Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Общение в аспекте понимания. Книга 2. Сборник статей
.pdf
2)собственноанализперсонажамивключеннойврассказповести
(Женского образа нет — женщин не видишь…;Меня радует, что ты
сменил тему. Давно пора. Все это было сто раз: природа, деревня с
бабками и пописывающим охотником в центре…), представляющий
своегородаметатекстуальнуюрамку, наличие которойявляется своеобразным направляющим стимулом для интерпретационной деятельностичитателя;
3) соотношениевключенноготекстас«внешним»(поотношениюк
анализируемомурассказу) литературным пространством (Он вспомнил,
как однажды, описав мокрое колесо конных граблей с прилипшими семенами трав, смертельно огорчился, найдя то же самое у Толстого, но
потом, поняв, что у того есть вообще в с е, быстро успокоился. — Я не
могу не писать о том, что люблю) — собственномежтекстовыйдиалог,
в очереднойраз акцентирующий диалогическую сущность художественноготекстакактакового;
4) выход на общетеоретические проблемы поэтического, эстетического,социальногоит.д.характера—так,рассужденияперсонажей
овключенномтексте(повести«Девочкаиосень»)выводят,например,
на такие идеи, как образ современного читателя, предопределенный
современной действительностью (пишешь ты для городского чита-
теля, причем самого взыскательного. А городского читателя по-на-
стоящему волнуют только его собственные проблемы, и сибирская
деревня для него давно экзотика. В городе каждый месяц все меняется, судьбы ломаются, страсти кипят, женщины, деньги, власть,
преступления, и вообще мир к концу катится, и что-что, а наши
повестухи скоро никому нужны не будут, это точно),миссияписателя
(Вы еще слишком хотите решить свои собственные проблемы за счет
литературы, а большой писатель давно уже махнул на них рукой и решает проблему как таковую в масштабах, как говорится, целого народа. С этой высоты по-детски смешным выглядит ваше местничество,
из-за которого у вас самих неполное ощущение жизни и которое надо
как можно скорее преодолеть, дополниться противоположным, недостающим…).
Впоследнемслучаедляиллюстрациисвоихрассужденийперсонаж
используетсвоеобразныесравнения,аллегории(литература—кобель),
которыеоценим,соднойстороны,какмаркерыстеба итотальнойиронии, доставшиесявнаследствоотпостмодернистскойхудожественной
традиции,сдругой—какприемы,способствующиепрозаизациихудо-
181
жественноготекста.«Цельпрозаизациихудожественного текста, в том
числеипрозаического,—достичьправдоподобия,приблизитькобыденному,земному,реальному(хотяможетбытьидругаяпричина—например,выражениетакимобразомсоциальногопротестапротивтрадиционносложившихсялитературныхканоновит.п.)»[3:с.142].Прозаизация
прозаическоготекстапозволяетсовременнымавторамдетализированно
описывать«новую»реальность,безидеализации.Реальностьпризнается
объективнойданностью,изадачаписателятеперьзаключаетсявскрупулезной фиксации в художественномпроизведениивсехее проявлений.
В рассматриваемом рассказе прозаизация повествования представленавсмягченномварианте.Так, например,врассказахИ.Денежкиной,
творчество которой критики такжеотносят к одной из ветвей «нового
реализма»,прозаизациядостигаетсязасчетотклоненийотнормлитературнойречи, обращенияктабуированнойлексикеидр.,что такжевозможнорассматриватькакрезультатвлияниятрадицийпостмодернизма.
Неслучайно,В.Бондаренко,называяИ.Денежкину,М.Свириденкова,Р.
Сенчина,С.Шаргуноваидр.молодыхавторовпредставителями«новогореализма»,пишет,чтоэти писатели«нестали “новымиреалистами”
по отношению к своим литературным предшественникам. Они стали
дотошноописыватьокружающуюих“новуюреальность”»[2:с.3],что
возможно,понашемумнению,оценитькаксвидетельствоформирования
новыхтенденцийвсовременномхудожественномдискурсе.
Межтекстовыйдиалогвсовременныхрусских,такимобразом,не
только иллюстрирует формальную выраженность, «обнаженность»
включенного текста, но и задаетформированиеосновныхлинийвосприятияиинтерпретациирассказачитателемваспектемежтекстовых
взаимоотношений(взаимодействиевключенноготекстаитекста-донора,имеющееметатекстуальнуюспецифику).КакотметилВ.С.Филиппов,сознаниечитателяспособноакцентироватьтеэлементытекста,которыерелевантны для интерпретации художественного произведения
иформируютсмыслы,приращиваемыекужеосвоенномунапредыдущихэтапахинтерпретации[8:с.72].Вданномаспектемежтекстульные
взаимодействияявляютсятемиединицами,которые,будучисредством
выраженияактуальнозначимыхсмысловхудожественногопроизведения,участвуютвпроцессепониманиячитателемтекставегоактуальномразвертывании.
Категория интертекстуальности обеспечивает в контексте художественногопроизведения«диалектикупониманияиобъяснения»,их
182
«двойноесоотношение»[6:с.8–9].ПовыражениюП.Рикера,пониманиепредполагаетобъяснение,аобъяснениеспособствуетпониманию
(любойтекстнаходитсянастыкепониманияиобъяснения—«большеобъяснять,чтобылучшепонимать»[6]),тоестьполеметатекста,
включающее в себя элементы «чужого» текста, выполняяфункцию
его комментирования(объяснения), тем самым определяет возможные линии восприятиии интерпретации (понимания)произведения
читателем.
Межтекстовыйдиалог, реализуемыйв сложных формах построениятекста,—явление,типичноедлярассказовначалаХХIв.,ипрежде
всегорассказов«новогореализма».Такоепостроение,соднойстороны,ориентируетсянаусилениедиалогичности,надостижениеэффективности коммуникации,сучетом фактора читательского восприятия
(в отличие отпостмодернистских рассказов, иллюстрирующих идею
«смерти»автора ичитателя),обнажаямногослойную природутекста,
сдругой—являетсяиллюстрациейпереключения«изоднойсистемы
семиотическогоосознаниятекставдругую»(Ю.Лотман)идемонстрируетразличия «взакодированностиразныхчастей текста»,чтотребуетотчитателядополнительныхвозможностейдляосвоения«чужого»
слова.Указаннаяособенность,атакжедругие(наложениеинтертекстуальныхзнаков,отказотравноправияинтертекстуальныхзнакови др.)
иллюстрируетвариантдиалектическоговзаимодействияпротиворечащихдругдругуявленийвтекстахсовременныхрассказов.Такиеситуациисвидетельствуютоформированииновыхдискурсивныхтенденций,
обладающих генеративным потенциалом, обеспечивающих активное
порождениесмысловиоткрывающихвкультурнойсреденовыехудожественныетрадиции.
Для современного коммуникативного пространства, в контексте
которогобытуютв томчислеихудожественные произведения«новогореализма»,идеяглобальногоинформационного шумаикультурного шока, наблюдаемого в контексте постмодернизма, отчасти теряет
свою актуальность и привлекательность. Коммуникативно значимые
характеристикиГоворящегоиСлушающего(втерминологиикоммуникативистикиикоммуникативнойлингвистики)иихкоммуникативные
цели стремятся к состоянию соотношения и соответствия. Сказанное
представляется особенно актуальным в отношении художественных
текстов«новогореализма»,еслиучесть,чтоданнаялитература,начавшаяформированиеиполучившаяразвитиенафонепостмодернистских
183
баталий, реализует установку на преодоление диалога непонимания,
имевшего место в контексте постмодернистского коммуникативного
пространства.Сегодняшнееискусствостановитсявсеболееудобовоспринимаемым,приближеннымк массовойкультуре(например,включениевтекстысовременногорассказазаимствованийизпроизведений
массовогоискусства,какправило,тенденциякпрозаизации),всеболее
«понятным»,чтосвидетельствуето возрожденииинтересакпредметностиикреалистическойэстетикеипоэтике.
Таким образом, тексты современных рассказов активно «ориентируются»науспешностькоммуникации,чтообъясняетсяреализациейустановкинапреодолениетогофеномена,которыйполучил
формирование в период засилья постмодернистской, экспериментальной литературы и который возможно обозначить как «боязнь
бытьпонятым».
1.Бадиков В.Маятникжанра,илифеноменрассказа/В.Бадиков//
Аполлинарий.–1996.–№4.–С.3–8.
2.Бондаренко В.Новыйреализм/В.Бондаренко//Завтра.–2003.–
№8(84).–С.3.
3. Валгина Н. С. Теория текста / Н.С. Валгина. – М.: Логос,
2004.–280с.
4.Ермолин Е.Неделитсянануль:Концепциилитературногопро-
цесса 2000-х годовилитературные горизонты/Е.Ермолин // Континент.–2009.–№140.–С.419–432.
5.Лейдерман Н.Л.Постреализм:теоретич.очерк/Н.Л.Лейдер-
ман.–Екатеринбург,2005.–248с.
6. Рикер П. Герменевтика. Этика. Политика / П. Рикер. – М.:
Academia,1995.–160с.
7.Степанян К.Реализмкакзаключительнаястадияпостмодернизма/К.Степанян//Знамя.–1992.–№9.–С.231–238.
8.Филиппов В.С.Текст:навсечетырестороны//Чествуяфилолога:
к75-летиюФ.А.Литвинова:сб.статей/В.С.Филиппов.–Орел:Изд-во
НП«Редакциягазеты«Орловскаяправда»»,2002.–С.71–78.
184
В.Н. Карпухина
Существованиеразныхинтерпретацийодногоитогожетекстамы
рассматриваем(вследзаЮ.М.ЛотманомиУ.Эко)какреальноевоплощениеразныхсмысловтекста,заложенныхвнемизначально,впроцессетекстопорождения.Статичныйтекстсустоявшимися,закрепленнымивкультуресмысламименееинформативен,нежелитекст,вкаждый
новый момент времени развивающийся в соответствии с условиями
семиосферы,тоестьсредыобитаниязнаков(втомчислезнаковразных
культур).
Проследитьдинамикуразвитиясмысловхудожественноготекстана
протяжениипочтивековыхизмененийвозможно,исследуяразныеинтерпретацииданноготекстав областиразныхсемиосфер. Можноутверждать,чтоименноэтотпроцесс(ирезультат)переводческойдеятельности,
вособенностиеслиречьидет онесколькихпереводаходногоитогоже
художественноготекста,опредмечивает,овеществляетидеювозможностисуществованияразныхинтерпретацийтекста(см.:[1]).
Однойизнаиболееинтересныхдляинтерпретациикоммуникативныхситуацийявляетсяситуацияпереводахудожественноготекста,содержащегоинтертекстуальные фрагменты.Русскоязычные исследователиинтертекстуальностиневсегдаследуютзаамериканскимиифранцузскими приверженцами постмодернизма, поскольку «человеческий
фактор»впостроенииинтертекстапризнаетсядостаточно важным.В
работахН.А.Кузьминой,И.П.Смирнова[4;7]человекрассматривается
каксубъект,конструирующийилиреконструирующийинтертекст,т.е.
какhomocreans,«человектворящий».Можновыделитьнесколькоподходовкизучениюинтертекста.Воднойпарадигмеподходовинтертекст
рассматриваетсякаксамостоятельносуществующийиразвивающийсяфеномен:«Интертекст—этообъективносуществующаяинформационнаяреальность,являющаясяпродуктомтворческойдеятельности
человека,способная бесконечносамогенерировать по стреле времени»[4:c.6].Вданномслучаехарактеристикиинтертекстаопределяютсятем,чтоисследовательизучаетеговрамкахсинергетическойпарадигмы.Однакоинтертекстможетрассматриватьсяикакопределенного
185
родаконструкт,как«явлениескрещивания,контаминациитекстовдвух
илиболееавторов(атакженеимеющихличногоавтора)»[8:c.3].
Переводчиквслучаепередачиэлементовинтертекста выступает
вкачествеинтерпретатора.Именноотнегозависит,насколькопонятнойдлячитателястанетинтертекстуальнаяавторская игра. Элементы интертекста оказываются необходимымифрагментами фонового
(пресуппозитивного) знания, котороенужно определенным образом
передатьв тексте перевода. Интертекстуальныеэлементыне всегда
улавливаются даже «сведущим читателем» текста оригинала, а для
текстапереводапередача интертекстуальныхотсылок—чащевсего
сверхзадача.«Пороюинтертекстуальная отсылканастольконезаметна,что,еслинекотороеехидствовтекстеиесть,занегоцеликомотвечаетэмпирическийавтор,хотяприэтомможносказать,чтосамтекст
ничегоне предпринимаетдлятого,чтобыбыть понятым (дажеесли
апеллирует к ехидству образцового читателя, который должен был
бы опознать отсылку к топосу предшествующей литературы)» [12:
c.256–257].
У. Эко выделяет два возможных случая интертекстуальныхситуаций:1)отсылкатекстуальнопрозрачна;2)отсылкане прозрачнасам
по себе или же не прозрачна для той культуры, к которойпринадлежитпереводчик[12:с.257].Вэтомслучаепереводчикнепростодолжен сам понятьи оценить интертекстуальную отсылку, но исделать
все возможное,чтобыона стала явной (насколько это возможно) для
читателятекстаперевода.«Переводчикуинтереснатакжепроблемане
«иронической»,новсеженеявнойцитаты,когдазаимствованиеипомещениецитатывновыйконтекстможетизменитьсмыслоригинала»[12:
с. 269]. Наиболее приемлемым,с нашей точки зрения, способомдля
передачитехили иных интертекстуальных элементовв процессе переводахудожественноготекстаявляетсяпереводческий комментарий,
тоестьпояснениеопределенныхотсылоктекстакдругимтекстамили
культурологическимзнаниям.Переводчикможет,однако,некомментироватьтуилиинуюинтертекстуальнуюотсылкувпереводимомтексте,
ноприэтомонориентируетсяна«образцового»постмодернистическогочитателя,накоторогоможнорассчитыватьневсегда.
Помещениеодноготекставконтекстдругогонеизбежновлечетза
собойэффектколлажностиинтертекстуальнойситуации.Вышедшаяв
1982г.книгаамериканскогописателя,фотографа и композитора Бенджамина Хоффа «The TaoofPooh»изначально вызвала почти одина-
186
ковуюреакциюпереводчиковтекстаАланаМилнанарусскийязык.Б.
Заходерписал:«ЯнашелподтверждениесвоиммыслямоПухевзамечательнойкнигеБенджаменаХоффа“ДаоПуха”.Изданнаяещев1982
годуистехпорнеоднократнопереиздаваемая,онапопалакомневруки
лишьв1988году.Внейубедительноиостроумно—пустьине всегдаснаучнойстрогостью—доказывается,чтоПухявляетсяистинным
философом-даосом — живым воплощением этой великой китайской
философско-религиознойсистемы»[2:c.202–203].В.Рудневотозвался
обэтойкнигеследующимобразом:«В1976г.выходиткнига“TheTao
ofPooh”(«ДаоПуха»),вкоторойсопоройнатекст(ксожалению,видоизмененный)ВПтолкуютсяположенияодногоизнаправленийдревней
китайскойфилософии»[6:c.11].ИзначальнотекстХоффаавтоматическивключалсяв«околомилновские»постмодернистскиеразысканияи
вызываллишькосвенныйфилологическийинтерес,чтопредставляется
намне совсемкорректным,посколькувподобномтекстесмыслытекстаоригиналаразвиваютсягораздоболеединамично,чем,например,в
текстах-продолженияхили«текстахпомотивам».
ДляанглоязычногочитателятекстыМилнаявляются,безусловно,
прецедентными,какивключенныевтексткнигирисункиЭрнестаШепарда. Ю.Н. Караулов использует понятие прецедентного текста для
обозначенияоднойизактуализирующихсяединиц второго,мотивационногоуровняязыковойличности.Онпонимает прецедентный текст
как «повторяющийся, стандартный дляданной культуры, … существующийв межпоколеннойпередаче текст» [3: c.54]. Языковымспособом выражения прецедентного текста может бытьцитата, ставшая
крылатымвыражением,имясобственное,служащеенетолькообозначениемхудожественногообраза,ноактуализирующееуадресатаивсе
коннотации, связанныессоответствующимпрецедентнымтекстом[3:
с.54–55].Б.Хофф,иллюстрируяпостулатыфилософиидаосизма(противопоставляемого конфуцианству ибуддизму) с помощью наиболее
яркихфрагментовповестейМилна,всвоейкнигеиспользуеттакжецитатыизсочинений Чжуан-Цзы,ХаньШаня,ГенриДэвида Торои т.д.
Интересно, что парадоксальные беседы-притчи китайских мудрецов
Чжуан-ЦзыиХуэй-ЦзывоспроизводитвсвоихзаписяхС.Эйзенштейн
(именаунего даныванглийскойтранскрипционнойверсии —Чуань
ЦзеиХуэй Цзе) [4:c.238],которогос удовольствием цитируетавтор
русскогомультфильмаоВинни-ПухеФ.Хитрук[9],рассуждаяоприродеанимизмавмультипликации.
187
Б.ХоффпрактическиполностьюсохраняетструктуруповестейМилна,количествоперсонажейиихимена,атакжеосновнойкомпозиционныйприем:рассказчик(взрослый)беседуетсперсонажами —КристоферомРобином и егоигрушками,живущими в СтоакровомЛесу. Не
меняется,посутидела,ифункция«историй»Винни-Пуха:онипризваныпроиллюстрироватьопределенныежизненныеситуации,вкоторые
попадаетчеловек,сизряднойдолейюмораиоптимизма.Этисмыслы
заложенывповестяхМилна,апомещенныевконтекстфилософиидаосов,онидостаточнопарадоксальноисирониейпротивопоставляют
мир«американскоймечты»и«естественнуюжизнь»мудрогочеловека,следующегопопутидаосизма:«From the state of the Uncarved Block
comes the ability to enjoy the simple and the quiet, the natural and the plain.
Along with that comes the ability to do things spontaneously and have them
work, odd as that may appear to others at times. As Piglet put it in Winnie-the-Pooh, “Pooh hasn’t much Brain, but he never comes to any harm.
He does silly things and they turn out right»;«It’s not surprisng, therefore,
that the Backson thinks of progress in terms of ghting and overcoming.
One of his little idiosyncrasies, you might say. Of course real progress involves growing and developing, which involves changing inside, but that’s
something the inexible Backson is unwilling to do».Достаточнобольшое
количество цитатизтекстовМилнавтекстеБ.Хоффавстречается,в
отличиеот перечисленныхвышецитат, в абсолютноневидоизмененной форме: “Rabbit’s clever,” said Pooh thoughtfully. “Yes,”said Pig-
let, “Rabit’s clever.” “And he has Brain.” “Yes,” said Piglet, Rabbit has
Brain.” There was a long silence. “I suppose,” said Pooh, “that that’s why
he never understands anything”.Этосвидетельствует,соднойстороны,
об осознанной ориентированности автора «The TaoofPooh»навоспроизведениеузнаваемого,прецедентноготекста,асдругойстороны,
на воспринимаемый в игровом постмодернистскомконтексте пиетет
поотношениюкА.Милнуиеготекстам(ср.использованиерисунков
Э.Шепардавамериканскойверсиикниги).Вцелом,текстБенджаминаХоффапредставляетсянамдостаточноинтереснойинтерпретацией
текстовоВинни-Пухевовремени и пространстве, уже весьма отдаленномотвремениипространствасозданныхМилномтекстов.Помещениефрагментовтекставконтекстфилософскихидей,максимально
далеких,напервыйвзгляд,оттекстаоригинала,даетвозможностьнеожиданногоиоригинальногоразвитиясмысловоригинальноготекста
винтертекстуальнойситуации.
188
Избраввкачествеидеальногообразцапереводамилновскихтекстов
версию Б. Заходера,Л. Н. Высоцкий, переводчик книги Б. Хоффана
русскийязык,сразужевыбираетиегоосновнуюстратегиюобращения
стекстоморигинала. Книга«TheTaoofPooh»Хоффа,переведеннаяв
2004г.ивыпущеннаяв2005г.,длярусскоязычногочитателявышлапод
названием«ДаоВинни-Пуха»(снеизбежнымдобавлениемименигероя
для устранения многозначности его «титула» на русскомязыке). СовмещениедаосскихианглоязычныхкультурныхреалийтекстаХоффа
вверсиикнигиВысоцкогополучаетещеинеизбежный«адаптивный»
изобразительныйэлементфондарусскоязычнойкультуры:всамойкнигеиспользуютсяиллюстрацииЭ.Шепарда,какивтекстеоригинала,а
на обложке с «даосским»воздушнымшарикомприсутствуетрусский
мультипликационныйВинни-Пух—творениеВ.Зуйкова[10].
ПереводчиктекстаХоффанарусскийязыкиспользуеткакабсолютные, так и ситуативныеприоритетные стратегииперевода.Применяя
абсолютныеприоритетныестратегии,онпередаетфрагментымилновскоготекста,включенныевтекст«Дао»,соответствующимифрагментами текста Заходера:“When you wake up in the morning, Pooh,” said
Piglet at last, “what’s the rst thing you say to yourself?” “What’s for breakfast? said Pooh. “What do you say, Piglet?” “I say, I wonder what’s going
to happen exciting today?” said Piglet. Pooh nodded thoughtfully. “It’s the
same thing,” he said. — Пух! Когда ты просыпаешься утром, — сказал
наконец Пятачок, — что ты говоришь сам себе первым делом? — Что
у нас на завтрак? — сказал Пух. — А ты, Пятачок, что говоришь? — А
я говорю: «Интересно, что сегодня случится интересное?» — сказал
Пятачок. Пух задумчиво кивнул. — Это то же самое, — сказал он[10:
с.12–13].Это оговариваетсявподстраничномкомментарии:«Цитаты
изсказкиА.МилнаданывпереводеБ.Заходера.—Прим.переводчика»[10].Но, какистинныйпереводчик-постмодернист,Л.Высоцкий,
неделаяотдельногокомментария,вопределенныхслучаяхиспользует
фрагменты еще одного перевода «Винни-Пуха», созданного В. Вебером.Посколькуверсиявеберовского«Скорабуда»представляетсяВысоцкомуболеепредпочтительной,чемзаходеровский«Щасвирнус»(по
фонетическимилексическимпричинам),длямногократногоиспользованиявглаве«Скоробуды»,тоименноонапринятапереводчикомкак
естественноедополнениектекступереводаЗаходера.
В данном случае Л. Высоцкий идет по пути, обозначенному
когда-то одной из самых известных переводчиц русской класси-
189
ки на английский язык, Аврил Паймен: «Признаюсь,незнаю, как
впереводческомделеприменяетсязакон о плагиате.…Ноприисправлении рукописи небесполезно сравнивать те строки, которые
кажутся неудовлетворительными, с соответствующими местами в
ранее опубликованныхработах, и, мне кажется, тогда уже вполне
позволительнопозаимствоватьболееудачнонайденныйоборотили
болееточноеслово»[5:c.447-448].Соединяяразныепереводытекста,выполненныеразнымилюдьми вразноевремя,водном и том
жетексте,переводчикиспользует ситуативнуюстратегиюкомпенсациитекстовыхсмыслов,которыемоглибытьутеряныполностью
иличастичноприиспользованиитолькоодногопереводаисходного
текста. Однаконам представляется необходимой ссылка (переводческийкомментарий)наработывсехпредшественниковВысоцкого
впередачетекстовМилнанарусскийязык.
У переводчиков, работающих с интертекстуальными вкраплениямивиноязычныйтекст,можетбытькакминимум три стратегии
обращениясинтертекстуальным материалом.Первый(наиболее непродуктивный)путь заключается в переносе изтекста оригинала в
текст перевода элемента на языке оригинала с определенного рода
переводческимкомментарием.Притомдостаточнобольшомобъеме,
который занимают интертекстуальные фрагменты из «Винни-Пуха»
в тексте Хоффа, эта стратегия представляется абсолютно неэффективной.Второйспособ—датьновый,собственныйпереводинотекстовых вкраплений. Он тоже недостаточно продуктивен, поскольку
можетисчезнутьэффектпрецедентности,заложенныйизначально в
тексте оригинала. Л. Высоцкийизбирает третий способ оперирования интертекстуальнымиэлементами«TheTao of Pooh», обращаясь
кзаимствованиямизширокоизвестноготекстапереводаБ.Заходера
и(фрагментарно)изтекстаперевода В.Веберавтехслучаях, когда
переводческие решения Заходера представляются ему недостаточно
удовлетворительнымипоопределеннымпричинам.Подобныйспособ
передачиинтертекстуальных отсылок при автоцитации был использован, например, переводчиками саркастической «Мантиссы» Дж.
Фаулза,когдавбольшинствепроблемных ситуацийсавтоцитированиемпереводчикииспользовали фрагментыизуже опубликованных
нарусскомязыкетекстовФаулза.Такойподходкпередачеинтертекстуальныхэлементов,включенныхвхудожественныйтекст,вместес
квалифицированным переводческим комментарием представляется
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]