Основы теории доказательств в гражданском процессуальном праве. Учебное пособие

Что касается незаменимости в смысле строгой индивидуальности вещественного доказательства, то, например, К. С. Юдельсон отмечал, что этот признак имеет «весьма условный характер», и можно указать на случаи, когда эти доказательства могут быть заменимыми.

Вкачестве примера автор приводил образцы недоброкачественной продукции, которые отбираются и доставляются в суд, а если они утрачиваются, возможна их замена другими образцами.

Данный пример, как представляется, не подтверждает тезиса о заменимости доказательств. Здесь речь должна идти, скорее, о том, что при определенных обстоятельствах вещественным доказательством является не один строго индивидуальный предмет, а их однородная совокупность, например, совокупность продуктов из одной партии, поставленной в торговую сеть. При общем недостатке данных продуктов, действительно, не имеет значения, какой именно образец будет представлен в суд в качестве вещественного доказательства наличия таких недостатков. Однако эти образцы не могут быть заменены образцами из другой партии продуктов, поскольку они могут иметь другие свойства, присущие продукции именно из этой партии.

Что касается копий вещественных доказательств. Копии вещественных доказательств существовать могут, например, в виде слепка протектора автомобиля, снятых отпечатков пальцев. Но использование таких копий характерно для уголовного судопроизводства.

Вгражданском судопроизводстве весьма трудно, если вообще возможно, найти примеры применения копий предметов.

Вместе с тем практика исследования не первоисточников вещественных доказательств и оценка содержащейся в них доказательственной информации достаточно распространены при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Это происходит, прежде всего, тогда, когда вещественные доказательства не могут быть доставлены в суд непосредственно. В этом случае суд не всегда проводит осмотр на месте, а для получения необходимой доказательственной информации использует, например, фотоснимки соответствующих предметов, являющиеся производными вещественными доказательствами по отношению к первоисточнику. Такие доказательства могут являться объектом исследования и оценки, поскольку закон не запрещает использование производных доказательств.

Однако существенное значение в подобных случаях имеет соблюдение принципа непосредственности гражданского процесса. С позиции буквальных требований, содержащихся в ГПК РФ, принцип

непосредственности не нарушается, если суд использует производные доказательства. Для формального соблюдения данного принципа достаточно того, чтобы доказательства были непосредственно исследованы судом в судебном заседании в ходе разбирательства дела, вне зависимости от того, первоначальные они или производные.

Но из смысла принципа непосредственности следует, что суд должен принимать меры к тому, чтобы получить доказательственную информацию из первоисточника, в данном случае, непосредственно осматривая предмет, являющийся источником вещественного доказательства.

Однако в ряде случаев не только допустимо, но и предпочтительно вместо доказательств вещественных исследовать и оценивать другие доказательства, содержащие информацию о соответствующих предметах.

Наиболее типичная иллюстрация данного положения, хотя в большей степени характерная для арбитражного судопроизводства, — рассмотрение споров, связанных с исполнением договоров поставки продукции. Стандартами, техническими условиями, инструкциями

идругими нормативно-техническими документами подробно регламентируются требования, предъявляемые к количеству, качеству, комплектности продукции, условиям их транспортировки, хранения

ит. п.

Результаты проверок оформляются соответствующими актами, составленными по определенной нормативными требованиями форме. При возникновении споров такие документы используются в качестве письменных доказательств, подтверждающих количество, состояние, местонахождение и т. п. соответствующих предметов. Эти доказательства несут наиболее полную информацию об искомых обстоятельствах дела с высокой гарантией ее достоверности, хотя это не исключает проведения судом непосредственного осмотра источников вещественных доказательств, но в этом, как правило, нет необходимости.

Письменные доказательства, содержащие информацию о материальном объекте, могут использоваться и по другим делам. Например, при рассмотрении споров о разделе жилых помещений должен быть определен размер и характер используемых помещений. Для этого в качестве доказательств используется план строения и экспликация к нему.

ГЛАВА 5

Аудиовидеозаписи

§1. Понятие аудиовидеозаписей как доказательств

Аудиовидеозаписи относительно недавно приобрели статус самостоятельных средств доказывания в гражданском судопроизводстве. В предшествующем ГПК РФ процессуальном законодательстве этот вид доказательств не назывался в числе законных средств установления обстоятельств гражданских дел.

Однако развитие и распространение технических средств, обеспечивающих возможность фиксирования и сохранения информации посредством аудио- и видеозаписей предопределило актуальность проблемы их использования при рассмотрении гражданских дел еще в 1970-е годы. Этот вопрос неоднократно ставился

впроцессуальной науке, и относительно него высказывались различные суждения.

Некоторые ученые выражали отрицательное мнение по поводу применения таких источников информации

вгражданском судопроизводстве. При этом одни авторы исходили из соображений формального юридического характера, имея в виду то, что советское гражданское процессуальное законодательство не признавало звуко-

видеозаписи средствами доказывания1. Другие считали, что использование таких средств доказывания не представляется возможным по морально-этическим соображениям2.

Ряд процессуалистов, констатируя, что действовавшее в тот период процессуальное законодательство не предусматривает возможности получения доказательственной информации посредством звуковидеозаписей, полагали, что их использование при рассмотрении гражданских дел целесообразно и формально-юридически возможно по аналогии права3.

Ответ на вопрос о том, допустимо ли использование таких средств установления обстоятельств дел в гражданском процессе, был дан в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 1 декабря 1983 г. № 10 «О применении процессуального законодательства при рассмотрении гражданских дел в суде первой инстанции» (в ред. от 3 апреля 1987 г.). Согласно данному разъяснению суд с учетом мнения лиц, участвующих в деле, мог исследовать представленные звуко- видеозаписи и оценить их в совокупности с другими доказательствами (п. 9 постановления)4.

Но в связи с использованием в гражданском судопроизводстве таких доказательств возникала некоторая проблема правового свойства.

Поскольку в ГПК РСФСР (ст. 49) звуковидеозаписи не назывались в числе законных средств доказывания, постольку, дабы их использование для установления обстоятельств гражданских дел не противоречило закону, звуковидеозаписи следовало причислить к какому-либо легальному средству доказывания. Предлагалось рассматривать звуковидеозаписи как разновидность письменных или вещественных доказательств5. Хотя звуковидеозаписи и определя-

1См., например: Треушников М. К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1982. С. 12.

2См., например: Чечина Н. А. Нормы гражданского процессуального права и нормы морали // Правоведение. 1970. № 5. С. 73.

3См., например: Прохоров А. Г. Принцип допустимости средств доказывания в советском гражданском процессуальном праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1979. С. 16.

4Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР по гражданским делам. М. 1994.

5См., например: Тихиня В. Г. Применение криминалистической тактики в гражданском процессе (при исследовании вещественных доказательств). Минск, 1976.

лись в таком качестве, но очевидно, что для того времени они являлись фактически новым средством доказывания.

Данная проблема потеряла свою актуальность с принятием ГПК РФ, в ст. 55 которого аудиовидеозаписи называются в числе других законных средств доказывания по гражданским делам.

Вместе с тем нельзя не сказать о том, что и в настоящее время некоторые ученые считают возможным относить аудиовидеозаписи либо к письменным, либо к вещественным доказательствам в зависимости от того, что в этих доказательствах представляет интерес с точки зрения установления обстоятельств дела. Если содержание записей, то аудиовидеозаписи предлагается рассматривать как письменные доказательства, а если внешние признаки, то — вещественные доказательства1.

Однако едва ли такую точку зрения можно принять, поскольку аудио- видеозаписи по характеру источника информации, способу ее закрепления, сохранения, воспроизведения и исследования отличаются и от письменных, и от вещественных доказательств.

Аудиовидеозаписи признаются в качестве доказательств не только в гражданском процессе, но и в арбитражном, уголовном и административном судопроизводстве. В УПК РФ аудиовидеозаписи относятся в «иным» документам (ст. 84 УПК). В КоАП РФ — к документам (ст. 26.7 КоАП). В АПК РФ, трудно сказать, по какой причине, аудиовидеозаписи одновременно называются в качестве самостоятельного вида доказательств (ст. 64 АПК) и в качестве иных документов и материалов (ст. 89 АПК).

Следует обратить внимание на то, что в ГПК РФ об аудиовидеозаписях говорится в разных правовых контекстах.

Так, согласно закону аудиовидеозапись может осуществляться при рассмотрении и разрешении гражданского дела:

а) аудио и/или видеозапись хода судебного заседания лицами, участвующими в деле, и лицами, присутствующими в судебном заседании (ч. 7 ст. 10, ч. 4 ст. 158 ГПК). В данном случае возможность записи хода судебного заседания является одной

С. 10; Зайцев П. Электронный документ как источник доказательств // Законность. 2002. № 4. С. 42.

1См.: Особенности доказывания в судопроизводстве / Под ред. А. А. Власова. М., 2004. С. 64.

из гарантий соблюдения принципа гласности гражданского судопроизводства;

б) аудиозапись хода судебного заседания секретарем судебного заседания (ч. 1 ст. 230 ГПК). Данная запись производится в целях обеспечения полноты протокола судебного заседания. Она приобщается к протоколу судебного заседания;

в) видеозапись отдельного процессуального действия (ч. 3 ст. 184 ГПК). Здесь запись выступает в качестве способа фиксации процессуальных действий и закрепления доказательств.

Впроцессуальной литературе записи, произведенные в ходе рассмотрения и разрешения дела, иногда именуются средствами доказывания1. Действительно, с формальной точки зрения такие записи при определенных обстоятельствах могут иметь значение доказательств. В тех пределах, в которых такое значение имеют протоколы судебных заседаний, протоколы совершения процессуальных действий и приложения к ним для установления отдельных процессуальных фактов при рассмотрении дел, в частности, в судах апелляционной инстанции.

Вконтексте ст. 77 ГПК РФ аудиовидеозаписи следует рассматривать, прежде всего, как доказательства фактов материальноправового характера, входящих в предмет доказывания по делу. Эти записи осуществляются вне рамок гражданского процесса.

ВГПК РФ, равно как и в других законодательных актах, не раскрывается содержания собственно понятий «аудио- и видеозаписи», однако с научной и практической точки зрения в этом есть необходимость.

Вобщем значении, безотносительно к судебному доказыванию, содержание этих понятий определяется следующим образом.

Аудиозапись — материальный носитель, содержащий звуковую информацию, зафиксированную любым способом аудиозаписи.

Видеозапись — материальный носитель, содержащий изобразительную, зафиксированную любым способом видеозаписи.

Особенность аудиовидеозаписей как средств доказывания определяется следующими признаками:

— источниками доказательств выступают материальные носители;

1 См., например: Барников Р. И. Аудиозапись судебного заседания как средство доказывания // Российская юстиция. 2007. № 10. С. 19.

—доказательствами являются сведения (информация) о фактах, имеющих значение для дела;

—сведения о фактах зафиксированы на материальном носителе в виде звука или/и изображения;

—доказательство должно быть получено с соблюдением установ-

ленного законом порядка.

Исходя из этих признаков можно сформулировать понятия аудиовидеозаписей как средств доказывания.

Аудиозаписи — это материальные носители, содержащие

сведения о фактах, имеющих значение для дела, зафиксиро-

ванные любым способом аудиозаписи, полученные в уста-

новленном законом порядке.

Видеозаписи — это материальные носители, содержащие

сведения о фактах, имеющих значение для дела, зафиксиро-

ванные любым способом видеозаписи, полученные в установленном законом порядке.

Видеозапись может содержать одновременно изобразительную и звуковую информацию.

§ 2. Представление доказательств

Аудиовидеозаписи, как и любые другие доказательства, представляются сторонами, иными лицами, участвующими в деле, или по их ходатайству истребуются судом по правилам ст. 57 ГПК РФ.

Аудио- и видеозаписи представляются в суд на различных носителях. Это могут быть стандартные (компакт, микро) аудиовидеокассеты; аудиовидеозаписи, содержащиеся в памяти мобильных телефонов, автоответчиков, диктофонов, файлах, находящихся на жестком диске компьютера, съемных устройствах (флэш-памяти, CD, DVD, дискетах, мини-дисках) и т. п.

Взаконе содержится важное требование, связанное с представлением или истребованием этого вида доказательств. В соответствии со ст. 77 ГПК РФ лицо, представляющее аудио- и (или) видеозапись либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи.

Впроцессуальной теории высказывается мнение о том, что данное общее императивное требование является необоснованным, по-

скольку сведения о том, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись, имеют значение только при оценке достоверности и относимости доказательств. Соответственно у суда должно быть правомочие потребовать представления таких сведений, когда они имеют значение для оценки доказательств1. Однако с обоснованностью такого суждения едва ли можно согласиться.

Требование, содержащееся в ст. 77 ГПК РФ, обусловлено, прежде всего, необходимостью установления гарантий вовлечения в процесс и использования при рассмотрении и разрешения дела только доказательств, полученных с соблюдением требований федерального закона. Аудио- и видеозаписи, произведенные с нарушением закона, являются ненадлежащими источниками доказательственной информации, такие доказательства не имеют юридической силы, и не могут использоваться при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Именно такое толкование смысла нормы, предусматривающей необходимость сообщения суду сведений о представляемых аудио- и видеозаписях, дается и в судебной практике.

Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев гражданское дело по заявлению С. и И. об отмене постановления избирательной комиссии Республики Башкортостан о регистрации кандидата на должность Президента

Республики Башкортостан Р., в частности, указала следующее.

Представленные заявителем видеозаписи в подтверждение заявленных требований обоснованно не положены судом в основу решения, поскольку не отвечают требованиям ст. 77 ГПК РФ — нет достоверных данных, когда, кем и при каких условиях осуществлялись записи2.

Следует обратить внимание на то, что в АПК РФ не содержится положения, аналогичного ст. 77 ГПК РФ. Однако это не означает, что арбитражный суд вправе принимать в качестве доказательств любые аудиовидеозаписи, вне зависимости от того, как и в каком порядке, они были получены.

1См.: Короткий С. А. Аудиовидеозаписи как средства доказывания в гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2010. С. 16.

2Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 29 ноября 2003 г. № 49-Г03-139. (Текст определения официально опубликован не был) // СПС «Гарант».

Аудио- и видеозаписи имеют очень широкую область применения. Они могут осуществляться гражданами в сфере личных, служебных отношений, представителями средств массовой информации при проведении различного рода мероприятий, записи радио/ телепередач, уполномоченными лицами правоохранительных органов при проведении соответствующих процессуальных действий и т. п. Поэтому проблема правового регулирования отношений, возникающих в связи с осуществлением аудиовидеозаписей при различных обстоятельствах приобретает чрезвычайно важное значение, и надо сказать, что в настоящее время она является наиболее сложной и неоднозначной.

Проблема законности аудиовидеозаписей как доказательств связана с соблюдением гарантированных Конституцией РФ прав граждан при осуществлении таких записей. К их числу относятся право граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23 Конституции), а также право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ч. 2 ст. 23 Конституции).

Согласно ч. 1 ст. 24 Конституции РФ сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Данные конституционные положения воспроизведены в ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации», согласно которому запрещается получать информацию о частной жизни гражданина, в том числе информацию, составляющую личную или семейную тайну, помимо его воли, если иное не предусмотрено федеральными законами (п. 8 ст. 9 ФЗ).

В законе не определены понятия частной жизни, неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны. Согласно позиции Конституционного Суда РФ неприкосновенность частной жизни означает предоставленную гражданину и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера1.

Принято считать, что частная жизнь охватывает круг неформального общения, вынужденные связи (с адвокатами, врачами, нотариусами и т. д.), собственно внутренний мир человека (личные пере-

1Определение КС РФ от 9 июня 2005 г. № 248-О (Текст определения официально опубликован не был) // СПС «Гарант».