Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мы с тобой одной крови. Лекции, беседы, проповеди.pdf
О жизни в Церкви
161
Сокровище наше — Христос
Вернемся к тому, что такое община и на чем она
строится. Прежде всего община строится на глубоком переживании. Это переживание значит жизнь
по, жизнь с, жизнь в Евангелии.
Христианская жизнь с утра начинается не только
утренними молитвами. Весь богослужебный цикл
и весь церковный круг с Пасхами, постами и праздниками отнюдь не лишний. Он просто не главный.
Он, конечно, — необходимая помощь и подспорье
в нашем движении ко Христу и за Христом. Но
главное — это все-таки Сам Христос. Как сказал
Алексей Степанович Хомяков: «Самое главное наше
сокровище — это Сам Господь наш, Иисус Христос».
Вот это должно быть провозглашено миссией
самым громким голосом. Самое главное наше сокровище — Сам наш Господь Иисус Христос, и мы
Его проповедуем.
Но проповедовать Его мы можем тогда, когда
Он действительно для нас самое главное наше сокровище. И когда мы начинаем день с утренних
молитв, то главное в этом дне не утренние молитвы, а живу ли я в этот день по Евангелию или нет.
Помню ли я о том, что сегодня я должен исполнить
евангельское предназначение и постараться прожить этот день так, как Евангелие учит меня его
проживать.
Евангелие — о нас
Это самое тяжелое, самое страшное, самое неудобное, и абсолютно неисполнимое задание для
христианина.
162 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
Община делает именно это, когда в ней проповедано прежде всего главное — жить по Христу,
жить по Евангелию, жить в самом Евангелии. Потому что каждое евангельское чтение обязательно говорит о любом из нас. И если я, слушая Евангелие
или читая его в храме, не понимаю, что эти слова
говорятся про меня, значит, я их не услышал. Если
я не ставлю перед собой труда понять, с кем я сегодня, кто я сегодня в Евангелии: мытарь или фарисей, блудница или апостол, Иуда или Петр, — то
Евангелие остается просто книгой Священного
Писания. Просто священной книгой, которую надо
читать стоя, перекрестившись, потом поцеловать,
закрыть и положить на аналойчик.
Но если Евангелие становится для нас сущностью
нашей христианской и православной жизни, то понятно, как рождается община. Общность христиан
представляет собой общину тех людей, которые настроены жить по-апостольски. По-апостольски — не
в заученном смысле этого слова, а по-апостольски,
потому что апостолы все время слышат Христа.
Они все время с Христом: они Его не понимают,
они между собой ругаются, они между собой что-то
делят, они убегают — но они все равно апостолы,
потому что они имеют возможность слышать Христа.
И эта возможность слышать Христа делает общину общиной. Потому что эта общность жизни —
общая жизнь со Христом. Эти люди не боятся,
они согласились и не испугались быть христианами.
Цель общины — являть любовь.
И тогда рождается все остальное: тогда рождается радость, тогда рождается надежда, тогда рождается упование, тогда рождается любовь, потому что
О жизни в Церкви
163
смысл Церкви и смысл общины — это являть собой
любовь.
Все проповеди митрополита Антония Сурожского посвящены любви. Там нет ничего другого. Понятно, почему мы говорим о том, что такое община
в понимании владыки Антония, — потому что это
община, которая услышала и захотела жить по
Евангелию, и в ней рождается любовь. И в этом ответ на вопрос: «Если Бог есть любовь, то Церковь
есть любовь или нет?» Необходимо искать ответ на
этот вопрос. Иначе нет смысла им задаваться.
Церковь может быть прекрасной и замечательной
идеологией, Церковь может быть замечательным социальным институтом — Церковь может быть чем
угодно прекрасно земным, в том числе замечательным музеем и археологическим кабинетом. Но самым высшим и прекрасным все равно в ней будет
любовь. Церковь может ничем больше не быть, но
быть любовью. И тогда она себя осуществляет от
начала до конца.
И тогда это Церковь живого Бога. И тогда это
Церковь, мимо которой нельзя пройти, которую
хочется слышать, понимать, от которой что-то
ждешь все время.
Церковь несбывшихся надежд
Сегодня отношение к Церкви напряженное, воинственное, агрессивное. Что это, откуда, почему?
Это неотвеченные ожидания. Это несбывшиеся
надежды. Это говорит только о том, что большинство людей в этой стране, несмотря ни на что, Церковь считают своей — очень многого сегодня ждут
и ничего, по большому счету, не получают.
164 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
Ничего того, что они ждут по-настоящему: настоящих слов или настоящего свидетельства о том, что
если мы верующие, то почему между нами распри,
почему столько ненависти, почему столько злобы,
почему столько упования на земное, почему столько желаний благополучия.
Вот эти вопросы остались без ответа, эти упования не состоялись, эти надежды не сбылись. И вот
в ответ на это ужасная обида, которая разжигается
теми, кто может посеять в душах ростки агрессии,
неверия, недоверия и презрения к Церкви.
Вся ответственность за это лежит сегодня на нас,
на христианах. Мы не смогли за это время показать
Церковь как общество любви, как общество Христа, как общество людей, которые меняются и могут поменять весь мир.
Церковь существует открыто, свободно, мощно
двадцать лет. За эти двадцать лет не снизилось
количество абортов в нашей стране, не снизилось
количество преступлений, не снизилось количество
самоубийц, алкоголиков, наркоманов. Их число
только выросло.
Церковь растет, Церковь укрепляется, Церковь
свидетельствует о своей мощи, силе, власти. Но
при этом свидетельства настоящего все равно нет.
Потому что настоящее свидетельство — это те плоды, которые мы видим вокруг себя.
Мы удобно живем. Нам очень комфортно внутри себя: мы издаем журналы, выпускаем телепропраммы, совершаем паломничества, рассказываем о святых, привозим огромное количество
святынь в наши города. И это очень хорошо —
люди имеют возможность как-то приобщиться
О жизни в Церкви
165
к этому. Но это не меняет нас, это не делает нас
другими.
Мы живем в опасной ситуации. У нас, конечно,
есть еще много чего впереди, но многое уже проиграно и многое уже в прошлом. Мы проигрываем
позицию за позицией, не говоря уже о событиях последнего времени. К сожалению, мы сейчас можем
только скорбеть о том, что произошло и что произошло это с нами.
Община и братия
Братия — это монастырское понятие. Братства —
общественные организации, которые как раз могут
быть организованы по каким-то интересам, в том
числе и по политическим или культурным и так
далее. Братства не являются общиной.
Община — это евхаристическая община. Община — это когда есть мы, а Христос посреди нас.
И эта община познала своим опытом жизни в Церкви, что Господь благ, что Господь рядом и что невозможно оторваться от этой радости, от встречи с Богом. Эту радость передают друг другу. Община все
время зовет: приди к нам, приди сюда, мы тебе
такое покажем, ты такое узнаешь, чего ты никогда
ни от кого не узнаешь и нигде в другом месте
не увидишь. Потому что мы это приобрели, и мы
готовы этим с тобой поделиться. Вот что такое община — это община в Боге.
Конечно, главную роль в общине играет священник, который ведет за собой людей, проповедует
Христа, являет какое-то горение. На то священник
и ставится, чтобы община вокруг него формировалась, чтобы вместе с ним шла ко Христу.
166 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
Но также имеют значение и те, кто готовы и не
боятся идти ко Христу, кто доверили себя Богу.
Если под словом «братия» подразумевается
«братство», то это, скорее всего, общественная
организация. А община — это живой церковный
организм.
Правильная молитва?
— Возможна ли катехизация и построение общины через научение правильной молитве?
— Мне не очень понятно, что такое правильная
молитва. Люди, которые собираются вместе, молятся. Мы так общаемся с Богом. В Церкви достаточно
всего — богослужений нашего прекрасного богослужебного круга, который нас поддерживает,
формирует, организует, дисциплинирует, дает возможность собраться, чтобы идти вперед — не по
кругу, а поднимаясь вверх. Нам достаточно того
богослужебного богатства, чтобы вместе молиться
друг о друге.
Наша литургия, наше богослужение — вот наша
молитва, и иной формы нет. Если она появляется —
надо бить тревогу. Если общей молитвы не находится в богослужении, значит, что-то неправильно
в жизни этой общины.
Нельзя научиться молиться, если ты не молишься. Никто не может другого научить молитве, у нас
нет никаких специальных занятий по технике
молитвы. У молитвы вообще нет техники. Наша общая соборная молитва — соборнее не бывает! Если
ты хочешь молиться, как написано в Священном
Писании — «Молитва дается молящемуся». Когда
ты говоришь с Богом, искренне, от сердца — ты
О жизни в Церкви
167
и молишься. Не надо лишнего придумывать, все
просто.
У нас есть колоссальный опыт церковной жизни
за 2000 лет. Просто надо поставить все на свои
места в жизни и знать, где место молитве, посту,
где место плачу, общему разговору, чаепитию, песням под гитару и где место Христу в нашей жизни.
Если место Христа в нашей жизни центральное, то
все в порядке, искать не надо. Ищите же прежде
Царствия Божия и правды его, все остальное вам
приложится
(Мф. 6, 33) — простые Евангельские
истины и слова.
Зачем человек приходит в Церковь?
Встреча со Христом — это действительно очень
долгий процесс, он имеет свое начало и не имеет
конца. Встреча со Христом происходит, когда человек осознает в себе желание быть со Христом, идти
за Христом. И тогда он приходит в Церковь, и тогда
эта Церковь и есть его встреча и путь за Христом.
Если он приходит в Церковь по иным причинам — это сразу ложь, провал. Потому что тогда человек живет иной жизнью. Тогда для него христианская жизнь — это идеология, традиция, любой
фарисейский набор любых моделей отношений.
Если мы для себя разделяем приход в Церковь
и приход ко Христу — тогда мы не понимаем, что
такое Церковь.
Путь ко Христу все-таки начинается с того, что
человек в своем сердце ощущает необходимость этого. И тогда задача катехизатора, миссионера — привести человека ко Христу через Церковь, а не ввести в Церковь и дать ему задание для исполнения.
168 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
Мы не приводим ко Христу…
Мы не уводим от Христа, мы не приводим ко
Христу.
Однажды я услышал от одного очень хорошего
священника, занимающегося с молодежью, такие
слова: «Привести человека ко Христу — это слишком высокая задача. И поэтому мы стараемся
объ единить нашу молодежь на основах патриотизма, любви к родине, традиционных христианских ценностей». Мне кажется, это очень большая
ошибка.
Мне часто приходилось встречаться с таким
феноменом — люди приходят в Церковь за чудом.
Говорят, что они «с детства были крещены, всегда
знали, что Бог есть». Но это не так. Бог им был
не нужен, пока что-то не произошло. Они читают
литературу про чудо, читают, как подвижники творили чудеса. А с ними чудо не происходит.
И как сделать так, чтобы встреча со Христом
состоялась, несмотря на то что чудо не произошло?
В наших традиционных отношениях Церкви и человека человек нас чаще всего интересует как покупатель духовной продукции.
Мы предлагаем человеку так относиться к нашей Церкви: здесь происходят чудеса — в смысле
волшебства. Эти чудеса понятны, практичны, легко
применимы и покупаемы. Устраивая постоянные гастроли святынь по нашей земле, мы приучили уже людей к тому, что Церковь — это место,
куда можно и нужно пойти за чудом, но не за Христом. Вспомним хотя бы бесконечные очереди
к блаженной Матроне. Сколько людей часами стоит
О жизни в Церкви
169
в очередях! За это время их можно было бы катехизировать, столько рассказать им о Боге, столькому научить. Почему-то это никому в голову не
пришло.
Помните, Господь говорил: «Скажете горе сей…
она перейдет»
(см. Мф. 17, 20)? География не измени-
лась за тысячи лет земного шара в таких масштабах. Так вот, речь идет о горе греха. О том чуде
и оглавлении души, которое гораздо важнее любых
земных чудес. А вот этого чуда, оказывается, нам
не надо, нам другие чудеса нужны. Поэтому не
происходит и встречи.
Мы ничего не знаем о Троице
— Что делать с людьми, которые приходят
в храм не для встречи с Христом? Человек ходит
в храм исповедаться, причаститься. Но при этом
занимается йогой, занимается оккультизмом,
причем у него некий источник дохода…
— Мы ничего не можем сделать, потому что этих
людей всегда будет очень много. И это обычный
архетип нашего языческого народа.
Мы должны проповедовать, но прежде всего мы
должны сами стать другими. В Церкви не бывает
так, что можно передать знание о Боге. Нельзя же
научить человека о Боге по книгам. Это бесполезно,
бессмысленно, это не важно. Но когда каждый из
нас будет что-то глубоко знать о Боге своим существом, то тогда он, конечно, сможет принести чтото, показать, явить это другим.
В Церкви возможно переучивать, потому что
Церковь — это не училище, где есть методики, некие средства, с помощью которых можно человеку
170 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
вправить мозги в нужную сторону: ты должен свечки ставить не так.
Никто из нас все равно не знает учения о Святой
Троице. Мы что-то знаем, но даже если мы прочтем
всех наших богословов, все равно в голове ничего
не останется, кроме нашего личного опыта общения
с Богом. И вот это знание Святой Троицы будет
раскрываться, как будто мы идем за Ним. Бог есть
Святая Троица, а что это значит — никому не
известно.
Поэтому, когда человек приходит с желанием
узнать о Боге, я ему даю Евангелие и говорю: вот
Евангелие, постарайся встретить здесь Бога, постарайся из прочитанного понять, что сейчас это касается тебя и Бог с тобой говорит.
Нет у нас большего сокровища, чем Евангелие,
понимаете? Все остальное уже идет следующим
этапом.
Об агрессии среди верующих
— Злость, грубость в адрес знакомых и совершенно незнакомых людей — кажется, это стало
чуть ли не нормой общения в социальных сетях.
Уровень агрессии в обществе увеличился? Или
наоборот, она выплескивается в Интернет, уходя
из реальной жизни? Что происходит с нами, почему мы разделяем всех по лагерям, группам «своих»
и «чужих»?
— У меня ощущение, что уровень агрессии не
снизился. Агрессия волнообразна. Для нее нужны
поводы, для нее всегда ищутся и всегда находятся
какие-то объекты. Агрессия в обществе всегда