруту Бендер – Абас – Дубай. Капитан американского
эсминца ВМС США «Винсеннс» ошибочно определил цель как иранский
.
108
Khomeini R. Divine helps in the victories of the nation and the authority of the Iranian nation
in the world // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 20. P. 449.
109
Khomeini R. Sinister alliance of the powers against Islam // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 20. P. 462.
110
Williamson M., Woods K. M. Op. cit. P. 317.
111
Razoux P. Op. cit. P. 442.
112
Axworthy M. Revolutionary Iran. P. 272.
371
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
истребитель, по которому был открыт огонь. Все находившиеся на борту
пассажиры и члены экипажа в количестве 290 человек погибли
113
.
Известия о трагедии с иранским авиалайнером вызвали бурю негодования в стране и рост антиамериканских настроений. Аятолла Хомейни
отреагировал тем, что призвал «отдать все свои силы служению войне»,
которую он назвал «тотальной войной против Америки и ее последова-
114
телей»
. При этом он уточнил что объявляемая война – это не обычная
война, понимаемая как столкновение из-за территорий между двумя странами. Верный своему принципу противостояния мировому злу – великому сатане, который олицетворяется США, он заявил, что данная война –
«это война нашей школы мысли против всех форм угнетения и тирании.
Наша война – это война ислама против всех неравенств капиталистического и коммунистического мира. Наша война – это война босых против
роскоши ленивых богачей и правителей мусульманских стран»
115
. Поэтому она ведется не оружием, и не имеет ограничений в виде государственных границ и территорий.
Несмотря на массовую истерию, у страны объективно не было ресурсов продолжать боевые действия и тем более выходить на новый уровень прямого противостояния с США. Внутри политической элиты росла
тревога от возможности негативного исхода в продолжении войны с Ираком. Наиболее остро это ощущение приближающейся катастрофы описал
опальный политик Мехди Базарган, отправивший в мае 1988 г. на имя аятоллы открытое письмо. В нем он раскритиковал проводимую политику,
основывающуюся на призывах к продолжению войны, заявив, что заявления о скором поражении и падении режима Саддама Хусейна оказались
ошибочными. Мало того, все говорит о том, что это Иран, а не Ирак близок, как никогда, к банкротству своей экономики, в которой нарастают
кризисные явления. В заключении своего письма Базарган призвал аятоллу прекратить спекуляции вокруг «пролитой крови наших мучеников»
116
Хотя письмо Базаргана и не было опубликовано, оно отражало объективные процессы, происходившие в стране и в обществе после 8 лет
войны. Так, например, подразделения КСИР в отличие от первых лет войны, когда они формировались за счет добровольцев, в 1988 г. состояли
на 80% уже из призывников. На военные нужды в 1988 г. уходило 41%
бюджетных расходов. В то же время доходы от нефти уже не дотягивали
до шахского времени. Сами доходы от нефти упали с 20 млрд долларов
.
113
Razoux P. Op. cit. P. 448.
114
Khomeini R. Reply to message of condolence on martyrdom of tens of Iranians as the result
of downing of Iran’s passenger plane by America // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 21. P. 67.
115
Ibid. P. 66.
116
Axworthy M. Op. cit. P. 272.
372
Глава 13. Затяжная «война до победы» и перемирие
в 1982 г. до 9 млрд в 1988 г., тогда как на войну уходило 10 млрд долларов в 1988 г.
117
Уже в мае 1987 г. аятолла Хомейни санкционировал решение премьер-министра Мусави о введении в стране системы твердых цен
на товары первой необходимости
118
. Наименее обеспеченные граждане
получали минимальный набор продуктов на основе распространенной
карточной системы. Естественно, данное решение было вызвано растущей инфляцией, дефицитом и сохраняющейся безработицей на фоне увеличивающейся численности населения, выросшей с 33 до 50 млн человек
с 1978 по 1986 г.
составил всего 54% дореволюционного уровня 1976 г.
119
В довершение всех проблем, уровень ВВП в 1988 г.
120
В сложившихся условиях Иран не мог себе позволить пойти на эскалацию с США, что понимали в руководстве страны. Пожалуй, главным
противником подобного подхода стал А. А. Хашеми Рафсанджани, являвшийся верховным командующим и представителем Высшего совета
обороны, курировавшего действия как армии, так и подразделений сепах. По его инициативе состоялись консультации военного руководства
14–15 июля, что вылилось в письмо главы сепах Мохсена Резаи, в котором были подведены итоги обсуждений и приведены необходимые действия Ирана для достижения военной победы. Выводы выглядели крайне
неутешительно. Заявлялось, что продолжение боевых действий займет
еще 5 лет, но для этого необходимо мобилизовать 350 бригад, и поставить
армии 2,5 тыс. танков, 3 тыс. артиллерийских орудий и 300 самолетов
121
Письмо было передано Рафсанджани лично аятолле Хомейни, который по причине своей болезни не смог участвовать в большой дискуссии политического руководства страны, прошедшей 16 июля в Тегеране,
в присутствии глав четырех властей – правительства, маджлиса, Верховного суда и Наблюдательного совета. Дебаты были жаркими и продолжительными, затянувшиеся за полночь, но наличие жестких фактов, военных и экономических, заставили собравшихся принять неизбежное –
убеждать Хомейни в необходимости перемирия с Ираком. Для этого были делегированы Рафсанджани и Хаменеи, которые перед встречей с имамом отправились в Кум для консультации с аятоллой Монтазери. Тот
заявил, что настаивал на прекращении войны еще год назад, поэтому
он поддерживает данное решение
122
.
.
117
Wright R. B. In the name of God. P. 176.
118
Khomeini R. Fixing prices of goods by the government // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 20. P. 245.
119
Omid H. Op. cit. P. 205.
120
Axworthy M. Op. cit. P. 296.
121
Ibid. P. 279.
122
Wright R. B. In the name of God. P. 188.
373
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
Ответ аятоллы Хомейни последовал только 20 июля после нескольких дней тяжелых размышлений. Согласие на перемирие с Саддамом Хусейном и отказ от военной эскалации с США были даны под влиянием
коллегиального решения политической и духовной элиты страны, которое аятолла не мог проигнорировать. В своем большом послании по случаю грядущей годовщины трагедии в Мекке в период хаджа 1987 г. он заявил, что «даст Бог, мы избавим наши сердца от сокрушения, отомстив
Америке и дому Сауда в подходящее время, и возложим на их сердца
тяжелую утрату и сожаление о сладости этого смертного преступления
и отпразднуем победу истины над силами неверия и лицемерия»
123
. Отказываясь от мести сейчас, Иран не отказывается от своей политики «расширения влияния ислама в мире и обуздания гегемонии миропожирателей (т. е. сверхдержав. – А. Б.).
Временное отступление, по словам аятоллы, не означает готовность
к заключению «компромисса с Америкой, Советским Союзом, неверием
и политеизмом»
нием властей «сохранить ислам и основы революции»
124
. Действия Ирана в данный момент вызваны стремле-
125
, заявил рахбар,
вновь повторив свое утверждение о ведущейся войне как об «идеологической войне, не признающей ни географии, ни границ». Это вовсе не означает принижение понесенных жертв в войне с режимом Саддама Хусейна. Критикам продолжения боевых действий после освобождения территории Ирана аятолла Хомейни отвечает: «Пока есть господство Востока
и Запада, есть борьба, и пока есть борьба, мы здесь»
126
. Все действия
совершаются по воле Бога, которой и следует руководствоваться, уверен
аятолла, «какова бы ни была воля божья, мы готовы встретить ее лицом
к лицу; и мы повинуемся повелению Бога»
127
.
Однако в силу событий и факторов, «о которых я сейчас воздержусь
от упоминания и принимая во внимание мнение всех высокопоставленных политических и военных экспертов страны», аятолла с горечью заявляет о том, что согласился принять резолюцию СБ ООН 598 о прекращении огня с Ираком. Для него это стало трудным решением, и оно символизирует «выпитую чашу с ядом»
128
. Символично и показательно в данном
случае то, что аятолла Хомейни одновременно апеллирует и к воле Аллаха, и к консолидированному мнению официальных лиц страны, и это
123
Khomeini R. Anniversary of the bloody Mecca Massacre and acceptance of the UN Resolution
598 // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 21. P. 73.
124
Ibid. P. 78.
125
Ibid. P. 81.
126
Ibid. P. 83.
127
Ibid. P. 84.
128
Khomeini R. Anniversary of the bloody Mecca Massacre and acceptance of the UN Resolution
598 // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 21. P. 88.
374
Глава 13. Затяжная «война до победы» и перемирие
сделано ради сохранения завоеваний ислама и революции в Иране. По его
словам, вся «вина» за принятие данного решения лежит на руководстве
страны и армии, а также на нем лично, тогда как народ сделал все возможное и невозможное для достижения победы и не несет никакой ответственности.
В заключительной части послания содержится важный пассаж, который можно расценивать как понимание аятоллой важности принятого
решения для будущей судьбы Исламской республики. Он выражает крайнюю обеспокоенность тем, что это вынужденный шаг, связанный с согласием на перемирие с режимом Саддама Хусейна, может привести к преступным выводам о слабости исламского правления и, как следствие, о силе Запада, стоящего за иракскими властями. Аятолла призывает власти
всех уровней обратить пристальное внимание на «обеспечение средств
для нравственного, религиозного, научного и художественного развития
молодежи». Необходимо добиться того, чтобы молодежь не разочаровывалась в целях революции и итогах войны. «Не дай Бог, чтобы из достижений и талантов иностранцев они (научная и культурная элита. – А. Б.)
сотворили бы кумира и вселили бы в умы молодежи дух слепого следования, подражания и заимствования»
129
, – предостерегает аятолла.
Послание аятоллы Хомейни стало своеобразной санкцией иранскому правительству приступить к переговорному процессу при посредничестве ООН по заключению перемирия с Ираком, что и произошло 20 августа 1988 г. Таким образом, был положен конец долгой войне, длившейся 7 лет и 11 месяцев. До сих пор нет единой точки зрения среди специалистов по итогам противостояния, цифры разняться очень сильно. Касательно потерь Ирана разброс составляет от 160 тыс.
погибшими, хотя большинство сходятся на цифре 300 тыс.
130
до 850 тыс.
132
совые потери Ирана от ведения боевых действий составили от 200
134
до 400
млрд долларов. Был нанесен серьезный урон экономическому
131
Финан-
133
потенциалу страны.
Понятно, что решение далось аятолле Хомейни очень непросто. Веривший в божественное предопределение и неиссякаемый энтузиазм
масс верующих, аятолла был вынужден столкнуться с суровой реальностью, которая поставила под сомнение его же принцип ведения войны
129
Ibid. P. 90.
130
Amjad M. Op. cit. P. 153.
131
См.: Ушаков В. А. Указ. соч. С. 30.
132
См., напр.: Иранская революция 1978–1979 гг. С. 401; Kamrava M. The Modern Middle
East. Berkeley : University of California Press, 2005. P. 183; Razoux P. Op. cit. P. 471; Axworthy M.
Op. cit. P. 293.
133
Axworthy M. Op. cit. P. 296.
134
Williamson M., Woods K. M. Op. cit. P. 340.
375
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
до победного конца, предусматривавший падение режима Саддама Хусейна как первой фазы в глобальном противостоянии исламского Ирана
«силам мирового зла». «Чаша с ядом» оказалась действительно губитель-
ной для аятоллы не только в прямом смысле этого слова, но и поставила
под сомнение выживание его концепции «велаят-е факих» в целом. Окончание войны заставляло предпринимать активные меры для того, чтобы
сохранить наследие Исламской революции в поствоенный период, который, учитывая преклонный возраст самого аятоллы, грозил быстро превратиться и в постхомейнистский. Необходимо было предпринимать действия по обеспечению сохранности создаваемого исламского строя с учетом изменяющейся конъюнктуры как внутри, так и вокруг Ирана. Речь,
ни много ни мало, шла об идейном наследии аятоллы Хомейни и о самом
существовании Исламской Республики Иран.
Г л а в а 14
НАСЛЕДИЕ ИМАМА ХОМЕЙНИ
Аятолла Хомейни в названии главы не случайно назван «имамом».
Как упоминалось в гл. 1, имамы, в особенности праведные, являясь прямыми потомками пророка по линии Али, выступали главами шиитов
до момента «сокрытия» (аль-гайба) 12-го имама Мохаммада аль-Махди. Это подразумевало некую сакральную святость носителей данного титула, на которую Хомейни, по понятным причинам, прав не имел.
По Конституции за ним был закреплен титул «рахбар» (лидер), обозначавший его политический статус как государственного лидера. Однако
согласно его же концепции «исламского пробуждения» все верующие
призваны были составить единую «партию Аллаха» – Хезбалла, чьим
лидером будет «имам» как духовный глава верующих. Аятолла объясняет использование данного термина тем, что «имам означает лидер
и является тем, кто ведет и направляет группу людей в определенном
направлении. Имам – это тот, кто определяет политику шиитов и является ведущей фигурой широкой организации «Хезбалла»1. Действительно с декабря 1985 г. можно обнаружить документы в которых к аятолле
Хомейни обращаются как к имаму. Причем это касалось как частной2,
так и официальной переписки, что видно из писем премьер-министра
Мусави3, сейида Давуда Мостоуфи, депутата маджлиса от Решта и има-
1
Khomeini R. Features of the Islamic government and relations between the leader and the
people // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. An Anthology of Imam Khomeini’s speeches, messages,
interviews, decrees, religious permissions, and letters : in 22 vols. Tehran : The Institute for
Compilation and Publication of Imam Khomeini‘s Works, 2008. Vol. 5. P. 397.
2
Khomeini R. Acknowledgement of letter and gift and extending appreciation // Khomeini R.
Sahifeh-ye Imam. Vol. 19. P. 416.
3
Khomeini R. Agreement to provision of deficit of financial needs of war fronts by government
through Central Bank // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 19. P. 417.
377
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
ма мечети Казимайн в Тегеране4. Использование данного термина применительно к аятолле Хомейни могло означать только признание его
лидерских качеств как политического руководителя общины шиитов.
С данной точки зрения, изменение риторики аятоллы по отношению к необходимости заключения перемирия с Саддамом Хусейном
могло внести не только диссонанс с его же предыдущими заявлениями, ставя его авторитет как лидера под сомнение, но и привести к хаосу
в стране, чем незамедлительно бы воспользовались противники Исламской республики. В этом отношении он не случайно назвал перемирие
своей «чашей с ядом», обращая внимание в послании от 20 июля 1988 г.
на негативные последствия, которые могли истолковать как слабость
режима. В этой связи данные слова оказались пророческими.
Дело в том, что после заявления иранских властей о согласии начать предварительные переговоры по заключению перемирия непримиримые противники исламского строя в лице «моджахедин-е хальк»
при поддержке иракских войск предприняли массированную атаку в направлении приграничной провинции Керманшах. Моджахеды, разгромленные в 1982 г. в Иране, перебрались в Ирак, создав свою базу «Кемп
Ашраф» севернее Багдада, где продолжали подготовку своих боевиков,
участвовавших в боевых действиях на иракской стороне. В общей сложности к моменту окончания боевых действий в рядах моджахедов насчитывалось около 7 тыс. боевиков5, часть которых и вошла в Иран 26 июля
1988 г. с целью «свержения клерикального строя».
Операция вторжения моджахедов получила название «Вечная слава» (форуг-е джавидан) и должна была «освободить» иранский народ
от угнетения со стороны исламистов при поддержке «мирового сообщества» в лице саддамовского Ирака. Однако она не стала ни вечной,
ни славной. Все пошло наперекосяк. Под давлением международного сообщества Саддам вскоре был вынужден прекратить воздушное
прикрытие, позволив иранским войскам наносить авиационные удары
по моджахедам, а воздушно-десантным подразделениям КСИР удалось
высадиться в тылу, перекрыв путь к отступлению. Отрезанные от своей базы и с ограниченной огневой мощью, силы моджахедов были полностью разгромлены в результате операции «Засада» (Мерсад) через
четыре дня после вхождения на территорию Ирана. По меньшей мере
2 тыс. моджахедов были убиты в бою, и по сообщениям погибли более
4
Khomeini R. Permission for spending religious sums to help the poor // Khomeini R. Sahifeh-
ye Imam. Vol. 19. P. 418.
5
Amanat A. Iran. A Modern History. New Haven : Yale University Press, 2017. P. 1029.
378
Глава 14. Наследие имама Хомейни
400 иранских военнослужащих и пасдаранов6. Показательным моментом стал факт полного отсутствия пленных боевиков-моджахедов, которые расстреливались на месте.
Реакция аятоллы Хомейни на данную ситуацию была жесткой,
не оставлявшей никаких иных трактовок кроме полного уничтожения
врага, причем в данном случае речь шла о внутреннем враге в лице
иранской «моджахедин-е хальк» и сочувствующих им. Еще до вторжения 22 июля он обратился к иранской армии, предупредив, что, хотя
и ведутся переговоры по заключению постоянного мира согласно резолюции 598 СБ ООН, это не означает, что мир близко. «Не думайте, что
война уже закончилась. Вооружитесь оружием веры и джихада. К коварному врагу не применимо милосердие. Все их слова – уловки. Мы хотели доказать миру, что Саддам не верит в международные организации.
До принятия резолюции Ираком мы будем давать ответ врагам ислама
на фронтах»7. После полного разгрома моджахедов на границе аятолла
30 августа вновь призвал армию и народ не расслабляться. «Я утверждаю, что мы не должны считать, что война подошла к концу и что
мы все еще ведем войну». Чтобы уточнить, наши враги – будь то главные враги, такие как Америка и Советский Союз, или их марионетки,
такие, как Саддам и им подобные, всегда заняты заговорами, поскольку
они выступают против ислама и поскольку они заметили, что ислам превратился в великую силу в мире против них»8. Этот подход стал официальной позицией иранских властей, и когда в декабре 1988 г. премьерминистр Мир-Хосейн Мусави в интервью затронул вопрос с расправой
над моджахедами, он заявил, что «моджахедин-е хальк» планировала
убийства и резню и что необходимо было подавить заговор9.
В разгар операции по разгрому вторгнувшихся отрядов моджахедов 28 июля аятолла Хомейни отдает распоряжение о пересмотре дел
всех заключенных, обвиненных в антиправительственных действиях
и отбывавших свой срок в тюрьме. Большинство дел касалось членов
«моджахедин-е хальк», но попали сюда и представители федаев, Тудэ,
националисты и другие мелкие оппозиционные группировки. Как правило, «пересмотр» таких дел заканчивался вынесением смертного приговора, который и приводился в исполнение. Количество казненных
6
Razoux P., Elliott N. The Iran-Iraq war. Cambridge : The Belknap Press of Harvard University
Press, 2015. P. 467.
7
Khomeini R. Emphasis on the need for vigilance of the combatants and extensive presence in
the warfronts // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 21. P. 95.
8
Khomeini R. Need for people’s participation in reconstruction efforts // Khomeini R. Sahifeh-
ye Imam. Vol. 21. P. 110.
9
Axworthy M. Revolutionary Iran: a history of the Islamic republic. Oxford : Oxford University
Press, 2013. P. 289.
379
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
до конца 1988 г. в точности не известно, но фигурировавшие цифры
от моджахедов – в 30 тыс. человек выглядят явно завышено, а цифра
в 1 тыс. казненных от Хашеми Рафсанджани – явно заниженной. По признанию ряда экспертов, с которыми можно согласиться, речь может идти о цифре в 4–4,5 тыс. человек
10
.
Массовые казни, последовавшие после неудачного вторжения моджахедов при поддержке иракских войск, не вызвали практически никаких волнений и критики со стороны правящей элиты и народных масс,
оценивавших происходящее как акты самозащиты от внешнего и внутреннего врага. Критика жесткости и жестокости расправы с отбывавшими заключение прозвучала лишь из уст аятоллы Хосейна Али Монтазери, чей имидж как «преемника» (джанешин) аятоллы Хомейни был
подпорчен скандалом вокруг «дела Хашеми». Известно, что Монтазери
неоднократно обращался с письмами на имя аятоллы Хомейни о необходимости прекращения военных действий с Ираком. Заверяя Хомейни
в своей преданности, аятолла Монтазери все же осмеливался призвать
Хомейни «исправить ошибки, допущенные в прошлом»11.
Касательно массовых казней сторонников моджахедов в тюрьмах
аятолла Монтазери 1 августа 1988 г. отправил письмо аятолле Хомейни,
в котором критически отозвался о расправах над политзаключенными,
которые и так уже отбывали срок по приговору суда. «Казнь тех, кто
уже находился в тюрьмах, в первую очередь будет истолкована в нынешних обстоятельствах как акт мести и возмездия. – заявил он. – Что
мы пока выиграли от убийств и насилия, кроме увеличения негативной
огласки против нас самих и усиления привлекательности лицемеров
и контрреволюционеров? Сейчас настало время действовать с состраданием и благожелательностью»12.
Обращение не остановило казни оппонентов и не заставило Хомейни проявить милосердие к противнику, расценивая это в данной ситуации как проявление слабости, но оно внесло дополнительный негатив в отношения между ним и аятоллой Монтазери. Правда, в этот раз
проявившиеся вновь разногласия не стали достоянием общественности.
Аятолла Хомейни косвенным образом «отреагировал» на высказывания
своего протеже, когда в обращении по случаю годовщины начала войны
17 сентября 1988 г. заявил о приверженности решительно защищать завоевания революции. По словам аятоллы, именно благодаря самоотверженной борьбе и самопожертвованию, иранский народ смог добиться
10
Amanat A. Op. cit. P. 1028; Axworthy M. Op. cit. P. 288.
11
Дорошенко Е. А. Шиитское духовенство в двух революциях: 1905–1911 и 1978–1979 гг.
М. : Институт востоковедения РАН, 1998. С. 218.
12
Amanat A. Op. cit. P. 1042.
380