Основы теории доказательств в гражданском процессуальном праве. Учебное пособие

в общем значении, полагая, что под доказательствами следует понимать средства установления объективной истинности наличия или отсутствия юридических фактов1.

А. Ф. Клейнман (как и многие дореволюционные ученые) считал, что доказательства — «это средства, при помощи которых суд убеждается в существовании или несуществовании фактов, имеющих юридическое значение для данного дела». Под «средствами» автор понимал источник (объяснения сторон, показания свидетелей и др.), из которого суд получает необходимые сведения о юридических фактах, имеющих значение для разрешения спора2.

К.С. Юдельсон рассматривал доказательства как находящиеся

внеразрывной связи процессуальные средства установления объективной истинности фактов спорного правоотношения и полученные с их помощью факты, необходимые для решения дела3.

В уголовно-процессуальной науке о доказательстве как источнике сведений о факте (показаниях свидетелей, заключении экспертов и др.) и факте, из которого делается вывод о другом факте (доказательственном факте), говорил М. С. Строгович4.

Как уже отмечалось, впервые в отечественном законодательстве определение доказательств было дано в Основах гражданского судопроизводства Союза ССР 1961 г. и в ГПК РСФСР 1964 г. Доказательства по гражданскому делу в этих законодательных актах определялись как «любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке суд устанавливает наличие или отсутствие

1См.: Абрамов С. Н. Советский гражданский процесс. М., 1948. С. 182.

2Клейнман А. Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М.-Л., 1950. С. 5. В дальнейшем ученый признал обоснованность представления о судебных доказательствах в единстве их содержания и формы, где содержание составляют сведения о фактических обстоятельствах, а формой выступает одно из средств доказывания (См.: Клейнман А. Ф. Новейшие течения в науке советского гражданского процессуального права. Очерки по истории. М., 1967. С. 56.)

3См.: Юдельсон К. С. Судебные доказательства и практика их использования в советском гражданском процессе. М., 1956. С. 21, 24; см. также: Осипов Ю. К. Использование косвенных доказательств в советском гражданском процессе // Учен. зап. Свердловского юрид. ин-та. Т. 5. Свердловск, 1957. С. 202; Ульянова Л. Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. М., 1959. С. 11.

4См.: Строгович М. С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955 // Избр. тр. Т.3: Теория судебных доказательств. М., 1991. С. 82.

обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела».

Согласно закону эти данные могли быть установлены с помощью объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных, вещественных доказательств, заключений экспертов (ст. 17 Основ, ст. 49 ГПК).

Практически аналогичная по своей сути формулировка содержится в ГПК РФ. Согласно закону доказательствами по делу являются сведения о фактах, полученные в предусмотренном законом порядке, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, которые могут быть получены, объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудиовидеозаписей, заключений экспертов (ст. 55 ГПК).

Несмотря на то, что в законе уже давно существует дефиниция судебных доказательств, в процессуальной науке нет единого мнения относительно содержания этого понятия.

В научной, учебной литературе доказательства определяются как:

—факты действительности;

—фактические данные; сведения о фактах;

—информация о фактах;

—процессуальные средства доказывания1.

Одни процессуалисты говорят о доказательствах в двойственном значении, как о фактических данных, так и о процессуальных средствах доказывания2. Другие — рассматривают судебные доказательства в их едином понимании — взаимосвязи фактических данных

1См., например: Чечот Д. М. О сущности судебных доказательств и формах их использования // Вестн. Ленингр. ун-та. Вып. 2. 1964. № 11. С. 94; Иванов О. В. Вопросы дальнейшего развития теории судебных доказательств в гражданском процессе // Вопросы советского государства и права. Тр. Иркут. гос. ун-та. Т. XXXIX. Вып. 7. Ч. 2. Иркутск, 1965. С. 31; Фаткуллин Ф. Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976. С. 102.

2См., например: Сергун А. К. Судебные доказательства. Общее учение о доказательствах // Советский гражданский процесс. М., 1975. С. 129.

ляется не принадлежность права, а факты, с наличием которых законом связывается принадлежность права. При такой постановке проблемы представление о фактах действительности как о доказательствах не является логичным, поскольку сами эти факты должны устанавливаться с помощью доказательств.

Так как проблема понятия доказательств обусловливается более общей проблемой предмета доказывания, то естественно возникает вопрос, что более правильно — рассматривать в качестве предмета доказывания факт принадлежности права, или же собственно факты,

сналичием которых связывается принадлежность права? Представляется, что ответ на этот вопрос должен быть следую-

щим: более правильно в качестве предмета доказывания рассматривать факты, с наличием которых связывается принадлежность права, а не факты принадлежности права. Почему?

Наличие или отсутствие права у спорящих сторон является предметом рассмотрения и разрешения гражданского дела в целом, что обусловлено целью судопроизводства, состоящей в защите нарушенных или оспоренных прав и охраняемых законом интересов граждан и юридических лиц. Для того чтобы определить действительные права и обязанности сторон, недостаточно установить только наличие или отсутствие фактов действительности. Сами по себе эти факты не являются основанием для вывода о принадлежности права той или иной стороне по делу. Такой вывод может быть сделан только тогда, когда к установленным фактам судом будет применена соответствующая правовая норма, регулирующая материально-правовые отношения между сторонами, что находится за рамками собственно судебного доказывания. Следовательно, между предметом и целью судебного доказывания и гражданского судопроизводства нельзя поставить знак равенства. Они различны, хотя и объективно взаимосвязаны.

Надо полагать, что наиболее обоснованной является позиция, согласно которой доказательства представляют собой единство сведений (информации) о фактах и формы существования, внешнего выражения этой информации — объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные, вещественные доказательства, заключения экспертов, аудио- и видеозаписи.

Собственно доказательственная информация составляет содержание доказательства, а внешнее ее выражение образует процессу-

альную форму доказательства1. Соответственно, структуру судебного доказательства составляют: информационное содержание (сведения о фактах) и процессуальная форма.

Как отмечал А. Ф. Клейнман, анализируя высказываемые в литературе суждения по этому вопросу, единство формы и содержания характеризуют судебное доказательство. Если средство доказывания не содержит сведений о фактах, то оно ничего не доказывает, если сведения о фактах не облечены в установленную законом процессуальную форму, т. е. не получены из предусмотренных законом средств доказывания, то они не могут быть использованы в качестве судебных доказательств, — писал ученый2.

Обоснованность суждения о единстве содержания и процессуальной формы доказательств обусловливается следующим.

Информация (сведения, сообщения, данные) о фактах является необходимой составляющей доказательства, поскольку отображает определенное событие, действие в силу закона отражения как свойства материи, сообразно которому свойства или особенности одного воспроизводятся в свойствах или особенностях другого, а значит, может быть средством получения знания судом об искомых обстоятельствах дела.

Вместе с тем информация может существовать только при наличии информационного процесса, а именно процесса передачи — получения информации в определенной системе отношений3. Например, при допросе свидетеля судом и даче свидетельских показаний.

1См.: Жуков Ю. М. Судебная экспертиза в советском гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1965. С. 3; Калпин А. Г. Письменные доказательства в судебной практике по гражданским делам: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1966. С. 5; Коломыцев В. И. Письменные доказательства в советском гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 1971. С. 5; Козлов А. С. Актуальные проблемы теории доказательств в науке гражданского процесса. Иркутск, 1980. С. 71, 73; Треушников М. К. Относимость и допустимости доказательств в гражданском процессе. М., 1981. С. 9.

2См.: Клейнман А. Ф. Новейшие течения в советской науке гражданского процессуального права. С. 56.

3См.: Дубровский Д. И. Информация, сознание, мозг. М., 1980. С. 99; Меркулов А. С. Роль понятия «сигнал» и «сигнальность» в исследовании процессов отражения и информации: Автореф. дис. … канд. филос. наук. Свердловск, 1978. С. 8; Дмитриев Е. В. Роль категорий содержания и формы в анализе информационных процессов // Философские категории в естественнонаучном познании. Минск, 1972. С. 113–135.

Тем самым, информация воплощается в материальном носителе (показаниях свидетеля) как форме своего внешнего выражения.

Поскольку материальный носитель (объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов и др.) — это то, без чего, собственно, информации не существует, постольку ни теоретически, ни практически отделить сведения о фактах от их материального носителя невозможно, как невозможно разделить содержание и форму доказательства.

Материальные носители информации в гражданском судопроизводстве с точки зрения доказательственной деятельности являются средствами доказывания, а структуры доказательства — процессуальной формой существования доказательственной информации, т. е. процессуальной формой доказательства.

Информационное содержание имеют как судебные, так и несудебные доказательства. Но судебные доказательства отличаются от доказательств несудебных именно наличием предусмотренной законом процессуальной формы.

Судебные доказательства должны иметь процессуальную форму объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных, вещественных доказательств, заключений экспертов, аудио- и видеозаписей (ст. 55 ГПК).

Сведения о фактах, полученные в иной, не предусмотренной законом процессуальной форме, не являются судебными доказательствами.

Например, не имеют законной процессуальной формы консультации, пояснения специалиста. И хотя в таких консультациях содержатся сведения, имеющие значение для дела, но они не могут рассматриваться в качестве судебных доказательств.

Говоря о понятии судебных доказательств, нельзя обойти вниманием вопрос об источнике доказательств.

В общем смысловом значении источник — это «то, что дает начало чему-нибудь, откуда исходит что-нибудь»1. В процессуальной теории проблема содержания понятия «источник» решается неоднозначно.

Некоторые авторы отождествляют источники доказательства со средствами доказывания, т. е. ими под источниками доказательств

1См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка / Под ред. Н. Ю. Шведовой. М., 1988. С. 237.

понимаются объяснения сторон, показания свидетелей, заключения экспертов и т. д.1

Такая позиция основывается на положениях теории информации

иинформационных процессов. По сути, авторы источником доказательства называют материальный носитель информации. О материальном носителе говорилось несколько выше, и, как представляется, постановка знака между материальным носителем информации

иисточником доказательств (доказательственной информации) не имеет под собой достаточных оснований.

Следует повториться, материальный носитель в информационных процессах, а доказывание во многом таким процессом и является, — это форма информации, способ ее существования. В материальных носителях отражается движение информации от «передатчика» (например, стороны по делу) к «получателю» (суду). Поэтому материальный носитель может быть назван источником информации с той долей условности, с которой источником информации может быть признана ее форма. Но такое допущение едва ли может быть признано достаточно корректным.

Кроме того, если отождествлять источник доказательства со средством доказывания, весьма затруднительно объяснить процесс формирования доказательств, что имеет немаловажное значение с теоретической и практической точек зрения. В чем же, собственно, состоит процесс формирования судебных доказательств?

Сведения (информация) о фактах являются отображением искомых фактов и имеют с ними объективную связь. В законе эта связь обозначается понятием «относимость доказательств». В соответствии со ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. В гражданском и уголовном судопроизводстве доказательство оценивается

1См., например: Гурвич М. А. Лекции по советскому гражданскому процессу. М., 1950. С. 99; Царев М. И. Доказывание в суде второй инстанции в советском гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Л., 1955. С. 6, 7; Строгович М. М. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М., 1968. С. 230; Трусов А. И. Основы теории доказательств. М., 1960. С. 39; Эйсман А. А. Заключение эксперта в системе судебных доказательств: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1965. С. 28; Божьев В. П., Лубенский А. И. Источники доказательств по уголовному процессуальному законодательству СССР и других социалистических государств. М., 1981. С. 4.

в первую очередь с точки зрения его относимости (ч. 3 ст. 67 ГПК, ч. 1 ст. 88 УПК).

Связь информации с фактом обязательно опосредуется через какой-либо объект — человека, предметы, которые первоначально отображают информацию о событиях, действиях, т. е. тех фактах, которые составляют предмет доказывания по делу, становясь «физическими» носителями (хранителями) этой информации.

Информация, составляющая собственно содержание судебного доказательства, является «продуктом», условно говоря, вторичного отражения1. Формирование судебного доказательства происходит в судебном заседании в процессе получения сведений о фактах от (из) их физического носителя (хранителя) в предусмотренной законом процессуальной форме — объяснений сторон, показаний свидетелей и т. д.

При отождествлении средства доказывания и источника доказательств не принимается во внимание наличие этого «физического» носителя (хранителя) информации. Вместе с тем данное обстоятельство должно непременно учитываться, поскольку оно имеет немаловажное значение для судебного доказывания.

Так, с особенностями источников непосредственным образом связана возможная специфика самой доказательственной информации, прежде всего ее полнота и достоверность. Исследование и оценка судебных доказательств с необходимостью предполагают исследование и оценку источника с точки зрения его способности к восприятию обстоятельств, являющихся предметом рассмотрения в суде, сохранению информации о них и адекватному ее воспроизведению.

Эта проблема наиболее отчетливо проявляется тогда, когда речь идет о личных доказательствах — объяснениях сторон и третьих лиц, свидетельских показаниях, заключениях экспертов, где психологические, физические, нравственные, профессиональные качества личности могут оказывать непосредственное влияние на достоверность и полноту сообщаемой ими доказательственной информации.

В литературе высказывается и другая точка зрения относительно понятия «источник доказательства», отчасти близкая изложенной

1См.: например: Шейфер С. А. Методологические и правовые проблемы собирания доказательств в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 1981; Козлов А. С. О концептуальности теории доказательств в юриспруденции // Актуальные проблемы теории юридических доказательств. Иркутск, 1984. С. 17, 18.

выше. В частности, предлагается различать два понятия — источник фактических данных и источник доказательства.

Под источниками фактических данных понимается та материальная основа (словесная оболочка), в которой содержатся и при ее помощи передаются сведения, информация о фактах — показания свидетелей, заключения экспертов и т. д. Под источниками доказательств — физических лиц, занимающих соответствующее процессуальное положение и сообщающих сведения о фактах1.

Вероятно, такое суждение об источниках является попыткой, используя положения теории информации, преодолеть ограниченный характер понимания источника только как средства доказывания. Вместе с тем, как кажется, это привносит элемент неопределенности в саму конструкцию доказательств.

Во-первых, такой подход предполагает, что один источник (физическое лицо) становится источником другого (фактических данных). При этом доказательство, имея два источника, не имеет своей формы, что с точки зрения необходимого единства содержания и формы как способа существования чего-либо, едва ли теоретически и практически возможно. Во-вторых, при разделении источника доказательства и источника фактических данных, фактические данные (сведения о фактах) выводятся за пределы собственно понятия доказательства.

По мнению некоторых авторов, следует говорить об источниках в их двойственном значении. А именно, понимать под источниками доказательства одновременно и определенные процессуальные формы (показания свидетелей, заключения экспертов, документы и т. д.), посредством которых имеющие значение для дела фактические данные «вступают в сферу процессуального доказывания», и носители информации (физические лица, предметы), поскольку закон предъявляет определенные требования как к процессуальной форме получения фактических данных, так и к их носителю2.

Основываясь на изложенных ранее соображениях о том, что применительно к сфере судопроизводства невозможно отождествлять процессуальные средства доказывания с источниками доказательств,

1Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 216.

2См.: Фаткуллин Ф. Н. Указ. соч. С. 127; Власова Н. Перечень доказательств — это краткое изложение сведений, содержащихся в том или ином источнике // Российская юстиция. 2003. № 9.