Современный философский словарь

с проблематикой социального конструирования реальности, рассматривается в связи с исследованием интенциональной природы сознания и обсуждается в связи с рассмотрением таких теорий, как новая риторика и новая софистика, этика дискурса и этнометодология.

ния в виде рисунка. Характерной особенностью пиктографии является отрыв сообщения от предмета и перенос на различные материалы П. Идеографи­ческое П. представлено графемами, символизирующими элементы содержа­ния. Как и пиктография, идеографическое П. ориентировано на передачу лишь общего смысла сообщения, но не его точного звучания. Логографиче­ское П. развивается в полноценную систему лишь в результате закрепления за знаками фонетического чтения, независимого от значения данного знака как слова. Этот процесс руководствуется ребусным принципом, согласно ко­торому знаки для слов, которые трудно нарисовать, пишутся знаками для других слов, идентичными или близкими им по звучанию и легко изобража­емыми. Различие между логографическим и идеографическим П. заключается в том, что словесное П. не передает общий смысл сказанного, а фиксирует сказанное пословно. В принципе при строго выдержанном логографическом П. требуется столько же письменных знаков, сколько имеется слов. В силла­бическом П. графемы передают отдельные последовательности звуков языка, чаще всего слоги. Представление о слоге прежде всего вырабатывается в язы­ках с регулярным следованием согласных и гласных, а также в языках, в ко­торых имеется большое количество односложных слов, применимых в каче­стве знаков для слогов. Алфавитное П. передает звуковой облик слов звуко­выми единицами — фонемами. Знаки алфавита — буквы — обозначают звуковые единицы — фонемы, репрезентируемые звуками. Буквы — это знаки, с помощью которых обозначаются единицы языка — фонемы. Само­стоятельного значения буква не имеет. Ее значение — это та фонема, которую она изображает. И, соответственно, знание букв какой-либо алфавитной си­стемы П. позволяет прочитать и воспроизвести в звуковой форме любой текст, даже если значения слов, составляющих этот текст, неизвестны. Выделение П. как семиотической системы предполагает выделение специфических харак­теристик и семиотических функций П. в сравнении с устным языком и дру­гими нелингвистическими визуальными средствами. Традиционно семиоти­ческое определение П. выделяет символическую, графическую и лингвисти­ческую характеристику П. Одной из характерных особенностей П. является его многомерность. В отличие от речи, характеризующейся вокально-ауди­торным средством передачи, П. предполагает визуальный контакт. В то время как речь характеризуется опосредованностью передачи сообщения, П. пред­полагает только непосредственное восприятие, а последнее предполагает большую степень специализации П. и чтение требуют больших энергетиче­ских усилий и технических способностей по сравнению с говорением и слу­шанием. Как результат указанных различий П. характеризуется способностью постоянного воспроизведения и хранения информации. Основная функция, которую выполняет П., так же как и речь, является коммуникативной. Но в дополнение к функции коммуницирования вербальных сообщений, П. вы­полняет также магическую и поэтическую функции. Магическая функция

букв чаще всего встречается в использовании П. в Древнем Египте и у гер­манских народов. Египетские иероглифы этимологически означают священ­ные символы, буквы германского алфавита также представляют более чем знаки фонем. Для дешифровки письменных текстов в средневековой каббале использовались магические коды: экзегетическим кодам приписывались эзо­терические значения. Поэтическая функция П. предполагает как акустиче­ское измерение, так и визуальное в каллиграфии и в графическом оформле­нии печатных букв. В исследовании П. как системы наблюдается расхождение по вопросу об автономности П. До сих пор считалось, что П. структурно вторично или гетерономно по отношению к речи. Начиная с последней чет­верти XIX в. лингвисты в различных направлениях исследуют П. как авто­номное образование. Связующим элементом в этом широком наборе различ­ных направлений стало выделение научной дисциплины, изучающей систему П., — графемики. Большинство британских лингвистов предпочитают гра­фологию. Последняя предполагает изучение П. как автономной семиотиче­ской системы, системы sui generis безотносительно к речи. В то время как автономная перспектива П. мотивируется с т. зр. синхронической и струк­турной, гетерономное представление о П. мотивируется эволюционными соображениями. Различие между автономными и гетерономными представ­лениями о графемике проявляется и в различии процедур выявления графем как единиц П. Следует заметить, что П. и речь выполняют различные, но все же дополнительные социокультурные функции. Философия и теории куль­туры исследовали П. в аспекте различий между оральными и визуальными способами коммуникации. В культурной истории П. выделяют три этапа: изобретение П.; изобретение печати и развитие П. как массового средства; смещение П. новыми аудиовизуальными средствами сообщения. История философии от Платона до Деррида демонстрирует изменение взглядов на трактовку П. в сравнении с речью. В «Федре» Сократ цитирует египетского царя Тамуса, который следующим образом критикует изобретение букв: «В души научившихся им они вселят забывчивость, т. к. будет лишена упраж­нения память: припоминать станут извне, доверяясь письму, по-посторонним знакам, а не изнутри, сами собой. Стало быть, ты нашел средство не для па­мяти, а для припоминания. Ты даешь ученикам мнимую, а не истинную му­дрость». Парадигматической для метафизической традиции, которую Деррида называет фоноцентризмом, является оппозиция между речью, и П. Деррида отвергает и графоцентрическую традицию в форме догматической веры в письменные источники, традицию, ассоциируемую со схоластами. Деррида вводит грамматологию как постструктуралистскую науку о П. Именно воз­можность П. гарантирует абсолютную идеальную объективность, историза­цию и традиционализацию смысла. Без такой пространственно-временной записи объективация соответствовала бы интенции говорящего субъекта. Напр., «протогеометр», создавая идеальный геометрический объект, должен