Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Т. Сингер
.pdf
самом деле оказываешься в живописной части внутренней Норвегии, самой норвежской из всех, овеянной легендами родине сказок, преданий, верований, народных песен и музыки. Из Б¸ поезд снова
поворачивает на юг, в Люнде, хотя и относящийся
к Телемарку, но лишенный его шарма, убогий
и скучный. Однообразный пейзаж за окном сохраняется до Несланнсватна. От Несланнсватна пути
идут параллельно береговой линии, но очень далеко от берега, по узким долинам Ост-Агдера, мимо
деревень Гьерстад, Вегордсхэй, Нелауг, Хелидасму, Херрефосс, Оггеватн и Ватнстраум. От Несланнсватна и Нелауга до городов Крагер¸ и Арендала, расположенных на южном побережье Норвегии, проложена узкоколейка, а на станции
Гьерстад государственная железнодорожная компания к приходу поезда подает автобусы, увозящие пассажиров из континентального климата
в жемчужину южного побережья Рис¸р.
Ко времени нашего рассказа узкоколейку уже
закрыли, так что и на станциях Несланнсватн
и Нелауг пассажиров ожидают голубые автобусы,
чтобы отвезти их на побережье, а поезд после короткой остановки продолжает свой путь по однообразному ландшафту сквозь еловый лес, растущий
так плотно, что ветки стучат по окнам вагонов
с обеих сторон. Становится темно, будто едешь
сквозь туннель, которых тоже довольно много на
этом участке пути. Когда поезд выныривает из
туннеля, на сей раз настоящего, взору открывается
глубокое ущелье, устремляющееся вниз, или бурная горная река, или отвесный склон горы, по ко-
51
торому течет вода, несмотря на то что светит солнце. Но вот рельсы незаметно снова поворачивают
к морю, о чем пассажиры даже не подозревают,
читая названия проносящихся мимо станций –
Омдал, Груванэ и Веннесла, – как вдруг через пять
с половиной часов локомотив, радуясь, как молодой бычок, внезапно оказывается на вокзале элегантного города Кристиансанд, с его прямыми улицами, церковью, гостиницами, предприятиями,
городской площадью и портом, выходящим на
Скагерак. Тому, кто проделывал этот путь просто
так, из интереса, путешествие через самые отдаленные и захолустные уголки Норвегии может показаться бессмысленным. Сингеру же нужно было
выходить уже в Юксеб¸, через час двадцать минут,
но он связывал с этой поездкой большие надежды,
поскольку место, куда он ехал, должно было стать
его новым домом.
На вокзал в Осло Сингер прибыл задолго до отправления поезда и спокойно отыскал свое место
у окна в вагоне для курящих. Поезд, на котором
ему предстояло ехать, назывался «Южный экспресс» – длинный элегантный состав яично-желтого цвета. Вагон, куда он сел, был просторным,
с широким проходом посередине и рядами кресел,
по два с каждой стороны. Кресла были весьма
удобными; с помощью кнопки на подлокотнике
можно было регулировать положение спинки, если
пассажиру захотелось бы устроиться поудобней.
На спинке стоящего впереди кресла помещалась
сетка для газет, журналов, фруктов, бутылки с водой и взятой с собой в дорогу еды. Складной сто-
52
лик крепился к подлокотнику, его можно было
разложить перед собой, когда проводница начнет
продавать с тележки кофе, напитки, шоколад и бутерброды. Сингер не собирался ничего покупать
у нее, поскольку знал, что в поезде есть вагон-ресторан. Хотя Сингер жил весьма скромно и не любил транжирить деньги, заработанные честным
трудом, к которому его принуждали обстоятельства, а напротив, привык экономить на всем, он
решил, что, раз уж едет «Южным экспрессом»
и в нем есть вагон-ресторан, то сразу же после
Драммена он пойдет туда и закажет бутерброд с чашечкой кофе.
От Осло до Драммена Сингер сидел, удобно откинувшись в кресле, читал газеты и последний номер
журнала «Самтиден»
1
. Когда поезд отъехал от станции в Драммене, Сингер встал, осторожно покосился на багажные полки в передней части вагона, дабы убедиться, что багаж на месте, и отправился
в хвост поезда в вагон-ресторан. Благополучно добравшись до него, он увидел столы, накрытые белыми скатертями, на которых стояли вазочки с цветами, правда искусственными. Но Сингеру все равно
это понравилось, а главное, было приятно сознавать, что о посетителях здесь заботились. На каждом столике стояла и чистая пепельница. Посетителей обслуживали два официанта в белых форменных пиджаках, черных брюках и вычищенных до
блеска ботинках, с белыми полотенцами на руке, готовые прийти по первому зову. Народу в ресторане
53
1
«Современность» (íîðâ.).
было немного, только два столика оказались заняты, поскольку большинство ехали до Кристиансанда и собирались пойти перекусить позже. Сингер
подумал, что после станции Херрефосс здесь наверняка будет полно народу. Он сел за один из свободных столиков, и тут же подошел официант. Сингер
заказал бутерброд и чашечку кофе.
Поезд ехал вдоль реки Драмменсэльва. Стоял
прекрасный летний день. Голубая река несла свои
воды среди живописных холмов, на которых то
тут, то там виднелись постройки. Казалось, что
вдоль реки располагались несколько маленьких городков и что у каждого – своя станция и фабрика.
В Хокксунне поезд простоял больше пяти минут.
Очевидно, величественное здание вокзала обязывало к такой длительной остановке, иначе оно выглядело бы комичным. После Хокксунна пейзаж
за окном резко изменился. Официант принес бутерброд и кофе в серебряном кофейнике. Сингер
почувствовал досаду, поскольку он заказал чашеч-
êó кофе, а получил целый кофейник. Это чувство
досады было знакомо Сингеру еще по ресторанам
в Осло, но вид сверкающего серебром кофейника
на белой скатерти успокоил его. Сингер с удовольствием предавался трапезе, в то время как поезд
мчался мимо гор, покрытых лесом, болот, тихих
заводей, лесных полян, крестьянских усадеб с вывешенным на просушку сеном и обрывов. Но чаще
всего они ехали через еловый лес. От стука колес
и монотонного пейзажа за окном Сингера клонило
в сон, и его охватило настроение, созвучное тесной
и душной атмосфере внутренней Норвегии. Описав
54
дугу, поезд неожиданно, без какого бы то ни было
перехода, стал приближаться к большому городу,
и, прежде чем он остановился у вокзала Конгсберга, Сингер увидел церковь, солидные деревянные
дома, улицы и современные торговые центры, располагавшиеся по обеим сторонам реки, в которую
врывался шумный водопад. Потом снова возник
тот же пейзаж за окном: лес, поляны, редкие крестьянские усадьбы, серый гранит, крутые склоны,
поросшие брусникой, обрывы, вырубки со штабелями бревен и запахом смолы. Сингер наслаждался поездкой, пил кофе, подливая из серебряного
кофейника до тех пор, пока не объявили, что следующая станция Юксеб¸. Заранее расплатившись
с официантом, Сингер наконец поднялся и направился в свой вагон, взял багаж и вышел на станции Юксеб¸.
Вместе с ним сошло совсем немного пассажиров,
и большинство из них встречали на машинах. Когда «Южный экспресс», длинный и стройный, после
короткой передышки тронулся в путь и исчез за
поворотом, продолжая свое комфортабельное путешествие в Кристиансанд, на станции осталось только трое пассажиров. Три одиноких путника на
станции Юксеб¸, в самом сердце Телемарка. Один
из них, обратившись к дежурному по станции,
спросил, с какого пути отправится поезд до Нутоддена. «С десятого», – ответил служащий на звонком нюнорске
1
и показал направление рукой. Там,
55
1
Второй государственный язык Норвегии, созданный на основе диалектов. – Здесь и далее комментарии переводчика.
чуть в стороне, скрытый от глаз длинным ремонтным строением, так что его было трудно заметить,
стоял поезд, на который им надо было пересесть.
Сингер и еще двое пассажиров пошли к нему.
К старенькому, видавшему виды локомотиву были
прицеплены такие же обшарпанные вагоны с деревянными лавками. Сингер поставил свой багаж
в отделении для курящих и сел.
До отправления допотопного поезда оставалось
пятнадцать минут; дежурный по станции сообщил,
что поезд отправится с опозданием на десять минут,
потому что «Южный экспресс» из Кристиансанда,
который они ждали, запаздывал. Сингер вышел из
вагона и стал прохаживаться взад-вперед по перрону, всматриваясь в окрестности Юксеб¸. Станция
была расположена на холме, и с нее открывался вид
на деревню и озеро Хеддалсваннет. Благоухание лета, ярко-зеленая трава на холмах, березовые рощи.
Повсюду были видны пасущиеся на лугах стада. Овцы в горах, коровы в долине. Время от времени медлительное мычание коров и торопливое блеянье
овец нарушало летнюю тишину. На холмах виднелись крестьянские хозяйства с ухоженными крашеными строениями под ярко-голубым небом. Пыльная проселочная дорога вилась по направлению
к озеру, которое идиллически поблескивало на
солнце. Единственным местным жителем, которого
довелось лицезреть Сингеру, был дежурный по станции, разгуливавший по перрону при полном параде:
в форме и фуражке, с зеленым сигнальным флажком в руках. Из одной усадьбы, расположенной поблизости, доносились удары топора. Со станции
56
Юксеб¸ можно было рассмотреть типичный пейзаж
внутренней части страны – холмы и долины, за которыми темнели очертания гор. Далеко на севере
поднимался дым от фабричных труб, который невозможно спутать ни с чем. Фабричный дым на крестьянской земле, нарушавший идилличность картины. Это и был Нутодден, цель путешествия Сингера, который был заворожен открывшимся перед
ним видом. «Я еду туда, – подумал Сингер. – Там
стоит город, к нему я стремлюсь». Он пристально
всматривался туда, где находился Нутодден. Глядя
на дым, так не вяжущийся с этим пейзажем, Сингер почувствовал нетерпение – ему хотелось поскорее добраться до места.
Тем временем к станции подкатил мощный локомотив, тянущий за собой вереницу ультрасовременных вагонов. Это прибыл «Южный экспресс»
из Кристиансанда. Несколько пассажиров сошли
с этого поезда и направились к другому, который
должен был доставить их в Нутодден. Те трое, что
подошли раньше, уже заняли свои места – двое
в отделении для некурящих и один в отделении
для курящих. Один из новых пассажиров вошел
в отделение для курящих и занял место напротив
Сингера. Дежурный по станции поднял зеленый
флажок, изо всех сил дунул в свисток, и только
что прибывший «Южный экспресс» во всем своем
великолепии покинул станцию. Дежурный не спеша пошел к путям, где стоял их крохотный поезд,
и повторил всю церемонию. Он поднял зеленый
флажок, изо всех сил дунул в свисток, и допотопный поезд до Нутоддена тронулся в путь. Пути бы-
57
ли проложены по хребту холма над озером Хеддалсваннет, так что, если высунуться из окна, можно
разглядеть блестевшую внизу воду. Человек, сидевший напротив Сингера, был молод, примерно
того же возраста, что и Сингер, возможно чуть моложе. На нем был элегантный летний костюм
с галстуком, в руках он держал дипломат. Господин оглядел багаж Сингера и спросил, едет ли тот
в Нутодден и долго ли там пробудет. Когда Сингер
ответил, что собирается переехать в Нутодден и занять там должность библиотекаря в городской
библиотеке, господин многозначительно кивнул
и спросил, бывал ли Сингер в Нутоддене раньше,
на что тот, покачав головой, ответил, что совершенно случайно нашел эту вакансию. Тогда элегантный господин рассмеялся, встал и протянул
Сингеру руку.
– Адам Эйде, – сказал он, – причина всех бед
в Нутоддене.
Сингер тоже представился. Адам Эйде открыл
свой дипломат, и Сингер поднял брови от удивления. В дипломате находился контейнер с шестью
отделениями. В каждом из них был закреплен бокал. В трех из шести бокалов искрилось шампанское, и они были плотно закрыты пластмассовыми
пробками. Остальные три были пусты, и пробки от
них лежали на дне дипломата. Адам Эйде вынул
один бокал – Сингер отметил, что он из чистого
хрусталя, – и протянул его Сингеру. Они вынули
пробки из бокалов. Оба все еще стояли, поскольку
не успели присесть после того, как представились
друг другу.
58
– Ваше здоровье! – произнес Адам Эйде. –
Я директор отделения компании «Норск Гидро»
в Нутоддене, возвращаюсь с завтрака с шампанским из Осло. Вы ехали через Конгсберг?
Сингер кивнул, и Адам Эйде посмотрел на него
с укором и одновременно скрытой гордостью.
– Я всегда выбираю правильный путь, – сказал
Эйде. – Через Шиен. Потом по ветке Братберг до
Нурдагуту с пересадкой в Юксеб¸ до Нутоддена.
Этот путь длиннее, но он единственно правильный.
Для меня. И для библиотекаря Нутоддена, я полагаю. Вы ничего не знаете о Нутоддене?
Ох уж эти завтраки с шампанским в Осло, –
вздохнул Эйде. – Раз в квартал – тридцать первого июля, тридцать первого октября, тридцать первого января и тридцать первого апреля. Вас удивляет последняя дата, ведь в календаре нет никакого тридцать первого апреля, но мы в «Гидро» все
равно завтракаем с шампанским каждое тридцать
первое апреля, хотя эта дата более широко известна как первое мая. Но в «Гидро» мы решили, что
это тридцать первое апреля и устраиваем второй
в году завтрак с шампанским. Мы приезжаем из
разных концов страны, все директора отделений
«Гидро», и пьем шампанское в десять утра. Потом
каждый снова отправляется в путь, и я, директор
отделения в добром старом Нутоддене, иду по
Драмменсвейен до вокзала, чтобы сесть на поезд
сперва до Шиена, а потом до Нурдагуту и наконец
до Нутоддена, не забывая при этом наполнить мой
дипломат шампанским перед дальней дорогой, ведь
я сделаю большой крюк, прежде чем доберусь до
59
дома. Кстати, вы обратили внимание на дым? –
спросил он.
Сингер кивнул.
– Хорошо. Потому что скоро его не будет. Это
дымит металлообрабатывающий завод «Тиннфосс
Йернверк», который скоро закроют. К Новому году. И тогда дыма над Нутодденом больше не будет.
Строго говоря, владельцы завода не мы, но именно
мы его закрываем, – добавил Адам Эйде и лукаво
взглянул на Сингера. – Так дальше нельзя, с этим
ничего не поделаешь. У него нет будущего, если вы
понимаете, о чем я. Я расскажу вам о городе, в который вы едете. Его построили мы, мы же и сотрем
его с карты, разумным способом, разумеется.
В этом, собственно, и состоит моя основная задача.
А пока я жду. Чего я жду, спросите вы. Отвечу: я
жду, когда стану генеральным директором «Норск
Гидро». В этом мое призвание. Но сначала я должен разобраться с Нутодденом, прояснить старые
недоразумения, так сказать. Но об этом позже.
Адам Эйде взял пустой бокал Сингера, засунул
его в контейнер и протянул ему последний бокал.
– Вы пьете слишком быстро, – заметил он, –
посмотрите на меня, я едва пригубил, лишь попробовал это чудесное шампанское. Вы обратили внимание, что оно не холодное, а чуть теплое. Чуть
теплое шампанское лучше всего. В центральном
офисе нам подают его холодным, прямо из холодильника. Я пью его и мечтаю об обратной дороге
в Нутодден, через Шиен, а не Конгсберг, о чуть
теплом шампанском, которое я буду тогда смаковать. Все настоящие знатоки пьют шампанское
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]