Реставрация памятников истории и искусства в России в XIX-XX веках. История, проблемы. Учебное пособие

Первым случаем, когда научные устремления не остались полностью на бумаге, был опыт реставрато­ра Н.И. Подключникова по раскрытию икон соборов Московского Кремля. «Свободный художник» Николай Иванович Подключников (1813–1877) был извест ным в Москве живописцем и реставратором картин. Он, по собственному утверждению, обладал секретом «снимать каждый слой красок один после другого, раздельно, ни мало не касаясь подлинника»[20, с. 325–329]. В 1852 г. ему поручили реставрацию иконостаса Успенского со­бора. Реставратор впервые в российской истории со­ставил программу. Она включала снятие «со всех икон, во всех пяти ярусах иконостаса» почерневшей олифы, «поправок, чуждых первоначальному характеру писа­ния». Утраты живописи Н.И. Подключников предпола­гал «запунктировать, но новыми красками, где не нужно, не писать». За работами наблюдала комиссия из священ­ников и старосты храма. Священники Дмитрий и Иван Владиславлевы вели записи в специальном журнале, где описывали открывшиеся в ходе расчистки красочные слои, отмечали колера и надписи. Через несколько лет, в 1855 г., вдохновленный успехом, Подключников берет­ся за раскрытие икон работы Андрея Рублева из иконо­стаса Успенского собора Владимира (1408), которые в то время находились в селе Васильевском около Шуи. В эти же годы он раскрывает «древнюю византийскую» ико­ну св. Дмитрия Солунского, «которая была храмовою в старом Дмитриевском соборе города Владимира» (кон. XII в., ГТГ) [9].

нены верно по прежним рисункам, без всякой переме­ны, и потому она (роспись. — Ю.Б.) есть не новая, а та же самая… и в художественном отношении не уступает прежней», — заключал митрополит Феодосий по пово­ду реставрации росписей XI в. в Успенском соборе Ки­ево-Печерской лавры [22, с. 3].

Наиболее значительный шаг в развитии теории реставрации был сделан главным хранителем памятни­ков Австрийской империи венским ученым Алоизом Риглем в его введении к закону об охране памятников в Австрии (1903). А. Ригль исходит из признания того, что любой памятник предстает перед нами в качестве двоякой ценности: исторической и современной, соот­ношение которых зависит от многих факторов. Автор подчеркивает документальное значение исторической ценности памятника, которому не может существовать какой-либо равноценной замены, потому что, писал он, «историческое — это то, что было и чего больше нет» [26, р. 170]. Ригль вводит понятие «давность», что требу­ет от реставратора необходимости избегать как рестав­рационных дополнений к памятнику, так и удаления ис­торических напластований, а также «патины времени». Историческая ценность тем выше, чем меньше рестав­рационное вмешательство. Вместе с тем общественная значимость памятника определяется комплексом «со­временных ценностей». Среди них А. Ригль выделяет эксплуатационную и художественную ценности. Эти ценности всегда относительны, так как зависят от пот­ребностей и вкусов современного общества и потому исторически изменчивы.