Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое регулирование отношений по оказанию услуг в условиях цифровой экономики доктринальные, нормотворческие и правоприменительные аспекты. Моногра
.pdf
1.1. Тенденции развития гражданского оборота услуг в условиях цифровой экономики
ительстве. Для отечественного законодателя информационное модели‑
рование является сравнительно новым направлением нормотворчества,
которое обусловлено постановкой задачи по цифровизации строитель‑
но‑инвестиционной сферы [5, с. 235–239].
В сфере правового регулирования отношений об оказании услуг,
как представляется, имеется такая опасная исследовательская тен‑
денция: констатация особенностей правового регулирования тех или
иных видов услуг приводит исследователей к выводам о потребности
специального правового регулирования отношений по их оказанию.
Дифференциация правового регулирования должна иметь свои объ‑
ективные рамки, тем более в свете изменения парадигмы нормативно‑
правового и договорного регулирования отношений в цифровой среде.
В‑четвертых, одной из тенденций развития электронного граждан‑
ского оборота в сфере услуг следует считать его краудфандинг в ши‑
роком смысле (от англ. crowd — толпа). Представляют интерес неко‑
торые данные статистического анализа цифровой экономики России
на основе последних опубликованных данных Росстата, Минцифры
России, Банка России и других ведомств, которые представлены в ста‑
тистическом сборнике «Индикаторы цифровой России» [27].
Доступ к Интернету в домашних хозяйствах (в % от общего чис‑
ла домашних хозяйств): в 2010 г. — 48,4 %, в 2021 г. — 84 % [27, с. 178].
Неуклонно растет доступ к Интернету по видам устройств доступа
(мобильные телефоны или смартфоны, ноутбуки и нетбуки, телеви‑
зоры со специальными устройствами). В 2021 г. 69 % от общего чис‑
ла населения страны использовало для выхода в Интернет мобильные
телефоны. Практически каждый день 81,5 % населения России в воз‑
расте от 15 до 74 лет использует Интернет [27, с. 183].
Обращают на себя внимание меняющиеся подходы к осмыслению
статистической информации. Разрабатываются индикаторы цифровой
экономики, в частности такие индикаторы, как «цифровые навыки на‑
селения», «население в цифровой реальности». Показательно, что вы‑
делилось самостоятельное направление научных исследований — вза‑
имодействие человека и компьютера, которое имеет и частноправовые
аспекты. Так, в связи с ростом и интенсификацией цифрового взаи‑
модействия, ростом количества центров хранения и обработки данных
физических лиц поднимается проблема цифрового следа и технологий
его использования. Оформились понятия «активный цифровой след» —
21
1. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг
данные, формируемые самим пользователем, и «пассивный цифровой
след» — данные, которые оставляются ненамеренно или вследствие ра‑
боты программного обеспечения. Существует ироничное высказыва‑
ние, навеянное цифровой трансформацией: «О себе порой мы знаем
меньше, чем знают о нас». Охрана частной жизни гражданина, его лич‑
ных неимущественных прав требует построения такой модели право‑
вого регулирования цифрового следа, которая исключает нежелатель‑
ное для человека использование его персональных данных.
Сотрудничество банков с краудплощадками является перспектив‑
ным направлением для дальнейшего развития финансового сектора.
Федеральный закон от 2 августа 2019 г. № 259‑ФЗ «О привлечении
инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о внесе‑
нии изменений в отдельные законодательные акты Российской Фе‑
дерации» регулирует отношения, возникающие в связи с инвестиро‑
ванием и привлечением инвестиций с использованием специальных
платформ, определяет правовые основы деятельности операторов этих
платформ. Безусловно, вовлечение массового пользователя в элек‑
тронный оборот услуг предполагает потребность формирования пра‑
вовых режимов защищенности заказчиков таких услуг.
В‑пятых, развитие цифровых технологий предполагает появле‑
ние и инкорпорирование в гражданское законодательство совершен‑
но новых договорных конструкций и правовых режимов исполнения
договоров. Нормативно‑правовое регулирование договоров движется
в направлении формирования новой парадигмы договорного права,
основанной на принципиально новых электронных платформах, —
блокчейн. Следует согласиться с мнением о том, что «развитие смарт‑
контрактов способно изменить существующие представления об ис‑
полнении обязательств и серьезно повлиять на весь гражданский
оборот» [10]. Исследованию правовой природы смарт‑контрактов по‑
священы работы зарубежных и отечественных исследователей. На наш
взгляд, заслуживают внимания выводы исследователей А. И. Саве‑
льева, Л. Г. Ефимовой, О. Б. Сиземовой в части обозначения при‑
знаков смарт‑контракта как цивилистической сделки, различий
смарт‑контракта как компьютерного кода от смарт‑контракта как
гражданско‑правового договора [9; 21; 22].
В‑шестых, разрешение проблемы идентификации личности участ‑
ника гражданского оборота — это одно из направлений нормативного
22
1.1. Тенденции развития гражданского оборота услуг в условиях цифровой экономики
регулирования программы «Цифровая экономика Российской Феде‑
рации». Следует отметить, что в сфере оказания услуг в сети Интернет
ставится задача «упрощенной идентификации», «перекрестной иден‑
тификации», например, при заключении договоров об оказании услуг
связи и возможности обновления сведений о клиентах дистанционно.
В‑седьмых, правовое обеспечение электронного оборота услуг
представляется оправданным путем апробации режимов специально‑
го правового регулирования в сфере цифровых инноваций в рамках
экспериментальных правовых режимов. Предметные области деятель‑
ности, которые предусмотрены ст. 1 Федерального закона «Об экс‑
периментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций
в Российской Федерации» от 31.07.2020 г. № 258‑ФЗ, являются вполне
оправданными
14
.
В‑восьмых, электронный оборот услуг стал более зависимым
от «паутины международных коммуникаций» и инкорпорирован‑
ным в нее, эта тенденция будет нарастать. Так, переход к новому по‑
колению гаджетов привел к необходимости согласования частот пе‑
рехода на международном уровне [12]. В этой связи следует указать
на то, что программные акты, обеспечивающие нормативное регу‑
лирование цифровой среды в России, в частности паспорт Нацио‑
нальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации»,
в качестве ожидаемого результата рассматривают гармонизацию пра‑
вовых режимов имущественного оборота в рамках интеграционных
объединений ЕАЭС и БРИКС [23, с. 6–17]. Обозначенные процес‑
сы, безусловно, повлияют и на вектор развития национального граж‑
данского законодательства.
В‑девятых, нельзя не отметить, что цифровые технологии меня‑
ют представление о вещах как объектах гражданского оборота. Субъ‑
екты гражданского оборота предпочитают получать услуги, перекла‑
дывая бремя содержания вещей на специализированные компании.
В среднесрочной перспективе вполне ожидаема трансформация ве‑
щей в так называемые «умные вещи», которые могут информировать
о себе, а некоторые могут взаимодействовать с субъектами граждан‑
14
«Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций в Рос‑
сийской Федерации» : Федеральный закон от 31.07.2020 г. № 258‑ФЗ // Гарант.ру :
[сайт]. URL: https://base.garant.ru/74451176/(дата обращения: 12.07.2023).
23
1. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг
ского права, а также при необходимости взаимодействовать между
собой [11]. Появляются вещи‑гибриды, которые не могут проявлять
свои потребительские свойства без системы услуг, которые обеспе‑
чивают качество их эксплуатации и содержания. О задаче цивилисти‑
ческой науки по осмыслению такого феномена речь пойдет в п. 2.1.2.
1.2. Становление правовой базы оказания услуг
в рамках интеграционных объединений БРИКС и ЕАЭС
в условиях цифровой трансформации
Следует учитывать важнейшие тренды развития науки и техно‑
логий, обусловливающие устойчивое экономическое развитие об‑
щества и предопределяющие потребности и тенденции правового
регулирования, в том числе сферы услуг. Итак, имеют место несколь‑
ко приоритетов: 1) медицина и биотехнологии; 2) информационно‑
коммуникационные технологии (система всепроникающей инфор‑
мационной сети); 3) «зеленые технологии», экология и энергетика,
альтернативная энергетика; 4) новые и композитные материалы;
5) технологии умного производства и транспортной отрасли; 6) ис‑
пользование потенциала космоса и океана, наука о земле, «креатив‑
ные» отрасли, технологии скоростного движения; 7) система безо‑
пасности, оборона.
Если опираться на Указ Президента РФ от 07.07.2011 № 899 (ред.
от 16.12.2015) «Об утверждении приоритетных направлений развития
науки, технологий и техники в Российской Федерации и перечня кри‑
тических технологий Российской Федерации», то следует обозначить
следующие приоритеты развития в обозначенных сферах: информаци‑
онно‑телекоммуникационные системы; науки о жизни; индустрия на‑
носистем; транспортные и космические системы; рациональное при‑
родопользование; энергоэффективность, энергосбережение; ядерная
энергетика
15
. Таким образом, с учетом потребностей развития обще‑
15
«Об утверждении приоритетных направлений развития науки, технологий и тех‑
ники в Российской Федерации и перечня критических технологий Российской Федера‑
ции» : Указ Президента РФ от 07.07.2011 № 899 (ред. от 16.12.2015) // Гарант.ру : [сайт].
URL: https://base.garant.ru/55171684/(дата обращения: 10.05.2023 г.).
24
1.2. Становление правовой базы оказания услуг
ственных отношений, которые предопределены парадигмой устой‑
чивого развития общества, можно констатировать, что следующие
виды наукоемких услуг получат интенсивное и приоритетное разви‑
тие в среднесрочной перспективе: информационно‑телекоммуника‑
ционные, транспортные (и транспортной инфраструктуры), энерго‑
сервиса (услуги в области ресурсосбережения), медицинские услуги
новых технологий (услуги жизнеобеспечения). Безусловно, выделе‑
ние таких приоритетов обладает известной долей условности, однако
позволяет определить приоритеты научных разработок в сфере пра‑
вового регулирования динамично развивающихся наукоемких услуг,
сформировать резервы для их правового регулирования.
Стратегия БРИКС предусматривает развитие информационно‑
коммуникационных услуг как одно из приоритетных направлений
в сфере сотрудничества, проводится исследование стран — членов
БРИКС в области новых услуг, связанных с информационной безо‑
пасностью [24]. Стратегическая задача обеспечения физической взаи‑
мосвязанности стран БРИКС, географически расположенных на раз‑
ных континентах, предполагает развитие инфраструктуры транспорта
и коммуникаций, поиск технологических, проектировочных реше‑
ний в целях создания новых международных транспортных коридо‑
ров на территории стран БРИКС [20]. С учетом обозначенного в сред‑
несрочной перспективе ожидаемо развитие инновационных услуг
транспорта и транспортной инфраструктуры в рамках взаимодей‑
ствия стран — членов БРИКС.
Как отмечалось выше, с помощью услуг удовлетворяются по‑
требности различных субъектов. Все более востребованными явля‑
ются услуги, удовлетворяющие нужды субъектов публичных образо‑
ваний. Сегодня развиваются услуги управленческого консалтинга,
направленные на организацию эффективного управления на тер‑
ритории публичного образования, а также услуги в области энерго‑
и ресурсосбережения, в том числе с привлечением механизмов го‑
сударственно‑частного партнерства. Реализация проектов в рамках
интеграционных объединений ЕАЭС, ШОС, БРИКС будет разви‑
ваться в направлении повышения энергоэффективности проектов,
оказания энергосервисных услуг. Реализация Стратегии экономиче‑
ского партнерства в рамках БРИКС до 2025 г., несомненно, требует
активизации научных исследований в направлении формирования эф‑
25
1. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг
фективной правовой платформы БРИКС, которая послужит действен‑
ным механизмом реализации Стратегии [20]. Страны БРИКС обладают
разнообразной системой источников гражданского и торгового права.
Правовые системы стран — членов БРИКС охватывают три правовые
семьи: романо‑германскую (Россия и Бразилия), общего права (ЮАР,
Индия), социалистического права (Китай) [15]. Между тем следует за‑
метить, что такое отнесение правопорядков стран БРИКС к поиме‑
нованным выше правовым семьям носит несколько условный харак‑
тер. Так, отечественные исследователи (В. В. Безбах, К. М. Беликова,
А. Я. Капустина, М. Н. Марченко и др.) выделяют латиноамериканское
право в отдельную правовую семью [2; 16]. Единства теоретических под‑
ходов в этой связи не наблюдается. Попытка отыскания в целом ряде
случаев абсолютно унифицированных правовых подходов и решений
в странах с разносистемными правопорядками для формирования пра‑
вовой платформы БРИКС вряд ли может быть признана плодотворной.
Показательно то, что сравнительно‑правовые исследования в этой
области сопровождаются вопросом — сближение правового регули‑
рования в странах БРИКС: миф или реальность? Так, исследование
К. А. Писаренко, посвященное перспективам гармонизации антимо‑
нопольного регулирования в правопорядках стран БРИКС, позволи‑
ло констатировать автору маловероятность унификации в обозначен‑
ной сфере отношений [1, с. 169]. Динамично развивающиеся правовые
системы стран БРИКС имеют ведущую роль и оказывают несомненное
влияние на развитие права в своем регионе, и, как нам представляется,
эта тенденция будет сохраняться в дальнейшем. Внимание зарубежных
и российских правоведов к вопросам сравнительного правоведения пре‑
жде всего в сфере правового регулирования имущественного оборота
вполне оправдано как в теоретическом, так и прикладном плане. Сле‑
дует согласиться с утверждением В. В. Безбаха, высказанным им в ре‑
цензии к монографическому исследованию К. М. Беликовой «Право‑
вое регулирование торгового оборота и кодификация частного права
в странах Латинской Америки» о том, что «… сравнительно‑правовое
исследование открывает широкие возможности для прогнозирования
направления, в котором может осуществляться соответствующее ре‑
гулирование в будущем с учетом актуальных потребностей в совер‑
шенствовании действующего российского законодательства» [2, с. 4].
В этой связи представляет несомненный интерес эволюция процес‑
26
1.2. Становление правовой базы оказания услуг
са кодификации гражданского и торгового законодательства латиноа‑
мериканских стран, смещение акцента в сторону «отказа от дуализма
и использования опыта межсистемного взаимодействия» [2, с. 4], раз‑
витие латиноамериканского права, которое отличается, по справедли‑
вому утверждению К. М. Беликовой, «своеобразием и самобытностью,
характеризуется разработанностью национальных правовых систем
и тяготением к региональной интеграции» [2, с. 7]. Унификация част‑
ного права в «разносистемных» правопорядках представляет собой са‑
мостоятельную тему для научных исследований.
Бесспорно то, что успешный опыт правового регулирования стран
БРИКС на основе государственно‑частного партнерства может быть
весьма востребованным в приоритетных отраслях взаимодействия
(авиастроении, наноотраслях, здравоохранении, энергетике и др.).
Так, энергоэффективность и энергосбережение становятся важным
направлением международного правового сотрудничества. Реализа‑
ция проектов в области энергосбережения, совместные научные раз‑
работки, направленные на унификацию правовой среды, в том числе
в сфере энергосервиса, с использованием механизмов государствен‑
но‑частного партнерства, могут быть объединяющим началом для
стран БРИКС. Актуальным для стран БРИКС с быстрорастущим на‑
селением является строительство жилья, в том числе с использовани‑
ем норм и стандартов, обеспечивающих энергосбережение [19]. Пе‑
редовой опыт правового регулирования стран БРИКС необходим для
разработки прорывных инновационных юридических конструкций,
которые обеспечат эффективное регулирование в условиях многопо‑
лярной конфигурации мирового хозяйства.
Потребность организации отношений в сфере оборота услуг в рам‑
ках ЕАЭС обусловила необходимость создания рабочей группы по обе‑
спечению функционирования единого рынка услуг (Решение Сове‑
та Евразийской экономической комиссии № 33 от 28.05.2015 г.
16
).
Стратегия экономического партнерства БРИКС до 2025 г. содер‑
жит раздел, посвященный цифровой экономике [24], а также основ‑
ные тренды развития в рамках интеграционного объединения:
16
«О рабочей группе по обеспечению функционирования единого рынка услуг
в рамках Евразийского экономического союза» : Решение Совета ЕЭК от 28.05.2015
№ 33 // Альта‑Софт : [сайт]. URL: https://www.alta.ru/tamdoc/15sr0033/(дата обраще‑
ния: 13.09.2023).
27
1. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг
— раскрытие потенциала цифровых технологий и возможностей
для населения стран БРИКС;
— обмен опытом и изучение подходов к вопросам регулирования
цифровой трансформации экономики;
— повышение доступности и качества товаров и услуг, произво‑
димых странами БРИКС с использованием цифровых технологий;
— решение проблемы цифрового разрыва путем преодоления
неравномерности в доступе населения стран БРИКС к цифровой ин‑
фраструктуре, навыкам и услугам;
— содействие надлежащему обучению и повышению квалифика‑
ции рабочей силы и бизнеса с учетом вызовов и возможностей, свя‑
занных с цифровизацией экономики и процессами Четвертой про‑
мышленной революции;
— разработка программ цифровой грамотности для гармоничной
и инклюзивной адаптации населения стран БРИКС;
— обмен опытом и лучшими практиками в сфере уникальных
цифровых систем идентификации, управления большими данными,
функционирования «умных городов» и «умных сообществ», реализа‑
ция совместных проектов между странами БРИКС;
— признание важности цифрового управления в эпоху глобаль‑
ной цифровизации и развития сотрудничества в данной области, в том
числе в рамках Целевой рабочей группы БРИКС по вопросам циф‑
ровизации.
1.3. Гражданский оборот услуг в цифровой экономике:
исследовательские задачи частноправовых наук
Сфера услуг — это сегодня одна из «уязвимых» понятийных сфер
в гражданском законодательстве и международных частноправовых
унификациях. Понятийный правовой аппарат цифровой экономики
находится на стадии своего становления и требует осмысления. На‑
растание процессов конвергенции технологий, появление новых ви‑
дов общественных отношений в наукоемких областях требуют раз‑
работки прорывных инновационных юридических конструкций, что
касается прежде всего информационных и телекоммуникационных
28
1.3. Гражданский оборот услуг в цифровой экономике
услуг. Имущественные отношения оказания услуг стали более зна‑
чимыми по своему «удельному весу» в структуре предмета граждан‑
ского (торгового) права развитых стран, это привело к интенсифика‑
ции нормативно‑правового регулирования отношений об оказании
услуг в национальных законодательствах [31, с. 53–55]. Дальнейшей
обстоятельной теоретической проработки отечественными цивили‑
стами требует вопрос о направлениях развития правовых институтов,
регулирующих отношения по возмездному оказанию услуг.
В поисках понятийного единства
Становление понятийного правового аппарата цифровой эко‑
номики сопровождается таким явлением, как «понятийный бум».
Среди новых понятий, используемых в сфере услуг, можно отметить
следующие: «цифровая платформа», «платформенная экономика»,
«цифровая модель», «цифровая инфраструктура», «цифровая услу‑
га», «цифровая среда», «цифровое пространство», «цифровая эко‑
система», «электронные активы», «цифровые права» и др. Многие
из вышеперечисленных терминов находят свое закрепление, не имея
четких дефиниций в программных и нормативных актах или в науч‑
ном обороте. По этой причине обоснованное формирование «поня‑
тийных рядов» является вполне оправданной исследовательской за‑
дачей и представляет интерес как для доктрины гражданского права,
так и смежных отраслей научных знаний. Достаточно востребован‑
ной в исследованиях стала тема, которую условно можно обозначить
так: «В поисках понятийного единства, места новаций в существую‑
щей системе понятийного правового аппарата».
Могут быть обозначены следующие тенденции развития науч‑
ных исследований в сфере совершенствования понятийного аппара‑
та: «коллекционирование» новых терминов и понятий без должного
обоснования введения их в научный оборот и правоприменительную
практику; попытки инкорпорировать новые правовые явления в уже
существующие понятия, нормативные модели, что не всегда оправ‑
данно. Актуализирует обозначенный вопрос и то обстоятельство, что
скорость цифровой трансформации нарастает: услуги в цифровой сре‑
де настолько динамично развиваются, что оставляют в правовом ва‑
кууме совершенно новые явления в области IT. Еще десять лет назад
29
1. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг
понятие «облачные услуги» использовалось преимущественно в про‑
фессиональной среде. Это понятие связано с другим «цифровым» по‑
нятием — «облачные вычисления» (от англ. — cloud computing), которое
относится к революционным технологиям, оптимизирующим автома‑
тизированные процессы, новый подход к использованию компьютер‑
ных ресурсов и мощностей (новая модель предоставления удобного
сетевого доступа в режиме «по требованию»). В этой связи требует‑
ся осмысление новых понятий «стоимость аренды вычислительного
ресурса облака», «измеряемость облачной услуги».
«Понятийный бум», связанный с применением новых понятий как
в рамках одного государства, так и при международном взаимодействии,
обусловливает постановку исследовательской задачи относительно оцен‑
ки существующего и формирования нового понятийного аппарата, в том
числе в сфере оказания услуг с использованием цифровых технологий.
В рамках данного монографического исследования различными автора‑
ми поднимаются вопросы формирования понятийного аппарата и его ме‑
тодологических подходов. В этом контексте заслуживают особого вни‑
мания исследования ученых М. А. Бажиной, О. В. Жевняк.
Дискуссионными в доктрине гражданского права являются вопро‑
сы о самом понятии «услуга» в значении объекта гражданских прав.
Едва ли не каждый автор, который обращается к исследованию ус‑
луг, договорных институтов, направленных на их гражданско‑право‑
вое опосредование, поднимает вопросы о понятии услуги в граждан‑
ско‑правовом смысле, о квалифицирующих признаках этого понятия.
Не ставя перед собой задачу анализа всех предлагаемых доктриналь‑
ных дефиниций услуг, которые обосновывались учеными постсовет‑
ского периода, лишь отметим, что в юридической науке проявлены
различные подходы к определению услуги. Так, можно выделить про‑
цессный и операционный подходы. Имеет место обоснование опре‑
делений услуги через категории: «вид предпринимательской деятель‑
ности», «способ удовлетворения разумной потребности», «характер
результата», «особое экономическое благо» и др. Обращает на себя
внимание и «акцент» законодательства при определении перечня объ‑
ектов гражданских прав (ст. 128 ГК РФ
17
) в сторону оказания услуги
17
Статья 128. Объекты гражданских прав / Гражданский кодекс Российской Фе‑
дерации (часть первая) : от 30.11.1994 № 51‑ФЗ (ред. от 24.07.2023) (с изм. и доп.,
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]