Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сейид из Хомейна портрет на фоне эпохи.pdf
Глава 12. По пути защиты Исламской революции
конституционных прав национальных меньшинств на автономию, изменение границ провинций с включением всех курдов в единую провинцию,
избрание Исполнительного комитета для управления Курдским регионом
во всех сферах, кроме иностранных дел, обороны и долгосрочного планирования, использование курдского языка в школах, офисах и судах8.
От курдов не отставали и другие национальные меньшинства. Параллельно национальным движениям сохранялись натянутые отношения между
сторонниками велаят-е факих в лице ПИР и разношерстной оппозицией –
от националистов из НФ до леворадикальных федаев.
В столь сложное для молодой республики время, по мнению аятоллы Хомейни, вопросы непосредственного управления должны быть переданы профессионалам. Возлагая особые надежды на будущее правительство Банисадра, аятолла заявил по случаю иранского Ноуруза (Нового года) 21 марта 1980 г.: «Я вижу готовящиеся заговоры слугами сатаны,
чтобы обеспечить почву для господства Востока и Запада. Противостоять
этому и остановить их со всей возможной силой – это исламская, национальная и человеческая обязанность правительства и нации»9. Широта
и важность стоящих перед Банисадром задач заставила аятоллу Хомейни
наделить президента широкими полномочиями. Так, 7 февраля Хомейни назначил Банисадра председателем СИР, а 19 февраля делегировал
ему полномочия главнокомандующего вооруженными силами, включая
КСИР10. Также ему был передан контроль над телерадиовещательными
службами.
Необходимо пояснить, что для аятоллы Хомейни Абольхасан Банисадр, по сравнению с другими претендентами на президентский пост,
не был, что называется, «темной лошадкой». Аятолла был лично знаком еще с отцом Абольхасана – алимом из Хамадана Насраллой Банисадром. Однако в отличие от своего отца сын не пожелал получать религиозное образование в Куме, предпочтя факультет теологии и права Тегеранского университета, после окончания которого продолжил образование
во Франции, где изучал социологию и экономику в Сорбоне. Близкое знакомство с аятоллой Хомейни у Абольхасана произошло в Ираке, куда тот
приехал на похороны своего отца в 1972 г. в Неджефе. С этих пор он поддерживал отношения с аятоллой и был в числе тех, кто встречал Хомейни
в Париже в 1978 г., войдя в ближайшее окружение.
8
Hiro D. Op. cit. P. 152.
9
Khomeini R. Thirteen-point recommendations to Muslims // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 12. P. 177.
10
Khomeini R. Appointment of commander-in-chief of the armed forces // Khomeini R. Sahifeh-
ye Imam. Vol. 12. P. 136.
311
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
В политическом плане Абольхасан Банисадр тяготел к НФ М. Мосаддыка, за что и был вынужден остаться в добровольном изгнании во Франции, он много писал на разные темы, как, например: о шиизме как силе против деспотизма, об исламском правлении и экономике; о своих героях – Мосаддыке и Хасане Модарресе; об опасности культа личности;
о современной иранской политике. Банисадр критиковал шахскую систему правления и выступал за альтернативную систему управления на основе исламских принципов, под которыми понимал свободу, национальную независимость, социальную справедливость и процветание. По словам Шауля Бахаша, в версии Банисадра велаят-е факих трактуется иначе,
чем у Хомейни, так как «исламское правление» основывается на индивидуальных гражданах, самостоятельно достигших уровня способности интерпретировать божественный источник права11, что предполагает ограниченный функционал за марджа-йе таглид и велаят-е факих.
Что же касается взглядов Банисадра на экономическое развитие,
то тут он выступал критиком и капиталистической, и социалистической
моделей, которые навязывали развивающимся странам «догоняющий»
тип развития, закрепляя определенную форму зависимости от стран развитого мира. Как отмечает С. Л. Агаев, Банисадр был одним из ведущих
теоретиков «исламской экономики божественной гармонии»12или, как
ее характеризует Н. М. Мамедова, «тоухидной экономики»13. Данный
тип экономической модели был призван сочетать сбалансированное взаимодействие двух видов собственности – общественной (государственной) и частной. В основе производственной деятельности должен был
лежать принцип справедливого распределения благ, а не получение прибыли. Вся система должна была соответствовать принципам ислама и шариата. Основные положения своей экономической политики А. Банисадр
изложил в книге «Эктесад-е тоухиди» (Тоухидная экономика).
Оценивая взгляды А. Банисадра, можно с уверенностью заявить
о том, что он не был убежденным последователем идей аятоллы Хомейни,
и согласие последнего утвердить избрание было компромиссным решением с умеренными прагматиками, которые еще надеялись противостоять
влиянию исламистам из ПИР, ассоциировавшимся с аятоллами Бехешти, Бахонаром или Монтазери. Аятолла Хомейни, подчеркивая свое доверие избранному президенту, согласился в нарушение процедуры принять клятву верности Банисадра у себя в больничной палате госпиталя
11
Bakhash S. The reign of the ayatollahs: Iran and the Islamic revolution. New York : Basic
Books, 1984. P. 95.
12
Агаев С. Л. Иран между прошлым и будущим. События, люди, идеи. М. : Политиздат,
1986. С. 86.
13
Иранская революция 1978–1979 гг. С. 189.
312
Глава 12. По пути защиты Исламской революции
Резаи, но отказался выдать мандат на проведение чрезвычайных мер сроком на 12 месяцев для выведения страны из кризиса14.
Однако сам новоизбранный президент, воодушевленный полученной поддержкойв ходе выборов, однозначно оценил их итоги в свою пользу, интерпретировав это как поражение радикалов из ПИР, чей кандидат
занял только третье место. Банисадр выступил с чередой инициатив, которые предусматривали отказ от революционных органов, созданных стихийно после победы революции. Тут были также планы по инкорпорации
революционных отрядов пасдаранов в ряды иранской армии, роспуск революционных комитетов (комитэ) и замена их на административные органы власти с вертикалью подчинения вышестоящим учреждениям. Были
озвучены и планы по реформированию революционной судебной власти
с целью организации стандартной правовой системы. Проблема заключалась в том, что избранный президент как глава исполнительной власти
не мог приступить к их реализации, пока маджлис не одобрит предлагаемых премьер-министром кандидатур будущих членов кабинета. Пока же
Банисадр был вынужден работать с исполняющими обязанности министров предыдущего кабинета М. Базаргана.
В попытке ускорить процесс формирования правительства
и не ждать окончания выборов в маджлис А. Банисадр обратился
к аятолле Хомейни как рахбару, который согласно ст. 110 Конституции
имел исключительные права вали-йе факиха назначать и смещать
со своих постов президента, председателя маджлиса, главу кабинета
министров, генерального прокурора и командующего вооруженными
силами страны15. Что характерно, аятолла отказался, аргументировав
это тем, что назначение на пост президента самого Банисадра произошло уже после официального волеизъявления народа, а утверждение
кандидатур премьер-министра и министров со стороны рахбара должно
произойти после их одобрения маджлисом. Аятолла Хомейни не хотел
нарушать положения Конституции и ставить себя как рахбара выше
народных избранников, отделяя, таким образом, духовную и светскую
сферы власти, с другой стороны, также давая понять, что президенту
в реализации своей программы действий будет необходимо считаться
с законодателями и искать с ними компромисс.
Первая сессия избранного маджлиса 1-го созыва открылась 27 мая
1980 г. и, как стало понятно по итогам выборов, сторонников А. Банисадра среди депутатов оказалось меньшинство. Большинство мест заняли
14
Hiro D. Op. cit. P. 149.
15
См.: Дорошенко Е. А. Шиитское духовенство в двух революциях: 1905–1911 и 1978–
1979 гг. М. : Институт востоковедения РАН, 1998. С. 197.
313
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
как раз его оппоненты из числа членов ПИР и им сочувствующих. Спикером маджлиса стал ходджат оль-ислам Али Акбар Хащеми-Рафсанджани, со-основатель ПИР и доверенное лицо аятоллы Хомейни. Данная ситуация, сразу обострила внутриполитическую атмосферу во взаимоотношениях исполнительной и законодательной властей, выявив серьезный
недостаток Конституции.
Дело в том, что по Конституции во главе исполнительной власти
находится президент, де-юре второе лицо в государстве после рахбара.
Он избирается напрямую народом. Но главойправительства является премьер-министр, который назначается маджлисом по рекомендации президента. А потом уже маджлис одобряет кандидатуры, предлагаемые премьером на министерские посты.
В преддверии открытия работы маджлиса аятолла Хомейни обратился к депутатам с напутствием, назвав грядущее событие «добрым предзнаменованием». По его словам, парламент «является домом для консультаций», и задача народных избранников заключается в том, что они
«должны решить, что нужно стране». Для этого они должны «обменивать-
ся мнениями, спорить и обсуждать проблемы ислама и страны»16. При
этом недопустимо при принятии решений руководствоваться личными
мотивами, предупреждает аятолла. Депутат своей личностью и своими
действиями «должен отражать достоинство и величие нации», его поступки должны восприниматься народом как пример к действиям. Необходимо порицать любые шаги, которые могут привести к негативным последствиям. Аятолла Хомейни призывает депутатов не превращать парламент
в «поле битвы» между непримиримыми соперниками17. Законодательная
и исполнительная ветви власти должны работать вместе, сообща решать
дела государства. «Центром власти и закона является парламент, – подчеркивает аятолла, – но парламент не должен ослаблять правительство.
Точно так же правительство не должно ослаблять парламент», так как
в результате «это приведет к слабости всех18».
Вопреки призыву рахбара с первой сессии маджлиса начались долгие дебаты по кандидатуре премьер-министра. Несмотря на свою слабую
поддержку в парламенте, А. Банисадр пытался жестко отстаивать свою
позицию, но каждый раз маджлис отвергал предлагавшиеся кандидатуры, поочередно отклонив Ахмеда Мадани, Хасана Хабиби и Мусу Калантари. В итоге он даже решился предложить кандидатуру сына Хомейни –
сейида Ахмада, чем вызвал жесткую реакцию аятоллы, заявившего следующее: «Я не намерен позволять своим близким родственникам занимать
16
Khomeini R. Expounding duties of representation in the Parliament // Khomeini R. Sahifeh-ye
Imam. Vol. 12. P. 299.
17
Ibid. P. 300.
18
Ibid. P. 301.
314
Глава 12. По пути защиты Исламской революции
такие должности. Ахмад – слуга нации, и на данном этапе у него будет
возможность служить лучше»19.
Дискуссии по кандидатуре премьер-министра явно затягивались,
грозя завести страну в политический тупик. В ходе дебатов первый президент ИРИ продемонстрировал несомненный талант оратора и из-за склонности к длинным и витиеватым речам в народе Банисадра (с перс. «сын
лидера»), прозвали Банихарф – «сын болтовни». В данной ситуации аятолла Хомейни как рахбар был вынужден стать посредником в урегулировании, как казалось, бесконечного спора по кандидатуре премьер-министра. Дело в том, что после отказа аятоллы согласиться на выдвижение
своего сына, А. Банисадр назначил 23 июля исполняющим обязанности
премьера Мустафу Мир-Салима, заместителя министра внутренних дел.
Маджлис со своей стороны 8 августа рекомендовал на этот пост Мохаммеда Али Раджаи, занимавшего пост министра образования в правительстве М. Базаргана. За его кандидатуру проголосовали 153 из 196 депутатов20.
Итоги голосования стали определяющими для аятоллы Хомейни, который в своем обращении к маджлису на имя спикера А. А. Хашеми-Рафсанджани поддержал кандидатуру Али Раджаи, подчеркнув, что «люди,
придерживающиеся разных мнений, не обязательно должны быть врагами»21. «У всех вас есть одна цель, – уверен Хомейни. – Ни президент,
который отвечает за дела нации, не хочет хаоса в стране, ни депутаты маджлиса не хотят хаоса в маджлисе, потому что вы – часть нации, и страна
ваша»22.
Призыв к необходимости поиска компромисса для решения возникающих проблем, как казалось в начале, сработал. Банисадр смирился
с навязанной ему маджлисом и, следовательно, ПИР, кандидатурой Али
Раджаи, правда, считая того «образцом глупости» и человеком невысокого интеллекта23.
Действительно, первый премьер-министр ИРИ, хоть и был одногодком А. Банисадра, не мог похвастаться ни происхождением, ни образованием, ни статусом. Его отец был лавочником в Казвине, и умер, когда
Мохаммаду было 4 года, оставив семью без пропитания. С детских лет поэтому он был вынужден работать, устроившись помощником лавочника
19
Khomeini R. Proposal for Sayyid Ahmad Khomeini to be the prime minister // Khomeini R.
Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 51.
20
Hiro D. Op. cit. P. 161.
21
Khomeini R. Recommending that problems be resolved through peaceful negotiations and
mutual understanding // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 89.
22
Ibid. P. 90.
23
Taheri A. The Spirit of Allah: Khomeini and the Islamic revolution. Bethesda, Md. : Adler &
Adler, 1986. P. 270.
315
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
и уличным разносчиком в южных бедняцких кварталах Тегерана. Юношей ушел в армию, отслужив в ней 5 лет. Это дало ему возможность
закончить школу и Педагогический колледж для учителей, после которого стал учителем математики в сельской школе. В 1950-е гг. вступил
в партию Федаян-е хальк, а в 1960-е вступил в партию ДСИ М. Базаргана. В 1963 г. был в первый раз арестован. В тюрьме близко сошелся
с аятоллой Мохаммадом Джавадом Бахонаром, став его протеже в дальнейшем. В 1974 г. получил очередной тюремный срок, вышел на свободу в 1978 г. перед самой революцией24. На парламентских выборах в мае
1980 г. Раджаи был избран депутатом от ПИР. Ставь премьер-министром,
Али Раджаи фактически выполнял функции представителя аятолл Бахонара и Бехешти в правительстве Банисадра. О характере отношений между премьером и президентом говорит тот факт, что согласования министров в кабинете Али Раджаи с Банисадром продолжались с сентября
1980 г. до марта 1981 г.! Кандидатура главы МИД так и не была утверждена до июня 1981 г., когда Банисадр был вынужден уйти в отставку
с поста президента25.
Затянувшиеся дебаты по кандидатуре премьер-министра продемонстрировали неоспоримый факт наличия серьезного расхождения во взглядах между исполнительной и законодательной ветвями власти, которые
осложнялись наличием неприязни между президентом и премьер-министром, фактически парализуя любые инициативы властей. В данной
непростой внутриполитической атмосфере страна столкнулась с серьезнейшим внешним вызовом в лице иракской агрессии, начавшейся 22 сентября 1980 г. Конфликт, продлившийся 8 лет – с 1980 по 1988 г. и унесший от половины до миллиона жизней с обеих сторон26, заставил аятоллу Хомейни вплотную заняться внешнеполитической составляющей его
концепции «исламского пробуждения». По мысли аятоллы распространение идей Исламской революции должно осуществляться исключительно
мирными средствами и по инициативе народных масс, воодушевленных
примером ИРИ. Силовой вариант «экспорта исламской революции» был
неприемлем для него с точки зрения ислама и Корана. Необходима была
новая модель поведения в условиях войны между мусульманскими странами, которая давала бы Ирану легитимное право на решение «экспорта исламской революции» иными средствами. Такой концепцией и стала
«священная оборона» (перс. дефа-йе мокаддас), окрашенная в религиоз-
ные тона и обосновавшая борьбу до победного конца.
24
Amanat A. Iran. A Modern History. New Haven : Yale University Press, 2017. P. 966.
25
Bakhash S. Op. cit. P. 109.
26
Иранская революция 1978–1979 гг. С. 401; Amjad M. Iran: from royal dictatorship to
theocracy. New York : Greenwood Press, 1989. P. 153; Kamrava M. The Modern Middle East,
LA : University of California Press, 2005. P. 183.
316
Глава 12. По пути защиты Исламской революции
Анализ высказываний и заявлений аятоллы Хомейникасательно концепции «священной обороны» позволил выделить три этапа в ее возникновении. Первый этап хронологически начинается с победы антишахского движения в Иране 11 февраля 1979 г. и завершается 22 сентября 1980 г.
вторжением иракских войск на территорию Ирана. Второй этап охватывает рамки от начала войны и до 22 сентября 1981 г., когда иранские войска
начали первое удачное контрнаступление по освобождению Абадана. Соответственно, третий этап включает в себя период отхода иракской армии
с территории Ирана в результате серии успешных наступательных операций, завершившихся 14 июля 1982 г. переходом государственной границы и вторжением иранских войск в Ирак. В зависимости от развития ситуации во взаимоотношениях с Ираком эволюционировала и идея аятоллы
Хомейни о «священной обороне», которая приобретает свои окончательные формы именно на третьем этапе.
Объявляя революцию в Иране исламской, аятолла Хомейни тем самым хотел подчеркнуть мысль о единстве мусульман, отрицая разделение
по национальному признаку: «Ислам так повелел, что мусульмане, из какого бы племени они ни были, являются братьями. Быть арабом, не ара-
27
бом, курдом или турком – это не проблема»
. Однако, совершив революцию у себя, Иран не имеет достаточных сил для физической поддержки
освободительных движений в регионе и мире, хотя и обладает огромной
духовнойсилой. На торжественном приеме делегаций Палестины, Ливии,
Ирака и Египта, 6 апреля 1979 г.аятолла объявил Иран страной, вставшей
в «авангарде и одержавшей верх над сверхдержавами»28. Теперь настала
очередь для «пробуждения» и всех остальных региональных стран, чтобы «превратить нас в мусульман, подобных тем, кто был на заре ислама,
и наши народы должны быть подобны раннему исламскому сообществу,
когда мусульмане были чистой веры, а их сила исходила от их веры и ислама»29.
Наиболее активно на призыв аятоллы откликнулись в Ираке, где весной 1979 г. начались массовые антиправительственные протесты в поддержку идеи осуществления исламской революции. Лидер ведущей шиитской партии «Ад-Даваа аль-исламийя» аятолла Мохаммад Бакир асСадр, знавший Хомейни еще по годам ссылки в Ираке, выступил с рядом
политических заявлений против режима Партии Баас, обещая поддержку
27
Khomeini R. Negation of ethnic inclinations among Muslims // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 6. P. 355.
28
Khomeini R. Secret of victory: the desire for martyrdom // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 6. P. 446.
29
Ibid. P. 445.
317
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
аятолле. В одном из посланий он «призвал арабов в Иране повиноваться лидерам революции, потому что Исламская республика представляет государство, основанное пророком, где люди разных национальностей
и этнического происхождения могут жить в спокойствии»30. Для нейтрализации массовых акций поддержки Иранской революции власти Ирака
и отвечавший за безопасность Саддам Хусейн были вынуждены вывести
на улицы городов армию. Начались аресты, причем не только шиитских,
но и суннитских улама31. В частности под домашний арест был посажен
и аятолла ас-Садр.
Преследование исламской оппозиции в Ираке сочеталось с завершающим этапом закрепления единоличной власти Саддама Хусейна после
отстранения им от власти 16 июля 1979 г. президента Ахмада Хасана альБакра. Под нажимом Хусейна 30 марта 1980 г. было принято решение
об объявлении вне закона членства в партии ад-Даваа, которое каралось
смертной казнью32. В ответ 1 апреля 1980 г. боевики, связанные с ад-Даваа, совершили неудачное покушение на главу МИД Ирака и доверенное
лицо Хусейна Тарика Азиза33. Это покушение стало поводом для жесткого и кровавого ответа исламистам из ад-Даваа, приведшего к массовым арестам и вынесениям смертных приговоров. Только в апреле–мае
1980 г. были казнены 96 членов ад-Даваа34. Среди них оказались и аятолла Мохаммад Бакир ас-Садр и его сестра Бинт аль-Худа. До начала войны
22 сентября 1980 г. Ирак выслал из страны около 100 тыс. шиитов, в большинстве своем граждан Ирана35.
По мнению аятоллы Хомейни, Иран не должен был оставаться в стороне от бед, переживаемых иракским народом. Поэтому он 17 апреля
1980 г. призвал иракских мусульман к обороне (перс. дефа) своих домов
и семей, подвергнувшихся нападению со стороны диктатора. «Если наша
исламская страна подвергается нападению и будет иметь место агрессия,
ее защита становится обязательной для населения страны, независимо
от того, старый он или молодой, мужчина или женщина, все должны выступить на защиту страны»36, – подчеркивает аятолла.
30
Цит. по: Hollinger M. E. Muqtada al-Sadr: how to demilitarize al-Sadr. Monterey : Naval
Postgraduate School, 2009. P. 28.
31
Tripp C. A History of Iraq. Cambridge University Press, 2007. P. 213.
32
Hollinger M. E. Op. cit. P. 27.
33
Tripp Ch. Op. cit. P. 221.
34
Anderson L. D. The future of Iraq: dictatorship, democracy, or division. New York : Palgrave
Macmillan, 2008. P. 126.
35
Williamson M., Woods K. M. The Iran-Iraq War: a military and strategic history. Cambridge
University Press, 2014. P. 133.
36
Khomeini R. Necessity to be ready // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 12. P. 210.
318
Глава 12. По пути защиты Исламской революции
Предчувствуя близость войны с саддамовским Ираком, аятолла Хомейни в обращении от 12 сентября 1980 г. к мусульманам мира, направляющимся в хадж к святым местам Мекки и Медины, заявил, что у Ирана «нет причин воевать с Ираком»37. Исламская революция противостоит Америке, использующей иракское правительство для борьбы с Ираном. Самая серьезная опасность, представляемая Ираком, – это заявляемая Саддамом Хусейном политика «арабского национализма», ведущая
к подрыву единства мусульманской уммы и разжиганию усобицы между
суннитами и шиитами38.
Начало полномасштабной агрессии Ирака против Ирана, как оказалось, не стало для аятоллы Хомейни неожиданным. Он уже через пару часов – в 7.00 утра 22 сентября обратился с первым воззванием по ситуации
к народам двух стран. В нем он отделил режим Баас во главе с Саддамом
Хусейном от иракского народа, «являющегося нашими братьями». Главным виновником был объявлен персонально Саддам, которого Хомейни
характеризует в жесткой и оскорбительной манере как «сумасшедшего,
выжившего из ума, безумца, который, в конце концов, уничтожит сам
себя»39. В дальнейшем данная риторика не меняется. Саддам – коррупционер, на службе Великого Сатаны, т. е. США40, преступник и тиран41,
похотливый язычник42и так далее в том же духе.
Действия Саддама Хусейна, по словам Хомейни, вызваны его страхом перед неизбежностью совершения в Ираке Исламской революции.
Поэтому он и предпринял свою атаку по приказу Америки43, которая уже
находится в состоянии войны после того, как разорвала дипломатические
отношения с Ираном. Цель лидера Баас понятна: он стремится узурпировать власть в регионе, воссоздав Арабский халифат44, противопоставив друг другу мусульманские народы региона – арабов, которых Саддам
37
Khomeini R. The policy of the United States and its supporters: To sow discord among Muslim
nations // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 184.
38
Ibid. P. 181.
39
Khomeini R. Saddam’s attack on Iran on America’s instigation // Khomeini R. Sahifeh-ye
Imam. Vol. 13. P. 194.
40
Khomeini R. The necessity of paying visits to the families of the martyrs Admiring the bravery
of the Armed Forces // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 211.
41
Khomeini R. Calling on the Iraqi people to overthrow the Baathist government of Iraq //
Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 223.
42
Khomeini R. The plot of the enemies of Islam in creating differences between the Muslims //
Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 378.
43
Khomeini R. Saddam’s attack on Iran on America’s instigation // Khomeini R. Sahifeh-ye
Imam. Vol. 13. P. 193.
44
Khomeini R. Obligation of Muslim countries in relation to the attack of Saddam on the Islamic
country of Iran // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 238.
319
А. В. Баранов. Сейид из Хомейна: портрет на фоне эпохи
именует истинными мусульманами, и т. н. «аджами»45, т. е. тех, для кого арабский язык не является родным. Саддам вообще лживо обвиняет
персидский народ в «огнепоклонстве, называя его магами (зороастрийцами)»46. Саддам в высказываниях Хомейни является «лицемером» – «мунафиком», так как его ислам – это ислам, представленный ему Америкой,
это не ислам «Мекки и Медины»47.
Отдельным адресатом для аятоллы Хомейни выступает иранский народ, на долю которого выпала пора испытать агрессию со стороны «деспотического иракского правительства», которую он назвал «навязанной
войной» (перс. джанг-е тахмили)48. Аятолла призывает иранцев не паниковать, так как на их стороне Аллах, а значит и победа над врагом. В своем
обращении от 26 сентября 1980 г. он сравнил иранский народ с воинамимусульманами раннего ислама из армии легендарного полководца Халида ибн Валида, разгромившего в сражении при Муте в 629 г. значительно
превосходившую армию византийского императора Ираклия I49, явно намекая, что Ирану по силам разгромить армию Саддама.
Начавшаяся война, по мнению Хомейни, стала также серьезным вызовом и для мусульманских правительств региона. Уже 4 октября 1980 г.
он выразил сожаление по поводу того, что некоторые из региональных
правительств «встали на сторону неверующих в этой войне между исламом и ересью»50, активно распространяя лживую пропаганду об Исламской Республике Иран. 16 октября 1980 г. он уже напрямую «строго предупреждает» те правительства, которые оказывают какую-либо помощь
«еретическому правительству баасистов» в навязанной ими войне против
Ирана. Хомейни недвусмысленно советует им «помнить не толькоо гневе
Божьем и вечном позоре, которые они навлекут на себя, но и о скором возмездии от рук их собственного народа и могущественной армии нашей
исламской страны»51. Аятолла рекомендует образумиться и прекратить
противостоять исламу и Священному Корану, так как потом молить о помощи будет поздно.
45
Khomeini R. The silence of Muslims on the aggression of the Baath Party of Iraq against
Iran // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 289.
46
Khomeini R. Admiring the bravery of the Armed Forces // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 13. P. 206.
47
Khomeini R. Iran’s stand in the Iraqi-imposed war and the need for an unyielding
confrontation with the aggressor // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 14. P. 143.
48
Khomeini R. The blessings of the war // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 215.
49
Khomeini R. Admiring the bravery of the Armed Forces // Khomeini R. Sahifeh-ye Imam.
Vol. 13. P. 204.
50
Khomeini R. Calling on the Iraqi people to overthrow the Baathist government of Iraq //
Khomeini R. Sahifeh-ye Imam. Vol. 13. P. 223.
51
Khomeini R. The treacheries and crimes of Iraq’s Baathist regime // Khomeini R. Sahifeh-ye
Imam. Vol. 13. P. 233.
320