Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Движение Имама Хусайна и восстание Кербелы
.pdf
про тивников накопительства в результате репрессивной политики эпохи Му‘авийи и соглашательство последних элементов, колебавшихся
между религией и мирской жизнью, а что важнее
всего, увеличение хронологического разрыва
между эпохой Пророка (с) и эпохой Омейядов
привели к тому, что существующее положение
стало восприниматься как естественное.
Ранее мы заметили, что в своих сообщениях о событиях эпохи первых халифов историки
считали себя обязанными описывать различные
проявления мирского стяжательства некоторых
видных сподвижников, рассуждая об уровне их
доходов, богатстве и недостатках. В отличие от
сообщений того периода, в эпоху Му‘авийи подобные сообщения встречаются куда реже. Как
нам кажется, причина этого состояла в численном увеличении обладателей власти и исчезновении повышенного внимания к этому вопросу,
а не нерадивости историков. Иначе говоря, поскольку в эпоху первых халифов появление нового класса аристократии рассматривалось как
нечто поразительное, историки уделяли особое
внимание сообщениям об отдельных личностях
и их богатствах, а уже в эпоху Му‘авийи эта девиация и нововведения стали общепринятыми,
в связи с чем историки уже не останавливались
подробно на описании богатства того или иного человека. Другой момент, на который следует
указать в связи с аристократией Омейядского периода, состоит в активном присутствии важной
части этого нового социального слоя в органах
власти.
391
С одной стороны, такое присутствие приводило к усилению аппарата власти и упрочению
его положения, а с другой – не позволяло племенной верхушке вести политику, направленную на
сохранение своего положения и интересов, как
в период праведных халифов, не пользуясь политическими инструментами, то есть не занимая
должностей во власти, что постоянно делало их
уязвимыми перед лицом правящей элиты и политической конъектуры. Учитывая эту перемену
в положении аристократии в период Му‘авийи,
их не следует искать на периферии власти, как
в случае с ‘Абд ар-Рахманом б. Ауфом, Талхой,
Зубайром и прочими выдающимися сподвижниками, добившимися богатства; скорее их можно
рассматривать как представителей власти на местах, в различных городах и регионах.
Непосредственное и активное участие, влияние и присутствие аристократии эпохи Му‘авийи
в органах власти способствовало их более глубокой солидарности с Омейядским правлением.
Эта солидарность и взаимопереплетение интересов двух разных групп повышали устойчивость
аппарата власти, а также придавали стабильность положению самой аристократии. Если мы
пожелаем исследовать основания продолжительности правления Омейядов, несмотря на всю
шаткость оснований их религиозной легитимности, то одно из главных таких оснований следует
усматривать в наличии этой связки между политической властью и благополучным в материальном отношении слоем общества, в особенности,
в занятии значительной частью аристократии
392
и благополучных классов должностей во властном аппарате Омейядов. Поскольку в период
Му‘авийи эти элементы увязывали свои финансовые и общественные перспективы с правлением
Омейядов, несмотря на понимание того, что Йазид не обладает должной компетенцией для занятия поста халифа, они не только направили все
свои силы на укреп ление позиций престолонаследника Му‘авийи, но и поставили после смерти
Му‘авийи всю свою арабскую доблесть, чувство
племенной солидарности и остатки своей формальной веры в религию Мухаммада (с) на службу
власти Йазида. В отличие от рядовых членов исламского общества тех дней, которые были тогда
охвачены тоской или впали в беспечность, оказавшись в ходе событий Кербелы без определённой позиции или заняв сторону притеснителей,
после начала восстания Имама Хусайна (‘а) представители аристократии, прекрасно знавшие
о том, что победа Имама Хусайна (‘а) над Йазидом поставит под угрозу весь накопленный ими
политический, экономический и общественный
капитал, не только выступили единым лагерем на
стороне Йазида, но и не выразили ни малейшего
сомнения по поводу применения против Имама
Хусайна (‘а) и его сподвижников самых отвратительных и жестоких методов.
Разумеется, они строго придерживались соблюдения личных религиозных обязанностей
и не видели, подобно своим предшественникам
из числа видных сподвижников, противоречия
между поклонением Аллаху и накопительством.
Они были воплощением лжи и самыми выда-
393
ющимися элементами в борьбе против истины,
создавая фундамент для социального разложения
внутри самой исламской уммы. Это разложение
нуждалось в исправлении, а ложь выступала от
имени истины и правила под прикрытием религии Пророка (с), и если бы восстание Имама Хусайна (‘а) не обнажило его истинного лица, оно
осталось бы в истории ислама как вполне естественное явление.
Хотя восстание Имама Хусайна (‘а) и не привело к уничтожению этого явления, установившего контроль над судьбой мусульман, оно вывело на чистую воду истинную сущность этой
лжи, прикрывавшейся истиной, и не позволило,
чтобы Омейядский режим считали продолжением власти Пророка (с). После восстания в Кербеле все историки и передатчики преданий по
истории ислама упоминали о произошедшей там
резне с горечью. Никто из них не рассматривал
расправу над Имамом Хусайном (‘а) и его сподвижниками как нечто естественное, все они порицали Йазида, оценивая его манеру правления
как противоречащую методам праведных халифов, не говоря уже о том, чтобы считать его правление продолжением власти Пророка (с).
Уничтожение справедливости
и равенства
Уничтожение существовавших в эпоху Пророка (с) справедливости и равенства и даже полный
отход от остатков пророческой справедливости,
сохранявшихся в эпоху праведных халифов, были
394
ещё одной из характерных черт Омейядского режима, лежавших в основе противоречий между
Имамом Хусайном (‘а) и режимом Йазида, являвшихся платформой для восстания Кербелы. Эту
мысль можно явственно проследить в разговоре
Муслима б. Акила с ‘Убайдаллахом в Куфе.
Абу Михнаф приводит предание о том, что после задержания Муслима б. Акила он был приведён к Ибн Зийаду. Он вошёл к нему, не произнеся
приветствия, и стоял перед ним, когда Ибн Зийад
обратился к нему со словами: «О сын Акила! Ты
приехал в Куфу, когда её народ был един и спокоен. Ты приехал, чтобы рассеять их ряды и внести
раздор между ними, подтолкнув их к тому, чтобы
враждовать друг с другом». Муслим ответил, что
это не так. «Я приехал в этот город, когда куфийцы говорили, что твой отец убил их избранных
и добропорядочных людей, обагрил землю их
кровью, поступив с ними так, как поступали кесарь (правитель Византии) или Хосров (правитель Ирана). Мы приехали, чтобы установить
среди людей справедливость и призвать их к законам Аллаха». Ибн Зийад сказал: «Эй ты, грешник! Какое тебе дело до справедливости и законов Аллаха? Разве мы не поступали так с людьми,
когда ты пил в Медине вино?» Муслим сказал:
«Я пил вино? Аллах знает, да и ты сам знаешь,
что солгал и не являешься правдивым человеком.
Я не пил вино, как ты утверждаешь. Любителем
вина является тот, кто несправедливо проливает на землю кровь. Он — кровопийца, проливает
кровь того, чья кровь ему запретна. Любителем
вина является тот, кто убивает человека, не имея
395
намерения отомстить за пролитую кровь, из-за
вражды, лишь из-за какого-то подозрения. И это
притом, что он развлекает себя всевозможными
играми и забавами. Он убивает людей таким образом, будто бы не сделал ничего дурного. Да,
именно такой человек заслуживает того, чтобы
называться любителем вина, а не я»
606
.
Ранее мы отметили, что в первые годы после
кончины Посланника Аллаха (с) экономическая
политика второго халифа нарушила преемственность сунны Пророка (с) в вопросе справедливого
распределения доходов среди мусульман, что привело к появлению прослойки богатых и возникновению разрыва в материальном положении между
различными членами исламской общины.
Политика Пророка (с) в сфере социально-экономической справедливости и равенства бы ла
характерна не только для него, а являлась общей
основой для всех посланников Аллаха. Как Аллах
говорит в Коране
607
, все пророки, посылавшиеся
к своим общинам с различными законами, несмотря на все различия в этих законах, имели между
собой помимо единобожия (таухид), пророчества (нубувват) и воскрешения (кийамат) прочную связь в одном общем принципе. Этот принцип заключался в создании почвы для восстания
людей ради справедливости.
606
Тарих ат-Табари. Т. 5. С. 377; Ибн ал-Асир. Ал-камил фи ат-
тарих. Т. 4. С. 35.
607
Мы послали Наших посланников с ясными знамениями и низве-
ли вместе с ними писание и весы, чтобы люди стояли в справедливости, и низвели железо; в нём сильное зло и польза для людей; и чтобы
знал Аллах, кто помогает Ему и Его посланникам втайне. Поистине,
Аллах — силён, велик! (Коран, 57: 25).
396
После убийства ‘Усмана в начале своего халифата Имам‘Али (‘а) направил всё своё усердие на
восстановление принципа справедливости среди
мусульман и постарался уничтожить в экономической, социальной и гуманитарной сфере все методы, основанные на несправедливости, которая
представляет собой ничто иное, как притеснение, и в основе своей опирается на многобожие
(ширк)
608
, чтобы вновь положить в основу исламского строя единобожие. Помимо влиятель ной
аристократии, которые на протяжении двадцати
пяти лет изоляции ‘Али (‘а) добились видного
положения и власти, считая учение Пророка (с)
лишь исполнением личных и богослужебных обязанностей. И это притом, что, по их представлениям, справедливость ‘Али (‘а) не входила в социальные принципы ислама. Большинство арабов
Хиджаза и Ирака считали равенство между всеми
мусульманами в получении справедливой доли от
Байт ал-Мал недостойным арабов и несправедливым. Они не могли вынести политики Имама
‘Али (‘а), не делавшего различий между арабами
и неарабами, благородными и низкими при распределении богатства.
Ибн Аби ал-Хадид приводит со слов алМадаини, который приводит со слов Фадила
б. Джа‘да: «Главной причиной того, что арабы
не оказали помощи Повелителю Правоверных
‘Али, была финансовая политика Его Светлости,
608
Обратим внимание на слова Аллаха, который называет
многобожие (ширк) величайшей несправедливостью (зулм ал-
‘азим): Те, которые уверовали и не облекли свои веры в несправедливость, для них – безопасность, и они – на верной дороге (Коран, 6: 82).
397
потому что Имам не давал ни одному благородному превосходства над человеком низкого происхождения, а арабу – над неарабом и при раздаче
богатства не поступал с племенной верхушкой,
как с ними поступали цари. Именно по этой
причине арабы оставили ‘Али (‘а) и примкнули
к Му‘авийи». Эти же передатчики добавляют, что
Малик ал-Аштар даже беседовал по этому поводу
с Имамом, но тот не пошёл на то, чтобы изменять
своей политике из прагматических соображений
и перенимать методы Му‘авийи по привлечению
на свою сторону арабов.
Несмотря на сопротивление аристократов
и царей, вернувшихся к жизни доисламских порядков, оставленных в эпоху Пророка (с), на протяжении своего непродолжительного правления
Имам ‘Али (‘а) настаивал на возрождении сунны
Мухаммада (с) и принципа справедливого распределения богатства между мусульманами даже
в вопросе раздела между людьми одной лепёшки хлеба
609
. Более того, издав приказ о назначении Малика наместником Египта, он обратился
к нему и подчеркнул, что тот должен знать о правах людей, которыми будет управлять, и осознавать свою обязанность, состоящую в том, чтобы
относиться одинаково ко всем жителям Египта,
609
Ибн Аби ал-Хадид приводит хадис о том, как однажды,
когда происходил раздел средств из Байт ал-Мал между жителями Куфы, осуществлявшийся через лидеров семи племенных групп этого города, в имуществе, извлечённом из мешков
и распределявшемся между людьми, оказалась лепёшка хлеба,
которая также была поделена на семь частей, каждая из которых досталась одной из семи групп. См. Ибн Аби ал-Хадид. Шарх
Нахдж ал-балага. [Страницы не указаны].
398
независимо от их веры, соблюдая их общечеловеческие права. В этой части своей беседы с Маликом Имам (‘а) опять назвал наместника слугой
народа, а не их покровителем, который оказывает им милость и обладает властью над их имуществом и жизнями
610
.
Для Имама ‘Али (‘а) было очевидно, что вскоре Му‘авийа и Омейядский режим под предлогом
своего наместничества от имени Аллаха и роли
исламских правителей станут заявлять о своих
различных правах перед народом и попросят их
оказывать им помощь в обязательном порядке,
то есть потребуют полного себе подчинения. Поэтому он кратко отметил обязанности и положение исламского правителя, а также обязанности
народа перед ним, упомянув справедливое распределение богатства среди мусульман как одну
из основных обязанностей мусульманского предводителя
611
.
После смерти Достопочтенного ‘Али (‘а)
в Омей ядский период политика Пророка (с)
и ‘Али (‘а) по претворению в жизнь справедливости во всех областях была окончательно оставлена, а на её месте утвердились принципы и правила монархии и аристократии. Более того, были
предприняты обширные усилия для того, чтобы
закрепить эти методы в виде исламской тради-
610
«Не будь подобен хищному зверю, чтобы считать их пропитание своей добычей, потому что народ состоит из двух групп:
либо братья твои по вере, либо подобные тебе в творении»
(Нахдж ал-Балага. Письмо № 53).
611
Нахдж ал-Балага. Письмо № 34. См. последнюю часть данного изречения Имама Али (‘а).
399
ции. Му‘авийа, который был первым правителем, поставившим между собой и мусульманами
привратников, посчитал общественную казну
богатством, которое принадлежит правителю
и должно распределяться между людьми по его
собственному желанию и усмотрению. После
уничтожения принципа справедливости и сворачивания политики справедливого распределения
средств из Байт ал-Мал, когда богатство стало
делиться между представителями элиты, режим
всё больше укреплял себя, и эти представления
из сферы власти переходили в сферу исламской
мысли, согласно которой в основе разделения
средств из общественной казны лежала воля правителя, а не равное право мусульман на имущество, в котором даже у халифа не было никаких
преимуществ перед другими.
Ранее мы отметили, что установление справедливости и создание условий для восстания народа ради справедливости было общей миссией
всех пророков Аллаха. Заложив основы принципа
дискриминации народа в получении им денежного жалования и использовании общего богатства,
Му‘авийа, желавший приблизить к себе аристократию и племенную верхушку, по сути, не только
устанавливал непроходимое препятствие на пути
реализации общей миссии всех пророков, но и путём уничтожения справедливости, дискриминации людей и углубления между ними классового
разрыва способствовал распространению многобожия (ширк) в его социальном проявлении.
Назначив Йазида своим преемником, Му‘а вийа
не только желал обеспечить преемственность
400
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]