Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое государство и правосудие. Проблемы теории и практики. Материалы VIII международной научно-практической конференции. 15–19 апреля 2013 года
.pdf
Куницын А. С.
восочетание Паскаля лучше бы подходило как краткая формула
личности, чем к Ивану Александровичу»1.
Печатное наследие И. А. Ильина, по свидетельству наиболее
авторитетного исследователя его творчества Н. П. Полторацкого
(1921–1990), составляет свыше тридцати книг и брошюр, а также
несколько сот статей на русском, немецком и других языках
2
Как верно заметил друг и ученик И. А. Ильина Р. М. Зиле, «если
говорить только о написанных трудах — это целая библиотека-кладезь национальной мысли и мудрости, университет или академия
духовно-религиозно-национально-патриотических знаний, прозрений и очевидностей»3. Труды И. А. Ильина — это неизмеримое
и еще далеко не до конца оцененное и освоенное духовное богатство, оставленное им потомкам.
Одной из ведущих тем научного творчества И. А. Ильина была
тема соотношения права и силы. От первой крупной научной работы «Понятия права и силы (Опыт методологического анализа)»,
опубликованной в журнале «Вопросы философии и психологии»
(1910. Кн. 101 (II). С. 1–38), до работы «О сопротивлении злу силою» (1925) И. А. Ильин уделял самое серьезное внимание ее научной разработке. Высоко оценивая теоретическую и практическую
значимость для современности проблемы права и силы, И. А. Ильин
относил ее к числу проблем, имеющих важное жизненное значение, но не имеющих однозначных подходов и простых решений.
Раскрывая причины, в том числе и своего обращения к исследованию данной проблемы, И. А. Ильин указал на несколько оснований, побуждающих юристов уделять особое внимание проблеме
соотношения права и силы. Во-первых, по его мнению, «эта проблема играет видную роль в истории политических учений. Самые
различные философские, политические и юридические доктрины
.
1
Архимандрит Константин. Памяти Ивана Александровича Ильина //
Ильин И. А. Собр. соч. в 10 т. Т. 2. Кн. 2. / Сост. и коммент. Ю. Т. Лисицы. М.:
Русская книга, 1993. С. 381.
2
Полторацкий Н. П. И. А. Ильин и полемика вокруг его идеи о сопротивле-
нии злу силой // Лондон (Канада), 1975. С. 223.
3
Зиле Р. М. Сообщение, посвященное памяти профессора Ивана Александровича Ильина, сделанное 1-го мая 1955 г. на собрании членов Русского ОбщеВоинского Союза в г. Касабланка Романом Мартыновичем Зиле // Ильин И. А.
Собр. соч. в 10 т. Т. 2. Кн. 2. С. 436.
261
Раздел IV
подходят к ней, с тем чтобы дать ей то или иное истолкование и решение». Во-вторых, «к этому присоединяется далее практическая
жизненность этого вопроса. Самые различные социальные группы
заинтересованы в том или ином практическом разрешении конфликта между правом и силой, в установлении так называемого
«правильного» соотношения между этими моментами обществен-
ной жизни». И, наконец, «теоретическая сложность проблемы является третьей особенностью ее, способной приковать к ней внимание исследователя… Самые понятия права и силы принадлежат
к числу самых трудных и сложных в истории научной мысли вообще. Сказать что-нибудь исчерпывающее об этих понятиях является до сих пор делом недосягаемой трудности и может вообще по-
казаться, что проблема их соотношения должна быть отнесена
1
к числу так называемых «проклятых» проблем»
.
По мысли И. А. Ильина, к исследованию данной проблемы целесообразно подходить на основе предварительного анализа понятий
права и силы, с точки зрения общей методологии юридических
дисциплин. Это, как он считал, даст возможность определить «тот
путь, движение по которому позволит, может быть, внести в эту
проблему необходимый аналитический свет»2 и далее приступить
к историко-философскому и практическому ее освещению.
Делясь своим творческим замыслом, И. А. Ильин счел важным
отметить, что предпринимаемый анализ призван «обнаружить,
есть ли возможность того, что известный методологический ряд
правоведения или, может быть, несколько методологических рядов окажутся сродными той научной плоскости, в которой стоит
понятие силы. И если окажется, что такое сродство или скрещение
этих методологических рядов вообще возможно, то нам останется
проследить и указать, для каких именно рядов это возможно и насколько. Тем самым решится и коррелятивный вопрос: есть ли
у права такая сторона, которая никоим образом не терпит методологически сближения или тем более отождествления его с силой.
И если есть, то какая это сторона. Это и даст нам возможность сказать: возможно ли вообще рассматривать право как силу, допусти-
1
Ильин И. А. Понятия права и силы (Опыт методологического анализа) //
Ильин И. А. Собр. соч. в 10 т. Т. 4. С. 7, 8.
2
Там же. С. 8.
262
Куницын А. С.
мо ли это вообще с методологической точки зрения, и если допустимо, то в каких оттенках обоих понятий это возможно. Только
тогда у нас окажется в руках и критерий для понимания и критической оценки всего ряда исторически известных нам доктрин, сбли-
1
жавших или тем более сливавших понятия силы и права»
.
В результате проведенного методологического анализа И. А. Ильиным был сделан вывод о том, «что обычный вопрос: «право —
есть сила или не есть сила?» должен быть для решения изменен
в самой своей постановке. Нельзя сказать, «право есть сила»
или «право не есть сила», т. к. оба ответа можно понять в смысле
реального совпадения или несовпадения обоих моментов. Именно
методологический подход к проблеме развертывает ее во всем ее
значении и указывает путь к ее решению»2.
В результате методологического анализа И. А. Ильин утвердился во мнении, что полное противопоставление права силе столь же
ошибочно, как и их отождествление, что право и сила — это различные и самостоятельные категории, однако тесно связанные
и взаимодействующие между собой. Проявлением подобной взаимосвязи И. А. Ильин считал антиномию бессильного права и бесправной силы. В речи «Основные задачи правоведения в России»,
произнесенной на общем собрании Московского юридического
общества весной 1922 г., именно эту антиномию И. А. Ильин выдвинул на первое место в ряду из семи обозначенных им антиномий
общей юриспруденции, требующих распутывания и разрешения3.
Много позже в одной из брошюр эмигрантского периода И. А. Ильин с сожалением признал, что «человечество заблудилось между
верой без свободы и свободой без веры», подчеркнув при этом,
что «вера без свободы недостойна человека…, а свобода без внутренней укорененности все заметнее смахивает на разнузданность»4.
Развивая эту мысль, вполне допустимо заметить, что человечество заблудилось также и между бессильным правом и бесправной
силой. А между тем, цель человечества состоит в достижении такого состояния, при котором право будет сильным, а сила правой.
1
Там же. С. 11, 12.
2
Там же. С. 43.
3
Ильин И. А. Основные задачи правоведения в России // Ильин И. А. Собр.
соч. в 10 т. Т. 9–10. С. 226.
4
Там же. С. 401.
263
Раздел IV
Обязательной сферой соприкосновения и взаимодействия права
и силы И. А. Ильин совершенно обоснованно считал сферу государственной власти. С точки зрения мыслителя, «власть по родовой
сущности своей есть сила, и притом волевая сила, а по видовому отли-
1
чию своему она является правовою силою»
. По мысли А. И. Иль ина,
«для того, чтобы государство могло быть и действовать, ему необходима эта подлинная энергия, сосредоточенная и организованная в живое
единство. Сущность жизни состоит в действии, и притом в целесообраз-
ном действии; способность же к такому действию есть живая сила.
Поэтому сказать «сильная власть» все равно, что сказать «подлинная,
живая власть» или «власть, соответствующая своей природе и своему
назначению». Государство со слабой властью нежизнеспособно»2.
Вместе с тем, И. А. Ильин предупреждал, что «в отличие от всякой физической силы государственная власть есть волевая сила»,
а значит, что «способ ее действия есть по самой природе своей вну-
тренний, психический, и притом духовный». Как неустанно доказывал
ученый, «“меч” отнюдь не выражает сущность государственной
власти; он есть лишь крайнее и болезненное ее средство; он составляет ее последнее слово и слабейшую из ее опор… Нормально сила власти не в мече, а в авторитетном влиянии ее волевого императива»3.
Наибольшую известность, как в кругах русской эмиграции, так
и в советской России, получила книга А. И. Ильина «О сопротивлении злу силою» (Берлин, 1925 г.). Вокруг содержания книги сразу же развернулась острая полемика4.
Касаясь мотивов, побудивших его взяться за написание данной
книги, И. А. Ильин указал, во-первых, на зло, постигшее Россию,
во-вторых, на необходимость определения верного, необходимого
и достойного пути сопротивления этому злу и победы над ним.
Ее общий идейный замысел И. А. Ильин раскрыл в письме
к П. Б. Струве: «Книга задумана не как антитезис Толстовству,
а как антитезис + (плюс) синтез верного решения»5.
1
Ильин И. А. О сущности правосознания // Ильин И. А. Собр. соч.: В 10 т. Т. 4.
С. 292.
2
Там же. С. 293.
3
Там же. С. 293.
4
Подробнее об этом см.: И. А. Ильин: PRO ET CONTRA. Антология. СПб.:
РХГИ, 2004. С. 547–761.
5
Ильин И. А. Письмо к П. Б. Струве. 19.07.1926. [Т. 11]. С. 139.
264
Куницын А. С.
В этой связи автором был поставлен «двуединый вопрос, требующий ныне новой постановки и нового разрешения»: «Может ли
человек, стремящийся к нравственному совершенству, сопротивляться злу силою и мечом? Может ли человек, верующий в Бога,
приемлющий Его мироздание и свое место в мире, не сопротив-
1
ляться злу мечом и силою?»
. Поиск убедительных ответов на поставленные вопросы привел автора к принципиально важному выводу: «Нельзя налагать абсолютный запрет на силу и меч; ибо
обращение к ним может быть нравственно и религиозно обязательным. Однако нельзя возносить силу и меч на высоту совершенства
и святости: ибо обращение к ним выводит душу из любовной плеромы и возлагает на нее бремя несовершенного делания»2.
Ведущую роль в организации борьбы со злом И. А. Ильин отводил
государству. «Государство призвано сопротивляться злу силой, —
писал мыслитель в одной из своих последующих работ. — Его призвание не в том, чтобы проповедовать добро и вызывать в человеческих
душах умиление — это призвание семьи и церкви, — но в том, чтобы
пресекать противозаконные и злые дела всюду, где это необходимо.
К этому деятельность государства не сводится; но это пресечение
несомненно входит в его обязанности. Отказаться от этого значило бы
предать слабых на угнетение или на растерзание сильным; или же
предать свой народ на порабощение и эксплуатацию иностранцам»3.
Проблемы соотношения права и силы, сопротивления злу силой, поднятые в трудах И. А. Ильина, сохраняют теоретический
и практический интерес и остаются исключительно актуальными.
Фактор силы играет все возрастающую роль как в международных
отношениях, так и во внутренней политике различных стран.
За время, прошедшее после смерти И. А. Ильина, зла в мире не стало меньше. Сила, напор и охват мирового зла таковы, что в настоящее время можно вполне серьезно говорить о возможности наступления апокалипсических времен. Усилиями всемирного зла взращено
глобальное массовое общество, лишенное смысловых и ресурсных
корней своего существования, с господством в нем диктатуры по-
1
Ильин И. А. О сопротивлении злу силою // Ильин И. А. Собр. соч. Т. 5,
1995. С. 34.
2
Ильин И. А. О сопротивлении злу силою. М.: Изд-во «Даръ», 2005. С. 322.
3
Ильин И. А. Основы борьбы за национальную Россию // Ильин И. А. Собр.
соч. Т. 9–10, 1999. С. 375, 376.
265
Раздел IV
требления и обретения. Стоит вспомнить однако, что одним из классических определений зла в мировых духовных традициях считается страсть к наживе и потреблению. Всемирная сеть, система
рекламы и СМИ, которыми управляют уже не какие-то мифические
заговорщики, а реальные силы зла, добиваются деморализации народов посредством привнесения сомнений в сферу устоявшихся
святынь, разрушения института семьи, подавления религиозного
сознания, стремятся к насаждению культа наживы и насилия.
На этом фоне возникло и становится все более заметным «течение
встречное — против течения», которое «возбудили» и поддерживают
теоретики и практики разных стран, люди, способные создавать идеи,
смыслы и образы и доносить их до сознания общества. Они выступили творцами «теории гуманного сопротивления» всемирному злу:
глобальным сетевым системам, культуре «виртуальной реальности»,
технологиям ради технологий, безграничной свободе денег и наживы,
диктатуре потребления и т. д. Одним из своих предтечей эти мыслители считают И. А. Ильина с его теорией сопротивления злу силой, которая представляется им как никогда современной и своевременной.
В одной из своих работ И. А. Ильин высказал мысль, мудрость которой подтверждается временем. По его мнению, в каждом человеке
заложены два противоположных начала — «волк инстинкта» и «ангел духа». Отменить их не в человеческих возможностях. Они несовместимы, но и нерасторжимы, эти два начала. «Эта великая «тяжба»
между инстинктом и духом, между волком и ангелом в человеческой
душе разрешима только в гармоническом примирении сил: когда
инстинкт, пленившись Божественным, почует и увидит, что он сам
не противодуховен, что он сам от духа. Тогда он утвердит свою собственную духовность, прощенность и исцеленность, а дух примет
свои собственные инстинктивные корни и творчески овладеет всеми
1
недрами души»
. И потому род человеческий обречен на вечное
стремление к гармонизации общественных отношений, с тем чтобы
«волк инстинкта» не задрал «ангела духа». И незаменимым орудием
в этой борьбе за то, чтобы «лежащий во зле мир… до времени не превратился в ад»2 было и остается Право, организованное как сила.
1
Ильин И. А. Творческая идея нашего будущего // Ильин И. А. Собр. соч.
в 10 т. Т. 7. С. 474.
2
Соловьев В. С. Право и нравственность. Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2001. С. 42.
266
Дубровин Ю. Д.
Дубровин Ю. Д.
доцент Московского государственного
университета культуры и искусств,
канд. юрид. наук
Что есть правовое государство?
В статье 1 Конституции РФ закреплено положение о том,
что Российская Федерация есть демократическое правовое государство. Это положение можно только приветствовать. Но может ли оно констатировать, что Россия является именно таким государством? Или это попытка выдать желаемое за действительное?
Как известно, между замыслами и реальностью — дистанция огромного размера. Несмотря на обилие претензий, мы еще не видели в мире
ни одного безукоризненно действующего правового государства.
Что значит правовое государство? А может ли государство быть
не правовым, то есть, может ли государство существовать без права или право без государства? Конечно, государство и право — два
самостоятельных социальных института, но их самостоятельность
относительна. Они возникли и развивались одновременно. Государ ство и право как сиамские близнецы.
На протяжении почти 2500 лет не прекращаются споры по поводу того, что есть справедливое, то есть правовое государство.
Не поставлена была точка в данном споре и тогда, когда в юридической науке утвердилось понятие «правовое государство». Как известно, в XIX в. оно получило свое современное понятие — правовое государство. Сам термин «правовое государство» (Rechtsetaat)
вначале утвердился в политико-правовой литературе Германии
в первой трети в трудах немецких правоведов К. Т. Вельнера, Р. фон
Моля и др., а затем был воспринят западноевропейской, в том числе и российской юриспруденцией.
Но, в чем же смысл правового государства? За последние годы
проблемы правового государства выдвинулись на передний план
теоретических разработок отечественной юридической науки.
Как известно, советская правовая доктрина долгое время отвергала идею правового государства, считая её выражением немарксистских взглядов. Ситуация коренным образом изменилась в период
перестройки. Многие юристы обратились тогда к теоретическому
осмыслению вопроса и построению правового государства приме-
267
Раздел IV
нительно к условиям России. В связи с этим заметно возрос интерес к проблемам формирования и развития концепций правового
государства в истории политической и правовой мысли, правовой
тематике. Работы С. А. Авакьяна, С. С. Алексеева, М. В. Баглая,
Ю. А. Веденеева, А. Б. Венгерова, К. С. Гаджиева, В. Ю. Зорькина, С. А. Комарова, Е. Н. Козловой, М. А. Краснова, О. Е. Кутафина, В. В. Лазарева, Р. З. Лившица, А. В. Малько, М. Н. Марченко,
Л. А. Моро зовой, В. С. Нерсесянца, О. Г. Румянцева, В. Н. Храпонюка, В. А. Четвернина, В. Е. Чиркина и др. послужили теоретической
основой последующих работ.
Словосочетание «правовое государство» условно, так как «не правового», а тем более «антиправового» государства не существует.
Любое огосударствленное общество, начиная с древности, имело
и имеет соответственно своему уровню экономического и общественно-политического развития государственную структуру и правовую систему.
Как известно государственно-правовая организация человеческого общества пришла на смену родообщинному строю. Вместо
общественного самоуправления появлялись новые органы власти
и управления, практически не зависимые от прежней общинной
системы управления. С формированием новой структуры органов
власти и управления складывался и новый нормативный механизм регулирования общественных отношений. На смену обычаем, то есть совокупности правил поведения, складывавшихся в течение длительного времени на основе опыта жизнедеятельности
родообщинных образований, которые исполняются добровольно,
в силу привычки, приходят иные социальные регуляторы, которые
исходят от государственных структур и подлежат обязательному
исполнению под страхом наказания со стороны государства.
Процессы формирования государственных структур и правовых
систем шли параллельно друг другу. Государство нуждалось в создании необходимого социального регулятора нового вида, а нормы этого регулятора нуждались в государственной защите. Таким
образом, государство не могло выполнять свои функции без соответствующего правового механизма, а указанный механизм не мог
реализовать заключенные в нем правила поведения без помощи
властных государственных структур. Если государство не может без
права, то и право нуждается в государстве, следовательно, государ-
268
Дубровин Ю. Д.
ство любой эпохи можно считать правовым, поскольку оно в своей
деятельности опирается на соответствующий правовой механизм.
Однако на практике все гораздо сложнее. Государство и право
как самостоятельные явления находятся в тесной взаимосвязи
и взаимозависимости. Государство не может возвышаться над правом, а право над государством.
Эту особенность взаимоотношений государства и права заметили еще в древности. «Я вижу, — писал Платон, — близкую гибель
того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей
властью. Там же, где закон владыка над правителями, а они — его
рабы, я усматриваю спасение государства и все блага, какие только
1
могут даровать государствам боги»
. Великие ученые прошлого,
начиная с Платона и Аристотеля, отрицая действующий в греческом
обществе государственно-правовой порядок, предлагали свою модель государственно-правового устройства общества, основанного
на справедливости и в первую очередь на справедливом законе.
«Понятие справедливости, — отмечал в «Политике» Аристотель, —
связано с представлениями о государстве, так как право, служащее
мерилом справедливости, является регулирующей нормой политического общения»2. Только такое государство, по их мнению,
можно считать справедливым (правовым) государством.
В современной юридической литературе указываются несколь-
ко моделей (подхода) взаимоотношений государства и права:
• тоталитарная — государство выше права и им не связано;
• либеральная — право выше государства;
• прагматическая — государство поддерживает и усиливает
мощь права, но связано им;
• либертарно-юридическая — государство представляет собой
правовую организацию публично-политической власти свободных
(т. е. одновременно правосубъектных и государствосубъектных)
индивидов.
Тоталитарная модель предполагает, что право — продукт государственной деятельности, следствие государства. В отечественной юридической литературе еще недавно считалось, что право
находится в подчиненном отношении к государству. Фактическим
1
Платон. Сочинения. Т.3. Ч.2. М., 1972. С.188, 189.
2
Аристотель. Политика. Афинская полития. (кн. 1. 1. I2). М., 1997. С.38.
269
Раздел IV
условием для данного этатистского подхода служила наша политическая практика видеть в праве некий придаток государства.
Теоретической предпосылкой этому являлось формально-догматическое отношение к понятию права как совокупности норм, издаваемых государством. Однако для современной России данный
подход уже не подходит.
Либеральный подход к соотношению государства и права утвердился в русле представлений, выводивших понятие государства
из общественного договора, ограничения государства правом, что,
как считалось, вытекало из нерушимости естественного закона
и неотчуждаемости основанных на нем субъективных публичных
прав индивида. С позиций данного подхода праву принадлежит
безусловный приоритет в сравнении с государством. Такой либеральный подход имеет определенные преимущества. Он является
философской платформой для утверждения в политической практике идеи господства права. Но данная идея выражает скорее желаемое, чем действительное.
Прагматический подход к рассматриваемой проблеме позволяет
в определенной мере интегрировать этатистские и либеральные
взгляды и в то же время избежать крайностей в оценке связи права
и государства. Согласно этому подходу связь между правом и государством не имеет столь однозначного причинно-следственного
характера (государство порождает право, или наоборот). Связь видится более сложной, имеющей характер двусторонней зависимости: право и государство друг без друга не могут существовать,
а значит, между ними имеется функциональная связь.
Либертарно-юридическое понимание государства как правового явления и института, любое государство — это правовое государство в том смысле, что всякое государство (в отличие от деспотизма, деспотического типа и формы правления) представляет
собой правовую организацию публично-политической власти
свободных (т. е. одновременно правосубъектных и государствосубъектных) индивидов. Именно поэтому всякое государство
(независимо от типа и степени его социально-исторической развитости) — это необходимая форма выражения, бытия и осуществления свободы людей. Тем самым эта либертарно-юридическая
трактовка любого государства как правового государства принципиально отличается от других характеристик, поскольку под «пра-
270
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]