Методология толкования Корана

Иными словами, проблема, о которой говорится в айате, носит внешний характер, а слово с обобщённым значе­нием выступает маркёром частного случая, имевшего место в эпоху ниспослания. В подобных ситуациях не действует правило неконкретизирующего характера причин ниспослания — нельзя, опираясь на него, обоб­щать содержание айата, не учитывая указанного в нём частного случая. В действительности, нет такого обще­го понятия, которое мы могли бы распространить на все предметы на основании упомянутого правила. Приве­дём два примера.

обратился к присутствующим и сказал: “Заклинаю вас Аллахом, разве когда вы опасаетесь за свою жизнь или своё имущество, то не ходите между Меккой и Меди­ной?” Они ответили: “Да, клянёмся Аллахом!” Имам Джа‘фар ас-Садик (мир ему!) сказал: “Горе тебе, Абу Ха­нифа! Поистине, Аллах не говорит ничего, кроме прав­ды! А теперь расскажи мне о словах Великого и Славного Господа «тот, кто вошёл в него, пребывает в безопасно-

постигнем мир говорящего, мы не сможем правильно понять его язык. Язык любого человека — частичка его мира, которая прекрасно с ним ладит. Познание одно­го условия есть постижение другого. Первым необходи­мым условием этих слов, является то, что одно и то же выражение в разных мирах будет обладать различным значением. Так, одна и та же посылка в сочетании с ря­дом других посылок даст различные результаты. Другим необходимым условием лучшего понимания какого-ли­бо высказывания является лучшее понимание мира го­ворящего. Пока миры не приблизятся друг к другу, раз­личные понимания и языки не смогут познакомиться друг с другом. Третьим необходимым условием является то, что внешнее значение относительно, и знакомство разума с конкретными знаниями оказывает решаю­щее влияние на выбор конкретного внешнего значения (речь идёт о самом внешнем значении, а не о его дока­зательной силе — последняя представляет собой отдель­ную тему). <…> На основании чьего-либо языка невоз­можно полностью постичь его мир, но, напротив, имен­но этот мир дарит его языку жизненную силу. И даже если оратор проявляется в речи во всём своём блеске, последний лучше всего поймёт тот, кто лучше знает его мир… Глубже узнавая мир и мировоззрение говорящего и учёного-теоретика, можно лучше понять их тексты и теории. Это справедливо как в отношении религиозно­го, так и в отношении нерелигиозного видов познания. В религиозном познании знание Аллаха и Его Послан­ника является важнейшим условием понимания слова Создателя. В этом смысле не только принятие религии зависит от признания существования Бога, но и её по­нимание ограничивается знанием сущностных атрибу­тов Творца»

отрицать, всё же относительность внешнего значения, представленная автором в качестве третьего необхо­димого условия, является ошибкой. Дело в том, что, как уже было сказано, для установления внешнего значения любого высказывания необходимо следовать опреде­лённым принципам, в частности учитывать контекст, одним из видов которого является индивидуальная осо­бенность речи говорящего, то есть его мир и мировоз­зрение. Очевидно, что при соблюдении этих принципов и учёте всех видов контекста (в частности индивидуаль­ных особенностей речи и мировоззрения говорящего) прямое значение высказывания и его способность пере­давать интенцию говорящего для всех одинаково. Поэ­тому его относительность не имеет смысла. Разумеется, одно и то же выражение в зависимости от контекста бу­дет обладать различными значениями, и именно поэто­му одно и то же выражение в устах различных ораторов будет принимать отличные друг от друга значения. Точ­но также одно и то же высказывание с учётом всех видов контекста даёт одно значение, а при опущении одного из видов контекста — другое. Однако значение слова в свете всех видов контекста может быть только одно.

Ещё одним недостатком приведённого выше ут­верждения является его чересчур общий характер. Все индивидуальные особенности говорящего не влияют на установление содержания его высказывания, по­скольку говорящий может использовать в качестве контекста только те свои качества, которые проявляют­ся в момент речи или во время усвоения его слов слу­шателями.