Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое государство и правосудие. Проблемы теории и практики. Материалы VIII международной научно-практической конференции. 15–19 апреля 2013 года
.pdf
Макарцев А. А.
лист только в том случае, если она в действительности имеет
место.
В соответствии с решением Федерального суда общей юрис-
дикции Ленинского района г. Новосибирска от 30 марта 2005 г.
1
было отказано в удовлетворении жалобы о признании недостоверными подписей избирателей в поддержку кандидата Г. По мнению заявителя, окружная комиссия зарегистрировала кандидата
неправомерно, так как в подписных листах фраза «кандидат (подпись и дата)» находилась в ином месте, чем это предусмотрено
законом.
В первом случае избирательная комиссия приняла решение исходя из формальных признаков подписного листа: отсутствие необходимых структурных элементов. Но судебные органы во всех
случаях исходили из основной цели подписного листа: отразить
волю избирателя по поводу поддержки в выдвижении того
или иного кандидата. Необходимость правильного оформления
подписного листа, соблюдение его формы, по мнению судебных
органов, хотя и является важным средством процесса регистрации, но не замещает цели выражения волеизъявления избирателей о поддержке кандидатов.
В избирательном процессе, как и в любой другой деятельности,
возможно выделить цель, заложенную в нормативном акте при его
принятии, и цель, реализующуюся отдельными участниками избирательной кампании. Довольно часто в ходе избирательной практики между этими целями возникают противоречия. Если коллизия возникает вследствие явного нарушения нормативного акта,
то в ходе правоохранительной деятельности ее легко можно ликвидировать. Сложность вызывают коллизии, возникшие в ходе
правомерной деятельности, когда отсутствует нарушение закона,
но существует несоблюдение общих правовых принципов, цели
правовой нормы. Как отмечает американский правовед А. Вермель,
в аналогичных ситуациях возникает конфликт между принципами
верховенства права и верховенства закона. Соблюдение первого
принципа требует более значительного соответствия действий
1
Решение Федерального суда общей юрисдикции Ленинского района г. Новосибирска от 30 марта 2005 г. по делу № 2–935 / 2005. Архив Федерального
суда общей юрисдикции Ленинского района г. Новосибирска.
171
Раздел II
правоприменителя с идеей, концепцией закона1. Причиной возникновения подобных конфликтов чаще всего является злоупотребление субъектами избирательного процесса своими правами.
Юридическая категория «злоупотребление избирательным правом» связана прежде всего с теоретической концепцией субъективного избирательного права, поскольку в предельно простом
восприятии субъективное право всегда является средством для
возможного злоупотребления.
Анализ избирательного законодательства показывает, что если
по отношению к одним субъектам избирательного права законодатель довольно строго определяет рамки их правомерного поведения, то по отношению к другим — предоставляет более льготный
правовой режим. Так, в соответствии с п. 2.1 ст. 48 Федерального
закона от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» действия, совершаемые при осуществлении
представителями организаций, осуществляющих выпуск средств
массовой информации, профессиональной деятельности и совершающиеся с целью побудить избирателей голосовать за кандидата,
кандидатов, список, списки кандидатов или против него (них),
признаются предвыборной агитацией, если они были совершены
с такой целью неоднократно. Данное положение даёт возможность
представителям организаций осуществлять выпуск средств массовой информации, неоднократно и безнаказанно совершать действия, побуждающие избирателей голосовать за кандидата, кандидатов, список, списки кандидатов или против него (них), то есть
злоупотреблять своими правами.
Необходимо также отметить, что дополнение Федеральным законом «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» объективной стороны состава правонарушения, предусмотренного ст. 5.5.
Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях, таким квалифицирующим признаком, как неоднократность,
по нашему мнению, не в полной мере соответствует некоторым положениям Кодекса Российской Федерации об административных
1
Vermeule A. Our Schmitt an administrative Law // Harvard Law Review. 2009.
Vol. 122. № 4. Р. 1101.
172
Макарцев А. А.
правонарушениях. Во-первых, в соответствии со ст. 1.1 Кодекса
Российской Федерации об административных правонарушениях
законодательство об административных правонарушениях состоит из Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов
Российской Федерации об административных правонарушениях.
Исходя из данной статьи, дополнение содержания объективной
стороны административного правонарушения иными федеральными законами недопустимо.
Во-вторых, положение п. 2.1 ст. 48 Закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», позволяющее СМИ безнаказанно
нарушать правила информационного обеспечения выборов, не согласуется с целью административного наказания, закрепленной
в статье 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных
правонарушениях, направленной на предупреждение совершения
новых правонарушений.
Рассматриваемое положение ст. 48 Закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» игнорирует права других заинтересованных лиц, в том числе кандидатов (избирательных объединений),
против которых возможно вести незаконную агитационную деятельность. Это дает возможность представителям организаций,
осуществляющих выпуск средств массовой информации, неоднократно и безнаказанно совершать действия, побуждающие избирателей голосовать за кандидата, кандидатов, список, списки кандидатов или против него (них), то есть злоупотреблять своими правами.
Иной подход в оценке факта нарушения избирательного законодательства можно увидеть в решениях судебных органов. При оценке обстоятельств избирательного спора судебные органы признают наказуемым правонарушением и однократно совершенное
противоправное деяние. Так, 28 января 2008 г., в период избирательной кампании по выборам Президента Российской Федерации,
в телевизионной программе «Час Пик» ЗАО «Телекомпания Т-2»,
работающей на территории Томской области, была обнародована
недостоверная информация о том, что на счетах одного из зарегистрированных кандидатов на должность Президента Российской
Федерации находится сумма 2,7 миллиарда рублей. В передаче
173
Раздел II
«Час Пик» от 29 января 2008 г. было объявлено, что эта информация не соответствует действительности: на счетах кандидата находится сумма 2,7 млн рублей. В судебном заседании представитель
телекомпании заявил, что в действиях ЗАО «Телекомпания Т-2»
отсутствует состав административного правонарушения, так как
ос париваемая информация была обнародована со ссылкой на сайт
издания «Газета». Более того, как только была установлена недостоверность сведений, были приняты меры по их опровержению.
Суд, рассмотрев дело, признал факт вины телекомпании и назна-
1
чил наказание в виде административного штрафа
.
Полагаем, что решение суда является справедливым, ибо в соответствии со ст. 49 Закона Российской Федерации от 27 декабря
1991 г. № 2124-I «О средствах массовой информации» журналист
должен проверять достоверность сообщаемой им информации.
Это положение находит развитие в требовании, закрепленном п. 5
ст. 39 Федерального закона «О выборах Президента Российской
Федерации»: информационные материалы, размещаемые в средствах массовой информации, должны быть объективными, достоверными, не должны нарушать равенство кандидатов. В связи с этим
средство массовой информации в целом и журналист в частности
несут ответственность за объективность и достоверность информации. Используя для подготовки информационной программы
информацию с сайта «Газета», журналист не воспользовался возможностью проверить ее достоверность, при том что официальные
сведения об источниках доходов кандидатов в Президенты Российской Федерации были опубликованы в «Российской газете»
от 26 января 2008 г. и размещены на сайте Центральной избирательной комиссии. Доведя до избирателей недостоверную информацию, журналист злоупотребил своим правом на распространение
информации и фактически нарушил российское законодательство.
Изучение избирательной практики позволяет высказать мнение,
что наибольший потенциал возможности злоупотребления правом
содержится на тех стадиях избирательного процесса, в рамках которых
происходит пересечение сферы действия конституционного законодательства с общественными отношениями, регулируемыми норма-
1
Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судеб-
ного района г. Томска от 19 марта 2008 г.
174
Макарцев А. А.
ми иных отраслей российского права. Изби ра тельное законодательство позволяет в ходе избирательной кампании различным субъектам
избирательного права использовать для достижения публичнозначимой цели отдельные институты частного права. Более того,
в некоторых случаях законодатель отсылает правоприменителя к нормам частного права. При использовании последних фактически
происходит трансформация частноправовых конструкций в механизмы публичного права, в результате чего проходит их перерождение, обновление в сфере публично-правовой материи. В некоторой
степени осуществляется перегрузка публичного регулирования
частноправовыми механизмами, вследствие чего проявляются пробелы в поле правового регулирования, что приводит к возникновению
возможностей злоупотребления правами. Подобные последствия
возникают и потому, что правоприменитель, используя механизмы частного права, не всегда осознает, что в ходе избирательной
кампании они направлены на достижение иных целей, отличных
от тех, которые реализуются в частноправовых отношениях.
Примером неадекватного использования в ходе избирательного
процесса института гражданско-правового договора могут быть
обстоятельства дела, связанного с выборами депутатов городского
Совета г. Новосибирска, рассмотренного Федеральным судом
1
Центрального района г. Новосибирска
. Одной из сторон конфликта был кандидат С. — главный редактор газеты «ТВ-Н…», учредителем которой было ЗАО «Сиб….». Во время избирательной кампании С. находился в отпуске, предоставленном ему ЗАО «Сиб….».
Предметом жалобы одного из кандидатов стал агитационный
материал кандидата С., название которого совпадало с названием
газеты: «ТВ-Н….», специальный выпуск, 2005: нашей газете —
10 лет». На последней странице этого печатного агитационного материала было помещено приглашение на праздник, посвященный
десятилетию газеты. Пришедшим на праздник в агитационном материале обещали розыгрыш призов, конкурсы, бесплатную подписку на «ТВ-Н….», катание на пони, выступление духового оркестра.
Кандидат С. выпустил ещё две версии печатного агитационного
материала с заголовком «ТВ-Н…», с аналогичными объявлениями.
1
Решение суда Центрального района г. Новосибирска от 25 марта 2005 г.
по делу № 4–47 / 2005.
175
Раздел II
По мнению заявителя, действия кандидата С. квалифицировались
как подкуп избирателей. В соответствии со ст. 56 Закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» кандидатам, избирательным объединениям, их доверенным лицам и уполномоченным
представителям, а также иным лицам и организациям при проведении предвыборной агитации запрещается осуществлять подкуп
избирателей: вручать им денежные средства, подарки и иные материальные ценности, кроме как за выполнение организационной
работы (за сбор подписей избирателей, участников референдума,
агитационную работу); производить вознаграждение избирателей,
участников референдума, выполнявших указанную организационную работу, в зависимости от итогов голосования или обещать
произвести такое вознаграждение; проводить льготную распродажу товаров, бесплатно распространять любые товары, за исключением печатных материалов (в том числе иллюстрированных)
и значков, специально изготовленных для избирательной кампании; предоставлять услуги безвозмездно или на льготных условиях, а также воздействовать на избирателей посредством обещаний
передачи им денежных средств, ценных бумаг и других материальных благ (в том числе по итогам голосования), оказания услуг иначе чем на основании принимаемых в соответствии с законодательством решений органов государственной власти, органов местного
самоуправления. Представитель С. заявил, что праздничные мероприятия, посвященные юбилею газеты «ТВ-Н…», были организованы и профинансированы ЗАО «Сиб….».
Суд, оценив собранные по делу доказательства, посчитал факт подкупа недоказанным: между кандидатом С. и ЗАО «Сиб…» был заключен договор, согласно которому ЗАО предоставляет С. право использования в агитационных материалах логотипа и названия газеты
«ТВ-Н…», а ЗАО имеет право публиковать в данных агитационных
материалах объявления некоммерческого характера, в том числе
и о проведении праздника. Являясь заказчиком материала, кандидат использовал свое право определять содержание агитационного
материала вопреки его назначению и исключительно в целях проведения неправомерной агитации. С одной стороны, кандидат действовал в пределах предоставленных ему субъективных прав по заключению гражданско-правового договора. С другой стороны, он
176
Макарцев А. А.
использовал свое право не по назначению и фактически нарушил
правила проведения предвыборной агитации: содержание агитационного материала не может быть предметом гражданско-правового
договора. И наличие последнего не могло позволить кандидату печатать в агитационном материале информацию, запрещенную законом.
Фактически этот пример показывает возможность применения
гражданско-правового договора как средства уклонения от исполнения обязанностей участника избирательной кампании, то есть
использования своего права не по назначению. В связи с этим необходимо отметить, что при заключении гражданско-правового
договора, содержание которого влияет на избирательные отношения, решающее значение при определении его содержания должны иметь не только нормы Гражданского кодекса Российской
Федерации, но и положения избирательного законодательства.
В заключение необходимо отметить, что в позитивном законе конкретный перечень злоупотреблений правом определить невозможно.
Основополагающим средством противодействия злоупотреблениям избирательным правом следует признать правомочия судебных
органов. Именно они в ходе избирательного процесса определяют
правомерность той или иной альтернативы поведения, стоящей перед субъектом избирательного права. При этом деятельность судебных органов позволяет не только выявить явные нарушения права,
но и провести анализ теоретико-правовых основ правонарушения.
В заключение необходимо отметить, что в ходе избирательного
процесса выявляется целая система целей, среди которых не всегда
возможно выделить основную, социально значимую цель. По нашему мнению, в избирательных отношениях такой целью служит
формирование органов публичной власти на основе демократичных,
справедливых выборов, позволяющих учесть мнение большинства
избирателей, принявших участие в голосовании. Необходима достаточно четкая системная организация целей. Высокая степень
эффективности правового регулирования достигается только тогда, когда реализуется основная цель правовой нормы. При этом
интересы отдельных субъектов избирательного права, проявляясь
в процессе достижения основной цели, могут не совпадать, а иногда и противоречить ей.
В действующем избирательном законодательстве необходимо
более четко определить механизмы, позволяющие предотвратить
177
Раздел II
злоупотребления избирательным правом, закрепить средства,
позволяющие их квалифицировать. Особое значение имеет регламентация использования субъектами избирательного права
для достижения своих целей институтов частного права, механизмы которого могут быть средствами злоупотребления избирательными правами. Более того, желательно с целью сохранения
«чистоты» и прозрачности избирательных отношений предусмотреть запрет на использование в избирательном процессе частноправовых средств.
В связи с этим необходимо также отметить, что применение
в рамках избирательного процесса отдельных институтов различных отраслей российского права (гражданского, трудового, информационного и др.) фактически закладывает тенденции дальнейшего развития избирательного права. Законодательное их оформление
в рамках избирательного права позволит повысить эффективность
законодательного регулирования избирательных отношений.
С целью оптимизации механизмов ответственности в избирательном праве необходимо отказаться от такого квалифицирующего признака правонарушения, совершаемого при осуществлении
представителями организаций, осуществляющих выпуск средств
массовой информации, профессиональной деятельности и совершающиеся с целью побудить избирателей голосовать за кандидата,
кандидатов, список, списки кандидатов или против него (них),
как неоднократность.
Хорошильцев А. И.
зав. кафедрой государственного права
юридического факультета Регионального
открытого социального института,
канд. юрид. наук
Власть Конституционного Суда
Российской Федерации и его место
в системе органов государства
Конституцией Российской Федерации и действующим законодательством Конституционный Суд Российской Федерации, как из-
178
Хорошильцев А. И.
вестно, отнесен к судебной ветви государственной власти1. Аналогичным образом решается вопрос о его месте в системе органов
государства Концепцией судебной реформы в Российской Феде ра-
2
и большинством авторов3. Несмотря на это, среди ученых по дан-
ции
ному вопросу нет единодушия4. Сложились три основные точки зрения.
1
Глава 7 Конституции Российской Федерации; положения Федеральных
конституционных законов «О судебной системе Российской Федерации»,
«О Конституционном Суде Российской Федерации».
2
Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М.: Республика, 1992.
3
См., в частности: Енгибарян Р. В. Охрана Конституции // Енгибарян Р. В.
Сравнительное конституционное право: Учебное пособие. — Ростов н / Д: Феникс, 2007. С. 481–498; Гуценко К. Ф., Ковалев М. А. Правоохранительные органы.
М.: «Зерцало», 2000; Чувилев А. А., Чувилев Ан. А. Правоохранительные органы
Российской Федерации: Учебное пособие. М.: Юриспруденция, 2000; Фокин В. М.
Правоохранительные органы Российской Федерации: Учебник. М., 2001; Судебная власть в современной России: организационно-правовые основы: Учебное
пособие / Сост. В. А. Ефанова, Д. В. Зотова, В. А. Панюшкин, Т. М. Сыщикова;
Под ред. В. А. Панюшкина. Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2005, и др.
4
Такое положение можно объяснить как минимум двумя факторами. С одной стороны к упомянутым дискуссиям «подталкивают» особенности власти
Конституционного Суда Российской Федерации по сравнению с другими судами. С другой стороны, явная несогласованность ст. 10 Конституции Российской Федерации о разделении государственной власти на три ветви с другими
положениями Основного закона и, в частности, с положениями ст. 11,
на что неоднократно обращалось внимание. (См., напр.: Авакьян С. А. Консти-
туция России: природа, эволюция, современность. 2-е изд., М., 2000. С. 216).
Данные обстоятельства требуют поиска оптимальной модели государственной
власти и в науке предлагаются различные ее варианты. Речь, как правило, идет
об увеличении числа ветвей власти. Так, предлагается выделить президентскую, контрольную и некоторые другие ветви власти. Примеры расширения
числа ветвей государственной власти известны и мировой практике конституционного строительства. «В ряде стран Латинской Америки выделяются четыре ветви власти: к трем известным добавлена избирательная власть. И это
не предел. В проекте Конституции Никарагуа 1986 г. указывались пять властей, а во второй Конституции Алжира 1976 г. — шесть: политическая, законодательная, исполнительная, судебная, контрольная и учредительная». (Енги-
барян Р. В., Краснов Ю. К. Теория государства и права: Учеб. пособие. 2-е изд.,
пересмотр. и доп. М.: Норма, 2007, С. 221). Также шесть ветвей власти насчитывается в Конституции Китайской Республики, занимающей остров Тайвань. (Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Общая
часть: Учебник для вузов / Рук. авт. колл. и отв. ред. Б. А. Страшун. 4-е изд.,
обновл. и дораб. М.: Норма, 2007. С. 306).
179
Раздел II
1. Одни ученые, ссылаясь на положения Основного закона страны, Федеральных конституционных законов «О Конституционном
Суде Российской Федерации» и «О судебной системе Российской
Федерации», относят Конституционный Суд Российской Феде-
1
рации к судебной ветви государственной власти
.
2. Другие рассматривают его как орган особой контрольной ветви государственной власти2.
3. Третьи находят в Конституционном Суде признаки, характерные как для суда, так и для контрольного органа 3.
Взгляд на место Конституционного Суда Российской Федерации
в системе органов государства, как правило, зависит от точки зрения на особенности и природу его власти. Для ученых, которые
рассматривают Конституционный Суд Российской Федерации
в рамках судебной ветви государственной власти, его власть4 носит
характер, присущий судам как органам самостоятельной судебной
ветви государственной власти. По мнению ученых, для которых
Конституционный Суд Российской Федерации является контрольным органом, его власть носит характер контрольной власти
и не является судебной.
Представляется, что ближе к истине сторонники третьей точки
зрения, которые находят в полномочиях Конституционного Суда
Российской Федерации признаки и контрольной, и судебной
власти. Так, Ж. И. Овсепян справедливо считает, что власть органов конституционного контроля является государственной
и обладает характером судебной конституционно-контрольной
1
Козлова Е. И., Кутафин О. Е. Конституционное право России. М., 1995. С. 448;
Дмитриев Ю. А., Николаев А. М. Система государственной власти в России
и в мире: историко-правовая ретроспектива: Монография. М., 2002. С. 639–662.
2
См. напр.: Чиркин В. Е. Основы сравнительного государствоведения. М.,
1997. С. 301–316.
3
Некоторые ученые видят в этих точках зрения отражение комплексного
характера власти и полномочий Конституционного Суда Российской Федерации. См., в частности: Дмитриев Ю. А., Николаев А. М. Система государствен-
ной власти в России и в мире: историко-правовая ретроспектива: Монография.
М. 2002. С. 639.
4
По нашему мнению, под властью Конституционного Суда Российской Федерации уместно рассматривать ту сферу упорядочения, которая находится
в пределах его полномочий.
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]