Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социально-философская антропология. Человек и общественный мир
.pdf
Глава 7.
ет на общественный мир, воплощается в нем, и как этот
мир воздействует на человека, воплощается в нем, и
самое главное, как изменяется, развивается человек во
всех этих взаимопревращениях, как в этих превраще&
ниях общественный мир совершенствуется, развивает&
ся как условие, средство человеческого саморазвития.
характеристиках системы «человек – общественный
мир».
проявление, воплощение самореализации, саморазви&
тия человека.
тно, потенциально раздвоенное существо. Эта потенци&
альная раздвоенность, потенциальная расщепленность,
способность существовать в имманентно&человеческих
формах и в то же время неистребимо, непоколебимо
устремляться к воплощенности своей имманентности во
внешне объектированных формах общественной жиз&
ни представляет собой одно из самых фундаментальных,
основополагающих качеств человека вообще. Человек
как человек живой существует, бытийствует на базе
своей имманентной, потенциальной раздвоенности, во&
площающейся в определенной раздвоенности человека
и его общественного мира. Система «человек – обще&
ственный мир» и сложилась, существует, функциони&
рует на основе этой имманентно&потенциальной раздво&
енности человека. Эта система и представляет собой не
что иное, как реальное проявление, воплощение этой по&
тенциальной раздвоенности человека, как выход на по&
верхность этой потенциальной раздвоенности, превра&
щение ее из потенциальной в осуществленную.
этой раздвоенности, без воплощения себя, своей им&
манентной всеобщности в общественно&объективиро&
ванной форме. Именно в этой форме он закрепляет,
развивает свою всеобщность и получает возможность
воспринимать ее как некую наличную данность. Но
точно так же, как человек не может существовать без
реализации своей раздвоенности, он не может и кон&
Человек и общественный мир как система
Имманентные константы системы «человек общественный мир»
Здесь я бы хотел остановиться на некоторых общих
а) Система «человек – общественный мир» как
Я уже писал, что человек — это глубинно, имманен&
Человек не может существовать как человек без
441
Социально-философская антропология
сервировать эту раздвоенность, принимать обществен&
ный мир как некое внебытие человека. Он, человек,
воплотив свою раздвоенность, ее как раздвоенность и
преодолевает, преодолевает в формах ассимиляции,
интериоризации, инкорпорации и т. п. общественного
мира. Превращая общественный мир в свою имманент&
ность, человек как бы преодолевает свою потенциаль&
ную расщепленность, восстанавливает свою изначаль&
ную целостность. Собственно, в этом отношении вся
жизнедеятельность человека в его взаимоотношении с
общественным миром — это есть непрерывный, посто&
янно возобновляющийся процесс и расщепления че&
ловека, его раздвоения на существование в двух ипо&
стасях, и столь же непрерывное восстановление чело&
века в его единстве, слитности, целостности. Человек
непрерывно как бы разрушает свою целостность и
столь же непрерывно ее воссоздает.
Таким образом, если рассматривать систему «че&
ловек – общественный мир» в целом, то эта система
по&своему существу есть не что иное, как особый, спе&
цифический процесс саморазвития человека. Эта сис&
тема в своих компонентах есть, с одной стороны, не
что иное, как продукт саморасщепления человека, со&
хранение человеком себя в своей расщепленности, раз&
двоенности и, с другой стороны, обратное восстанов&
ление человеком себя в своей универсально&много&
гранной целостности. Причем все эти процессы — и
расщепленности и сохранения своей раздвоенности, и
восстановление единства, целостности человека —
протекают не как исторически сменяющиеся фазы, а
одновременно. И хотя этот процесс реально воплоща&
ется во взаимосвязи двух как будто бы разведенных и
как будто бы разных субстанций, нельзя забывать, что
внутренней осью, смыслом, сутью этой взаимосвязи
является сложное, многогранное саморазвитие одного
начала — человека. Это и есть процесс всемирного
развития человека, это и есть процесс всемирной ис&
тории человечества.
б) Система «человек – общественный мир» как вза&
имосвязь человека со своим другим «Я», со своим ино&
бытием.
Если человек в целом воплощает себя в обществен&
442
ном мире, то, естественно, встает вопрос о том, что же
Глава 7.
собой представляет в данном случае общественный
мир. Здесь я бы отметил два момента: другое «Я» че&
ловека и его инобытие.
ный мир понимается как другое «Я» человека. Здесь
встает проблема другого как одна из проблем социаль&
но&философской антропологии. Проблема другого в
истории философии, философской антропологии, пси&
хологии имеет глубокие корни, она разносторонне
исследована. Другой для человека понимается именно
как другой субъект. Другой — это не я, это другая
личность, другая индивидуальность, существующая
вне меня, на определенной дистанции от меня. Другой
имеет свою собственную имманентность, свое соб&
ственное содержание, свой собственный духовный мир,
в которые я могу с большим или меньшим успехом
проникать. Иными словами, другой для меня понима&
ется как иной человек, обладающий собственной то&
тальностью, субстанциальностью и укорененностью, и
в этом смысле мне противостоящий.
ношении человека и общественного мира можно ска&
зать, что общественный мир как другое «Я» человека
представляет собой совсем иное другое. Это другое
не есть иной некий, иной внеположенный человеку
субъект, общество как другое человека; это и есть он
сам, сам человек в многообразии своего содержания,
своей духовности, своих потенций, но взятых в объекти&
вированно воплощенных общественных формах.
сто другое человека, это именно другое «Я» человека.
Как мне кажется, если общественный мир понимать
как другое «Я» человека, то это, если можно так выра&
зиться, суть истинное, подлинное другое «Я» человека.
Да и вообще, по&моему, всякое другое «Я» с позиций
человека начинается именно с самого себя, понятого,
представленного и выраженного в качестве другого.
Иными словами, любое другое «Я» начинается с имма&
нентного раздвоения собственного «Я».
гое «Я» человека, то в этом контексте становится пра&
вомочной постановка вопроса о моменте субъектности
общественного мира. В этой связи следует признать,
Человек и общественный мир как система
Первый момент заключается в том, что обществен&
В контексте же философского анализа о взаимоот&
Иными словами, общественный мир — это не про&
Если общественный мир представляет собой дру&
443
Социально-философская антропология
что исследователи, размышляющие о разных гранях
субъектности общественного мира, имеют для этого
определенные основания. И в то же время, на мой
взгляд, этот момент субъектности общественного мира
не следует абсолютизировать и доводить до полного,
буквального отождествления человека и общественно&
го мира. Ибо общественный мир хоть и представляет
собой воплощение человека, его «Я», но это «Я» дру&
гое, это «Я» человека объективированного и в этом
смысле отделенного от человека.
Второй момент заключается в том, что общественный
мир суть — инобытие человека. Если общественный мир
выступает как другое «Я» человека, то бытие этого мира
можно рассматривать как инобытие человека. Я уже
приводил высказывания Гегеля, Маркса, других филосо&
фов о том, как деятельность человека превращается в
предметность, бытие. Сейчас, когда речь идет об универ&
сальной воплощенности человеческой жизнедеятельно&
сти в общественный мир, этот тезис можно несколько
расширить и утверждать, что вся жизнедеятельность
человека трансформируется в общественное бытие. Но
это особое бытие. Учитывая, что весь общественный мир
суть другое «Я» человека, можно утверждать, что бытие
общественного мира — это своеобразное инобытие че&
ловека. Иными словами, бытие общественного мира —
это бытие того же человека, но в формах его инобытий&
ности, т. е. в формах как бы отделенности от человека, в
формах объективированно всеобщих.
Таким образом, отношение человека с обществен&
ным миром — это его отношение со своим другим, это
отношение со своей инобытийностью. Иными слова&
ми, отношение человека с общественным миром — это
его отношение с самим собой, это отношение челове&
ческой имманентности со своей внеположенностью,
со своим другим «Я», но взятым как бы в своей отстра&
ненной отдельности и в определенной мере противопо&
ставленным этой имманентности. Все сказанное сви&
детельствует о глубокой имманентной потенциальной
раздвоенности человека, о его способности как бы рас&
щепляться, раздваиваться на субъективную имманент&
ность, с одной стороны, и объективированную инобытий&
ность, воспроизведение в формах другого «Я», с другой
444
стороны.
Глава 7.
а его бытие суть инобытие человека, то в таком случае
проблема «возврата» общественного мира в человека
приобретает новые оттенки. В данном случае получает&
ся, что «возврат» общественного мира в человека — это
возврат от «Я» как другого к «Я» первоначальному, под&
линному, к «Я», неразрывно сращенному со своей жи&
вой, творчески&свободной, инициативной жизнедеятель&
ностью. Точно так же этот возврат представляет собой
переход от форм общественной инобытийности челове&
ка к его подлинной человеческой бытийности. Иными
словами, в системе «человек – общественный мир» дви&
жение от общественного мира к человеку — это, по
существу, возврат к истокам данной системы, к ее под&
линным основополаганиям.
ственным миром человек постоянно объективирует
себя, он как бы непрерывно отделяет себя от себя
самого, непрерывно воплощая себя в общественном
мире, придает себе общественно воплощенному совсем
иную объективированную, отличную от собственного
существования форму. Но эта воплощенность челове&
ка в свое иное не есть акт определенного отбрасыва&
ния от себя своей воплощенности, чтобы она — эта
воплощенность — обрела собственное существование
и жила своей особой жизнью, отличной от жизни са&
мого человека. Нет, это воплощение человека, его пре&
вращение в объективированно общественное свое иное
есть не что иное как акт развития самого человека, ибо
общественный мир в виде непрерывных импульсов
возвращается к человеку и, в свою очередь, воплоща&
ется в нем. Если бы человек не объективировал себя в
своем инобытии в общественном мире, он в принципе
никогда не стал бы человеком. Так что существование
человека в форме указанной объективированности есть
непременное условие человеческого существования.
тел бы прокомментировать высказывания двух фило&
софов&классиков, Гегеля и Бердяева.
Человек и общественный мир как система
Если общественный мир суть другое «Я» человека,
Объективация человека в общественном мире
и ее антропологический смысл
В процессе непрерывного взаимодействия с обще&
В связи с анализом проблемы объективации я хо&
445
Социально-философская антропология
Гегель писал: «Задачей философии является по&
знать, каким образом дух только через то существует
для самого себя, что он материальное противопостав&
ляет себе — частью как свою собственную телесность,
частью как внешний мир вообще — и эти, таким обра&
зом, различенные стороны снова приводит к единству
с самим собой, опосредованному этой противополож&
ностью и ее снятием»1.
Конечно, данное высказывание Гегеля сформули&
ровано в духе объективного идеализма. Но это не от&
меняет универсальной методологической значимости
его подхода и для понимания материального и идеаль&
ного.
Гегель пишет, что дух лишь через то существует
для себя, что он материальное противопоставляет себе
и потом это противопоставленное материальное снова
приводит к себе и снимает в себе это противопостав&
ление. Гегель размышляет об оппозиции души и мате&
риального. Но этот же подход можно применить и к
человеку, но взятому в оппозиции человека к обще&
ственному миру. Человек также обретает себя, стано&
вится собой, т. е. человеком, лишь тогда, когда он проти&
вопоставляет себе объективированный общественный
мир, когда он опосредует себя этой противоположно&
стью с общественным миром и снимает эту противо&
положность в себе, т. е. интериоризирует, импланти&
рует, вбирает в себя этот созданный им объективиро&
ванный общественный мир. Стало быть, определение
человека — это не нечто такое, что может быть пред&
ставлено само по себе; общественный мир — это не
нечто такое, что внешне безразлично к определению
человека и без чего это определение свободно может
обойтись. Нет, для человека созидание общественного
мира, объективирование его, противополагание его
себе и вновь «возвращение» этого мира в себя — это
имманентные моменты самого человеческого бытия, а
стало быть, понимания самой сущности человека. Если
уж, по Гегелю, дух существует для себя лишь через
свое противопоставление материальному и снятие это&
го противопоставления, то тем более мы можем также
446
М., 1956. С. 192.
1
Гегель Г.В.Ф. Философия духа // Гегель Г.В.Ф. Соч.: В 14 т. Т. 3.
Глава 7.
Человек и общественный мир как система
рассуждать и о человеке, созидающем общество (в том
числе материальное общество) и живущем в неразрыв&
ной сопряженности с ним. Гегель позволяет нам по&
нять то, как определение некоего нечто может осуще&
ствляться только через противоположение с другим и
снятие этого противоположения. Особо надо подчерк&
нуть, что если для Гегеля такое понимание духа явля&
ется задачей философии, то тем более такое понима&
ние человека является задачей социально&философ&
ской антропологии.
В связи со сказанным я считаю целесообразным в
какой&то мере возразить Н.А. Бердяеву по поводу его
оценки смысла и значения объективации человеческой
жизнедеятельности. Н.А. Бердяев рассматривает
объективацию как исключительно негативный момент
с точки зрения человека, личности. Н.А. Бердяев писал:
«Я представитель личности, восставшей против влас&
ти объективированного общего. В конфликте личности
со всем безличным и притязающим быть сверхличным,
в конфликте с миром и обществом я решительно встал
на сторону личности. И все основы философии требу&
ют пересмотра в этом указанном направлении. Опыт
человека и человечности — единственный предмет фи&
лософии, и я всегда пишу на одну и ту же тему. Ибо
философия — это не отражение объективных реаль&
ностей, а изменение внутри человеческого существо&
вания, обнаружение смысла существования... Это не
прагматизм, не философия жизни, которой еще не
было. Моя персоналистическая революция означает
свержение власти объективации, разрушение необхо&
димости, освобождение личности и прорыв к иному
миру, духовному. По сравнению с этой революцией все
революции ничтожны»1.
На мой взгляд, этот фрагмент из бердяевского «Са&
мосознания» производит сильное впечатление. Нельзя
не разделить антропологический пафос Бердяева, его
гимн во славу личности, человека, его глубокую убеж&
денность в том, что именно человек, личность — глав&
ный предмет философии, нельзя не восхититься и
прекрасным стилем Бердяева. И все же в его гимне
1
Бердяев Н.А. Самосознание. Сочинение. М.: ЭКСМО; Харь&
ков: Фолио, 2003. С. 548.
447
Социально-философская антропология
человеку, личности есть фальшивые ноты. Н.А. Бердя&
ев рассматривает мир объективации как нечто принци&
пиально противоположное человеку, его духу. Личность
и объективация выступают у него как абсолютные ан&
типоды. Там, где торжествует объективация, умирает
личность. Но спрашивается, о какой объективации идет
речь? Ведь объективация — это не только, так сказать,
выброс в бездонный и бескрайний мировой космос.
Объективация — это воплощенность человеческой жиз&
недеятельности в общественном мире. В этом смысле
объективация — это человеческое творение, это продукт
человека. Н.А. Бердяев же о мире объективации пишет
излишне размашисто, так что под отторгаемой им объек&
тивацией можно понимать и общественный мир.
По моему мнению, этот объективированный обще&
ственный мир отнюдь не выступает как некий абсо&
лютный антагонист человека, личности, даже челове&
ческой духовности, хотя между ними, разумеется, глу&
бинные различия, противоречия.
Я уже писал, что воплощение человека в обществен&
ном мире играет важнейшую роль в новой обществен&
ной укорененности достижений человеческого гения, в
расширении пространственно&временных ареалов су&
ществования этих достижений, в создании многих сис&
темно&социологических взаимосвязей этих достижений,
в их открытости для новой человеческой обработки,
переосмысления и т. д. И все эти трансформации воз&
можны потому, что достижения человека объективиру&
ются. Не будь этой объективации, не было бы обще&
ственных трансформаций человеческой жизнедеятель&
ности, не было бы и общественного мира вообще.
Но пожалуй, самое главное заключается в том, что
преобразование и развитие человеческой жизнедея&
тельности в общественном мире не исчерпывается, не
«застывает» в этом мире. Все, что есть в этом мире,
возвращается к человеку. Оно, так сказать, обратно
воплощается в человеке, обогащая его духовный мир,
всячески стимулируя, активизируя его духовную энер&
гию и, пожалуй, самое основное, активно расширяя,
обогащая духовный потенциал его всеобщности. Без
этого антропологического «исхода» человеческой ду&
ховности в общественный мир и без соответствующего
448
«возврата» воплощенно&объективированного богатства
Глава 7.
Человек и общественный мир как система
этого мира в человека, его духовность нет развития
человека как человека.
Таким образом, объективированный общественный
мир не только не выступает абсолютным антагонистом
человека, личности, но в определенном смысле без этого
объективированного мира человек не стал бы человеком,
личность не стала бы личностью. Человек и объективи&
рует себя в общественном мире для того и затем, чтобы
через эту объективацию, через ее ассимиляцию разви&
ваться именно как человеку, личности. Нельзя, конечно,
не замечать различий между человеком и общественным
миром, не анализировать их, но вырывать пропасть меж&
ду человеком и объективированным общественным ми&
ром — значит явно грешить против истины.
Как мне представляется, определенные неточности
в интерпретации отчуждения в определенной мере свя&
заны с тем, что отношение человека и овеществленно&
опредмеченного, в определенной мере отчужденного
мира трактуется в какой&то мере узко и, я бы сказал, ме&
тафизично. Это отношение понимается как одновектор&
ное движение двух величин: от человека, с одной сторо&
ны, к овеществленному общественному миру — с дру&
гой. И именно эта замкнутость, однонаправленность
данного отношения дает повод для негативно&ценност&
ной интерпретации объективированного мира. На самом
же деле отношение «человек – опредмеченно&обществен&
ный мир» — это лишь одно звено в сложной цепи взаи&
моотношений человека и общественного мира, включаю&
щее в себя не только движение от человека к обществен&
ному миру, но и обратное движение от общественного
мира к человеку. И именно рассмотрение всей цепи вза&
имоотношений, взаимопревращений человека и обще&
ственного мира позволяет увидеть, зафиксировать ог&
ромную антропосозидательную роль объективированно&
го общественного мира. На этом фоне можно оценить и
позитивный эффект феномена отчуждения1.
1
Об отчуждении написаны горы литературы. Как правило,
оно рассматривается как негативный момент. Вот что, в частно&
сти, пишет Э. Фромм: «Отчуждение, каким мы видим его в совре&
менном обществе, носит почти всеобщий характер; оно пронизы&
вает отношение человека к своей работе, к потребляемым им
вещам, к государству, к своим близким и к самому себе. Человек
создал мир рукотворных вещей, какого никогда не существовало
прежде. Он разработал сложное общественное устройство, чтобы
449
Социально-философская антропология
Объективация — это не путь человека от себя, не
отчаливание от личности. Объективация человека в
общественном мире — это путь человека к самому себе,
путь через определенный этап, через определенные
переходы. В этом смысле, когда человек воплощается
в свое инобытие, в объективированную форму своего
другого «Я», он через эти объективированные формы
находит путь к самому себе. Человек стал человеком,
только раздвоившись, отделив от себя свое другое
«Я», объективировав его, противопоставив его себе, и
только через отношение к этому противопоставленно&
му объективированному другому «Я» человек становит&
ся человеком.
С этой точки зрения можно еще раз вернуться к
рассмотрению общественного мира как инобытия че&
ловека. Общественное инобытие человека не консер&
вируется навечно как некая инобытийность человека.
Общество как инобытие человека возвращается к че&
ловеку, своему исходному человеческому бытию через
ассимиляцию, освоение, инкорпорацию и т. д. челове&
ком общественного мира. Точно так же общество как
другое «Я» человека никогда навечно не застывает в
образе другого «Я» человека, оно как бы устремляется
к тому, чтобы возвратиться к своему исходному «Я»,
слиться с ним. Можно сказать, что как человеку при&
суще неукротимое устремление к воплощению себя в
общественном мире в виде своего инобытия, своего
иного «Я», так общественному миру свойственно уст&
ремление к тому, чтобы сбросить с себя форму инобы&
тийности человека, форму другого «Я» человека и «вер&
нуться» к подлинному человеку, воплотиться в нем. Я
бы сказал, что в общественном мире изначально зало&
жена идея «возврата» к человеку. Общественный мир
управлять созданным им техническим механизмом. Однако все
созданное им возвышается и главенствует над ним. Он чувствует
себя не творцом и высшей руководящей инстанцией, а слугой
Голема, сделанного его руками. Чем могущественнее и грандиоз&
нее высвобождаемые им силы, тем более бессильным он чувству&
ет себя как человеческое существо. Он противостоит себе и своим
собственным силам, воплощенным в созданных им вещах и от&
чужденным от него. Он больше не принадлежит себе, а находится
во власти собственного творения». См.: Фромм Э. Из статьи «Здо&
ровое общество» // Теория личности в западноевропейской и
американской психологии. Самара: Издательский дом «Бахрах»,
450
1996. С. 246.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]