Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социально-философская антропология. Человек и общественный мир
.pdf
Глава 6.
но, нисколько не исключает возможности в дальнейшем
сопоставить качества всеобщности и единичности че&
ловека. Под единичностью человека я понимаю свой&
ство человека быть идентичным самому себе, т. е. суще&
ствовать в качестве отдельного субъекта, не растворен&
ного в любом общественном образовании, сохраняющего
себя в собственной и единственной самоукорененности.
Хочу оговориться, что я не отождествляю качества еди&
ничности человека и его индивидуальности, уникаль&
ности, неповторимости:
человека. Социум — это воплощенность абстрактной
жизнедеятельности человека, т. е. такой жизнедеятель&
ности, которая выражает человеческое начало, челове&
ческую сущность как таковые. Поскольку это начало
носит всеобще&абсолютный характер, поскольку оно
именно как всеобще&абсолютное совершенно идентич&
но у всех людей без исключения, постольку, на мой
взгляд, на этом уровне сопряженности качество еди&
ничности человека никак не проявляется. Напро&
тив, здесь в человеческих качествах доминирует, так
сказать, контрединичность, отталкивание единичности.
Включение в эту сопряженность качеств единичности
человеческой проявленности оказалось бы деструктив&
ным для данной сопряженности. Можно сказать, что в
данном случае единичность как качество человека как
бы растворена в абстрактной субстанциальности че&
ловека и как таковая испарилась;
человека. Как я полагаю, в рамках сопряженности
человека с обществом как системно&целостным универ&
сумом снимаются условия для проявления такого ка&
чества, как контрединичность. Здесь уже открывается
путь для выявления единичности как качества челове&
ка. Однако же следует обратить внимание на то, что
это за единичность. Я думаю, что она может быть вы&
делена и понята в контексте взаимосвязи человека с
целостно&системным универсумом. Эта единичность,
иначе говоря, как бы выявляет такие качества, кото&
рые характеризуют своеобразную пригнанность чело&
века к механизмам бытия, функционирования универ&
сума. Трудно обозначить природу этой единичности как
качества человека. Я бы, в порядке первого приближе&
Человек как целостность и ее грани
а) первая сопряженность и проблема единичности
б) вторая сопряженность и проблема единичности
331
Социально-философская антропология
ния, охарактеризовал эту единичность как арифмети&
ческую. В моем понимании этот термин раскрывает
единичность человека как включенность в некую мас&
су в качестве составного элемента этой массы. Это
качество единичности как членство в определенной
массе означает, что неповторимо характерные черты
этой единичности — те, которые отличают данную еди&
ницу от других подобных единиц, — как бы выводятся
за рамки данной интерпретации единичности человека.
Здесь, другими словами, качество единичности челове&
ка понимается как некоторое тождество с подобными
же качествами, свойственными другим людям. Так что
арифметическая единичность — это качество как бы
повторяющееся, дублирующееся, свойственное всем
людям. В то же время следует отметить, что тождествен&
ность качества единичности, свойственная всем людям,
на данном уровне не только, так сказать, выравнивает
всех людей как отъединенных друг от друга. Как я
полагаю, это качество тождественной единичности
содержит в себе и мощный импульс, толкающий лю&
дей друг к другу, импульс человеческого единения.
Правда, следует тут же оговориться, что это объеди&
ненность людей как единичностей, именно как, так ска&
зать, выровненных людей. Так что единичный человек
в массе на данном уровне не столько преодолевает свою
единичность, не столько выходит за ее пределы, сколь&
ко закрепляется в этой своей единичности. Человече&
ская масса в этом смысле не столько проявление сцеп&
лений людей, сколько обнаружение их расщеплений.
А точнее говоря, масса — это сцепление расщеплен&
ных людей, обретающих в своем сцеплении дополни&
тельные механизмы расщепленности.
Далее, я бы характеризовал качество единичности
человека в рамках его сопряженности с универсумом
как функциональную единичность. В моем понимании
эта функциональная единичность означает своеобраз&
ную роль человека, связанную с обслуживанием меха&
низма универсума или его элементов. В рамках этого
обслуживания человек выступает в качестве единич&
ности, но это именно единичность определенной функ&
ции человека. Поскольку эта единичность носит функ&
циональный характер, поскольку главное в этом каче&
332
стве единичности — «пригнанность» к универсуму и
Глава 6.
его элементам, постольку это качество, единичность
человека, может быть заменено аналогичным каче&
ством единичности другого человека. Кстати, эта сво&
бодная замена качества единичности человека каче&
ством единичности другого человека свидетельствует
об определенной «ограниченности» качества единич&
ности человека в рамках второй сопряженности;
человека. Как я полагаю, единичность человека наибо&
лее адекватно проявляется в рамках сопряженности
человека с социомиром повседневности. Здесь все «ра&
ботает» на раскрытие, выявление непосредственной
единичности человека. Это и своеобразное централь&
ное место человека в его взаимосвязи с социомиром
повседневности — человек здесь выступает как своего
рода центр, вокруг которого выстраивается социомир
повседневности. Это и укрепленность человека в не&
повторимых обстоятельствах его социомира. Это и свое&
образная самооценка человека как особой самоценно&
сти, не совпадающей с ценностью любого другого че&
ловека. Одним словом, качество единичности человека
здесь обретает черты непосредственной единичности,
ориентированной только на данного конкретного че&
ловека, ни под что не подстраивающееся и ничто дру&
гое не обслуживающее.
проявляется весьма многообразно и разнообразно.
Человек является и контрединичным субъектом, и
арифметическим, функционально&единичным субъек&
том, и непосредственно единичным субъектом, и все
модификации единичности — контрединичость, ариф&
метическая, непосредственная единичность — суще&
ствуют одновременно как реальные грани качества
единичности человека. Понятно, что многообразие и
разнообразие качества единичности человека обуслов&
ливают определенную противоречивость в бытии это&
го качества, а значит, и в бытии человека.
качества человека наиболее проблемным является сле&
дующий тезис: человек в определенном смысле обла&
дает качеством не только неединичности, но даже, так
сказать, антиединичности. Этот тезис как бы противо&
речит всей наблюдаемой человеческой реальности. Ибо
Человек как целостность и ее грани
в) третья сопряженность и проблема единичности
Таким образом, качество единичности человека
Я полагаю, что при рассмотрении единичности как
333
Социально-философская антропология
каждый человек, кто бы он ни был, в какую бы эпоху
ни жил, без всякого изъятия и исключения является
субъектом единичным. Его единичность положена как
фундаментальный и бесспорный факт, на котором зиж&
дутся любые определения человека. Так что на этом
фоне тезис об антиединичности как качестве человека
выглядит a priori ложным и вообще не заслуживающим
обсуждения. Однако же я настаиваю на том, что этот
тезис не только имеет право на существование, но и
является одним из фундаментальных основополаганий
человека. Он столь же значим в философской концеп&
ции человека, как термин «небытие» в общем философ&
ском постижении мира.
В защиту этого тезиса я приведу только два сообра&
жения. Во&первых, к тезису об антиединичности чело&
века нужно подходить с определенных системных по&
зиций. Это значит, что антиединичность человека нельзя
понимать как единственную и исчерпывающую харак&
теристику качества человека. Если бы дело обстояло
именно так, то иначе как абсурдным этот тезис нельзя
было бы и назвать. На самом же деле речь идет о сис&
теме модификаций единичности как качестве человека.
А в этой системе речь идет и о единичности как реаль&
ном факте бытия каждого человека, и об арифметиче&
ской единичности человека в его связи с социумом.
Иными словами, в этом системном ряду совсем не от&
вергается, не опровергается фундаментальный факт
единичности как качества человека. Но здесь, в этом же
ряду раскрываются разные грани качества единично&
сти человека. В этом контексте и ставится вопрос об
антиединичности как качестве человека. Именно пото&
му, что в этом ряду ставится вопрос о реальности непо&
средственной единичности человека, что здесь выделя&
ются и другие грани единичности человека, именно по&
этому встроенный в этот ряд тезис об антиединичности
как качестве человека отнюдь не выглядит шокирующе
бессмысленным. Ибо другие интерпретации качества
единичности человека как бы снимают налет чистого от&
рицания в этом тезисе и придают ему определенный
смысл.
Во&вторых, тезис об антиединичности человека
отнюдь не сконцентрирован только на человеке как
334
таковом. Его следует рассматривать в контексте тес&
Глава 6.
ной неразрывной связи человека и общества, обще&
ственного мира. И если рассматривать именно эту
связь — а без нее никакое подлинное знание о челове&
ке невозможно, — то именно в рамках этой взаимосвя&
зи человек выступает и как непосредственно единич&
ный субъект, и как субъект, в котором его единичность
как бы снята, отодвинута на второй план. Более того,
есть определенные контексты взаимосвязи человека и
общества, в рамках которых фиксирование на его еди&
ничности, выпячивание этой единичности только ме&
шают понять подлинный смысл этой взаимосвязи. Так
что тезис о контрединичности как качестве человека
не столь прост, как это может показаться при непо&
средственном «простом» взгляде. Этот тезис об контр&
единичности как качестве человека столь же законно
занимает свое место в философском понимании чело&
века, как и тезис об антиконкретности как качестве
человека.
ловек выступает как подлинно всеобщий, абсолютно
всеобщий субъект. Здесь же человек предстает в каче&
стве антиединичного субъекта, т. е. такого субъекта, у
которого качество единичности абсолютно снято. Об&
ращаю внимание на это соотношение. Здесь качество
абсолютной всеобщности человека как бы сходится на
одной платформе с качеством контрединичности чело&
века. Но это не простое и тем более не случайное схож&
дение. На самом же деле абсолютная всеобщность и
контрединичность как качества человека имманентно
связаны, они взаимообусловливают друг друга. Можно
сказать, что абсолютная всеобщность как качество
человека предполагает и требует контрединичности как
особого качества человека. И напротив, контрединич&
ность как человеческое качество может реализоваться
лишь на фоне абсолютной всеобщности как качества
человека.
всеобщности и единичности человека как бы преодо&
леваются в отождествлении полярностей, качество
всеобщности выступает в виде контрединичности,
Человек как целостность и ее грани
Сопоставление всеобщности и единичности как качеств человека
В первой сопряженности человека и социума че&
Это значит, что в данном случае противоречия
335
Социально-философская антропология
а контрединичность выступает в виде абсолютной все&
общности. В рамках второй сопряженности также как
бы сходятся разные качества человека. Здесь всеобщ&
ность как качество человека выступает как социологи&
ческая всеобщность, а качество единичности человека —
как арифметическая, функциональная единичность, или,
в несколько ином выражении, как социологическая еди&
ничность. Эти две характеристики качества человека —
социологическая всеобщность и социологическая еди&
ничность — так же как бы тяготеют друг другу. Правда,
характер их взаимотяготения несколько иной, чем в
первой сопряженности. Здесь уже не крайние противо&
положности как бы переливаются друг в друга, здесь
социологическая всеобщность и социологическая еди&
ничность не противостоят друг другу, а как бы дополня&
ют друг друга. Однако момент противоречивости этих
качеств человека все же дает о себе знать.
Как я полагаю, острота противоречия между всеобщ&
ностью и единичностью как качествами человека как бы
восстанавливается на уровне третьей сопряженности.
Здесь «сходятся», с одной стороны, аннигиляция всеобщ&
ности как качество человека и полная явленность каче&
ства непосредственной единичности человека — с дру&
гой. Думаю, что «схождение» этих качеств в одной точке
при их крайней полярности тоже далеко не случайно, а
связано с глубинным внутренним единством полной про&
явленности непосредственной единичности как качества
человека. В определенном смысле здесь также можно
говорить о тождестве этих качеств.
Таким образом, общий ритм развертывания взаи&
мосвязи качеств всеобщности и единичности человека
совпадает с аналогичным ритмом развертывания абст&
рактного и конкретного как качеств человека. Здесь
крайние полюса этого процесса — первая и третья
сопряженность — также характеризуются особой ост&
ротой противостояния соответствующих качеств, остро&
той, доходящей до их слияния. Здесь также в срединной
фазе этого процесса — в рамках второй сопряженно&
сти — противоречия человеческих качеств как бы сгла&
живаются и выступают как дополняющие друг друга.
Следует отметить и определенное сходство общих
тенденций систем&блоков абстрактного и конкретного
336
и всеобщего и единичного как качеств человека. Так,
Глава 6.
Человек как целостность и ее грани
если процесс рассматривать как движение от первой
сопряженности к третьей, то на этом пути всеобщее
как качество человека как бы сокращается вплоть до
его аннигиляции в рамках третьей сопряженности. Что
же касается качества единичности, то оно, напротив,
развертывается от качества контрединичности до пол&
ной явленности непосредственной единичности. Эта
противоположность развертывания качеств всеобщно&
сти и единичности совпадает с соответствующим раз&
вертыванием качеств абстрактности и конкретности.
Мне представляется, что эта противоположность раз&
вертывания качеств всеобщности и единичности дале&
ко не случайна. Эти противоположные тенденции не
просто противостоят друг другу, но они внутренне свя&
заны1. Каждая из перечисленных тенденций возможна
потому, что есть другая, противоположная тенденция.
Так, тенденция развертывания (или свертывания) каче&
ства всеобщности человека была бы невозможна, если
бы не параллельно с ней, а вместе с ней не разверты&
валась тенденция качества единичности. Так что тен&
денции качества всеобщности и единичности человека
как бы находят в своем взаимодействии определенные
основания для существования друг друга.
§ 3. Человек: грани бытийности и небытийности
Проблема бытия всегда была одной из фундамен&
тальных проблем философии. Каждый новый принци&
пиальный шаг в развитии философии всегда включал
в себя появление новых граней истолкования бытия.
XX в. в этом отношении не стал исключением. Проб&
лема бытия обрела новые грани, например, в фило&
софии экзистенциализма. Я попытаюсь рассмотреть
проблему бытия применительно к человеку в рамках
социально&философской антропологии, в контексте
сформулированных идей о разных уровнях сопряжен&
ности человека и его общественного мира. Понятно, что
1
«Человек никогда не является лишь индивидом: вернее было
бы назвать его универсальным единичным: тотализированный и
тем самым универсализированный своей эпохой, он заново ее
тотализирует, воспроизводя себя в ней как единичность». См.:
Сартр Ж.П. Идиот в семье. Гюстав Флобер от 1821 до 1857 г. СПб.:
Алетейя, 1998. С. 7.
337
Социально-философская антропология
все сформулированные положения носят постановоч&
ный характер. Это связано с тем, что, насколько я знаю,
проблема бытия человека в контексте разных уровней
сопряженности человека и его общественного мира в
философии не ставилась. Должен оговориться, что под
бытием человека я понимаю его существование. По&
нятно, что бытийность неотделима от человека, ибо каж&
дый человек, кто бы он ни был и в каком бы веке ни
жил, есть прежде всего человек существующий. Так
что в этом смысле как будто бы и особой проблемы
бытийности человека нет. Но вопрос о бытийности че&
ловека совсем не исчерпывается вопросом о том, свой&
ственно человеку бытие или не свойственно. Дело в
том, что сама бытийность человека отнюдь не представ&
ляет собой нечто однозначное. Ей свойственны разные
грани, разные оттенки. Именно в этом плане — с точ&
ки зрения выяснения разных граней, разных смысло&
вых значений — и ставится вопрос о бытийности как
качестве человека:
а) первая сопряженность и проблема «бытийность
человека». Как я полагаю, бытийность человека прояв&
ляется на уровне сопряженности человека с социумом.
Иными словами, вступая в соотношение с социумом, че&
ловек выступает как бытийный субъект, как субъект,
обладающий существованием, бытием. На мой взгляд,
бытийность человека в данной сопряженности можно
охарактеризовать как абстрактную бытийность. Это
означает, что на данном уровне человек обладает бы&
тийностью как абстрактный субъект, носитель в себе
человечески&духовного субстанциального начала, во&
плотитель этого начала, субъект абстрактной жизнедея&
тельности. Именно это начало обладает существовани&
ем, именно в нем и проявляются на данном уровне
качества бытийности человека.
Я бы хотел обратить внимание читателя на этот
момент. Дело в том, что в непосредственном восприя&
тии многих людей, в том числе, на мой взгляд, и неко&
торых философов, бытийность какого&либо явления
часто ассоциируется с какой&то непосредственной фак&
туальностью. Что же касается некоторых абстрактных
положений, то они в рамках распространенного стан&
дарта размышлений, как правило, с бытийностью не
338
связываются. В крайнем случае — это лучший вари&
Глава 6.
ант — говорят о бытийности какого&то особого сорта,
особого смысла. На мой же взгляд, человек как абст&
рактный субъект, как воплощение некоторой всеобще&
человеческой субстанции является субъектом бытий&
ным без всяких оговорок. Так что абстрактность чело&
века как таковая отнюдь не выступает альтернативой
бытийности. Если человек есть, если он существует, —
безразлично, абстрактный ли это субъект или конкрет&
ный, — он обладает в любом случае качеством бытий&
ности.
в данном случае есть почва и для постановки вопроса
о небытийности человека. Под небытийностью челове&
ка в данном случае я понимаю отторжение от человека
качеств непосредственной, жизненной бытийности че&
ловека как конкретного индивида. Как я полагаю, при&
знание качества абстрактной бытийности человека,
бытийности его как человеческой субстанции исклю&
чает в данном контексте признание качества бытийно&
сти человека в виде непосредственной конкретной
жизненности. На мой взгляд, эти две грани качества
бытийности человека — абстрактной бытийности и
бытийности как единично&непосредственной жизнен&
ности — несовместимы. Поэтому, если в данном слу&
чае признается бытийность человека в одном аспек&
те — абстрактная бытийность, — то это, так сказать,
автоматически означает признание небытийности че&
ловека в другом аспекте.
рамках первой сопряженности — и, добавим, в рамках
любой сопряженности — отнюдь не сводится к тому,
чтобы просто выяснять, в каком аспекте в данном слу&
чае раскрывается качество бытийности человека. Эта
проблема в каждом случае сводится к раскрытию свое&
образного соотношения качества бытийности и небы&
тийности человека, в данном случае — к выяснению
того, в каком смысле и каким своим качеством человек
раскрывается как субъект бытийный и в каком смысле
и в каком качестве он раскрывается как субъект небы&
тийный.
рассматриваемой ситуации. Первое, что кажется мне
важным, — это подчеркивание небытийности как ка&
Человек как целостность и ее грани
Правда, я должен оговориться, что, на мой взгляд,
Таким образом, проблема бытийности человека в
Я бы хотел снова задержать внимание читателя на
339
Социально-философская антропология
чества человека. Небытийность — это не абсолютное
отрицание, отбрасывание человека, небытийность
свойственна не только мертвым, но и живым людям.
Более того, думается, что небытийность человека — не
менее фундаментальное качество человека, нежели его
бытийность. Второе, на что я бы хотел обратить внима&
ние, — внутренняя взаимосвязь качеств бытийности и
небытийности человека, так что его, человека, бытий&
ность, в определенном отношении каждый раз обора&
чивается признанием качества небытийности в другом
отношении.
Проблема качества бытийности человека в рамках
первой сопряженности раскрывается, на мой взгляд,
еще в одном аспекте. Если качество бытийности чело&
века на данном уровне заключается в абстрактной жиз&
недеятельности человека, то, как я уже писал, эта
жизнедеятельность воплощается в социуме. При этом
я бы хотел отметить, что, воплощаясь в социуме, эта
абстрактная жизнедеятельность не меняется, не транс&
формируется. Нет, она именно как субстанция челове&
ка, как выражение его человечески&общественной сущ&
ности без всяких изменений становится составной
частью социума. И поскольку абстрактная человеческая
жизнедеятельность как субстанциальное качество че&
ловека без всяких перемен вливается в социум, посколь&
ку человек свое качество абстрактной субстанциаль&
ности как бы отрывает от себя и «передает» социуму,
то здесь в новом аспекте предстает проблема небытий&
ности как качества человека. Человек обладает каче&
ством небытийности в данном контексте в том смысле,
что он отталкивает от себя свою абстрактную бытий&
ность, «передавая» ее социуму. Более того, сам смысл
абстрактной бытийности для человека заключается в
том, чтобы, так сказать, избавиться от этой бытийнос&
ти, чтобы своей бытийностью обеспечить бытийность
соотносящегося с человеком социума. Человеку же в
таком случае остается его небытийность. Таким обра&
зом, абстрактная бытийность человека имманентно
«заряжена» своей небытийностью, она и проявляется
в человеке для того и затем, чтобы воплотиться в бы&
тийности другой субстанции и превратить человека в
определенном смысле в носителя качества небытий&
340
ности.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]