Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социально-философская антропология. Человек и общественный мир
.pdf
Глава 6.
рактного субъекта здесь раскрывается еще одной гра&
нью. Дело в том, что бытийность абстрактно&субстан&
циального человека, воплотившись в социум, став со&
ставной частью социума, как бы теряет свое качество
бытийности человека и с точки зрения бытийности
человека обретает новое свойство — становится ино&
бытием человека. Социум вообще, как и весь обще&
ственный мир человека, — это в определенном смысле
инобытийность человека. Стало быть, динамика бытий&
ности человека заключается не в том, что данная бы&
тийность именно как человеческая бытийность остает&
ся неизменной. Нет, эта бытийность обладает способ&
ностью к трансформации, к превращению в формы
инобытийности;
человека. В рамках соотношения человека с системно&
целостным универсумом проблема бытийности чело&
века поворачивается к свету новыми гранями. Попы&
таюсь высказать некоторые соображения на этот счет.
Как мне представляется, бытийность человека здесь
раскрывается в рамках тесной сопряженности челове&
ка с системно&целостным универсумом. Человек здесь
бытиен в своей включенности в мир универсума, в
своей неотделимости от него. Человек бытиен в дан&
ном случае не как сам в себе сущий, а именно в своей
связности, включенности в мир универсума.
бытийности человека. Как правило, бытийность любо&
го объекта связывается с формами существования
данного объекта как такового. Что же касается разных
взаимосвязей данного объекта, то они, конечно, при
полном признании их реальности, как правило, не
выступают как форма бытийности данного объекта.
Эта, если можно так выразиться, установка распрост&
раняется и на человека. Его бытийность раскрывается
как разные стороны его существования. Здесь разные
грани бытийности, так сказать, фокусируются на чело&
веке как таковом. Неявно предполагается, что разные
взаимосвязи человека находятся как бы за пределами
форм его бытийности. Однако применительно к чело&
веку от подобной установки приходится отказаться, ибо
человек в его взаимосвязи с общественным миром
Человек как целостность и ее грани
Правда, проблема бытийности человека как абст&
б) вторая сопряженность и проблема бытийности
Пожалуй, здесь я сталкиваюсь с особым модусом
341
Социально-философская антропология
образует совершенно особую систему, не имеющую
никаких аналогов. Своеобразие этой системы заклю&
чается, помимо всего прочего, в том, что связь чело&
века и общества как универсума настолько принци&
пиально важна, здесь стороны этой связи настолько
взаимопроникают друг в друга, что характеризовать
человека и общество в предельной отдельности друг
от друга в принципе неправильно. Это проявляется и
в характеристике бытийности человека.
Бытийность человека как раз проявляется на опре&
деленном уровне в его связности, в его, так сказать,
«впаянности» в универсум. И эта бытийность во взаи&
мосвязи отнюдь не является чем&то внешним человеку.
Нет, эта совмещенность с обществом как универсумом,
неразрывность этой связи и является одной из моди&
фикаций бытийности человека. Человека в этом смыс&
ле можно назвать социологически бытийным.
В связи с предложенной интерпретацией бытийно&
сти человека в определенном ракурсе раскрывается и
проблема небытийности человека. В данном случае не&
бытийность человека проявляется как его абсолютная
оторванность от общества как системно&целостного
универсума. Человек, лишенный коренной сопряжен&
ности с общественным универсумом, — это не просто
изолированный, одинокий человек, это человек, лишен&
ный своей бытийности, в определенном смысле не че&
ловек вовсе. Так что бытийность и небытийность чело&
века в данном случае неразрывно связаны, как корен&
ные противоположности: бытийность как качество
человека на данном уровне принципиально исключает
его небытийность, ибо эта небытийность выводит под&
разумеваемого субъекта за рамки человека вообще.
Проблема бытийности человека раскрывается в
данной сопряженности еще одной гранью. Я уже пи&
сал, что человек в рамках второй сопряженности вы&
ступает как своеобразная составная часть универсума
и его элементов. Причем человек как субъект содер&
жательно&профессиональной жизнедеятельности про&
является как определенная функция систем и подсис&
тем универсума. И вот эта социологическая функцио&
нальность человека, его приданность и пригнанность
к механизмам действия общественных систем также
342
представляют, на мой взгляд, одну из форм бытийно&
Глава 6.
сти человека. Иными словами, в общественных систе&
мах и подсистемах человек бытийствует как функция.
Конечно, это не единственная форма бытия человека в
данной сопряженности, но тем не менее это тоже форма
его социологического бытия. Может было бы справед&
ливо назвать это качество человека социологически&
функциональной бытийностью.
взаимосвязи с универсумом включает в себя и его
неразрывную связь с массой в самом широком пони&
мании массы. Человек здесь предстает как составная
часть, сочленение социальной массы. Думаю, что эта
сочлененность с массой выступает как определенная
грань бытийности человека.
взаимосвязь бытийности человека с бытийностью сис&
темно&целостного универсума. Выше я писал, что бы&
тийность абстрактного человека непосредственно во&
площается в социуме, что здесь — в этом процессе —
как будто нет никаких промежуточных этапов, ника&
ких трансформаций абстрактной жизнедеятельности
человека. В рамках второй сопряженности, на мой
взгляд, дело обстоит несколько иначе. Так, у Гегеля,
К. Маркса глубоко разработана идея о превращении
человеческой деятельности в бытие общества, обще&
ственных структур. То, что на стороне человека высту&
пает как его содержательная жизнедеятельность, на
стороне общественного универсума предстает как
бытие. Здесь, на мой взгляд, можно высказать пару за&
мечаний.
бытийность человека, его жизнедеятельность, не оста&
ется сама в себе замкнутой. Нет, она, эта бытийность,
как качество человека, как бы экстраполируется вовне,
в мир общественного универсума. И там, в этом мире,
эта бытийность обретает иной статус, она становится
бытийностью универсума как такового. Это уже ино&
бытийность человека. С этой точки зрения человек,
трансформировав свою бытийность в бытийность уни&
версума, в свою инобытийность, как бы теряет каче&
ство собственной бытийности. Он в этом аспекте как
бы превращается в субъекта, отринувшего свою бы&
тийность, в субъекта безбытийного, небытийного. От&
Человек как целостность и ее грани
Вероятно, характеристика бытийности человека во
Вероятно, заслуживает отдельного рассмотрения
Прежде всего обращает на себя внимание то, что
343
Социально-философская антропология
сюда следует, что качество бытийности человека в этом
смысле является характеристикой весьма динамичной.
Человек в этом отношении непрерывно обретает каче&
ство бытийности и непрерывно его же теряет, транс&
формируя в бытийность универсума, в свою инобытий&
ность.
В связи с сказанным важно обратить внимание на
вопрос, что собой представляет бытийность универсу&
ма. С одной стороны, эта бытийность — это как бы
качество, отторгнутое от человека, это уже нечто иное,
а не бытийность человека, это его инобытийность. Это
с одной стороны. С другой же стороны, это бытие уни&
версума — порождение человеческой жизнедеятельно&
сти, трансформация человеческой бытийности. Так что
в этом смысле бытийность универсума, хотя она и вы&
ступает как инобытийность человека, — это продолже&
ние бытийности человека. В этой связи следует отме&
тить, что бытийность человека на уровне второй сопря&
женности отнюдь не замкнута рамками самого человека,
пределами его непосредственного существования. Бы&
тийность человека как волны распространяется на бы&
тийность универсума. В этом смысле можно говорить о
разных стадиях развертывания бытийности человека,
одним словом, бытийность человека не есть некоторое
фиксированное неизменное это, бытийность человека
есть процесс его взаимодействия с обществом как уни&
версумом.
Но эту же ситуацию можно, так сказать, развер&
нуть в другую сторону. Ведь в определенном смысле
превращение человеческой деятельности в бытие уни&
версума можно понимать как потерю человеческой
жизнедеятельностью своего качества бытийности. Че&
ловек, трансформировавший свою жизнедеятельность
в бытие универсума, в определенном смысле становит&
ся небытийным человеком, человеком, как бы лишив&
шимся своего качества бытийности. Я выше писал, что
человек как бы непрерывно обретает качество своей
бытийности и непрерывно же его «теряет». Теперь я
могу этот тезис дополнить и сказать, что человек на
данном уровне непрерывно обретает и качество своей
бытийности, и качество своей небытийности, из бы&
тийного субъекта он превращается в субъекта небы&
344
тийного и наоборот;
Глава 6.
человека. Как я полагаю, в рамках сопряженности
человека с социумом повседневности бытийность че&
ловека раскрывается в самой непосредственной фор&
ме. Здесь человек раскрывается как конкретный, еди&
ничный субъект, субъект во всей полноте своей жиз&
ненности. И бытийность человека здесь неотделима от
всей полноты его жизненности, от его телесности, от
мира его субъективно&индивидуальных чувствований,
от всей многогранности его неповторимой духовности.
Так что бытийность человека в данном случае носит
наиболее непосредственный, наиболее явленный ха&
рактер. Ее можно характеризовать как непосредствен&
ную бытийность. В определенном смысле бытийность
человека отождествляется с ним самим, с ним как
неповторимым, непосредственным, «этим» индивидом.
В данном случае бытийность человека даже нельзя в
принципе отделить от человека, связать ее с каким&то
одним человеческим качеством. Она, бытийность, на
данном уровне охватывает всего человека целиком, без
всяких изъятий и исключений. Поскольку непосред&
ственная бытийность человека укоренена в самом че&
ловеке как в реальном, единичном, живом субъекте, по&
стольку эта бытийность может быть охарактеризована
как подлинная. В связи с сказанным я бы хотел обра&
тить внимание вот на какой момент. Непосредствен&
ная бытийность, если так можно выразиться, укорене&
на в самом человеке как непосредственно данном.
В этом отношении непосредственная бытийность как
качество человека отличается от форм бытийности
человека в первой и второй сопряженностях. Там бы&
тийность была укоренена не в самом человеке как
таковом, а в определенных его качествах, связанных с
сопряженностью с разными гранями общественной
жизни человека. Поскольку бытийность человека в этих
сопряженностях — первой и второй — была увязана с
какими&то гранями общественного мира, эти грани
служили своеобразными опорами бытийности челове&
ка. Что же касается непосредственной бытийности как
качества человека, то, на мой взгляд, в данном случае
таких общественных опор нет и непосредственная
бытийность человека укореняется только в самого че&
ловека. Другими словами, непосредственная бытий&
Человек как целостность и ее грани
в) третья сопряженность и проблема бытийности
345
Социально-философская антропология
ность человека общественно не укоренена. Но если
непосредственная бытийность общественно не укоре&
нена, если эта бытийность укоренена только в челове&
ке и от него полностью зависит, то это значит, что
непосредственная бытийность человека в рамках тре&
тьей сопряженности есть, так сказать, бытийность че&
ловека на краю, бытийность человека на своеобразной
границе. Здесь, в рамках третьей сопряженности, как
я полагаю, непосредственная бытийность человека не
связана ни с какими формами инобытийности челове&
ка. За пределами непосредственной бытийности для
человека наступает его небытийность в полном смыс&
ле этого слова, абсолютная небытийность, небытий&
ность человека как таковая. При, так сказать, утрате
непосредственной бытийности человека человек теря&
ет не какое&то особое качество, не какую&то грань сво&
его статуса и т. д., а самого себя. Поскольку непосред&
ственная бытийность человека есть, так сказать, бы&
тийность на краю, поскольку за непосредственной
бытийностью человека следует его небытийность в не&
посредственно&подлинном смысле слова, поскольку
подлинная бытийность человека переходит в свою
противоположность, постольку этот переход таит в себе
неисчерпаемые глубины. Этот переход от вершин бы&
тийности к ее полной аннигиляции позволяет вскрыть,
выявить истинный, глубинный характер человеческой
бытийности как таковой, ибо именно в момент потери
бытийности как таковой, именно на этом переломе от
непосредственной бытийности человека к его небытий&
ности и выясняется, по существу, что собой представля&
ет для человека ее бытийность и каковы ее наиболее
фундаментальные основания. Поэтому непосредствен&
ная бытийность человека раскрывается как подлинная
бытийность. Как я понимаю суть экзистенциализма, это
философское течение сумело «поймать» этот момент
перехода и понять его как проясняющий момент чело&
веческой бытийности, экзистенции человека.
Таким образом, бытийность человека представля&
ет собой очень сложное качество человека. С одной
стороны, эта бытийность всеобща, универсальна и в
основе своей неизменна, она как бы пронизывает все
уровни человека, все грани его сопряженности с об&
346
щественным миром. С другой же стороны, бытийность
Глава 6.
человека раскрывается разными гранями и предстает
как некое содержательное многообразие. Она включа&
ет в себя и абстрактную бытийность, и социологиче&
ски&функциональную бытийность, связанную с вклю&
ченностью человека в мир общественного универсума,
и непосредственную бытийность, связанную с жизнен&
ным миром конкретного индивида и выступающую в
качестве подлинной бытийности. Вместе с разнообра&
зием форм бытийности как качества человека раскры&
вается многообразие и форм его небытийности, начи&
ная от небытийности конкретной индивидуальности на
уровне первой сопряженности, небытийности челове&
ка как его оторванности от универсума и заканчивая
подлинной небытийностью как потерей человеком сво&
их жизненных сил, своей человеческой данности и ин&
дивидуальности.
цию в развертывании этих форм бытийности и небы&
тийности человека и если начинать с первой сопря&
женности, то, как я полагаю, это будет движение от
абстрактной бытийности к непосредственной подлин&
ной бытийности человека, от бытийности, связанной с
каким&то одним качеством человека — пусть даже фун&
даментально важным, но одним, — к бытийности как
полнокровно жизненному миру конкретного человека.
Соответственно и небытийность человека развертыва&
ется от небытийности как исключения качеств кон&
кретности человека к небытийности как аннигиляции
всего жизненного мира человека.
ности с общественным миром может быть рассмотре&
на еще в одном ракурсе. В рамках первой сопряженно&
сти абстрактная бытийность человека, выраженная в
его абстрактной жизнедеятельности, непосредственно
воплощается, так сказать, в абстрактное тело социума.
В данном случае нет никаких преобразований данной
бытийности. В рамках второй сопряженности социоло&
го&функциональная бытийность человека трансформи&
руется. Здесь бытийность содержательно&предметной
жизнедеятельности человека превращается в объекти&
вированное бытие системно&целостного универсума и
его структур. И наконец, в рамках третьей сопряженно&
сти непосредственно&жизненная бытийность человека
Человек как целостность и ее грани
Если же попытаться вычленить какую&то тенден&
Проблема бытийности человека в его сопряжен&
347
Социально-философская антропология
сливается с социомиром повседневности. Таким обра&
зом, связь бытийности человека с общественной жиз&
нью весьма вариативна. Возможно, в этой вариативно&
сти скрывается какое&то более глубокое содержание.
§ 4. Человек как фактуальная данность
Под фактуальной данностью человека я понимаю
его фактически&реальное непосредственное существо&
вание. Человек в данном случае непосредственно вос&
принимается как определенный факт бытия, он — чело&
век — есть, он существует как некая фактуальная дан&
ность. В данном случае, хотя существование человека
неотделимо от его духовности, от ее роли и значения в
самых разных смыслах, я от проблемы духовности че&
ловека отвлекаюсь. Признание человека как фактуаль&
ной данности означает прежде всего, что человек есть
живой субъект, его бытие как фактуальной данности
есть бытие живого субъекта как одного из представите&
лей и носителей жизни на Земле. Человек как факту&
ально&данный субъект есть единичный субъект, есть
неповторимо&индивидуальный субъект. Человек как
фактуально&данный есть именно этот конкретный, еди&
нично&неповторимый субъект. Именно такой субъект
обладает фактуальностью, данностью. Человек как еди&
нично&индивидуальный субъект обладает своей непов&
торимо&индивидуальной телесностью. Его телесность —
одно из важнейших определений его фактуальной дан&
ности. Думается, что фактуальная данность человека
раскрывается прежде всего в его телесности, через эту
телесность.
Фактуально данный человек — это человек, кото&
рый открыт для непосредственного восприятия. Он вос&
принимается чувственно другими людьми, он является
предметом их непосредственных контактов и связей.
Качество фактуальной данности человека раскрывает&
ся через его присутствие, выступает как его присут&
ственность.
Наконец, следует отметить, что фактуальная дан&
ность человека раскрывается через временность, ко&
нечность его бытия. Человек фактуально дан именно в
интервале своего реального бытия. Другими словами,
фактуальная данность человека предполагает небытие
348
Глава 6.
Человек как целостность и ее грани
этой фактуальной данности, с одной стороны, до рож&
дения человека (преднебытие) и после его смерти (пост&
небытие)— с другой стороны . Иначе говоря, факту&
альная данность человека есть его прижизненное ка&
чество.
Добавлю к сказанному, что человек как фактуаль&
но&данный субъект включен в определенные простран&
ственно&временные рамки. Он существует как факту&
альная данность в определенном конкретном простран&
стве и в определенном историческом времени1.
Таким образом, фактуальная данность человека
неотделима от его жизненности, единичности, телесно&
сти, непосредственности, временности его бытия. Эти
черты с разных сторон характеризуют фактуальную
данность человека. И все же ускользает что&то глав&
ное, наиболее сущностное. Может быть, это главное
заключается в том, что человек как таковой существует
как некая реально&квантированная данность. Все пе&
речисленные выше характеристики — жизненность,
единичность, телесность, конечность, непосредствен&
ность — лишь подчеркивают, что человек есть именно
как реально&фактуальная данность. Поскольку в дан&
ном случае человек характеризуется в своем существо&
вании именно и только через свою фактуальную дан&
ность (я есть именно потому, что я — это реально&дан&
ный факт), постольку образ человека в данном контексте
может характеризоваться как одномерно&фактуальный.
Как мне представляется, свойство человека факту&
ально&данного проявляется в любом соотношении че&
ловека с его общественным миром, в рамках любой
сопряженности человека и его общественной жизни.
Всюду, где человек проявляет себя, всюду, где он всту&
пает в любое отношение, соотношение, в любом случае
фактуальная данность человека так или иначе дает о
себе знать, всюду эта данность, так сказать, положена
в основание любой акции человека, любого его соотно&
шения. Вот эта соотнесенность человеческой акции с
фактуальной данностью человека является величиной
абсолютной. Однако сказанное не означает, что факту&
1
О проблеме фактуальности человека см.: Лазарев Ф.В.,
Литтл Б.А. Многомерный человек. Введение в интервальную
антропологию. § 2. Фактичность жизни. § 3. Человек: фактуаль&
ность и интерпретация. Симферополь, 2001. С. 53–70.
349
Социально-философская антропология
альная данность человека всегда и везде проявляется
одинаково, в одной и той же форме. Думаю, такой од&
нозначности нет. Так что роль фактуальной данности
человека, с одной стороны, абслютна и инвариантна, с
другой — весьма различна по формам проявленности.
Как же раскрывается, точнее, модифицируется,
человек как фактуальная данность в рамках трех со&
пряженностей человека и его общественного мира?
а) первая сопряженность и проблема человека как
фактуально данного. Как мне представляется, в рамках
взаимосвязи человека с социумом фактуальная данность
человека как бы вуалируется, отходит на второй, третий
план. Конечно, и на этом уровне, как и везде, человек
жизнедействует как фактуально данный субъект. Но его
фактуальность, данность здесь непосредственно не
раскрываются. Поскольку человек здесь предстает как
абстрактный субъект, субъект абстрактной жизнедея&
тельности, то его фактуальная данность здесь совершен&
но несущественна. Здесь совершенно не важны ни
единичность, конкретность человека, ни его телесность,
ни его способность непосредственно восприниматься,
ни бренность его земного бытия, ни тот факт, что этот
человек существует как реальная данность. Все это в
данном случае как бы отходит на второй план. Но если
все эти качества неважны, если все они отходят на
второй план, то, естественно, встает вопрос, а что же в
данном случае «остается» от человека. «Остается» его
свойство быть носителем всеобще&человеческого нача&
ла, быть воплощением этого начала как такового. Од&
ним словом, от человека «остается» его свойство быть
субъектом абстрактной жизнедеятельности как вопло&
щением «чистой» человеческой субстанциальности, че&
ловеческого начала как такового.
Более того. Как я полагаю, абстрактность человека
как субъекта в данном случае не просто, так сказать,
отодвигает фактуальную данность человека, а как бы
активно противостоит этой данности. Здесь налицо опре&
деленная альтернатива: или человек выступает как
субъект абстрактной жизнедеятельности, и тогда он от&
торгает, отодвигает на второй план фактуальную дан&
ность человека, или, напротив, он сохраняет черты этой
фактуальной данности, и тогда ставится под вопрос его
350
статус субъекта абстрактной жизнедеятельности.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]