Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Психосоматические заболевания. Полный справочник

.pdf
Скачиваний:
1
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
вается поведение; когда имели место галлюцинации или бредовые идеи, они теряли свою актуальность либо полностью корригирова­лись. Наиболее частыми гнойно-воспалительными заболеваниями у психически больных являются абсцессы ягодичной области. Они развиваются на местах введения различного рода лекарственных ве­ществ. Обилие в подобных абсцессах некротических тканей позволя­ет считать их не просто абсцессами, а абсцесс-некрозами.
Довольно часто гнойно-некротические очаги располагаются глу­боко, и определить их осмотром или пальпацией удается не всегда. Они трактуются как инфильтраты и длительное время подвергают­ся лечению физиотерапевтическими процедурами, введением анти­биотиков, временами некротизируются и образуют плохо заживаю­щие язвы. Из приведенных примеров следует, что болезни, которые, как считают, благоприятно влияют на психические заболевания, вы­зываются микробами. Имеются публикации о влиянии хирургичес­ких заболеваний на течение психоза. Повседневный опыт показыва­ет, что агрессивный и непослушный больной становится послушным и неагрессивным, если заболевает тяжелым соматическим заболева­нием.
Механизм влияния лихорадки на психическое состояние
В последние годы количество таких наблюдений уменьшилось в результате успешной борьбы и профилактической работы с такими заболеваниями, как брюшной и сыпной тиф, а также малярия; в то же время при роже или крупозной пневмококковой пневмонии в течение нескольких дней благодаря лечению антибиотиками наступает сома­тическое выздоровление со снижением температуры. О механизмах влияния лихорадочных реакций на улучшение психического состоя­ния высказываются разные мнения. Многие авторы приписывают благоприятное влияние гипертермии улучшению условий кровооб­ращения и трофики центральной нервной системы. Другие авторы придают значение иммунологическим факторам, а также изменениям обмена веществ и внутрисекреторного равновесия.
Согласно физиологическим гипотезам, преобладание в сознании представления о наличии соматического заболевания или его угрозы, а также сопутствующее этому плохое самочувствие вызывают изме­нения в состоянии больного: он начинает сотрудничать с врачом, что освобождает последнего от необходимости особой опеки над ним. Многие авторы объясняли эффект гипертермических осложнений связью биохимических изменений с психологическими воздействия­ми. Menninger сравнивала механизм действия лихорадки с катализа­тором, ускоряющим течение реакции в направлении, в котором она и так очень медленно протекает. Основываясь на наблюдении, что совершенно разные факторы терапии, применяемые в психиатрии,
231
могут неоднократно приводить к идентичным результатам, Wolfberg выдвинул теорию, согласно которой психическое заболевание явля­ется вариантом анафилактической реакции, и высказал мнение, что все факторы, которые позволяют добиться выздоровления при пси­хозах, являются десенсибилизирующими факторами.
Эта теория имеет, несомненно, историческое значение. Кажется вероятным, что механизм влияния соматических заболеваний может быть различным при острых психозах и при хронических психиче­ских заболеваниях. Этот вопрос можно представить следующим об­разом. При кратковременных психозах, при которых психические нарушения не слишком глубоко укоренились и часто встречаются спонтанные ремиссии, каждое острое воздействие может значитель­но ускорить выздоровление. Острые соматические заболевания, та­кие как пневмония или брюшной тиф, электрошок или лечение инсу­линовой комой, или даже неожиданная холодная ванна — все это может ускорить выздоровление и ремиссию психического заболева­ния. Не исключено, что обряды, применявшиеся при так называемом изгнании беса, могли быть эффективны при лечении ранней шизо­френической реакции (Ehrentheil).
Улучшение при хронических психических расстройствах в ходе острых соматических заболеваний бывает частично следствием того, что как врачи, так и медицинский персонал обращали на больного больше внимания во время острого соматического заболевания, а многие больные в состоянии оценить сделанное для них добро. Ги­пертермические реакции влияют на функции мозга вследствие изме­нения физиологических условий, однако эти условия может менять также и безлихорадочное заболевание. Психически больные при тя­желых изнуряющих заболеваниях не затрудняют лечения и ведут се­бя в этот период как психически здоровые люди. Некоторые психи­чески больные могут великолепно «играть свою роль в окружении», когда они физически здоровы, как бы усиливая и еще больше подчер­кивая эту роль по той же причине, по какой психически здоровый че­ловек после нескольких рюмок алкоголя «играет роль» более пьяно­го, чем он есть на самом деле.
Такой человек, будучи в состоянии алкогольного опьянения, вне­запно становится совершенно трезвым перед лицом опасности, даже если эта опасность представляет собой лишь появление милиционе­ра. Подобный психологический механизм может действовать у неко­торых психически больных, особенно при соматических заболевани­ях, представляющих серьезную угрозу для их жизни. В такой ситуации эти больные могут казаться психически здоровыми людь­ми. При длительных психозах вероятность выздоровления ничтожна, однако может наступать частичное улучшение. Продолжительное улучшение наблюдается иногда в случае исчезновения под влиянием
232
анатомических изменений мозга (например, после травмы) «укоре­нившегося» психического расстройства.
Следует обратить внимание на несоответствие взглядов двух пси­хиатрических школ. Согласно учению одной из них, для получения лечебного эффекта от электро- и инсулиновых шоков необходимо из­бегать какого либо повреждения мозговых клеток, по теории другой школы повреждение мозговых клеток вследствие инсулиновых шо­ков и электрошоков является неотъемлемой частью благоприятного влияния этих терапевтических методов. Неврологические симптомы во время и после применения обоих методов лечения указывают на повреждение мозговых клеток, а вопрос состоит в том, является ли это повреждение необратимым. Факт, что в некоторых случаях эпи­лепсии психические расстройства кажутся пропорциональными чис­лу и тяжести припадков, говорит о том, что искусственное вызыва­ние судорог той же силы и частоты может оказывать на мозг и его функции такое же воздействие, как и эпилептические припадки.
В литературе приводится несколько интересных сообщений о том, что после длительной инсулиновой комы, длившейся в некоторых случаях несколько дней или недель (необратимая инсулиновая кома, отравление инсулином), несколько больных «выздоровели», причем появились органические изменения мозга, часто подобные тем, кото­рые имеются при психозе Корсакова, но в отношении шизофрении наступило значительное улучшение (Добжанский). В 1970 году Х. На­батова изучала взаимное влияние соматических заболеваний и ши­зофрении. Шизофрения является заболеванием всего организма и ха­рактеризуется не только психическими, но и соматическими нарушениями. Соматические заболевания, возникающие у больных шизофренией, не являются случайными или просто сопутствующими.
Взаимосвязь психических и соматических
заболеваний
Можно говорить о феноменах взаимосвязи и взаимовлияния, вы­являющихся в клинике и течении как соматических, так и психических заболеваний. В психопатологической картине шизофрении, сопро­вождаемой соматическим заболеванием, обнаруживаются следующие особенности: экзогенные синдромы с состояниями помрачения созна­ния, нарушением схемы тела, астении. Имеет место клиническая кар­тина, внешне сходная с экзогенными синдромами, в форме состояния растерянности, тонкой деперсонализации, неполной ориентировки в окружающем. Обращает на себя внимание и конкретное содержание галлюцинаций и сенестопатий. Должно быть отмечено также раннее выявление основных шизофренических нарушений. Течение шизо-
233
френии у больных с соматическими заболеваниями нередко приобре­тает признак непрерывности. Быстрое развитие апато-абулических проявлений, со снижением интеллектуальной активности, чаще соот­ветствует вялому течению соматического заболевания.
При ухудшении соматического состояния хотя и отмечалось иногда смягчение психопатологической симптоматики, однако при этом снижалась и психическая активность в целом. Соматические за­болевания у больных шизофренией чаще протекают вяло, отличают­ся скудными клиническими проявлениями. В случаях, заканчиваю­щихся смертью, помимо обычных анатомических изменений, обусловленных основным соматическим заболеванием, регистриру­ются еще распространенные поражения внутренних органов по типу дистрофии и дегенерации. Имеют место значительные изменения, происходящие в последнее время в соотношении соматических забо­леваний, явившихся причиной смерти больных шизофренией. Если раньше большинство страдающих шизофренией умирало от туберку­леза легких, то в последние десятилетия ведущее место занимают за­болевания сердечно-сосудистой системы, а также доброкачественные и злокачественные новообразования, язвенная болезнь.
Наряду с изменениями в структуре соматических заболеваний про­изошли изменения и в соотношении форм шизофрении в сторону боль­шей редкости кататонической формы и роста числа больных параноид­ной формой шизофрении. Гипертоническая болезнь, атеросклероз, тиреотоксикоз, язвенная болезнь, новообразования развиваются пре­имущественно у больных параноидной формой шизофрении (Набатова).
Специфические психосоматические
расстройства при заболеваниях
пищеварительной системы
При заболеваниях печени, желудочно-кишечного тракта посте­пенно возникают раздражительность, бессонница, эмоциональная неустойчивость, временами — ипохондричность, канцерофобия.
Психосоматические расстройства
при заболеваниях печени
В давние времена печень считали средоточием жизненной силы, души, любви и гнева. Принося в жертву печень животных, думали, что с ее помощью можно предсказывать будущее. Наилучшим сви-
234
детельством этого служат модели печени из глины, сделанные жите­лями Вавилона. Выражением убежденности в существовании тесных связей между функцией печени и человеческой психикой являются взгляды на гуморальную патологию и науку о дискразии, а реминис­ценцией являются до наших дней употребляемые выражения «ме­ланхолия» и «холерик». О том, как глубоко в воображении человека печень связывалась со сферой психических переживаний, свидетель­ствует также выражение «он излил свою желчь». В народной меди­цине печень считали средоточием наслаждений, и во время бракосо­четания и на других веселых церемониях гостям подавали по кусочку печени. Развитие знаний в XVIII и XIX веках повлекло за собой отход от гуморальной науки, а печень была низведена до ро­ли «большой фабрики желчи».
В результате тщательных исследований Zilling, Adams и Foley пришли к выводу о существенных связях между печенью и психиче­скими расстройствами. Впрочем, уже в работах Morgagni, Bright и Frerichs описаны выраженные психические расстройства при хро­нических и острых поражениях паренхимы печени. Еще в 1896 году психиатр Wagner-Jauregg предполагал, что кишечная аутоинтоксика­ция может быть причиной определенных психических расстройств. О правильности этого взгляда говорят наблюдения последних лет.
Заболевания печени сопровождаются дисфорическими расстрой­ствами и гипнагогическими галлюцинациями.
При циррозе печени с выраженными клиническими проявления­ми (желтуха, асцит, желудочно-кишечные кровотечения) из психи­ческих нарушений на первый план выступают астенические рас­стройства с дисфорическими включениями в виде злобности, раздражительности, патологической пунктуальности, угнетенности, требования к себе повышенного внимания. Кроме того, наблюдают­ся выраженные вегетативные расстройства с приступами сердцебие­ния, потливости, колебаний артериального давления, покраснения кожных покровов при эмоциональных переживаниях. Характерны также кожный зуд, бессонница, чувство онемения конечностей. При утяжелении состояния нарастает оглушение, которое в последующем переходит в сопор, а иногда и в кому.
Портокавальная энцефалопатия
Коротко остановимся на проблеме так называемой портокаваль­ной энцефалопатии у больных циррозом печени, которая может про­являться спонтанно при значительном развитии коллатерального кровообращения, а также после операций с наложением портока­вального анастомоза. Существует мнение, что у больных циррозом печени аммиак, образующийся в кишечнике из белковых веществ, со­держащих азот, переносится коллатеральным кровообращением не-
235
посредственно в систему нижней полой вены. Таким образом часть аммиака попадает непосредственно в мозг, минуя нормальный путь обмена в печени, и поражает его. До сих пор окончательно не выяс­нено, в чем здесь дело: только ли в аммиаке или и в других токсич­ных веществах (речь идет, например, об аминах, а также фенолах). Основная роль в образовании аммиака принадлежит бактериям (в норме имеющимся в ободочной кишке), которые при циррозе пе­чени встречаются и в тонком кишечнике.
Клиническая картина
К наиболее важным симптомам относятся спутанное сознание с дезориентацией в месте и времени, ослабление внимания, а также моторные нарушения, в частности тремор, напоминающий трепета­ние крыльев. Нейропсихическая симптоматика может манифестиро­вать остро, как делирий, с нарушением сознания, дезориентацией и галлюцинациями, но чаще встречаются хронические расстройства с периодическими обострениями, с прогредиентным снижением лич­ности и деменцией. Иногда эти патологические проявления трудно распознать, и нередки ошибочные диагнозы. Клинико-психическая картина многосимптомна и соответствует картине других органиче­ских реакций в отношении изменений личности, интеллекта, а также лабильности настроения. Симптоматика изменчива. В период ухуд­шения выраженными становятся характерологические нарушения, которые удается выявить еще в период ремиссии. Больные друже­любны, большей частью слишком толерантны к себе и окружающим, часто эйфоричны и даже пуэрильны.
Они теряют чувство ответственности в отношении семьи и окру­жающего мира. Интеллектуальные нарушения имеют размах от не­значительного ограничения умственных способностей до глубокой деменции. В начальный период колебания в статусе изо дня в день бывают поразительны. При полной сохранности сознания обнару­живается ограниченное снижение интеллекта. Так, некоторые боль­ны неспособны повторять определенные действия, особенно если они касаются ориентации в пространстве. Большую помощь при диаг­ностике оказывает тест со спичками, из которых больной должен сложить звездочку.
Больной не может повторить показанный ему способ сложения фигуры. Он не может также повторить услышанную простенькую ис­торию, разумно увязать отдельные события. Неспособность к прос­тым подсчетам (например, от 100 отнять 7) приводит в отчаяние ин­теллигентных субъектов, так как они еще сохраняют в это время определенную самокритику и могут оценить собственную неполно­ценность. Почерк становится беспорядочным неуверенным, дрожа­щим, пишущий не придерживается строки. Некоторые больные не
236
могут утром одеться, путая очередность надевания отдельных пред­метов туалета. Особое внимание привлекают расстройства в «сфере туалета» — больной принимает одни предметы за другие. В этом слу­чае больные часто мочатся в палате в обувь других пациентов и т. д.
Иногда возникают сексуальные нарушения с эксгибиционистски­ми тенденциями. Эти симптомы, однако, в большинстве случаев пре­ходящи. Они могут появляться также в прекоматозный период, проте­кающий со значительным нарушением сознания и расстройствами речи (речь характерная — смазанная и невыразительная). Наблюдают­ся также перверация и произнесение не связанных друг с другом фраз. Нередко наступают ранние нарушения ритма сна (бессонные ночи), тремор в течение дня. Davidson и Summerskill говорят даже о состоя­ниях, напоминающих нарколепсию. Встречаются двоение в глазах и галлюцинации, а также нарушения восприятия с макропсией. Лицо больного часто маскообразно, а взгляд характерно устремлен в даль.
Почти всегда при этом определяются неврологические симпто­мы, особенно характерное дрожание, напоминающее трепетание крыльев. Почти во всех случаях имеются выраженные изменения ЭЭГ. При токсической дистрофии печени развивается коматозное состояние. Как известно, токсическая дистрофия является гепатоце­ребральной патологией, и при коматозном состоянии (например, острой желтой атрофии печени при вирусном гепатите А) вначале появляются головные боли, потливость, приступы удушья, рвота, на­рушается сон. В дальнейшем на фоне общего оглушения развивают­ся приступы психомоторного возбуждения, делириозно-аментивные расстройства с бессвязностью речи, отрывочными галлюцинаторны­ми и бредовыми явлениями. Возможны эпилептиформные припадки. Утяжеление соматического состояния сопровождается усилением оглушения, затем наступает сопор, а в последующем — кома с воз­можным летальным исходом.
Очень интересна клиническая картина психических нарушений в процессе течения первичного гепатоцеллюлярного рака печени, ибо нельзя исключить влияния токсинов, продуцируемых опухоле­вой тканью. Одним из наиболее заметных фактов, отмеченных в по­следние годы, является быстрая регрессия этих симптомов под влия­нием соответствующей терапии. Это лечение предусматривает очистительные средства, ограничение поступление белка, а также прием антибиотиков (неомицин и др.). Диагноз может представлять особые трудности у больных алкоголизмом (дифференцирование с белой горячкой).
Психические нарушения при печеночной недостаточности
При печеночной коме вследствие быстро наступающей печеноч­ной недостаточности, как это наблюдается в редких случаях отравле-
237
ний или при злокачественном течении вирусного гепатита, психиче­ская симптоматика также драматична. К первому описанию, пред­ставленному Гиппократом, нельзя ничего добавить. В нем речь идет о том, что эти больные громко кричат, злобны, и их невозможно ус­мирить. Такого рода симптомы весьма выражены у детей и юношей (иногда даже перед наступлением желтухи). Случается, что молодые больные с такими расстройствами попадают в психиатрические больницы. Появление желтухи проясняет ситуацию. После развития желтухи психические симптомы обычно регрессируют, а болезнь протекает как обычный гепатит.
Заслуживает внимания особого рода депрессия, которая наступа­ет у больных паренхиматозным гепатитом в продромальном периоде и длительно удерживается после исчезновения заболевания. У срав­нительно небольшого числа лиц, перенесших гепатит, депрессия со­храняется долго, даже годы. Это один из самых существенных симп­томов так называемого постгепатитного синдрома.
Клиническая картина
По частоте симптомы распределяются следующим образом: утомляемость с большой потребностью в сне, неустойчивость наст­роения, чувство давления и переполнения в правом подреберье, непе­реносимость жирной пищи, потеря аппетита. Именно сочетание со­матических и психических симптомов является причиной того, что больной попадает к врачу. Нередко это касается лиц, работающих в медицине. Такого рода больные встречаются среди студентов-ме­диков, санитарок, молодых врачей, которые на основании теории и практики работы с больными гепатитом знают о возможности за­ражения от больного в хроническом периоде болезни. В этих случа­ях необходимо прежде всего тщательное исследование. При функци­ональной гипербилирубинемии либо постгепатитном синдроме главная задача врача состоит в том, чтобы убедить больного в без­вредности этого расстройства, носящего биохимический характер.
Постгепатитная гипербилирубинемия, а также варианты функци­ональной гипербилирубинемии (ювенильная желтуха Мейленграхта, синдром Дубина—Джонсона и т. д.) протекают часто фазно, причем нередко развивается депрессия, подобная истинным эндогенным деп­рессиям. Оба вида гипербилирубинемии, быть может, конституцион­но обусловлены. У этих больных наблюдаются также влажность рук, склонность к потливости, колебания артериального давления либо спазмы. Несомненно, ошибочно было бы считать больных, обраща­ющихся к врачу с этими жалобами, больными неврозом. В то время как при конституциональной гипербилирубинемии имеются прежде всего функциональные нарушения, которые можно значительно смягчить соответствующей лечебной тактикой, психические наруше-
238
ния при циррозе печени обратимы и доступны лечению лишь в на­чальный период. В этих случаях можно добиться значительных ре­зультатов длительной терапией, применяя антибиотики и ограничи­вая поступление белка в организм (Добжанский).
Психосоматические расстройства при язвенной болезни
Язвенная болезнь реализуется не без участия других органов и сис­тем, например было отмечено влияние n. vagus, хотя недавно его роль преувеличивали. Влияние ЦНС при пилородуоденальной язве прояв­ляется тревожностью, эгоцентризмом, повышенными притязаниями, тревожно-фобическим и ипохондрическим синдромами. Нервно-пси­хический стресс — один из этиологических факторов развития язвен­ной болезни.
В современной литературе появляется все больше публикаций, посвященных психосоматическим заболеваниям. Психосоматическая патология, как известно, встречается достаточно часто. Как правило, больные с психосоматическими расстройствами (язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, язвенный колит и другие бо­лезни) лечатся в общесоматических стационарах, и почти всегда эти заболевания не излечиваются, т. к. в основе их генеза лежит психопа­тология, которая не учитывается лечащим врачом, а лечение не при­носит желаемого результата.
Патология больных с язвами ЖКТ
У больных с язвами ЖКТ внешне поведение не отличается от нор­мального, но отмечается своеобразная агрессивность (диссоциация между агрессией и сдерживающими механизмами), т. е. имеет место внутриличностный конфликт.
Отличие от здоровых: более высокая степень подозрительности, обидчивость; тревожность; подавленность, печаль, неуверенность; эмоциональное застревание на некоторых состояниях; наличие аг­рессивных эмоций.
Клиническая картина
Больным присуща маскировка депрессии. Она сочетается со сни­женным жизненным тонусом. Это преморбидное состояние, способ­ствующее развитию ишемической болезни сердца (инфаркт миокарда).
Больные склонны к сокрытию своей патологии. 38 % больных признают выраженную тревожность, у 5 % больных наблюдаются ас­тенодепрессивные состояния. Эти явления лежат в основе невротиза­ции больных. Язвенная болезнь в преморбиде диагностируются при
239
наличии некоторых особенностей: стремление подавлять окружаю­щих, вспышки агрессии, в случае неудач — склонность к алкоголиз­му. Депрессивность, недовольство окружающими — все эти особен­ности складываются при наличии психогений в детстве, психотравм. Затем они усиливаются в зрелом возрасте. Такие больные воспитыва­ются в многодетных семьях, являясь младшими детьми.
В школьные годы отмечается пассивное подчинение, слабое включение в конкурентную борьбу за лидерство. Дети воспитывают­ся в условиях эмоциональной изоляции. В период до 30 лет увеличи­вается риск развития этого заболевания, чему способствует низкая мотивация достижения успеха. Наблюдается аффективная ригид­ность, т. е. застойность, негибкость в поведении. Такие больные от­личаются малоподвижностью, склонны к формированию навязчи­востей и сверхценных идей, используют поведенческие стереотипы, т. е. шаблоны поведения.
Психологические типы язвенных больных
Каждое психосоматическое заболевание, в том числе и язвенная болезнь желудка или двенадцатиперстной кишки, в своей основе име­ет специфические психологические особенности личности, хотя счи­тается (Alexander, 1934 г.), что «язвенного типа личности» не сущест­вует. Выделяют несколько психологических типов. Так, например, Overbeck и Biebl (1975 г.) предлагают разделение язвенных больных на 5 типов: I. Психически «здоровый» язвенный больной: заболевает язвой
в качестве единичной психосоматической реакции при массив­ной нагрузке и сильной регрессии «Я».
II. Язвенный больной с неврозом характера: формирование псев-
донезависимых реакций при постоянном переживании обид, неудач.
III. Социопатический язвенный больной: больные со слабым «Я»,
чрезмерной зависимостью, заболевают при мелких внешних отказах в любви и обращении к себе.
IV. «Психосоматический» язвенный больной: личности с бедной
фантазией, видят в окружающих лишь самих себя и при специ­фических нагрузках и кризисах привычно психосоматически реагируют.
V. «Нормопатический» язвенный больной чрезмерно ориентиро-
ван на нормативность поведения с отчетливыми ограничения­ми «Я». Язва возникает на фоне хронической стрессовой пе­регрузки.
Большинство авторов (Freyberger, 1972 г.; Balint, 1969 г.; Loch, 1963 г. и др.) выделяют 2 типа — гиперактивный и пассивный. Счи­тается, что почти у всех больных язвенной болезнью имеет место
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]