Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое регулирование отношений по оказанию услуг в условиях цифровой экономики доктринальные, нормотворческие и правоприменительные аспекты. Моногра
.pdf
2.2. Услуги как объекты гражданских прав в сфере электронной торговли
Причем в одном случае владелец сайта по продаже авиабилетов
действовал как посредник между авиакомпаниями и потребителя‑
ми на основе агентского договора и обязан был довести до сведе‑
ния потребителей полную и достоверную информацию об усло‑
виях применения тарифа, включая условия возврата (невозврата)
провозной платы.
Суд удовлетворил требования потребителя, мотивируя это тем,
что предприниматель, осуществляя продажу авиабилетов дистан‑
ционным способом, в частности через сайт, должен был предоста‑
вить информацию об условиях приобретения авиабилетов еще до за‑
ключения договора купли‑продажи таких авиабилетов, в том числе
с переводом на русский язык, чего предпринимателем не было со‑
вершено
59
.
В другом случае владелец сайта, на котором были размещены пред‑
ложения авиакомпаний по продаже авиабилетов, не состоял с ними
в правоотношениях, не являлся уполномоченным посредником. Как
следовало из соглашения между потребителем и владельцем сайта,
цель деятельности последнего заключалась в платном оказании по‑
мощи потребителям, касающейся поиска и сбора информации о путе‑
шествиях, а также условиях бронирования и оплаты соответствующих
товаров и услуг. Причем в данном соглашении специально содержа‑
лось указание на то, что потребитель на сайте заключает договор непо‑
средственно с авиакомпанией в соответствии с российским и между‑
народным законодательством. По утверждению владельца сайта, его
организация не имеет права переводить указанные документы на дру‑
гой язык по причине возможного искажения их содержания, однако
в случае необходимости потребитель может направить запрос в виде
электронного письма на указанную почту владельца сайта, в том чис‑
ле касающийся (запрос) языка изложения.
Плюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_373622/e4ca7
557c9ce6273af99d42c900e8579841fe652/ (дата обращения: 01.08.2023).
59
Решение Верх‑Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 7 августа 2017 г.
по делу № 2–3058/2017. URL: http: sudact.ru/regular/doc/7REIRD6Y8cNd/ (дата обра‑
щения: 18.10.2018). Аналогичное решение по такому же делу вынес Железнодорож‑
ный районный суд г. Ростов‑на‑Дону от 7 сентября 2016 г. (дело № 2–2293/2016). URL:
http://sudact.ru/regular/doc/x9x8hBKZX9Zu/ (дата обращения: 18.10.2018). См. об этом
также: [9].
61
2. Правовое регулирование услуг в сфере электронной торговли
В этом деле суд пришел к иному выводу: «перед приобретением
авиабилетов истец ознакомилась с условиями договора перевозки
и условиями применения тарифа, согласилась с ними, поскольку по‑
ставила отметку в указанном поле, без проставления которой техни‑
чески невозможно завершить бронирование, заключить договор пе‑
ревозки и произвести оплату. Предоставляя услугу по бронированию
и продаже билетов по системе on‑line, ответчик вправе исходить из до‑
бросовестности клиента, который, проставляя соответствующую от‑
метку об ознакомлении с условиями договора, тем самым подтверж‑
дает свою осведомленность и согласие с его условиями»
60
.
Таким образом, при разрешении двух указанных выше в значи‑
тельной мере сходных дел суды пришли к разным оценкам и выво‑
дам относительно установления обязанностей владельцев сайтов и,
соответственно, о возможности привлечения их к гражданско‑пра‑
вовой ответственности.
Представляется, что для решения возникающих здесь вопросов
имеет решающее значение выяснение проблемы, касающейся струк‑
туры складывающихся договорных правоотношений между владель‑
цем сайта и иными субъектами (продавцами, клиентами).
С точки зрения потребителя, деятельность владельцев сайтов в обоих
выше приведенных случаях носит достаточно схожий характер, поскольку
предполагает и позволяет осуществлять с помощью сайта аккумулирова‑
ние предложений авиакомпаний по продаже авиабилетов; в электронной
форме (посредством сайта) заключались договоры, оплата за пользова‑
ние ресурсами сайта направлялась его владельцу. Эти и некоторые дру‑
гие обстоятельства, очевидно, способствовали дезориентации некото‑
рых клиентов относительно идентификации контрагента по договору.
В российском правопорядке с целью внесения определенности
относительно правового статуса владельцев сайтов и мер их ответ‑
ственности недавно был принят Федеральный закон от 29 июля 2018 г.
№ 250‑ФЗ «О внесении изменений в Закон Российской Федерации
“О защите прав потребителей”»
61
. Данный закон охватывает право‑
60
Решение Ленинского районного суда г. Томска от 10 июня 2016 г. по делу
№ 2–1177/2016. URL: http://sudact.ru/regular/doc/37d8FrF85YQ8/ (дата обращения:
18.10.2018). См. об этом также: [9, с. 161–162].
61
«О внесении изменений в Закон Российской Федерации “О защите прав потреби‑
телей”» : Федеральный закон от 29.07.2018 № 250‑ФЗ (последняя редакция) // Консуль‑
62
2.2. Услуги как объекты гражданских прав в сфере электронной торговли
вое регулирование деятельности владельцев сайтов, работающих как
по «торговой модели», так и по «модели агрегатора», и вводит такую
общую юридическую конструкцию, как «владелец агрегатора инфор‑
мации о товарах (услугах)» — это организация, независимо от органи‑
зационно‑правовой формы, либо индивидуальный предприниматель,
которые являются владельцами программы для электронных вычис‑
лительных машин и (или) владельцами сайта и (или) страниц сайта
в информационно‑телекоммуникационной сети Интернет и кото‑
рые предоставляют потребителю в отношении определенного товара
(услуги) возможность одновременно ознакомиться с предложением
продавца (исполнителя) о заключении договора купли‑продажи то‑
вара (договора возмездного оказания услуг), заключить с продавцом
(исполнителем) договор купли‑продажи (договор возмездного оказа‑
ния услуг), а также произвести предварительную оплату указанного
товара (услуги) путем перевода денежных средств владельцу агрега‑
тора в рамках применяемых форм безналичных расчетов в соответ‑
ствии с п. 3 статьи 16.1 настоящего Закона и Федеральным законом
от 27 июня 2011 г. № 161‑ФЗ «О национальной платежной системе»
62
Владелец агрегатора в настоящее время может размещать на своем
сайте информацию не только о товарах, услугах, результатах работ,
но и о реализации исключительных прав на результаты интеллекту‑
альной деятельности.
Как указано в пояснительной записке к Федеральному закону
от 29 июля 2018 г. № 250‑ФЗ
63
необходимость восполнения законо‑
дательного пробела в области регулирования деятельности владель‑
цев агрегаторов в электронной коммерции связана с тем, что «из‑за
отсутствия четкой правовой регламентации деятельности хозяйству‑
ющих субъектов, не идентифицируемых как классические продавцы
(исполнители), они фактически оказываются вне юрисдикции зако‑
.
тантПлюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_303537/
(дата обращения: 01.08.2023).
62
«О национальной платежной системе» : Федеральный закон от 27.06.2011
№ 161‑ФЗ (последняя редакция) // КонсультантПлюс : [сайт]. URL: https://www.
consultant.ru/document/cons_doc_LAW_115625/ (дата обращения: 01.08.2023).
63
«О внесении изменений в Закон Российской Федерации “О защите прав потреби‑
телей”» : Федеральный закон от 29.07.2018 № 250‑ФЗ (последняя редакция) // Консуль‑
тантПлюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_303537/
(дата обращения: 01.08.2023).
63
2. Правовое регулирование услуг в сфере электронной торговли
нодательства о защите прав потребителей, не несут бремя соблюдения
прав потребителей на информацию о продавце (изготовителе, испол‑
нителе) реализуемых товаров и предлагаемых услуг»
64
.
В связи с этим представляется необходимым обратить внимание
на то, что в условиях электронно‑цифровой экономической и пра‑
вовой средах вряд ли может быть реализована в полной мере интен‑
ция, выраженная в вышеприведенной Пояснительной записке, — чет‑
ко идентифицировать хозяйствующих субъектов как «классических»
продавцов (исполнителей), как это традиционно делается в услови‑
ях обычного («классического») гражданского оборота. Внимательное
ознакомление с положениями Закона о внесении изменений в Закон
о защите прав потребителей, а также анализ подобной европейской
практики, еще в большей мере дают основания для таких сомнений.
Вышеназванный Закон четко регламентирует ряд обязанностей
владельца агрегатора, касающихся доведения информации о себе
и предпринимателях до сведения потребителя, изменений такой ин‑
формации, электронно‑цифровых способов сообщения информа‑
ции потребителю и т. д., а также ответственность владельца агрега‑
тора за предоставление потребителю недостоверной или неполной
информации.
В законодательном порядке установлены случаи, когда владелец
агрегатора освобождается от ответственности за убытки, возникшие
у потребителя вследствие предоставления ему недостоверной или
неполной информации, а также касающиеся возврата потребителю
суммы произведенной им предварительной оплаты по договору и т. д.
Однако названный Закон в качестве общего правила устанавливает
ответственность предпринимателя (продавца, исполнителя) за пере‑
дачу потребителю предмета ненадлежащего качества и обмен непро‑
довольственного товара надлежащего качества на аналогичный товар,
если иное не предусмотрено в соглашении между владельцем агрега‑
тора и предпринимателем и не вытекает из существа отношений меж‑
ду ними. Последнее, как представляется, уже с трудом может соотно‑
ситься с моделью «классической» ответственности «классического»
64
«О внесении изменений в Закон Российской Федерации “О защите прав потре‑
бителей”» : Пояснительная записка к проекту Федерального закона № 126869–7 // Си‑
стема обеспечения законодательной деятельности : [сайт]. URL: https://sozd.duma.gov.
ru/bill/126869–7/ (дата обращения: 01.08.2023).
64
2.2. Услуги как объекты гражданских прав в сфере электронной торговли
продавца товаров, как это имеет место в обычной (аналоговой) эко‑
номике и «классическом» гражданском обороте.
В рассматриваемом контексте примечательным является и то,
что владелец агрегатора в ряде случаев выступает не просто в роли
обычного посредника, «транслирующего» соответствующую инфор‑
мацию для клиентов, но и оказывает услуги по доставке товара и со‑
путствующие этому услуги, принимает электронную оплату за товар,
выполняет некоторые контрольные функции и, более того, являет‑
ся регулятором споров, возникающих между предпринимателями
и потребителями в сфере электронно‑цифровой коммерции. В част‑
ности, владелец агрегатора вправе отказать потребителю в возврате
суммы предварительной оплаты при условии получения от предпри‑
нимателя (продавца, исполнителя) подтверждения принятия потре‑
бителем предмета договора при этом копия такого подтверждения
должна быть направлена владельцем агрегатора потребителю в уста‑
новленный законом срок.
В рассматриваемом контексте также представляет интерес евро‑
пейский опыт правового регулирования цифровых коммерческих от‑
ношений с участием владельцев агрегаторов. Как отмечено в статье 2
Проекта Директивы об онлайн‑посреднических платформах, разра‑
ботанного исследовательской группой европейских ученых Универ‑
ситета Оснабрюк (Германия) и Ягеллонского университета (Крако‑
ва) в 2016 г., онлайн‑посредническая платформа представляет собой
информационный социальный сервис, который доступен через Ин‑
тернет или аналогичные цифровые средства, позволяющие клиентам
заключать договоры с поставщиками товаров, услуг или цифрового
контента, за исключением услуг, которые только идентифицируют
и направляют клиентов к этим поставщикам, предоставляя их сайты
или контактные данные [1].
Сравнительный анализ российского Федерального закона о вне‑
сении изменений в Закон о защите прав потребителей с европейским
Проектом Директивы позволяет сделать следующие выводы.
Во‑первых, в положении, закрепленном в статье 2 вышеназван‑
ного Проекта Директивы, предусмотрено, что онлайн‑посредниче‑
ская платформа позволяет клиентам заключать различные договоры
не только с точки зрения их содержания, но и по субъектному соста‑
ву: в одном случае это договоры клиентов с поставщиками товаров
65
2. Правовое регулирование услуг в сфере электронной торговли
(услуг, цифрового контента и т. д.), а в другом — клиентов с владель‑
цами агрегаторов.
Во‑вторых, заслуживает внимания вывод, содержащийся в Проек‑
те Директивы об онлайн‑посреднических платформах, о том, что в ка‑
честве клиентов выступают не только физические лица, не осущест‑
вляющие деятельность, связанную с торговлей, бизнесом, ремеслом
или профессией, но и юридические лица. По мнению специалистов
исследовательской группы, граница между потребителями и пред‑
принимателями в качестве пользователей на сайтах владельцев агре‑
гаторов в цифровом мире все больше стирается; платформа должна
быть открыта и доступна для всех пользователей одинаково, незави‑
симо от их статуса. Отсюда следует, что правила о потребительских
гарантиях также будут распространяться на всех пользователей [1].
В‑третьих, в Проекте Директивы об онлайн‑посреднических плат‑
формах более четко структурированы обязанности владельца агрега‑
тора [1]:
1) обязанности владельца платформы, которые включают пра‑
вила прозрачности деятельности платформы, коммуникации через
платформу, а также репутационную систему и особого рода содержа‑
тельную обязанность по защите прав пользователей (при получении
оператором платформы информации о преступном или же ином про‑
тивоправном поведении кого‑либо из участников цифровых правоот‑
ношений на базе онлайн‑платформы, которое может причинить вред,
нарушить режим конфиденциальности персональных данных и т. д.,
он обязан принять адекватные меры для защиты интересов пользо‑
вателей платформы), нормы об ответственности оператора платфор‑
мы за ущерб, причиненный пользователям в результате указанных
правонарушений;
2) обязанности оператора платформы перед клиентами: инфор‑
мировать клиента до заключения договора с поставщиком о том, что
он заключает договор именно с этим поставщиком, а не с операто‑
ром платформы; обеспечить со стороны поставщика предоставле‑
ние клиенту информации о предлагаемых товарах, услугах, цифро‑
вом контенте;
3) обязанности, связанные с предоставлением поставщику тех‑
нического функционала для выполнения им своих обязанностей пе‑
ред клиентами.
66
2.2. Услуги как объекты гражданских прав в сфере электронной торговли
Названные выше обязанности владельца агрегатора, предусмотрен‑
ные в Проекте Директивы об онлайн‑посреднических платформах, от‑
ражают не только организационно‑техническую (технологическую),
коммуникационную деятельность владельца агрегатора, но и, что очень
важно, его правовые функции: защита пользователей платформы от про‑
тивоправных и недобросовестных действий участников правоотноше‑
ний, возникающих на базе платформы; контроль за соблюдением участ‑
никами установленных правил и требований; ответственность оператора
платформы в предусмотренных случаях, что, очевидно, свидетельствует
о сложном характере содержания конструкции, отражающей правовое
положение владельца агрегатора. Это же, по существу, следует и из анали‑
за положений вышеупомянутого российского Закона № 250‑ФЗ «О вне‑
сении изменений в Закон “О защите прав потребителей”»
65
.
В этом контексте обращает на себя внимание позиция, высказан‑
ная И. С. Шляхтиным, согласно которой, если владельцы агрегаторов
размещают публичные оферты различных продавцов на своем сайте,
предоставляя возможность заключения договора и оплаты потреби‑
телем услуг не переходя на их сайты, то тем самым они не только вы‑
ступают в качестве посредника, но и выполняют функцию продавца.
Отсюда возникают проблемы квалификации этого субъекта правоот‑
ношений, связанные с участием потребителей [22]. Далее, апеллируя
к Правилам продажи отдельных видов товаров
66
, И. С. Шляхтин ут‑
верждает, что владельцы агрегаторов как «организации, выполняющие
функции продавца на основании договора с ним» и «лица, непосред‑
ственно осуществляющего продажу товара» приравниваются по пра‑
вовому положению к продавцу [22].
65
«О внесении изменений в Закон Российской Федерации “О защите прав потреби‑
телей”» : Федеральный закон от 29.07.2018 № 250‑ФЗ (последняя редакция) // Консуль‑
тантПлюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_303537/
(дата обращения: 01.08.2023).
66
«Об утверждении Правил продажи отдельных видов товаров, перечня товаров
длительного пользования, на которые не распространяется требование покупателя
о безвозмездном предоставлении ему на период ремонта или замены аналогичного
товара, и перечня непродовольственных товаров надлежащего качества, не подлежа‑
щих возврату или обмену на аналогичный товар других размера, формы, габарита, фа‑
сона, расцветки или комплектации» : Постановление Правительства РФ от 19.01.1998
№ 55 (ред. от 16.05.2020) // КонсультантПлюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.ru/
document/cons_doc_LAW_17579/ (дата обращения: 01.08.2023).
67
2. Правовое регулирование услуг в сфере электронной торговли
Действительно, в некоторых случаях отдельные владельцы агрега‑
торов идентифицируют себя в качестве продавцов товаров [20].
Однако, думается, что при определении структуры договорных
связей, формируемых на базе онлайн‑посреднических платформ
и правового положения владельцев агрегаторов, вряд ли можно ис‑
ходить из каких‑либо однозначных («линейных») юридических моде‑
лей. Здесь нужен гибкий дифференцированный подход, какой имеет
место в упоминаемом выше Проекте Директивы об онлайн‑посред‑
нических платформах. В этом документе наряду с тем, что в статье
16 перечислены случаи, когда оператор платформы несет ответствен‑
ность перед потребителями, в качестве общего правила сформулиро‑
вано положение о том, что поставщик онлайн‑платформы не несет от‑
ветственность за нарушение преддоговорных информационных прав
клиентов. При этом при наличии совокупности определенных призна‑
ков, свидетельствующих «о преобладающем влиянии на поставщика»,
оператор платформы несет солидарную ответственность с поставщи‑
ком. В частности, в статье 18 Проекта Директивы об онлайн‑посред‑
нических платформах указаны такие признаки, как: договор между
поставщиком и клиентом заключен исключительно через саму плат‑
форму; оператор платформы может удерживать платежи, уплаченные
клиентами по договору с поставщиками; условия договора между по‑
ставщиком и клиентом в основном определяются оператором плат‑
формы; сумма, подлежащая к оплате клиентом по договору с постав‑
щиком, определяется оператором платформы; оператор платформы
определяет единый образ или товарный знак поставщиков и т. д. [1].
В самом деле, при наличии таких и иных указанных в Проекте Дирек‑
тивы об онлайн‑посреднических платформах признаках, потребителю
(клиенту) крайне сложно определиться с моделью выстраивающейся
структуры договорных связей, установлением своего непосредствен‑
ного контрагента по договору, его (контрагента) юридического ста‑
туса, в результате чего у клиента действительно могут возникнуть за‑
блуждения.
Примечательна в этом отношении позиция, выраженная Верхов‑
ным Судом РФ, касающаяся применения законодательства в части
договоров в сфере перевозки, где высшая судебная инстанция указа‑
ла, что лицо, к которому обращается клиент для заключения договора
перевозки пассажиров и багажа, отвечает перед пассажиром за при‑
68
2.2. Услуги как объекты гражданских прав в сфере электронной торговли
чиненный в процессе перевозки вред, если оно заключило договор
перевозки от своего имени, а также если в связи с обстоятельствами
заключения договора (например, наименование этого лица исполь‑
зовалось на рекламных вывесках, на сайте в сети Интернет или в пе‑
реписке сторон при заключении договора) у добросовестного граж‑
данина‑потребителя могло сложиться мнение, что договор перевозки
заключается непосредственно с этим лицом, а фактический перевоз‑
чик является его работником либо третьим лицом, привлеченным
к исполнению обязательств по перевозке
67
.
При определении правового статуса оператора платформы необ‑
ходимо учитывать следующие обстоятельства. В ситуации, когда опе‑
ратор онлайн‑посреднической платформы четко и однозначно иден‑
тифицирует себя как контрагента в договорном правоотношении
с клиентом (например, только как посредника, предоставляющего
исключительно услуги по информированию клиентов), то именно
данных участников и следует рассматривать в качестве сторон соот‑
ветствующего обязательственного правоотношения со всеми выте‑
кающими отсюда правовыми последствиями, если иное не следует
из размещенных на сайте условий либо из существа фактических сло‑
жившихся отношений между сторонами.
Во всех иных случаях оператор платформы и поставщик (прода‑
вец), исполнитель услуги, подрядчик и т. д., когда у клиента отсут‑
ствует реальная возможность идентифицировать своего контрагента
по договору, очевидно, должны рассматриваться как лица, участвую‑
щие на стороне должника (множественность лиц), и нести в необхо‑
димых случаях солидарную ответственность перед клиентом.
Такой подход, как представляется, способствует обеспечению
надлежащей защиты прав и законных интересов клиентов как по‑
требителей, так и предпринимателей, а также повышению уровня
доверия со стороны клиентов к заключению договоров с использо‑
ванием электронно‑цифровых технологий, более тщательному отбо‑
ру владельцев агрегаторов, субъектов предпринимательства, готовых
67
«О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки
автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспорт‑
ной экспедиции» : Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 26 июня 2018 г. № 26 (п. 18) // КонсультантПлюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.
ru/document/cons_doc_LAW_301030/ (дата обращения: 01.08.2023).
69
2. Правовое регулирование услуг в сфере электронной торговли
размещать свои предложения о заключении договора на сайтах он‑
лайн‑посреднических платформ, повышению качества реализуемых
товаров (услуг, результатов работ и т. д.) в сети Интернет с использо‑
ванием цифровых технологий.
2.3. Использование электронно-цифровых
технологий при оказании услуг
в сфере государственных и муниципальных закупок
В качестве основополагающего акта, регулирующего комплекс от‑
ношений, в том числе связанных с оказанием услуг, в сфере государ‑
ственных и муниципальных закупок, выступает Федеральный Закон
«О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обе‑
спечения государственных и муниципальных нужд» № 44‑ФЗ
68
(да‑
лее — Закон о контрактной системе). В соответствии с частью 1 статьи
1 Закона о контрактной системе названный нормативный правовой
акт системно регулирует ряд стадий (этапов) закупок товаров, работ,
услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд: пла‑
нирование закупок; определение поставщиков (подрядчиков, испол‑
нителей); заключение контрактов; определение особенностей ис‑
полнения контрактов; мониторинг закупок товаров, работ, услуг;
аудит в сфере закупок; контроль за соблюдением законодательства
РФ о контрактной системе в сфере закупок.
Действующий Закон о контрактной системе, основанный на луч‑
ших достижениях как отечественной, так и зарубежной теории и прак‑
тики в указанной сфере, в отличие от ранее регулировавшего публич‑
ные закупки Закона
69
, в большей мере адаптирован к имплементации
и трансформации электронных технологий в регулировании системы
68
«О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения
государственных и муниципальных нужд» : Федеральный закон от 05.04.2013 № 44‑ФЗ
(последняя редакция) // КонсультантПлюс : [сайт]. URL: https://www.consultant.ru/
document/cons_doc_LAW_144624/ (дата обращения: 01.08.2023).
69
Статья 3105 / «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ,
оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» : Федеральный закон
от 21.07.2005 № 94‑ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 2005. № 30.
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]