Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Правовые системы современного мира. Учебное пособие

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 3132 / 5032 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 > Следующая >>>

§ 1. Проблемы типизации социалистических правовых систем

305

Речь при этом идет не только об общности и самобытности правовых систем славянских народов, но и национальных право вых систем других стран. Однако вводя этнические, религиозные и иные «уточненные» критерии в отношении процесса выделения национальных правовых систем славянских народов в отдельную правовую семью, мы должны будем проделать то же самое (для того, чтобы быть последовательными) и в отношении правовых систем народов других стран (арабских и др.). В противном слу чае это будет решение частного — «славянского» вопроса, а не общей научной проблемы, касающейся типологии правовых сис тем всех без исключения стран.

Строго говоря, каждая национальная правовая система по своему самобытна и уникальна. Каждая из них имеет общее с дру гими правовыми системами и обладает своими особенностями.

Задача исследователякомпаративиста, ведущего научный по иск в сфере типизации правовых систем, как раз и состоит в том, как представляется, чтобы отыскать не только общие признаки и черты, свойственные лишь отдельным группам правовых систем, именуемых семьями, но и пойти гораздо дальше. А именно — най ти общие социальные, культурные, бытовые, духовные и иные кри терии, с помощью которых можно было бы «разбивать» по семьям не только отдельные группы правовых систем, но и все остальные национальные правовые системы.

Иными словами, речь идет не только о выработке «локаль ных» критериев типизации отдельных национальных правовых си стем, но и о нахождении общего, универсального критерия (кри териев), пригодного для типизации всех без исключения право вых систем, существующих в современном мире

Разумеется, это огромная, кропотливая работа, требующая не только длительного времени, но и глубокого знания самобытнос ти и особенностей не только отдельных, но и всех без исключения правовых систем.

Общеизвестные для исследователей, занимающихся пробле мами сравнительного правоведения, критерии типизации право вых систем, существующих в современном мире

Cм.: Карташов В. Н. Теория правовой системы общества: Учеб. пособие.

В 2 томах. Т. I. Ярославль, 2005. С. 65—68.

См.: David R. Les grads systems de droit contemporains. Paris, 1982. P. 5—26; Schnitzer V. Vergleicleinde Rechtslehre. Bonn, 1961. S. 132—141; Bogdan M. Op. cit. P. 82—97.

, были довольно

306 Глава V. Правовые системы социалистических стран

обстоятельно разработаны в послевоенный период. Справедливо сти ради, следует сказать, что это не только «техникоюридичес кие» критерии, на которых акцентируют внимание подвергающие их сомнению отечественные авторы1.

В качестве критериев классификации правовых систем го раздо шире, чем «техникоюридические» критерии, сводящиеся в основном к общности источников права, используются такие фак торы, как уровень развития и общности правовой культуры, юри дический менталитет, исторические и правовые традиции, сложив шиеся на протяжении ряда столетий, санкционированные (право вые) в более поздний период или несанкционированные обычаи, стиль юридического мышления и судопроизводства и др.

Следует признать, исходя из практики использования этих универсальных по своему характеру критериев, что, несмотря на их известное несовершенство, сложность, а в ряде случаев и спор ность, в решении проблем типизации национальных правовых си стем они, несомненно, играли и продолжают играть позитивную роль.

В силу этого было бы вряд ли разумным в одночасье отказы ваться от накопленного в нашей стране и других странах научного и практического опыта использования данных относительно усто явшихся критериев и пытаться вновь разрабатывать свои собствен ные этнические, религиозные и им подобные критерии.

Это, как представляется, не способствовало бы развитию срав нительноправовых исследований ни внутри отечественной ком паративистики, ни за рубежом.

4. Идея выделения славянской правовой системы в качестве самостоятельной правовой семьи, безусловно, интересна и, пови димому, перспективна. Но она требует весьма глубокой проработ ки и изучения.

Причем не только в плане выявления и раскрытия в данной правовой семье ее собственных черт, выступающих в качестве кри териев типизации составляющих ее правовых систем, но и в плане соотношения последних с соответствующими чертамикритерия ми других правовых систем и правовых семей.

См.: Российское государство и правовая система. С. 291.

Merryman J. The Civil Law Tradition. Stanford, 1992. P. 1—5; Glendon M.,

Gordon M., Osakwe Ch. Comparative Legal Traditions in a Nutshell. St. Paul. Minn.,

1982. P. 4—12.

§ 1. Проблемы типизации социалистических правовых систем

307

К сказанному следует добавить, что выделение славянской правовой семьи среди других правовых семей вовсе не решает проб лему статуса прежнего социалистического права в современных условиях. Решение этой общей проблемы, как представляется, ле жит в несколько иной плоскости.

А именно — в плоскости решения составляющих ее частных проблем, касающихся: а) статуса сохранившегося после разруше ния «содружества социалистических государств» государственно правового «анклава»; б) статуса постсоциалистических правовых систем, возникших на территории бывшего Союза ССР и «стран народной демократии»; в) уровня преемственности постсоциали стических государственноправовых систем от прежних социали стических государственноправовых систем.

Данный подход к решению проблем типизации и определе ния статуса социалистической правовой семьи является диффе ренцированным подходом. В процессе использования его заранее презюмируется, что прежняя социалистическая правовая семья как таковая в новых условиях с разрушением государственной системы также автоматически разрушается. При этом a priori ис ходят из жесткой позитивистской привязки права к государству, из отсутствия какой бы то ни было относительной самостоятель ности первого по отношению ко второму.

Согласно данному подходу презюмируется также, что разру шение целостной государственной системы влечет за собой также и разрушение целостности соответствующей правовой семьи. Пос ледняя распадается на две составные части — оставшуюся в преж нем своем социальнополитическом качестве — «социалистичес кую» часть (правовой анклав) и возникающую на модернизиро ванной социалистической основе — «постсоциалистическую» часть.

Разумеется, что к оценке места и роли каждой из них в пра вовой географии мира нужен свой дифференцированный подход.

Однако к решению проблемы определения статуса прежней социалистической правовой семьи вполне правомерен и допустим также и иной подход. А именно — взгляд на социалистическую правовую семью как на некое целостное образование, сложившее ся в период становления и развития социалистической государ ственной системы и на определенном историческом этапе време ни сохраняющееся, хотя и в модернизированном, а точнее — дег радированном виде, и после ее «официального упразднения».

308 Глава V. Правовые системы социалистических стран

В основе такого подхода лежит, вопервых, устоявшееся в отечественной и зарубежной юридической литературе положение о том, что любая национальная правовая система, а вместе с тем и любая правовая, в том числе и социалистическая, семья никогда не сводилась лишь к совокупности правовых норм, издаваемых или санкционируемых государством1. Она включает в себя также правовую культуру, правовую идеологию, правовое сознание, пра вовой менталитет, правовые традиции и обычаи и многие другие компоненты, которые напрямую связаны не с государством, а с социальной жизнью, обществом.

И вовторых, тезис об относительной самостоятельности го сударства по отношению к праву, правовой системе, а следова тельно, и к правовой семье. Из этого следует, что изменения, про исходящие в государстве, вовсе не обязательно тут же, немедлен но должны соответствующим образом полностью отразиться и в праве.

Это же касается и разрушительного воздействия на государ ство внутренней или внешней международноправовой или про тивоправной окружающей среды. Исчезновение с исторической арены государства отнюдь не означает немедленного исчезнове ния и права, правовой системы.

Вполне допустимо при этом было бы говорить, например, о прекращении действия составляющих его правовых норм или от дельных принципов. Но было бы весьма опрометчиво вести речь об уходе в небытие вместе с социалистическим или иным государ ством правового сознания народа, сформированного в социалис тической среде, юридического менталитета, правовых теорий и док трин, построенных на базе марксистских идей, правовой культу ры, правовых традиций и обычаев, то есть всего того, что составляет важный компонент любой правовой системы и, естественно, — правовой семьи.

Потребуется смена не одного поколения бывшего социалис тического, а ныне — постсоциалистического общества, пока из об щественного сознания при самых «благоприятных» для этого ус ловиях станет вытесняться сложившийся в течение целого ряда десятилетий «социалистический синдром» или стереотип.

См.: Общая теория государства и права: Академический курс в 2х томах.

Т. 2. Теория права / Отв. ред. М. Н. Марченко. М., 1998. С. 98—100.

§ 1. Проблемы типизации социалистических правовых систем

309

А до тех пор социалистическая правовая семья будет в этом виде продолжать существовать и активно воздействовать не толь ко на различные правовые системы и правовые семьи, но и на процесс развития и совершенствования всего сравнительного пра воведения.

В своих исследованиях бывшие социалистические и запад ные авторы выделяют, как правило, три основных периода наибо лее заметного воздействия («веяния» — blow) «коммунистичес кой системы права» на сравнительное правоведение. Первый из них обычно связывается со временем возникновения и первона чального становления «коммунистической правовой системы» в России (1917—1922). Второй — со временем создания «коммуни стической правовой системы» в странах Восточной Европы, Юго Восточной Азии и на Кубе (после Второй мировой войны). И тре тий — с началом периода «угасания» этой правовой семьи в 90е годы.

Без преувеличения можно с уверенностью сказать, что в на стоящее время имеет место следующий, четвертый период воз действия «коммунистической системы права» на сравнительное правоведение. Особенность его по сравнению с другими периода ми заключается в том, что основными средствами и каналами воздействия «коммунистической системы права» на сравнитель ное правоведение на данном историческом этапе выступают не издаваемые государством нормы, институты и стоящие за ними государственные учреждения, а лежащие в основе образования и функционирования данной правовой семьи принципы, теории, идеи, доктрины, юридические стереотипы, традиции, обычаи.

5. Феномен продолжительного воздействия правовых систем на окружающий мир после ухода с исторической арены «соответ ствующих» им государственных структур не является чемто но вым, а тем более уникальным. Примером тому в региональных масштабах могут служить «не привязанные» раз и навсегда к ка койлибо определенной государственной структуре или структу рам религиозные правовые системы.

В более глобальном масштабе в качестве примера весьма дли тельного, многовекового воздействия права на окружающий мир, пережившего «свои» государственные структуры, может служить римское право.

Три раза «Рим диктовал миру законы, — писал в связи с этим Р. Иеринг, — три раза приводил народы к единству: в первый раз,

310 Глава V. Правовые системы социалистических стран

когда римский народ был еще в полной своей силе, — к единству государства; во второй раз после того, как этот народ уже исчез, — к единству церкви; в третий раз — вследствие усвоения римского права в средние века — к единству права; в первый раз внешним принуждением — силою оружия, два другие раза — силою духа»1.

Разумеется, прямые аналогии между римским и социалисти ческим правом, точнее — их последствиями для современного че ловека, в особенности не обремененного глубокими знаниями о римском праве и перегруженного всякого рода предубеждениями в отношении «коммунистического» права, могут показаться весь ма рискованными и сомнительными.

Однако это только на первый взгляд. На самом же деле такие аналогии вполне естественны и допустимы, хотя и с весьма суще ственными оговорками, касающимися принципиального различия сравниваемых правовых систем.

Ибо, вопервых, они по самой своей природе и характеру, бу дучи именно правовыми, а не иными системами, уже в силу этого являются сравнимыми между собой объектами. Вовторых, каж дая из этих правовых систем для своего времени являлась систе мой не локального, а глобального характера, охватывавшей собой значительные территории и огромные слои населения. Втретьих, каждая из них не только порождалась, но и реально охранялась и обеспечивалась сильнейшими для своего времени государствен ными системами и структурами. И вчетвертых, сравниваемые правовые системы играли огромную роль не только внутри своих стран, но и на международной арене2.

Влияние подобного рода глобальных правовых систем, нако пивших за время своего существования и во многом сохранивших после ухода с исторической арены «обслуживающих» их государ ственных структур свой интеллектуальный потенциал, уже «по определению», в силу объективных причин и условий не может ограничиться пределами своей территории и своего времени. Их интеллектуальное воздействие на окружающий правовой мир с неизбежностью будет выходить за рамки своего времени и за пре делы своей изначальной территории.

Иеринг Р. Дух римского права на различных ступенях его развития. СПб.,

1875. С. 1.

См.: Правовая система социализма: понятие, структура, социальные свя

зи. В двух книгах / Отв. ред. А. М. Васильев. М., 1986.

§ 2. Является ли правовая система России составной частью…

311

Римское право оказывало и оказывает огромное влияние на правовые системы, обслуживающие в основном рыночночастные и некоторые публичные по своему характеру отношения. В то же время как «коммунистическое» право сориентировано на право вые системы, обслуживающие преимущественно публичнопра вовые отношения, возникающие в условиях глобального плани рования, централизованной экономики, доминирования государ ственной собственности среди всех иных форм собственности, сохранения жесткого государственного контроля в сферах произ водства, распределения и потребления материальных и духовных благ.

В силу названных и иных причин вопрос о существовании социалистической правовой семьи («коммунистической системы права») в весьма видоизмененном, гипертрофированном по срав нению со своим первоначальным образом виде представляется, по крайней мере, в обозримом будущем предопределенным. Опреде ленное влияние выработанных в ее исторических рамках право вых идей, штампов, различных правовых норм, институтов и воз зрений на другие правовые системы, несомненно, сохранится и в обозримом будущем.

§ 2. Является ли правовая система России составной частью романогерманской

правовой семьи?

1. В отечественной и зарубежной литературе доперестроеч ных лет вопрос о статусе, а тем самым — о месте и роли россий ской правовой системы среди других правовых систем, как прави ло, отдельно не ставился. Его рассматривали в общем контексте социалистической правовой семьи в целом.

Разумеется, при этом особое внимание в этой правовой семье уделялось советскому праву. И это не случайно. Ибо, как отмеча ют западные исследователи, это право было не только «старей шим» среди других социалистических правовых систем, но и «наи более экспортируемым и наиболее копируемым» ими

Правовая система СССР, органической составной частью ко торой была правовая система России, выступала в качестве цент

Glendon M., Gordon M., Osakwe Ch. Op. cit. P. 261.

312 Глава V. Правовые системы социалистических стран

рального звена всей социалистической правовой семьи. Так же как и правовая система Великобритании — в отношении всей анг лосаксонской правовой семьи или правовая система Франции — в отношении романогерманской правовой семьи, правовая система Советского Союза, а вместе с ней — и России, постоянно оказыва ла огромное влияние не только на процесс возникновения и ста новления социалистической правовой семьи, но и на процесс ее дальнейшего развития и совершенствования

В начале 90х годов, после разрушения СССР и «содруже ства социалистических государств» ситуация коренным образом изменилась. Вследствие этого в научных исследованиях, посвя щенных социалистическому и постсоциалистическому праву, ста ли несравнимо больше внимания уделять российскому праву. На ряду со многими другими вопросами, касающимися данной пра вовой материи, довольно часто стал подниматься вопрос о природе и характере российской правовой системы, о ее месте и роли сре ди других правовых систем.

Конечно, речь при этом идет подспудно не только, а иногда и не столько о самой, собственно российской правовой системе, сколько обо всей социалистической правовой семье в целом, в центре которой находилась эта система. Однако повышенное вни мание на Западе за последние годы уделяется именно последней

2. Весьма расхожим стал вопрос: сохраняет ли российская правовая система свой относительно самостоятельный, самобыт ный характер или же она является составной частью романогер манской правовой семьи?

Стремясь решить данный вопрос, отечественные и зарубеж

ные авторы предлагают три различных варианта ответа.

Первый из них состоит в том, что российская правовая сис

тема, будучи ядром, основой прежней социалистической право вой семьи, сохраняет свой относительно самостоятельный харак тер и не принадлежит ни к какой другой правовой семье. Авторы, разделяющие данное мнение, исходят из того, что российское пра во как важнейшая составная часть социалистического права обла дает такими «весьма значительными особенностями» по сравне

См.: Правовая система социализма. Т. 1 / Отв. ред. А. М. Васильев. М.,

1986. С. 14—47.

См.: Nelson L., Kuzesi. Radical Reform in Yeltsin’s Russia. N.Y., 1995. P. 8—27; Khotin L. Old and New Enterpreneuers in Today’s Russia // Problems of PostCommunism. Jan. — Febr., 1996. P. 56—577.

§ 2. Является ли правовая система России составной частью…

313

нию с другими правовыми системами, что может рассматриваться по отношению к ним «как визави»

Большинство западных компаративистов, отмечает М. Бог дан, рассматривают социалистические правовые системы, вклю чая российскую, как «составляющие единую, относительно обо собленную от других правовых семей, систему». И это «несмотря на то, что она в реальной жизни никогда не была монолитной системой, а подразделялась на такие подсистемы, как советское право, восточноевропейское право и право неевропейских социа листических стран»

Аналогичного мнения придерживались также и другие, в ос новном социалистические, авторы, рассматривавшие российское право вместе со всей системой социалистического права в каче стве самостоятельной правовой семьи

Суть второго варианта ответа на вопрос о характере отноше ний российского права с системой романогерманского права со стоит в том, что российское право всегда было и остается состав ной частью, «продолжением» романогерманского права.

Россия всегда «входила в романогерманскую правовую се мью», заявляют Р. Давид и К. ЖоффреСпинози. «Русская юри дическая наука многое заимствовала из византийского права, то есть из римского права, и из стран континентальной Европы, при держивающихся романской системы». Правда, «существовали ори гинальные русские обычаи и акты», как существовали в XVIII в. оригинальные французские и немецкие обычаи и ордонансы, но, так же как во Франции и в Германии в XVIII в., «в России не было другой правовой науки, кроме романской. Категории рус ского права — это категории романской системы». Концепцией права, принятой в российских университетах и в юридической практике, была романская концепция

Российское право, заключают Р. Давид и К. ЖоффреСпино зи, «отошло от казуистического типа права». В силу этого «рус ский юрист не считал право продуктом судебной практики». Нор му права он рассматривал, так же, как это делали французские и

Glendon M., Gordon M., Osakwe Ch. Op. cit. P. 268.

См.: Bogdan M. Op. cit. P. 83.

См.: Саидов А. Х. Введение в сравнительное правоведение. М., 1988.

С. 48—60.

Давид Р., ЖоффреСпинози К. Основные правовые системы современнос

ти. М., 1998. С. 118.

314 Глава V. Правовые системы социалистических стран

немецкие юристы, в качестве нормы поведения, предписываемого индивидам, «формулировать которую надлежит доктрине или за конодателю, а не судье». Россия не имела столь полных кодексов, как другие страны Западной Европы, но «она готова была их иметь»

Подобного же взгляда на характер отношений российского и континентального права придерживались и придерживаются и дру гие зарубежные и отечественные авторы

. Разница между ними заключается лишь в том, что одни из них пытаются аргументиро вать свое мнение, а другие a priori рассматривали и продолжают рассматривать российскую правовую систему как составную часть романогерманской правовой семьи.

Характерным при этом является то, что в научных исследо ваниях, в процессе рассмотрения «побочных» вопросов, связан ных с характером отношений российского права с континенталь ным, принадлежность первого ко второму воспринимается как некая объективная данность, как аксиома, не требующая доказа тельств.

Более того, в некоторых случаях эта «объективная данность» используется даже как аргумент в пользу отстаиваемой по тому или иному вопросу позиции. Это наблюдается, например, при об суждении вопросов, касающихся роли судебной практики в пра вовой системе России при решении вопроса о том, создает ли рос сийский Конституционный Суд прецедент или не создает.

Принципиальный подход к оценке постановлений Конститу ционного Суда, подчеркивалось, в частности, в выступлении рос сийского ученого Н. А. Богдановой на научнопрактической кон ференции в 1997 г., «связан с типом правовой системы, к которой принадлежит российское право. Таковой является, как известно, романогерманская (континентальная) правовая система, не при знающая правотворческой функции за судебными органами, не знающая такой формы источника права, как судебный прецедент, отстаивающая принцип превосходства писаной нормы над мнени ем или убеждением судей»

Давид Р., ЖоффреСпинози К. Указ. соч. С. 118.

См.: Hazard J., Butler W., Maggs P. The Soviet Legal System. N.Y., 1977. P. 3—

28; Cruz P. Op. cit. P. 192—200.

Богданова Н. А. Конституционный Суд Российской Федерации в системе конституционного права // Вестник Конституционного Суда Российской Феде рации. 1997. № 3. С. 64.

<<< < Предыдущая 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 3132 / 5032 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]