Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Реставрация памятников истории и искусства в России в XIX-XX веках. История, проблемы. Учебное пособие
.pdf
qndepf`mhe
hqŠnph“ peqŠ`bp`0hh qŠ`mjnbni l`qk“mni fhbnohqh b pnqqhh b XIXOXX "".
правления Г. Бухгольца, К. Христинека или Гроота, то
теперь картины после прохождения так называемой в
XVIII–XIX вв. «механической» реставрации передаются для прописок ху дожникам. Перонар проводил операции по укреплению живо писи путем дублирования и
перевода на другую основу.
Русские же художники, привлекаемые для живописного поправления, слабо знакомые с технической
стороной реставрации, промывали и записы вали картины, основываясь на рецептуре и принципах живописной рестав рации, свойственных тому времени.
Рассматривая историю развития реставрации масляной живописи в Рос сии XVIII в., можно заключить,
что в этот период существует общность в технической
и художественной областях реставрации в большинстве
европейских стран. Те принципы и методы, которыми
руководствовались работавшие в Петербурге русские и
иностранные мастера, во многом осно вывались на общеевропейской методике. Не имея своих национальных кадров, Россия еще не могла создать собственную
реставрационную школу, опирающуюся на самобытную технологию. Появление в середине века в России
первых реставраторов, начало сложения реставрационной мастер ской Эрмитажа, заинтересованность художественной общественности в раз витии этого искусства характеризуют XVIII в. как первый этап накопле ния
реставрационных знаний, приведших к сложению русской школы реставрации в XIX столетии.
Для истории развития реставрации станковой масляной живописи как в России, так и в других странах
Европы XIX в. является наиболее спор ным и интересным периодом. С одной стороны — это время технического совершенствования различных реставрационных методов, формирования реставрационных школ,
развития теоретических принципов реставрации, с
другой — это период применения наиболее опасных и
отрицательных реставрационных операций, нанесших
огромный урон мировому искусству.
В истории развития реставрационного дела в России XIX в. занимает особое место. Именно в этот период
закладываются основы национальной реставрационной
практики. Впервые здесь разрабатывается самобытная
методика технической реставрации, возникают первая
191

p`gdek II. qknfemhe qhqŠel{ m`r)mni peqŠ`bp`0hh opnhgbedemhi fhbnohqh...
в России реставра ционная мастерская и школа на базе
Эрмитажа.
В 1797 г. главным хранителем картинной галереи
Эрмитажа стано вится Ф.И. Лабенский. Видя печальное
положение, в котором находилась реставрация в галерее, он начинает привлекать в мастерскую новых людей.
В 1797 г. приглашает реставратора по живописной части
Пиролли, затем в 1800 г. помощником «в смотрении за
живописными картинами» стано вится Алексей Андреев. А в 1801 г. приписываются к мастерской камердинер
А.Ф. Митрохин и реставраторский помощник Григорий
Андре ев. Несмотря на увеличение штата, художники не
успевали справиться со всей работой. Поэтому иногда
приходилось отправлять картины «для по чинки» в Академию художеств либо привлекать заезжих иностранных реставраторов.
Продолжая оставаться первым и единственным
реставрационным заве дением в России, мастерская
Эрмитажа была просто объединением рестав раторов,
выполнявших различные технические и живописные
операции по сохранению картин. В ее задачу не входили ни подготовка новых реставра торов, ни разработка
усовершенствованной техники и технологии. Осознавая необходимость развития реставрационного дела,
понимая важность разработки новых технических и
технологических методов, Ф.И. Лабен ский начал обращать внимание на деятельность одного из реставраторских помощников — камердинера А.Ф. Митрохина.
Именно в нем Лабенский встретил подлинного энтузиаста технической реставрации. Имея в лице Митрохина
замечательного мастера-экспериментатора, Лабенский
прихо дит к мысли о создании под его руководством первой в России реставраци онной школы.
Андрей Филиппович Митрохин родился в Торопце
Псковской губернии в 1766 г. По известным данным,
«живописи Митрохин учился у художника Лохова в
Торопце, затем состоял на службе в Софийском полку
солдатом. Затем поступил на службу в Конюшенную
команду, через пять дней определен ко двору в “живописную команду”» и до 1801 г. занимался при дворе
живописью. В 1801 г. он был определен в Эрмитаж к
реставрации картин [8, с. 57–58]. С тех пор и начинает появляться в архивах имя камердинера Митрохина,
192
qndepf`mhe

qndepf`mhe
hqŠnph“ peqŠ`bp`0hh qŠ`mjnbni l`qk“mni fhbnohqh b pnqqhh b XIXOXX "".
раскрывая роль этого человека в развитии реставрационного дела в России.
В рапорте на имя Лабенского Митрохин сообщал,
что им замечено, что писаные на досках картины знаменитейших художников подвержены всегдашнему
повреждению, а через то и конечному их ничтожеству,
и с 1808 г. предпринято им было искать средства переноса живописи с дерева на холст. Митрохин писал, что
продолжал опыты до 1817 г. и достигнул желае мой цели.
Экспериментаторская деятельность Митрохина была
прервана Отечественной войной 1812 года. Опасаясь наступления войск Наполеона на Петербург, правительство приняло решение об эвакуации картинной галереи. Под руководством Лабенского реставраторы А. Митрохин, А. Андре ев, С. Лузин и канцелярист И. Трифонов
были посланы «водным трактом при картинах и прочих
редких вещах Эрмитажа». И во все показанное время
(секретная экспедиция длилась с 19 сентября 1812 г. по
1 июля 1813 г.), «имея тщательное за оными наблюдение сохранили припорученную кладь от всякого повреждения». Эрмитажные сокровища в тече ние этого
времени сохранялись в Вытегре, Лодейном поле, Каргополе. Эта эвакуация огромного музейного собрания является вторым случаем в евро пейской истории искусств
после эвакуации венских собраний в 1805 г. По возвращении в Петербург Митрохин продолжил опыты по переводу живописи, и впервые русским реставратором
была освоена техника перевода, о чем Ф.И. Лабенский
сообщает в При дворную контору: «Изыскано средство
переводить живопись с дерева на холст и неослабимыми
трудами доведено оное до совершенства, и <...> что Митрохин сделался из первейших в своем искусстве, сие доказывают его многие операции, произведенные им над
картинами Эрмитажа, где он упражняется с успехом до
1817 года, до того времени никому не показывал своего
искусства, которое, будучи им самим приобретено, могло бы и уме реть с ним» [9].
В 1817 г. Лабенский, желая укрепить штат мастерской, совместно с руководством Академии художеств
объявляет конкурс на замещение вакантной должности
реставратора картин. На конкурс откликнулись два художника: обучавшийся у Пиролли реставрации, академик живописи В. Бриоски и художник Ф. Бенчини.
193

p`gdek II. qknfemhe qhqŠel{ m`r)mni peqŠ`bp`0hh opnhgbedemhi fhbnohqh...
Претен дентам были выданы для полной реставрации
две поврежденные картины. После того как обе картины были дублированы и прошли живописную реставрацию, авторитетная комиссия (И.П. Мартос, Г.И. Угрюмов, А.Е. Егоров, В.К. Шебуев) ознакомилась с результатами и дала отзыв, отвечающий желаниям Лабенского — оба заняли места реставраторов.
Теперь в мастерской появилась та основа, которая
была нужна для формирования школы реставрации
как «механической», так и живописной, тем более что
обе эти стороны эрмитажной реставрации находились
теперь в руках высококвалифицированных специалистов. Особенно это относилось к Митрохину, искусство которого совершенствовалось с каждым годом.
Начав работать вместе с Перонаром, он, вероятно,
внимательно изучал образцы труда своего предшественника. Понимая некачественность опытов первого
по переводу картин с дерева на холст, он начал опыты
по поиску собственных методов и к 1818 г. уже переложил с дерева на холст 16 картин, среди которых находились такие шедевры, как «Триптих» Хуго Ван дер
Гуса и «Святое семейство» Гарофало.
В 1819 г. Лабенский, руководствуясь идеей создания школы, обратился к министру народного просвещения князю А.И. Голицыну. Голицын и совет Академии художеств поддержали главного хранителя галереи и начали содействовать этому начинанию.
В 1819 г. по решению совета Академии художеств
в Эрмитаж были направлены четыре выпускника —
Евграф Короткий, Александр Смирнов, Федор Рыбин
и Павел Мельников: «приняты для пособия камердинеру Митрохину в реставрации картин и для обучения их
под руководством его искусству переводить картины с
де рева на холст и с обветшалого холста на новый». Академия художеств от неслась к отбору учеников весьма
серьезно. Все четыре выпускника окончи ли Академию
с аттестатом первой степени, имели по две серебряные
медали, трое из них получили аттестаты со шпагой. Причем все художники окончили различные мастерские:
ландшафтную, портретную и миниатюрную. Веро ятно,
совет Академии предполагал последующее разделение
художников на реставраторов различных видов живописи. Имея законченное художе ственное образование,
194
qndepf`mhe

qndepf`mhe
hqŠnph“ peqŠ`bp`0hh qŠ`mjnbni l`qk“mni fhbnohqh b pnqqhh b XIXOXX "".
ученики должны были освоить технику и технологию
«механической» и художественной реставрации. Распорядок обучения был понедельный. Одну неделю двое
учеников занимались освоением навыков технической
реставрации под руководством Ф.А. Митрохина, двое
других обучались живописной реставрации у В. Бриоски и Ф. Бенчини. Затем наоборот. Руководителем
школы был назначен Митрохин, который кроме своей
преподавательской деятельности должен был осуществлять «отече ское попечение и присмотр».
С самых первых месяцев своего существования
реставрационная школа начала сталкиваться с различными трудностями. Плохая организация, отсутствие
устава, ограничивающего сроки обучения и дающего
права на самостоятельную работу, привели к тому, что
ученики начали увольняться. По предложению Митрохина Лабенский разработал устав реставрационной школы, в 1822 г. утвержденный Придворной конторой. После того как правила Устава были огла шены
ученикам, Ф. Рыбин был переведен в реставраторские
помощники с прибавкой жалования вместо умершего
5 марта 1820 г. реставратора Алексея Андреева, много
потрудившегося в Петергофе и Эрмитаже. На место
уволившегося Я. Яненко был принят выпускник Академии по по ртретному классу, получивший две серебряные медали и аттестат со шпагой, Яков Душинский.
Опасность, грозившая школе и мастерской, миновала. Теперь в Эрмита же имелся твердо сложившийся состав реставраторов, их помощников и учеников.
В мастерской было три реставратора — Бенчини, Бриоски, Митрохин; два помощника — Лузин и Рыбин; три
ученика — Мельников, Смирнов и Душинский. Особое
внимание при обучении молодых художни ков обращалось на освоение навыков реставрации технической.
Если техника и принципы живописной реставрации для
людей, имеющих профессиональную художественную
подготовку, не казались сложными, то изучение «механической» реставрации, а особенно «перевода», требовало многолетнего и кропотливого пополнения опыта.
Поэтому ученики были сразу же подключены к текущей реставрационной работе. Достаточно сказать, что
только с 1818 по 1823 г. лично Митрохиным и с помощью
учеников были переведены с дерева на холст 19 картин
195

p`gdek II. qknfemhe qhqŠel{ m`r)mni peqŠ`bp`0hh opnhgbedemhi fhbnohqh...
эрмитажного собра ния, 30 картин из Царскосельского
дворца и 7 картин из церкви Тавриче ского дворца. Кроме технической реставрации, все эти картины, а также
еще 130 произведений из Царскосельского дворца подверглись полной живописной реставрации.
Таким образом, в первой четверти XIX в. в Эрмитаже сложилась первая в России реставрационная мастерская с разделением на «механиче скую» и «художественную» части. Причем эта мастерская обеспечивала
себе будущее в лице реставраторской школы. Впервые в
общеевропейской практике в России силами художественных и правительственных организа ций создается
специализированное учебно-производственное заведение, готовящее реставраторов-профессионалов. Если
вспомнить, что еще в нача ле XIX в. атмосфера секретности закрывала доступ посторонним к тай никам реставрационных знаний, то создание подобной школы
стало поворотом к гласности, в которой так нуждалась
реставрация.
Появление реставрационной школы на базе эрмитажной мастерской явилось результатом понимания
реставрации как одной из важнейших областей знания
в деле сохранения памятников искусства. Участие в
этом министерства просвещения, Академии художеств
и Эрмитажа иллюстриру ет рост интереса к реставрации в русской художественной среде.
С этого времени можно говорить о сложении в
России самобытной системы технических реставрационных приемов. Если вся реставраци онная практика
в Петербурге XVIII — начала XIX в. использовала методику общеевропейской реставрации, то теперь с
разработкой собственных методов, а также обучения
учеников закладываются основы русской техниче ской
реставрации, которая становится фундаментом для развития этой области вплоть до нашего времени.
Основная заслуга в создании методики технической
реставрации в Рос сии по праву принадлежит А.Ф. Митрохину. Возглавляя в течение 45 лет техническую реставрацию в Эрмитаже, он накопил и передал ученикам
огромный опыт проведения всех основных реставрационных операций. В конце жизни он написал исследование, посвященное реставра ции (бесследно исчезло из
архивов в середине XX в.) [10]. Сейчас можно лишь при-
196
qndepf`mhe

qndepf`mhe
hqŠnph“ peqŠ`bp`0hh qŠ`mjnbni l`qk“mni fhbnohqh b pnqqhh b XIXOXX "".
близительно реконструировать содержание записок, в
которых были собра ны основные принципы и методы
технической реставрации первой полови ны XIX столетия в Эрмитаже. Но из архивных данных об употребленных на реставрацию материалах, а также из той преемственности, которая просле живается в проведении
консервационных операций в эрмитажной мастер ской,
складывается довольно ясная картина практической работы Митрохи на и его школы.
Главная заслуга Митрохина в деле реставрации
станковой масляной живописи — это разработка и применение нового связующего для укрепле ния основы.
При рассмотрении реставрационной техники в Западной Европе и в России XVIII в. уже отмечалось, что
все основные реставра ционные операции проводились
с использованием различных клеющих составов. В реставрационных мастерских Италии, Франции и Голландии это были клейстерные или воскосмоляные смеси с
различными пластифи цирующими и антисептическими добавлениями. Всевозможные частные реставраторы как в Европе, так, вероятно, и в России использовали
различ ные животные клеи и даже смеси из масляных
красок, жирных глин или пигментов с сиккативными
маслами. Применение подобных составов ока зывало
отрицательное влияние на физико-химическую структуру автор ской живописи. В большей или меньшей степени каждая из перечисленных смесей нарушала авторский замысел. Одни составы меняли цвет грунта, другие служили питательной средой для бактерий и увеличивали хруп кость произведения, третьи, окисляясь,
влияли на химический состав красок и «пережигали»
основу.
Митрохин, видя негативные качества большинства применяемых сме сей, разработал новое связующее,
состоящее из осетрового клея и пласти фикатора меда.
В связи с медом осетровый клей, обладающий высокой силой сцепления, легко проникает сквозь сложную структуру картины, оставаясь инертным по отношению к цвету живописи и грунта. В первой четверти
XX в. в Институте археологической технологии в Ленинграде в лабораторных условиях были проведены
эксперименты с этим составом, которые дали самые
положительные результаты. Митрохин опытным пу-
197

p`gdek II. qknfemhe qhqŠel{ m`r)mni peqŠ`bp`0hh opnhgbedemhi fhbnohqh...
тем пришел к тому, что наилучшим соотношением является смесь одной части осетрового клея с двумя частями меда. Подобное соотношение, реко мендуемое и в
современной консервации, позволяло создать пленку
клея, достаточно эластичную и прочную при ведении
дублирования, перевода или паркетажа. Судя по счетам на материалы с 1816 г., отношение меда и клея как
1:2 всегда остается неизменным. Если в первые годы
работы Митрохина для заклейки лицевой стороны
картины либо для дублирования большемерных работ
применялся иногда крахмал либо смесь клейстерного
и медово-осетрового клеев, то с конца 20-х гг. XIX в.
как сам рестав ратор, так и его ученики полностью переходят на новый состав.
Применяя это связующее, Митрохин успешно
освои л и разработал на нем методику дублирования и
перевода живописи. Система дублирования основывалась на строгом соответствии проклеек авторского и
дублировочного холстов. Воспринимая дублировочный
холст как новую основу картины, он стремился, чтобы
количество слоев клея, лежавших на новом холсте, уравновешивало бы сложную структуру картины. При подведении дублировочного холста Митрохин использовал
ткань наименее фактурную, чтобы не оказать влияния
на фактуру живописи. Чтобы избежать усадки ткани и
удалить аппретуру, новый холст обязательно стирали
с мылом. Так достигалось укрепление основы живописи на холсте.
Разрабатывая технику перевода живописи с одной
основы на другую, Митрохин ввел применение дублировочных подрамников (известных во Франции под названием батарей). Прежде чем подвергнуться переводу, картина с лица изолировалась несколькими слоями
бумажных проклеек, затем накладывалась «серпинка»
либо «кисея», и картина закреплялась медово-осетровым клеем на натянутом на подрамник дублировочном
хол сте. Распластанная таким образом на эластичном основании лицом вниз, картина подвергалась удалению
основы. После ее снятия проводились выравнивание и
очистка тыльной стороны грунта. Важно отметить, что
ни Митрохин, ни его ученики авторский грунт никогда
не удаляли. Выравни вание ограничивалось шлифовкой
пемзой и заполнением утрат мелоклеевым грунтом.
198
qndepf`mhe

qndepf`mhe
hqŠnph“ peqŠ`bp`0hh qŠ`mjnbni l`qk“mni fhbnohqh b pnqqhh b XIXOXX "".
Для придания лучшей связи картины с новым холстом между грунтом и основой подводилась кисея либо
(впоследствии) марля, что, надо думать, по мысли Митрохина, должно было уменьшить пропечатывание фактуры холста.
Освоение в России третьей операции по укреплению основы — «парке тажа» — также является заслугой Митрохина. Вероятно, он ознакомился с различными видами «паркетов» на поступавших в Эрмитаж
картинах из Западной Европы. Во всяком случае, мы
имеем данные, что с 1821 г. он ввел «паркетаж» в реставрационную практику [11].
Все разработанные Митрохиным операции касаются укрепления лишь живописной основы. Следует
сказать, что в XIX в. еще не было найдено методики
укрепления верхних слоев живописи клеевыми составами разной консистенции, с применением распарок
и прессований. Поэтому единственным видом укрепления живописного слоя можно считать профилактическую заклейку лицевой стороны картины слоями
«голландской» бумаги. (Слабопроклеенная бумага фабричного производства получила свое назва ние по типу
машины «голландер».) Хотя консистенция укрепительного медово-осетрового клея еще не была найдена, но
все же при просушке бумаги горячими утюгами часть
клея проникала внутрь и в какой-то мере укрепляла живопись.
Из архивных данных следует, что реставрация техническая, или, как ее называли в XIX в., «механическая»,
становится основой всей реставра ционной практики.
Если в XVIII столетии центральное место в деле сохранения картин занимало «живописное поправление», то
сейчас «механиче ская» реставрация выходит на первое
место. Складывается понимание реставрации как определенной технической области знания.
Большую роль в развитии подобного взгляда на
реставрацию сыграла система обучения в эрмитажной
школе. Параллельное освоение учениками методики
технической и живописной реставрации позволяло
сравнить две стороны этого дела, что было не в пользу
реставрации живописной. За канчивая курс обучения,
ученики стремились занять вакансии помощника либо
реставратора по «механической части», так как слож-
199

p`gdek II. qknfemhe qhqŠel{ m`r)mni peqŠ`bp`0hh opnhgbedemhi fhbnohqh...
ность проводи мых операций и разработанная технология раскрывали всю серьезность работы по сохранению
живописи. Ученики, имеющие профессиональную художественную подготовку, довольно легко осваивали секреты живо писного починительства, и их практическое
претворение не составляло для художников особого труда. Совсем иначе обстояло дело с обучением рестав рации
«механической». Проводя под руководством Митрохина
сложнейшие технические операции, они постепенно
понимали роль качественного ис полнения этой работы
для реставрации вообще. Кроме спасения самого произведения, удачно проведенная техническая реставрация
облегчала реставрацию художественную. Хорошо исполненные операции по укрепле нию основы живописи
позволяли видеть, как разрушающееся произведение
становилось прочным и как бы обновленным. Гладкая,
неосыпающаяся, не деформированная картина, попадая
в руки реставраторов по живописной части, нуждалась
зачастую лишь в незначительных поправках и покрытии лаком. Ученики-реставраторы, осваивая обе стороны реставрации, с самого начала существования школы
отдали свое предпочтение «техническому искусству».
Огромное количество работ по дублированию,
переводу и паркетажу картин из всех собраний столицы помогло им превратиться вскоре в высо коквалифицированных мастеров, самостоятельно ис полнявших большин ство ответственных операций. Начиная с 1826 г. появляются в архивах Эрмитажа счета
на проведение технических и живописных операций
сами ми учениками. Первой наиболее сложной дублировкой большемерных картин, проведенной самостоятельно учениками Мельниковым и Смирно вым в
1831 г., было дублирование четырех огромных копий с
работ итальянских художников Возрождения, находящихся в Академии худо жеств. В этом же году наиболее
способный из учеников Митрохина Федор Рыбин перевел с дерева на холст две и паркетировал три картины.
Не менее успешно проявил себя в деле «механической»
и художественной реставра ции Яков Душинский, проводивший самостоятельно с 1826 г. дублирование и живописную реставрацию огромного количества картин.
В 1831 г. среди учеников школы Митрохина появляется новый выпускник Акаде мии — Федор Табунцов. Он
200
qndepf`mhe
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
