Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Многопартийность в России в начале ХХ века
.pdf
Глава 5. От программ к законопроектам 341
Принципиальными противниками насильственных методов разрушения крестьянской общины являлись кадеты, выступавшие за
эволюционный путь самоликвидации общинных порядков в деревне. «Мы, – заявил Шингарев, – вовсе не желаем закреплять людей
в общине… Мы говорим: пускай идет этот выдел… пускай община
подвергается исторической эволюции, мы не желаем ни стеснять, ни
разрушать»
98
. Насильственное разрушение общины, по мнению кадетов, не в состоянии превратить межклассовую борьбу крестьян с
помещиками во внутриклассовую борьбу между зажиточными крестьянами и основной массой крестьянства. «Потеряв в общине своего
естественного союзника, – писал Кутлер, – государство затрудняет и
осложняет этим борьбу и для себя: землю надо найти не для целых
общественных союзов, а для отдельных личностей, нужно найти землю не только вне фонда надельных земель, хотя бы во многих местностях он оказался достаточным для предотвращения малоземелья»
99
Наконец, кадеты предупреждали, что насильственная ломка общины
ускорит пролетаризацию населения, увеличит кадры безземельного сельскохозяйственного пролетариата, а это, в свою очередь, еще
больше обострит социальные антагонизмы. «Ведь разрушая общинное землевладение и создавая на его обломках класс состоятельных
крестьянских собственников, – писал А.А. Мануйлов, – наши реформисты отбросят в ряды безземельного пролетариата огромный контингент людей, так или иначе сидящих в настоящее время на земле.
Явятся ли эти лица преданными поклонниками института частной
собственности и станут ли они, не имея ни кола, ни двора, защищать
частновладельческие имения, это весьма сомнительно; не придется ли
тогда и нам – увы! – слишком поздно пожалеть о нашей общине»
100
.
Как и прогрессисты, кадеты, чтобы смягчить отрицательные последствия указа 9 ноября 1906 г., внесли в думскую аграрную комиссию «Проект закона о выделе отдельным домохозяевам участков из
общинных земель». Согласно проекту, каждому домохозяину, входящему в общину, предоставлялось право требовать выдела участка
общинной земли, соответствующего доле его участия в общинном
землевладении. Но при этом за общиной сохранялось право «или
удовлетворить это требование о выделе, или оставить причитающийся на долю желающего выделиться домохозяина участок за собой,
уплатив домохозяину соответственно стоимости участка денежное
вознаграждение».
Получив заявление о выделе, община должна была провести его
«при первом же переделе общинной земли». Причем сам этот передел
всецело зависел от общины, которая могла провести выдел и путем
обычной переверстки, не прибегая к общему переделу. Если же выдел
.
342 Раздел второй. Модели переустройства России
производился одновременно с общим переделом, то размер выделяемого участка определялся «согласно общим основаниям, принятым
при этом переделе». В случае если выдел производился в порядке
частной переверстки, его размер определялся на основании «последнего бывшего передела, соразмерного числу разверсточных единиц
(паев) в семье выделяющегося домохозяина ко времени подачи им
заявления о выделе». В тех же случаях, когда число паев установить
было нельзя, выделу подлежал участок, соответствующий «размеру
постоянного (не арендного) пользования выделяющегося домохозяина общинною землей». С одной стороны, выдел мог ограничиться
только теми землями, которые состояли «в отдельном пользовании
домохозяина», тогда за выделяющимися из общины сохранялось
право «общего с оставшимися в составе общины домохозяевами
пользования угодьями, переделяемыми на общих основаниях (луга,
лес и т. п.), а также вовсе не переделяемыми (выгоны, пастбища и
т. п.)». С другой стороны, выдел мог привести к полному прекращению «всякого участия выделяющегося домохозяина в общине».
Однако и в том и в другом случае выделяемый участок должен быть
«равноценен тому пользованию общинною землею, которого домохозяин лишился после выхода».
Проект предусматривал, что в случае отвода выделяемому участка
из земель худшего или лучшего качества, а также замены одних угодий другими количество земли в выделяемом участке должно «увеличиваться или уменьшаться соответственно различию в качестве
земли в угодьях». Выдел участка отдельному хозяину должен был
производиться с таким расчетом, чтобы «не создавалась неудобная
чересполосность» и чтобы «на этом участке могло быть организовано хозяйство, не стесняемое хозяйством общины и одновременно не
стесняющее последнюю.
В проекте содержались статьи, в которых фиксировался процессуальный порядок защиты прав как общины, так и отдельного домохозяина. «Если в течение трех лет со времени получения требования о
выделе община не удовлетворит этого требования ни путем выдела в
натуре, ни путем уплаты желающему выделиться вознаграждения по
соглашению с ним, то желающему выделиться домохозяину предоставляется право искать с общины вознаграждения в подлежащем
суде». По решению суда община должна была уплатить вознаграждение желающему выделиться домохозяину.
Этот законопроект был подвергнут неоднократному обсуждению
на заседаниях как специального бюро по аграрному вопросу, действующего при ЦК кадетов, так и самой фракции. В результате обсуждений проект был дополнен двумя новыми статьями, а в ряд име-
Глава 5. От программ к законопроектам 343
ющихся были внесены редакционные изменения. Во-первых, было
принято решение об исключении из числа домохозяев, которые могли
требовать выдела, всех тех, кто в «продолжение последних трех лет ни
лично, ни через членов своей семьи не вели хозяйства за свой счет на
общинной земле или сдавали свои наделы вперед на срок не менее 3-х
лет». По мнению фракции, распространение права выдела «на многочисленную категорию домохозяев, отсутствовавших из общины, было
бы опасно для интересов последней и не вызывалось бы соображениями об улучшении техники хозяйства и землепользования». Во-вторых,
в одной из новых статей (ст. 17) особо подчеркивалось, что «выделяемые из общего состава общинной земли участки отдельных домохозяев не утрачивают характера надельной земли и подчиняются действию
узаконений, которые установлены и имеют быть установлены для подворного надельного землевладения». Кроме того, земля выделялась не
в личную собственность домохозяина, а в собственность как его, так и
членов его семьи. Вторая, вновь введенная, ст. 18 устанавливала предел
сосредоточения земли в отдельных руках. Запрещалась скупка на одно
лицо свыше шести указанных наделов, а в местностях, где нельзя было
установить размер такого надела, более 25 десятин
101
.
В IV Думу кадеты внесли законопроекты «Об изменении и дополнении ст. 56 закона о землеустройстве» (21 января 1914 г.) и «О регулировании аренд» (10 июня 1914 г.), которые преследовали цель
несколько смягчить накал социальных противоречий в деревне, вызванных столыпинской аграрной реформой. Ст. 56 закона 29 мая
1911 г. о землеустройстве гласила: «При разделе между крестьянами и
частными владельцами общих выгонов доля каждой стороны определяется, если между ними не состоится добровольного соглашения, на
основании выкупных документов, а при отсутствии в них соответствующих указаний общий выгон разделяется поровну». Между тем на
практике толкование этой статьи закона приводило к явной невыгоде
для крестьян, под нее подводились и те случаи, когда общие пастбища,
находившиеся в пользовании одного селения, включали незначительный клочок частновладельческой земли. В результате помещики получали право собственности на половину площади общего пастбища, что
не соответствовало ни элементарным требованиям справедливости, ни
тем фактическим выгодам, какими пользовались стороны до издания
закона. Чтобы исправить данную ситуацию, кадеты предлагали свою
формулировку статьи: «В тех случаях, когда участки частных владельцев расположены в одном и том же селении и не превышают всей площади владеемой крестьянами земли, общий выгон делится между владельцами пропорционально количеству владеемой земли»
102
.
344 Раздел второй. Модели переустройства России
28 января 1914 г. кадетский законопроект по решению общего собрания Думы был передан в земельную комиссию на заключение на
предмет желательности, однако дальнейшего движения не получил.
Второй кадетский проект был направлен на урегулирование
арендных отношений в деревне. Согласно проекту, арендаторам (ими
могли быть как отдельные домохозяева, так и сельское общество в
целом), арендовавшим землю либо с продовольственными целями,
либо в пределах, не превышающих трудовой нормы (включая в нее
надельную или же собственную землю), на срок менее девяти лет (но
не менее одного года), предоставлялось право просить арендные комитеты о продлении срока аренды до 9 лет (ст. 1). Однако это право
не распространялось на аренду промыслового характера (фруктовые
сады, виноградники, огороды и т. п.) и на аренду имений с коммерческими целями (ст. 3). Одновременно с просьбой о продлении срока
аренды арендатор мог просить арендный комитет об установлении
справедливой арендной цены. Причем такая цена определялась с
учетом всех обстоятельств, влиявших «на доходность хозяйства данного участка (средняя урожайности при данном количестве земли,
средние местные цены на продукты, средняя заработная плата сельскохозяйственных рабочих и т. п.)». Справедливая арендная плата,
согласно проекту, составляла «остаток, полученный за вычетом из
валового дохода всех издержек производства, нормальной оплаты
труда и вознаграждения за риск, связанный с неурожаями, падежами
скота и т. п.» (ст. 6).
Арендатор получал право «на получение от собственника земли
вознаграждения за те затраты», которые он «произвел для улучшения
земли и правильного ведения хозяйства, но не успел использовать ко
времени прекращения аренды» (этот пункт подробно регламентировался проектом). При расчетах между собственником и арендатором
из суммы, причитающейся последнему за улучшения, исключались
«а) все его недоимки собственнику по арендной плате и б) стоимость,
по оценке подлежащими органами, повреждений и иного ущерба, нанесенного арендатором имуществу собственника на арендуемой земле» (ст. 11).
Большое место в проекте было уделено посреднической аренде,
которая характеризовалась как одна «из самых вредных форм найма земли». В целях борьбы с такой формой аренды специальной статьей проекта (ст. 12) предусматривалось следующее правило: «Лица,
арендующие землю с целью ее передачи, не пользуются правом вознаграждения за улучшения и не могут требовать ни продления срока
аренды, ни регулирования арендной платы». В свою очередь, субарендаторам предоставлялось право «просить о продлении срока аренды
Глава 5. От программ к законопроектам 345
и об урегулировании платы». При сдаче в аренду земель казенных,
кабинетских, удельных, монастырских, церковных, общественных,
войсковых правом их получения без торгов пользовались сельские
общества и земельные товарищества (ст. 13).
Для реализации закона планировалось создание специальных
арендных комитетов, которые должны были состоять из председателя, двух крестьян по выбору волостных сходов и двух землевладельцев по выбору земского собрания. Членов арендных комитетов предлагалось избирать на один год. Их решения не подлежали апелляции
и приводились в исполнение по правилам, установленным для третейских судов (ст. 16)
103
. Данный законопроект даже не был обсуж-
ден в Думе.
Анализ аграрных законопроектов либеральных думских фракций
показывает, насколько трудную, если вообще исполнимую, задачу
пришлось решать представителям либеральной оппозиции, многие
лидеры которой родились и получили воспитание в уютных «дворянских гнездах», были хорошо знакомы со сложной системой взаимоотношений между большинством земледельцев и меньшинством
землевладельцев. Они были осведомлены о наличии архаичных напластований в сфере аграрно-крестьянского законодательства, которое так и не удалось «расчистить» от средневековых рудиментов
за весь пореформенный период. Решиться на постановку и решение
аграрного вопроса в России означало взять на себя роль античного
Геракла – «чистильщика» авгиевых конюшен. Однако к этому либералов побуждал ряд объективных и субъективных обстоятельств.
Во-первых, они отдавали себе отчет, что без коренной технологической и агрономической перестройки архаичного аграрного сектора
Россия в современных условиях мирового капиталистического развития и роста конкуренции обречена на роль аутсайдера как в области развития производительных сил, так и в сфере организации современного народного хозяйства.
Во-вторых, либералы понимали, что без окончательного освобождения крестьянского большинства от полукрепостнических
пут, связывавших его по рукам и ногам, без предоставления крестьянам гражданских и политических прав невозможно ни создать
современное сельскохозяйственное производство, ни поднять образовательный и культурный уровень основной массы деревенского
населения. Бывая хотя бы наездами в своих образцовых имениях,
либералы не могли не испытывать психологический дискомфорт,
видя традиционные отношения между «барами» и «крепостными»,
низкий культурный уровень жизни и быта большинства деревенского населения.
346 Раздел второй. Модели переустройства России
В-третьих, либералы руководствовались стремлением во что бы то
ни стало предотвратить социальную революцию в деревне. В 1905–
1906 гг. они видели, что в российской глубинке развернулась настоящая крестьянская война против помещиков. Горящие «дворянские
гнезда» можно было наблюдать во многих аграрных регионах.
В-четвертых, аграрная проблема в пореформенное время оставалась одной из самых острых в повестке дня как правительственных,
так и общественных кругов. Объединяющим и одновременно разъединяющим участников дискурса являлся вопрос о частной собственности на землю. Известно, что правительственная альтернатива
решения аграрного вопроса не отрицала возможности «подвижек»
(прежде всего технологического и агрономического характера) в
отношении сохранения помещичьей собственности. Всей государственной мощью защищая помещичью собственность, правительство П.А. Столыпина рассчитывало создать новый класс земельных
собственников в лице крестьян, надеясь получить, таким образом,
социальную опору для «обновленного» политического режима. Характерно, что этот правительственный курс не противоречил концептуальным и программным установкам партии октябристов. Лидеры октябристов понимали, что если им удастся «зацепиться» за
правительственную альтернативу решения аграрного вопроса, у них
появится шанс упрочить свой союз с П.А. Столыпиным. В этом случае у октябристов сохранялась надежда на возможность, если не в
полном объеме, то хотя по большей части, реализовать собственную
программу.
В-пятых, в отличие от октябристов, кадеты и прогрессисты вынуждены были при разработке своих аграрных законопроектов реагировать не только на правительственный, но и на другие варианты
решения аграрного вопроса, которые были представлены левыми
думскими фракциями. В ходе думского дискурса, подвергнув критике правительственный и леворадикальный варианты решения
аграрного вопроса, кадеты и прогрессисты предложили свои, по направленности совпадающие варианты. Хотя прогрессистский вариант был более умеренным в отношении принудительного отчуждения частновладельческой земельной собственности, тем не менее
он не отвергал идею перераспределения земельной собственности в
пользу малоземельного и безземельного крестьянства. Что касается кадетского варианта решения аграрного вопроса, то он был более
радикальным по сравнению с правительственным и, следовательно,
с октябристским, но не «ультрарадикальным», как оценивает его
Д.В. Аронов
104
. По степени радикализма кадеты значительно уступа-
ли трудовикам, энесам, эсерам и социал-демократам. Кадетский ва-
Глава 5. От программ к законопроектам 347
риант решения аграрного вопроса не содержал идей ни «полуэкспроприации», ни «полунационализации», за которые безосновательно
упрекали кадетов Столыпин и правоконсервативные круги. Кадеты
не собирались идти и на «сознательный подрыв» «священных» основ
частной собственности, как утверждают некоторые современные исследователи. Свою магистральную цель они видели в «чистке» архаичных аграрных отношений, что, разумеется, не могло не повлечь за
собой определенной «передвижки» в отношениях собственности, но
никак не отмену принципа частной собственности. Выступая против
насильственной ломки крестьянской общины, кадеты рассчитывали
на то, что со временем крестьяне сами сделают свой выбор: либо продолжать жить и трудиться в системе прежних архаичных институтов,
либо начать осваивать новые методы и приемы организации и ведения своего хозяйства, типичные для системы современных рыночных
отношений. Неслучайно в кадетской среде со временем набирало
силу течение в пользу именно частной крестьянской земельной собственности. К этому заключению кадетов подводил не только опыт
передовых западноевропейских стран, но прежде всего сама логика
пореформенного развития России. Как показал столыпинский аграрный эксперимент, за сравнительно короткий срок определенная часть
российского крестьянства выразила готовность выйти из общины,
начала на отрубах и хуторах интенсивно осваивать новые технологические и агрономические приемы ведения единоличного хозяйства.
В-шестых, либеральные думские фракции, включая кадетов, рассчитывали на реализацию своих аграрных законопроектов в системе
«обновленного» государственного строя. О каком кадетском «ультрарадикализме» можно говорить, если только подготовительный
период по разработке аграрного закона был рассчитан фракцией на
двухлетний срок. После этого проект должен был пройти еще несколько стадий обсуждения, прежде чем он вновь окажется в Думе.
Являясь противниками идеи «революционного скачка», которая разделялась леворадикальными партиями, русские либералы выступали
за мирную трансформацию всей системы общественных отношений.
В-седьмых, планируя осуществление аграрной реформы эволюционным путем, либералы ставили перед собой задачу создать условия
и предпосылки для пробуждения творческого потенциала большинства населения страны – крестьянства, формирования у крестьянства
новой мировоззренческой системы, которая должна была вытеснить
традиционные рудименты из его сознания (социальное равенство,
общинный коллективизм).
Что касается аграрных законопроектов социалистических фракций, то ведущая роль в их разработке принадлежала энесам и эсерам,
348 Раздел второй. Модели переустройства России
которые, в свою очередь, инициировали создание в Государственной думе фракции трудовиков, представлявших интересы широких
крестьянских масс. Учитывая, что в историографии подробнейшим
образом проанализированы все основные варианты аграрных законопроектов социалистических фракций
105
, сосредоточим внимание
на их сущности в контексте сопоставления их с ранее изложенными
аграрными проектами либеральных фракций.
В отличие от кадетского перводумского проекта, означавшего
«полунационализацию» помещичьей собственности за выкуп, в проекте «104-х», внесенном 23 мая в I Думу, который был разработан
при активном участии прежде всего энесов, и, следовательно, представлял одну из неонароднических субмоделей, была проведена идея
национализации земли (ст. 1). Согласно проекту «104-х», в общенародный земельный фонд должны были войти все казенные, удельные, кабинетские, монастырские, церковные, принудительно отчужденные помещичьи и прочие частновладельческие земли, размеры
которых превышают установленную для данной местности трудовую
норму (ст. 2). Надельные земли и те из частновладельческих земель,
которые не превышают трудовой нормы, оставлялись за их владельцами. Однако чтобы не допустить скопления земель свыше трудовой
нормы в одних руках, предлагалось разработать законодательные
меры, которые, с одной стороны, препятствовали бы данному процессу, с другой – создавали условия для их перехода в общенародную
собственность. Вознаграждение за принудительно отчуждаемые и
добровольно сдаваемые в общенародный фонд земли должно было
производиться за счет государства. Размер вознаграждения и условия его уплаты подлежали определению только после того, как аграрная реформа в целом должна быть обсуждена и принята демократическим путем.
Из общенародного фонда выделяются прежде всего земли, необходимые «для государственных и общественных надобностей», которые
поступают «в ведение надлежащих общественных и государственных
учреждений». Оставшаяся в общенародном фонде земля «отдается в
пользование всем желающим обрабатывать ее своим трудом, причем
в очереди местному населению отдается преимущество перед пришлым и земледельческому перед неземледельческим». Наделение
из общенародного фонда производится в пределах трудовой нормы,
причем если «за наделением остается избыток, то таковой остается
в ведении государства и местных общественных учреждений в качестве запаса для общественных надобностей или на случай прироста
местного населения, а также для наделения переселенцев из других
местностей» (ст. 10). В случае изменения хозяйственных условий в
Глава 5. От программ к законопроектам 349
данной местности трудовая норма может быть пересмотрена или изменена, после чего «оказавшиеся у отдельных домохозяев излишки
подлежат отчуждению». Таким же образом может быть пересмотрена и продовольственная норма, в зависимости от которой «будет находиться право на переселение за счет государства». Поступившие в
надел из общенародного фонда земли подлежали особому земельному налогу, который должен устанавливаться «в соответствии с качеством и местонахождением и при равных условиях должен быть тем
выше, чем больше размер надела».
В проекте «104-х» лицам, получившим землю из общенародного
фонда, предоставлялась помощь за счет государства в виде ссуд и
пособий. Заведование общенародным земельным фондом на местах
предоставлялось органам местного самоуправления, избранным всеобщим, равным, прямым и тайным голосованием. В течение переходного периода должны быть учреждены местные комитеты (губернские, уездные и волостные), которые также избирались на основе
всеобщего, равного и тайного голосования. На эти комитеты возлагалась задача организовать участие населения в обсуждении аграрной
реформы, определить нормы наделения (трудовая или продовольственная), установить арендные цены, заработную плату, продолжительность рабочего дня и другие отношения «между землевладельцами и трудящимися в случае споров и недоразумений между ними»
106
23 марта законопроект был передан в думскую аграрную комиссию,
однако дальнейшего движения не имел.
Во II Думу депутаты Трудовой группы и Крестьянского союза
6 марта 1907 г. внесли «Проект основных положений земельной
реформы», который фактически повторял перводумский проект
«104-х»
107
. 26 марта он был передан в аграрную комиссию Государ-
ственной думы. Дальнейшего движения он не имел.
8 июня 1906 г. в I Думу был внесен проект «Основного земельного
закона» (проект «33-х»), представлявший эсеровскую субмодель решения аграрного вопроса в России. В отличие от проекта «104-х», в
основу которого был положен принцип национализации земли, проект «33-х» базировался на идее социализации земли. В отделе «Основы закона о земле» особо подчеркивалось, что во-первых, «всякая
частная собственность на землю в пределах Российского государства
отныне совершенно уничтожается», во-вторых, «вся земля с ее недрами и водами объявляется общей собственностью всего населения
Российского государства»
108
. Каждый гражданин, независимо от места проживания, имел равное право на пользование землей для занятия сельским хозяйством; участками для постройки жилых домов,
.
350 Раздел второй. Модели переустройства России
хозяйственных построек, а также фабрик, заводов, мастерских и т. д.;
всем материалом, необходимым для постройки и отопления.
Все вопросы, связанные с распределением земли, а также других
природных богатств, подлежат решению народной власти, избранной
всеобщим, прямым, равным и тайным голосованием, без различия
пола, веры и национальности. Только ей принадлежит право выработки закона «о пользовании землей и всеми ее благами», а также
контроль над его исполнением. На местах соблюдение принятого
народной властью земельного закона контролируют местные самоуправления, выбранные всем населением области, округа и уезда без
различия пола, веры и национальности, посредством всеобщего, прямого, равного и тайного голосования. При этом особо подчеркивалось, что «никакая власть не имеет права мешать отдельным гражданам, общинам и товариществам устраивать для себя такие порядки
пользования землей, которые они считают лучшими, если только эти
порядки не нарушают общего закона и не вредят другим»
109
.
В разделе «Земельные права граждан», состоящем их двух частей,
эти права закреплялись за теми, кто выбрал своим занятием сельское хозяйство, за теми, кто был намерен пользоваться усадебными
участками в иных производственных целях. Все граждане и гражданки могли по своему желанию получать землю (и пользоваться ею)
на определенный срок или бессрочно. В последнем случае земельные
наделы могли передаваться по наследству до тех пор, «пока земство
или народное правление не найдут нужным ограничить таковое для
пользы всего народа или на пользу более нуждающихся». Каждый
имеет право получить в пользование столько земли, чтобы за уплатой
поземельного налога осталось «достаточно для здоровой жизни его
и его семье (потребительская норма надела)». Никто не имеет права
иметь «в пользовании земли больше, чем он может обработать вместе
со своей семьей без наемных рабочих (трудовая норма надела)»
110
.
Пользование землей устанавливается на следующих основаниях.
Земельные общества, которые владели землей совместно и пожелают оставить землю в общем пользовании, «получают общий надел и
сами переделяют землю, как решат между отдельными хозяевами».
Общины, получившие общий надел, «обязаны производить поравнения, чтобы не было у каких-либо хозяев земли меньше, чем нужно для
здоровой жизни, или чтобы кто-нибудь не имел больше, чем может
обработать сам без наемных рабочих». Кто владел отдельным участком земли (надельной, выкупленной и купчей) по своему желанию
«наделяется особо, в личное пользование. Если кто-либо выходит
из общины, то с ее согласия может получить в пользование особый
участок из общинной земли. Никто не может сдавать землю в аренду.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]