Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

История отечественной школы и педагогики. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
131
ленное время, поступившие проходили испытательный срок, за­тем решался вопрос о дальнейшей учебе, исключения из числа учащихся были редкими. Поступая, учащиеся и школа заключали своеобразный контракт об обязательстве ученика пройти полный курс, но, несмотря на такие жесткие дисциплинарные меры, как денежные штрафы, исключение, телесные наказания, побеги уче­ников были достаточно частыми. Постепенно сложилась обяза­тельность обучения детей духовенства, в противном случае, со­гласно указу 1708 г., их велено было отдавать в солдаты.
В первой четверти XVIII в. в Чернигове, Тобольске, Ростове, Смоленске служители церкви, поддерживавшие государственные реформы, открывали духовные архиерейские начальные школы. Со временем всех епископов обязали при всех архиерейских до­мах открывать школы с целью подготовки священнослужителей, в программу которой входили чтение, письмо, славянская грам­матика, арифметика и геометрия. Наиболее известной является Новгородская архиерейская школа, открытая в 1706 г. братьями Лихудами, работавшими там учителями, предоставлявшая широ­кий курс образования повышенного типа. Особое внимание в Новгороде изучались греческий и латинский языки по примеру московской Славяно-греко-латинской академии. Эта школа, под­готовившая значительное количество государевых людей и учи­телей, послужила началом создания новых 15 «меньших школ», в которых работали ученики из Новгорода.
4.2. Деятельность Л.Ф. Магницкого и дальнейшее развитие школ
Леонтий Филиппович Магницкий (1669–1739), математик,
преподаватель Школы математических и навигацких наук в Москве, известный деятель просвещения в петровскую эпоху, сделал неоценимый вклад в методику светского школьного обу­чения своего времени и в дело развития профессионального обра­зования. Л.Ф. Магницкий, опираясь на традиции мастеров грамо­ты Московской Руси, написал собственный учебник – «Арифме­тика, сиречь наука числительная» (далее – Арифметика), появле­ние которого символизировало рождение учебника нового типа,
132
объединявшего отечественную традицию и западноевропейскую методику преподавания точных наук, остававшегося основной учебной книгой по математике до середины XVIII в., одной из двух, по которым учился М.В. Ломоносов.
Учебник Л.Ф. Магницкого, построенный по принципу от
простого к сложному, на прикладной основе способствовал осво­ению основных математических действий, включая алгебраиче­ские, геометрические, тригонометрические и логарифмические. Практическая направленность учебника проявлялась в его тесной связи с практическими задачами профессиональной подготовки фортификаторов, геодезистов, специалистов артиллерийского дела и др. Содержание учебника копировалось учениками школы, они записывали формулы, рисовали чертежи, используя при этом разнообразные средства наглядности: различные таблицы и маке­ты, модели кораблей, гравюры, чертежи, приборы, рисунки и т. п. Даже титульный лист Арифметики выступал своеобразным наглядным пособием, воплощавшим все содержание учебника, где арифметика как наука была изображена в виде женской фигу­ры со скипетром, ключом и державой, восседавшей на троне в храме наук, своды которого поддерживают две группы колонн по четыре в каждой, к которому ведут ступени лестницы с после­довательным перечислением арифметических действий: счисле­ние, сложение, вычитание, умножение, деление. Первая группа колонн символизировала геометрию, стереометрию, астрономию, оптику и опиралась на фундамент с надписью «Арифметика что дает?». Вторая группа колонн обозначала навигацкие науки – географию, фортификацию, архитектуру. Содержательно Ариф­метика Л.Ф. Магницкого выступала своеобразной математиче­ской энциклопедией с ярко выраженным прикладным характе­ром, положившим начало принципиально новому поколению учебных книг, не уступавшей лучшим западноевропейским образ­цам, составленной в русской традиции для русских учеников. Воз­главляя школу, Л.Ф. Магницкий руководил всей учебной работой школы, начиная с первой ее ступени. Школа имела два подгото­вительных начальных класса, называвшихся «русской школой», где учили чтению и письму по-русски, и «цифирной школой»,
133
где дети знакомились с началами арифметики, а желающие обу­чались фехтованию. Учебные предметы изучались последова­тельно, экзаменов не было, ученики переводились из класса в класс и выпускались по мере освоения программы и необходи­мости пополнить потребности государства в грамотных служа­щих, а понятие «класс» означало содержание обучения: класс навигации, класс геометрии и т. п. Освобождавшиеся места сразу заполнялись новыми учениками.
Государство полностью финансировало школу, обучение
в ней рассматривалось в качестве государственной службы, поэто­му ученикам платили «кормовые деньги» – своеобразную стипен­дию, обеспечивалось снабжение книгами и необходимыми учеб­ными пособиями: таблицами логарифмов, географическими кар­тами, для записи вычислений – аспидными досками, грифелями, карандашами, а также линейками и циркулями, которые вернуть в сохранности было необходимо по окончании класса. Проживали ученики либо в школе, либо недалеко от школы на частных квар­тирах. К 1711 г. число учащихся возросло до четырех сотен. Л.Ф. Магницкий назначал д есятск их из числа лучших учеников, следивших за поведением. Выпускники навигацкой школы служи­ли на флоте, в артиллерии, в гражданских ведомствах, в качестве учителей начальных школ, архитекторов, отдельных выпускников отправляли за границу для продолжения образования.
В 1701 г. по образцу навигацкой школы в Москве открыли Артиллерийскую (Пушкарскую) школу для подготовки специали­стов для армии и флота. Учащихся в возрасте от 7 до 25 лет обуча­ли русской грамоте, счету и сразу же начинали готовить к профес­сии инженера. Подготовку педагогов в Навигацкой и Пушкарской школах осуществляли из наиболее способных и соответствующих профессиональным функциям учеников. Параллельно государ­ственным учебным заведениям развивались частные школы.
В XVII в. в Москве на реке Яузе возникла Немецкая слобода, где эмигранты из Западной Европы создали школы европейского образца для своих детей. Жители этой слободы и их культура серь­езно повлияли на молодого Петра I и его ближайшее окружение. В июле 1701 г. Николай Швиммер, пастор и руководитель школы
134
при немецкой церкви в Ново-Немецкой слободе, в Москве соглас­но царскому указу был назначен переводчиком латинского, немец­кого и голландского языков при Посольском приказе – государ­ственном органе международных отношений. В то же время ему было предписано организовать школу, где обучались бы все жела­ющие из разных социальных слоев. Уже в ноябре 1701 г. Н. Швиммер обучал шесть первых учеников латинскому и немец­кому языкам на основе западноевропейской методики, осваивая сначала чтение и письмо по-немецки, затем разговорную речь, по­том – латинский язык, который открывал путь в науку, медицину, дипломатию. Для решения этих задач Н. Швиммер создал свое пособие «Вход латинскому языку» по примеру известного учебни­ка латинского языка Я.А. Коменского. Школа просуществовала всего два года и в 1703 г. ее учеников передали пастору Эрнсту Глюку, весьма образованному человеку, хорошо знакомому с но­вейшими педагогическими идеями Западной Европы.
Э. Глюк жил в Лифляндии в среде русских старообрядцев, для которых в 1684 г. разработал проект системы обучения на родном языке, перевел на русский язык славянскую Библию, написал русскую азбуку и ряд школьных учебников. Во время русско-шведской войны его взяли в плен и доставили в Москву, где в 1703 г. Петр I поручил ему обучать русских юношей немец­кому, латинскому и другим языкам. В 1705 г. в Москве, на углу улицы Маросейки и Златоустинского переулка, в палатах боярина Василия Федоровича Нарышкина по распоряжению царя на госу­дарственные деньги Э. Глюк открыл свою школу для детей бояр, чиновников, купцов. В содержание школьного обучения входили: география, этика, политика, история, поэтика, философия, латин­ский, французский и немецкий языки, светские науки (танцы, светские манеры, верховая езда), желающие имели возможность изучать шведский и итальянский языки.
Распорядок дня школы свидетельствует об элементах новой формы организации обучения – классно-урочной: дети одной воз­растной группы объединялись для изучения предмета, вводились обязательные уроки повторения и запоминания изученного мате­риала, уроки начинались в 8 часов утра и заканчивались в 6 часов вечера для младших классов и в 8 часов вечера для старших.
135
4.3. В.Н. Татищев и начало профессионального образования в России
Василий Никитич Татищев (1686–1750), составитель эн-
циклопедического словаря «Лексикон российский исторический, географический, политехнический, гражданский», автор много­томной «Истории Российской», философ, автор ряда интересных педагогических сочинений: «Записка об учащихся и расходах на просвещение в России», «Разговор двух приятелей о пользе наук и училищ», «Духовная моему сыну», «Учреждение, коим поряд­кам русским школам имати поступать», «О порядке преподава­ния в школах при уральских казенных заводах» и др., в 1721 г. инициировал открытие первой профессиональной горнозавод­ской школы, ставшей примером для создания и других подобных учебных заведений. В.Н. Татищев в г. Екатеринбурге основал ме­таллургический завод, при котором была открыта Центральная горнозаводская школа, игравшая роль административного и ме­тодического центра для всех подобных школ. Уральские профес­сиональные школы, видоизменяясь, сохраняли первоначальное назначение вплоть до конца XIX в.
В.Н. Татищев, яркий представитель светского направления в русской педагогической мысли XVIII в., в педагогических воз­зрениях которого отразился деловой характер петровской эпохи, ее практицизм и профессионализм, одним из первых в произве­дении «Разговор двух приятелей о пользе наук и училищ» (1733) сформулировал светские, утилитарные цели, отодвинув задачи религиозного, духовно-нравственного воспитания на задний план. Главную цель школы В.Н. Татищев видел в формировании светского сознания для достижения жизненного благополучия, в воспитании «разумного эгоиста», осознающего самого себя, свой внутренний мир, понимающего, что ему во вред, а что на пользу, что такое добро, что такое зло, и как не потеряться на пу­ти добра. Божественный закон любви к Богу и ближнему, по убеждению В.Н. Татищева, не противоречит желанию челове­ка благополучия себе, потому что без любви к Богу и ближнему
136
человеческое благополучие невозможно. В единстве существуют нравственность и личное счастье: добродетельным есть разумное справедливое удовлетворение потребностей, а чрезмерное удо­влетворение потребностей или излишнее воздержание от них – зло. Потребности же человеку даны от природы, т. е. Богом, по­этому главное – это соблюдение меры. В «Разговоре двух прия­телей о пользе наук и училищ» автор отстаивает необходимость каждому просвещенному человеку познать себя: с внешней, те­лесной, и внутренней, духовной стороны, а возможным такое по­знание делает наука. Познание способствует правильному пони­манию веры, оно не противоречит религии: истинная философия необходима для познания Бога и служит на пользу человечеству, помогая разумно управлять государством. В.Н. Татищев был убежден, что незнание и глупость вредят обществу, личности, народу; от них проистекают все бедствия в государстве, народ­ные бунты. Сущность науки заключается в ее практической полез­ности, т. к. знание – это умение различать добро и зло. Исходя из этого, В.Н. Татищев разделил все науки на пять групп (табл. 4.1).
Таблица 4.1
Классификация наук по В.Н. Татищеву
Название
группы наук
Науки, относящиеся к указанной группе
«Нужные»
Домоводство, врачевание, Закон Божий, умение владеть оружием, логика, богословие
«Полезные»
Письмо, грамматика, красноречие, иностранные языки, история, генеалогия, география, ботани­ка, анатомия, физика, химия
«Щегольские»
Стихотворство или поэзия, живопись, музыка, танцы, верховая езда
«Любопытные»
Астрология, физиогномика, хиромантия, алхимия
«Вредные»
Гадания и волшебства разного рода
Это была первая отечественная классификация наук в педа­гогике на основе их утилитарной значимости (т. е. пользу или вред они приносят), в которой были сведены и науки, и искус­ства, и языки, и гадания с волшебством. Такой же подход
137
В.Н. Татищев использовал при формировании содержания школьного образования, которое должно предшествовать про­фессиональному образованию. Поэтому в содержание общего образования для овладения детьми «нужными» и «полезными» науками он предлагал включить: письмо, грамматику родного языка, обучение красноречию, иностранные языки, математику, физику, ботанику, анатомию, русскую историю, отечественные законы, врачевание, умение владеть оружием. Эти науки предпо­лагалось дополнить для самопознания и подготовки детей к прак­тической жизни «щегольскими» науками: поэтикой, музыкой, танцами, живописью, домоводством. Профессиональное обуче­ние следует начинать с десятилетнего возраста с овладения каким-либо ремеслом.
В «Духовной моему сыну» В.А. Татищев утверждает, что самым главным в жизни является вера, что Закону Божьему нуж­но поучаться постоянно всю жизнь, постоянно читать Библию и катехизис, молиться, ходить в церковь и т. д., но он в то же время советовал читать книги о других религиях, что ранее было просто невозможным.
«Духовная моему сыну» (1734) В.Н. Татищева была посвя­щена проблемам школьного обучения и нравственного воспита­ния детей дворянского сословия, для которых предлагалось изу­чение письма и законов, точных и прикладных наук: арифметики, геометрии, пушкарского дела, фортификации, русской истории и географии, немецкого языка. После школы дворяне с 18 до 30 лет должны были совершенствовать свои знания, умения и навыки на государственной службе, и только после 30 лет им можно было разрешить думать о женитьбе. Нравственное воспитание дворян­ские дети получали в домашних условиях. Перечень личностных качеств, которые необходимо воспитывать, определялся сферой будущей службы: у будущих военных надо воспитывать храб­рость, но не безрассудство, послушание начальству, но не рабо­лепие, рассудительность и все то, что помогает достижению бла­гополучия в жизни и успеху по службе; для гражданской службы необходимы справедливость, отсутствие корыстолюбия, приле­жание, терпеливость, самостоятельность в делах и т. п., т. е. про­грамма воспитания строилась в духе гуманистических идей эпохи Просвещения.
138
Инструкция «О порядке преподавания в школах при уральских казенных заводах» (1736), написанная В.Н. Татище­вым на основе опыта организации школьного дела в Швеции, где он проходил стажировку по горнозаводскому делу, его соб­ственного педагогического опыта, представляла собой своеоб­разные методические рекомендации учителям. Учителя В.Н. Татищев рассматривал не только как преподавателя обще­образовательных и специальных дисциплин, но и как воспита­теля молодежи, готовящего ее к полноценной жизни в обществе и к труду, знающего и учитывающего индивидуальные способ­ности ученика. Он рекомендовал широко применять методы обучения старшими учениками младших, использовать учебник Ф. Прокоповича «Первое учение отрокам», прописи – листы за­водской документации, включать в содержание профессиональ­ного обучения геологию, механику, архитектуру, рисование и др., по мере практической надобности.
В 1725 г. по проекту Петра I была организована Санкт­Петербургская академия наук с академическими университетом и гимназией (1726) как научное учреждение, где осуществлялась и определенная педагогическая деятельность. Академическая гимназия была первой в России государственной светской обще­образовательной школой, готовившей молодежь к поступлению в университет, к карьере ученого, и состоявшей из двух отделе­ний: немецкой школы (3 года обучения) и латинской школы с двухлетним обучением, где изучали языки, словесность, исто­рию, географию, математику и естествознание. В 1726 г. обуче­ние в гимназии начали 112 детей из знатных семей. Для работы в Академии наук из германских университетов были приглашены 16 известных европейских ученых, где был значительный интерес к естественнонаучным знаниям, вызванный развитием промыш­ленной цивилизации и рациональной философии. В России Ака­демия наук заимствовала уже устаревший университетский поря­док с его традиционными методами схоластического обучения. Несмотря на это, опыт деятельности Академии наук составил ос­нову для создания через 30 лет первого в России светского выс-
139
шего учебного заведения и научного центра, центра развития русской педагогической мысли – Московского университета.
Развитие сети учебных заведений, распространение про­свещения в России обусловили создание собственно российских учебных книг, которые с 1708 г. начали печатать новым шрифтом вместо церковнославянского. При Петре I книги печатали и в России, и за границей, в частности в Амстердаме, где возникали технические трудности с изготовлением витиеватых церковно­славянских литер. Стремление разрешить эти проблемы прибли­зило очертания отдельных славянских букв к латинским: у них сгладились резкие углы, исчезли утолщения, и буквы в голланд­ском исполнении приобрели определенную округлость, отсут­ствовавшую в московской церковной печати. И уже с января 1708 г. царь повелел московским типографиям печатать книги новым шрифтом, что облегчило процесс обучения письму и чтению. Цифровой текст набирали арабскими цифрами, появились новые арифметические таблицы, это упростило и приблизило к миро­вым стандартам изучение математических дисциплин в русских школах. Таким новым шрифтом были напечатаны учебники: «Геометрия, славенски землемерие», «Приклады, како пишутся комплименты разные на немецком языке, то есть писания патен­тантов к патентантам поздравительные и сожалительные и иные, такожде между сродников и приятелев», «Букварь языка славен­ска сиречь начало учениям детям, хотящим учитеся чтения писа­ний», руководство по правилам этикета – «Юности честное зерцало, или Показание к житейскому обхождению» (далее – Юности честное зерцало).
Петровские реформы коснулись всех сфер жизни государ­ства и общества, в том числе бытового уклада жизни дворянских семей, повысились требования к семейному воспитанию, что от­разилось на страницах книги Юности честное зерцало, где воспи­тательная задача родителей формулировалась на основе единства православной народной традиции и на правилах придворного этикета. От родителей требовали дома говорить с детьми на ино­странных языках, обучать их светским манерам, правилам куль­турного поведения за столом, в обществе, на улице, учить тан-
140
цам, умению красиво говорить. Содержание книги ориентировало родителей на формирование настоящего дворянина, подготовку его к будущей придворной жизни путем домашнего воспитания.
Реформирование образования достаточно быстро дало ожидаемые результаты, профессиональная подготовка специали­стов стимулировала рост промышленного и ремесленного произ­водства, строительство крупных предприятий, рост внутренней и внешней торговли в стране. Уже к 1725 г. в России действовало около 240 государственных и частных предприятий, среди кото­рых особое место занимали металлургические заводы, которые по производству металла в начале XVIII в. обогнали Англию и Россия вышла в число передовых европейских стран. Росло производство кожи и различных видов тканей, начали строится торговые водоканальные системы (Вышневолоцкая, Ладожская, Мариинская и др.). В 1703 г. по указу Петра I для закрепления победы России в Северной войне на берегах реки Невы была за­ложена новая столица – г. Санкт-Петербург, быстро превратив­шийся в важнейший военный, торговый, политический, культур­но-научный центр. Здесь открыли первую Публичную библиоте­ку, выпустили первую газету «Ведомости», открыли Академию наук, первый естественнонаучный музей – Кунсткамеру. Разви­тие в начале XVIII в. отечественной науки стимулировало педа­гогическую мысль, на чем существенно сказались педагогические взгляды и деятельность И.И. Бецкого.
4.4. Просвещение и школа после Петра I
Преемники Петра I – Екатерина, Петр, Анна Иоанновна, отчасти Елизавета Петровна – на декларативном уровне поддер­живали его реформы в образовании. Учебные заведения, от­крывшиеся в царствование Петра I, во второй четверти XVIII в. стали закрываться, вместо них создавались сословные, дворян­ские учебно-воспитательные учреждения: кадетские корпуса, «благородные» пансионы домашнего воспитания, где гувернеры и гувернантки обучали языку и манерам, а домашние учителя – наукам и т. п. Отдельные дворянские семьи обеспечивали своим
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]