Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социально-философская антропология. Человек и общественный мир
.pdf
Глава 7.
ний день, не существует, не развивается в формах
аналогичных человеку. Ни одно животное, в том числе
и весьма высокоразвитое, не имеет, не знает подобной
формы существования, не создает на основе имманент&
ной программы свое особое инобытие, превращая его
в условие и форму своей жизнедеятельности. Эта про&
грамма присуща только человеку, и она сотворила его
человеком.
жет быть признано слишком общим, может быть оспо&
рено. Но, как я полагаю, сам факт системной связи
человека и общественного мира, факт их перманент&
ного взаимопревращения, фундаментальное значение
этого факта для всей жизнедеятельности человека вряд
ли может быть оспорено. А если он в жизни человека
столь фундаментален, то это дает все основания при&
знать его сущностью человека.
выступает как некое всеобщеуниверсальное качество
человека. Оно в определенном смысле неизменно и
устойчиво. Конечно, многие конкретные модификации
взаимоотношения человека и общественного мира
непрерывно меняются, но сама общая взаимосвязь,
взаимопревращение человека и его общественного
мира, сама базисно&основополагающая роль человека
в этом процессе остаются неизменными. Иными сло&
вами, сущность человека неотделима от человека.
ного понимания сущности человека свидетельствует и
то, что данное понимание не выступает как отбрасыва&
ние иных версий сущности человека. Правда, при этом
эти версии необходимо как бы «развернуть» в тот кон&
текст, который отличает данное понимание сущности
человека, т. е. интерпретировать эти версии как грани
процесса взаимопревращения человека и общественно&
го мира. Так, если разумность человека понимать не
просто как имманентное качество человека, а как свое&
образную основу человеческого созидания обществен&
ного мира и его воплощенности в нем, если этот разум
понимать как в какой&то мере продукт взаимодействия
человека с общественным миром, продукт ассимиляции
этого мира, то этот разум, конечно, является составной
Человек и общественный мир как система
Ни одно из явлений мира, известных на сегодняш&
Предложенное понимание сущности человека мо&
Понимаемая в таком смысле сущность человека
Как я понимаю, в пользу рациональности приведен&
461
Социально-философская антропология
частью сущности человека, причем не только составной
частью, но важнейшей частью. Точно так же если сово&
купность общественных отношений понимать не про&
сто как одну из характеристик общественного мира, а
результат воплощения человеческой жизнедеятельнос&
ти, результат, который в определенной мере возвраща&
ется к человеку, ассимилируется в имманентных изме&
нениях человека, то в таком смысле совокупность обще&
ственных отношений выступает одним из фрагментов
взаимосвязи человека и общественного мира и в этом
отношении предстает как грань сущности человека.
В этом же смысле творимый человеком Абсолют — будь
это Бог или абсолютная идея, если они рассматривают&
ся как грань самопознания человека на пути его взаи&
мосвязи с общественным миром, — также выступает как
составляющая сущности человека. Одним словом, пред&
ложенное понимание сущности человека отнюдь не
противостоит иным версиям человеческой сущности, оно
их как бы вбирает в себя, оценивая их как грани все&
мирного процесса самореализации человека через его
воплощенность в общественном мире и превращая их
во фрагменты собственной концепции.
§ 6. Диалектическое единство, неразрывность,
целостность, слитность человека и общественного мира
В этой главе я уже с самых разных сторон рас&
сматривал системную взаимосвязь человека и обще&
ственного мира. Здесь же я хочу как бы подвести не&
которые итоги этому рассмотрению.
Прежде всего необходимо зафиксировать нераз&
рывность, слитность, фундаментальность, глубинность
самой взаимосвязи человека и общественного мира.
Как я полагаю, эта неразрывность может проявляться
в разных аспектах.
Первое. Общественный мир выступает перед че&
ловеком в первую очередь как его жизненная среда,
среда его бытования. Это объективированный мате&
риальный, социальный, властно&управленческий, ду&
ховно&символический и т. д. мир, в котором протекает
вся жизнь человека от его появления на свет до его
смертного часа. Жизнь человека неотделима от этого
мира, точно так же как и функционирование этого
462
Глава 7.
Человек и общественный мир как система
мира неотделимо от жизни человека. Однако тут же
следует поставить вопрос, какой человек имеется в
виду. Как я полагаю, в данном случае речь идет о
человеке как единично&конкретном индивиде. Соот&
ветственно и общественный мир рассматривается в
своем экстенсивно&развернутом виде, в виде своих
структур, отношений, материальных, духовно&симво&
лических универсумов, раскрывающихся перед чело&
веком в своей непосредственной явленности. Еще раз
повторю: конкретно&единичный фактуальный индивид
неразрывно связан с конкретно&единичными прояв&
лениями общественного мира. Ни конкретный инди&
вид, ни общественная среда существовать друг без
друга в принципе не могут. Эта неразрывность суть,
если можно так выразиться, верхний, непосредствен&
но конкретный слой взаимосвязи человека и обще&
ственного мира1.
Второе. Человек может рассматриваться не просто
как индивид, а значительно более глубоко — как всеобще&
субстанциальный субъект, в основе которого лежит
потенциал его духовного Абсолюта. Соответственно об&
щественный мир, сопряженный со всеобщесубстанци&
альным человеком, выступает как инобытие этого чело&
века, его воплощенность, его другое «Я». В данном кон&
тексте неразрывность человека и общественного мира
носит иной характер, нежели связь индивида со своей
жизненной общественной средой. В данном контексте
неразрывность связи человека и общественного мира —
это неразрывность связи имманентно&духовного бытия
человека и его инобытия. И корни этой имманентной
бытийности человека и его инобытийности заключены
во внутренней раздвоенности самого человека, в дуа&
1
«Человек по отношению к обществу выступает как: 1) актив&
ный реализатор его объективных тенденций и проектов; 2) “ключ”
для раскодирования социокультурных программ и смыслов дея&
тельности общества и ее результатов; 3) носитель собственной
творческой активности, так или иначе индивидуализирующий об&
щественную жизнь. Общество по отношению к человеку выступа&
ет как: 1) необходимое условие его жизни в качестве социального
существа; 2) совокупность возможностей, способствующих индиви&
дуализации; 3) совокупность требований, стандартов социализации,
которые могут входить в противоречие с тенденциями индивидуали&
зации». См.: Сагатовский В.Н. Антропологическая целостность: ста&
тус и структура // Очерки социальной антропологии. СПб., 1995.
С. 49.
463
Социально-философская антропология
лизме его бытия в себе и его потенциальной воплощен&
ности в своем общественном инобытии. Иными слова&
ми, речь идет о неразрывности имманентной глубинно&
сти человека и человеческой глубинности общественно&
го мира.
Третье. Слитность, неразрывность всеобщесубстан&
циального человека и общественного мира представляет
собой не просто «застывшее» единение, «застывшую»
взаимосвязь как бы противостоящих, отстраненных друг
от друга субстанций. Нет, единство человека и обще&
ственного мира суть непрерывный процесс взаимовоп&
лощения человека и общественного мира. Вне этого про&
цесса взаимовоплощения человека и общественного мира
их взаимосвязи вообще нет. Неразрывность человека и
общественного мира как раз и выражается в их непре&
рывных взаимопревращениях.
При этом нужно иметь в виду, что взаимовопло&
щенность человека и общественного мира заключает&
ся не просто в воплощении конкретной жизнедеятель&
ности человека в конкретные структуры общественно&
го мира и соответственно в ассимиляции человека,
конкретных ценностей, целей, мотиваций и т. д., иду&
щих от общественного мира. Я имею в виду более глу&
бокий слой взаимовоплощенности человека и обще&
ственного мира, когда человек как всеобщесубстанци&
альный субъект воплощает потенциал всеобщности,
присущий ему, во всеобщность общественного мира и
когда всеобщность этого мира воплощается в челове&
ческой имманентной всеобщности. Именно этот взаи&
мообмен моментами всеобщности обеспечивает един&
ство, целостность, неразрывность человека и обще&
ственного мира.
Как самолет сохраняет свою устойчивость в полете
именно и только потому, что он непрерывно движется,
так и неразрывность связи человека и общественного
мира остается стабильной, т. е. действительной нераз&
рывностью только в перманентном процессе взаимо&
воплощений.
Четвертое. Однако слитность, неразрывность, глу&
бинность взаимосвязи человека и общественного мира
проявляется не просто в глубинности этой связи, не
просто в бесконечной круговерти взаимовоплощения
464
человека и общественного мира. Нельзя забывать, что
Глава 7.
Человек и общественный мир как система
взаимовоплощение человека и общественного мира —
это не соотношение паритетных величин. В этом вза&
имовоплощении есть, так сказать, ведущее звено, рас&
крывающее подлинный смысл и подлинную цель все&
го этого процесса. Это звено — сам человек, его
развитие, самореализация, саморазвитие его сущнос&
тных сил1. Все в этой взаимосвязи человека и обще&
ственного мира начинается с человека и воплощается,
завершается в человеке. Человек воплощается в обще&
ственном мире совсем не потому и для того, чтобы
просто объективироваться, воплотиться и «застыть» в
этой объективной воплощенности, внеположенности.
Самый глубокий, «человеческий» смысл его
объективированного воплощения заключается в том,
чтобы в этой воплощенности обрести новые горизон&
ты своего развития и затем, ассимилировав это свое
развитие в общественной объективированности, обо&
гатить самого себя, свою духовную имманентность,
сделать еще один шаг в своем саморазвитии как все&
общесубстанциального субъекта. Так что неразрыв&
ность взаимосвязи человека и общественного мира,
их слитность — это по самой глубокой своей исход&
ной сути выражение, воплощение, проявление цело&
стности самого человека, целостности его развития,
пронизывающие весь процесс взаимосвязи человека
и общественного мира, включая все его этапы и ме&
таморфозы.
Как я полагаю, из высказанных положений следу&
ет целый ряд важных методологических следствий.
Прежде всего это относится к интерпретации са&
мого существования человека и общественного мира.
Поскольку человек и общественный мир неразрывно
слиты, поскольку в отдельности, в разделенности друг
от друга они существовать вообще не могут, постольку
вопрос о самом существовании человека и обществен&
ного мира раскрывается в совершенно особом ракурсе.
В определенном смысле человек как таковой, человек,
взятый в определенной отделенности от общественного
1
«Общество не является и не может быть ничем иным, кроме
как посредником, с помощью которого отдельные люди взаимо&
действуют между собой. Личности, а не общества создают челове&
ческую историю». См.: Тойнби А. Постижение истории. М., 1990.
С. 251.
465
Социально-философская антропология
мира, суть, если можно так выразиться, половинное
существо, а его существование есть неподлинное, «по&
ловинное» существование. Это же относится и к обще&
ственному миру. Если его взять в определенной отдель&
ности от человека, то это будет не подлинное, половин&
ное существование. В связи с этим тезис об объективном,
т. е. самостоятельном, существовании общества, как я
полагаю, нуждается в определенной коррекции.
В связи со сказанным, видимо, имеются опреде&
ленные основания для того, чтобы при ответе на во&
прос о самом существовании человека общественный
мир в целом включить в число характеристик самого
существования человека. Человек существует не про&
сто и только в своем теле, человек существует и в сво&
ем общественном мире. Общественный мир — это сво&
еобразное «тело» человека.
Конечно, обыденная наглядность повседневной
жизни человека «восстает» против понимания обще&
ственного мира как «тела» человека, как формы его
существования. И это «восстание» вполне понятно и
оправдано, если под человеком понимать конкретно&
единичного индивида. Но все дело в том, что человек —
это не просто и не только единичный индивид. Человек,
причем каждый человек, — это всеобщесубстанциаль&
ный субъект, основой которого является его духовный
мир. И если человека рассматривать именно в таком
контексте, а этот контекст именно вскрывает особость
человека как человека, то признание общественного
мира как «тела» человека, как воплощения его челове&
ческого существования совсем не выступает чем&то эпа&
тирующим. Может быть, уникальная особенность чело&
века выражается именно в том, что и воплощения его
существования выглядят совсем иначе, чем и всех ос&
тальных явлений мира. И те критерии бытийности, ко&
торые применимы к этим явлениям, теряют свою бес&
спорность, когда речь идет о человеке.
В порядке постановки вопроса я бы хотел выска&
заться вот по какому вопросу. Мне кажется, что если
общественный мир может пониматься как своеобраз&
ное «тело» человека, то можно ставить вопрос о том, как
это «тело» воплощается во внутреннем духовном мире
человека. В этом мире, субъективном мире, мире имма&
466
нентности человека общественное начало присутствует
Глава 7.
универсально многообразно — это и мир языка, в кото&
ром выражена сама внутренняя речь, в которой «течет»
наше мышление, это образы, которые живут перед на&
шим внутренним взором, это модели&стандарты, кото&
рые «управляют» нашим мышлением, и т. д. и т. п. Ина&
че говоря, в нашем внутренне&духовном мире нет ничего,
что так или иначе не было бы связано с общественным
миром, в который мы погружены. Но как мне кажется,
за всем этим многоголосием внутренних нитей, связы&
вающих наш интимно&духовный мир с общественным
миром, есть нечто более глубинное и трудно выразимое.
Я не уверен в точности формулировок, я имею в виду
некое внутренне ощущение, некое чувствование своей
неразрывной связи с общественным миром, некое ощу&
щение своей неразрывности с этим миром. Это неявное
чувствование, абстрактное ощущение положено в осно&
ву любого конкретного фрагмента духовной жизни,
поскольку этот фрагмент осознается, воспринимается
как некая связь с общественным миром. Возможно, это
глубинное ощущение своей связности с общественным
миром, так сказать, растворяется в конкретности содер&
жания явлений духовной жизни, и потому в силу своей
растворенности это ощущение субъективно не воспри&
нимается в своей собственной абстрактной содержа&
тельности. Но тем не менее, на мой взгляд, это нефик&
сируемое ощущение связности с общественным миром
налицо.
с общественным миром, положенности этой связи в
человеческой имманентности является одним из фун&
даментальных экзистенциалов человека. Вероятно,
можно провести определенную связь между телом
человека, когда оно раскрывается в виде экзистенции
во внутреннем мире человека, и другим «телом» чело&
века — его общественным миром, которое также в его
внутреннем мире обретает статус его экзистенции.
лить, подчеркнуть главную мысль. Это мысль о том, что
для человека его взаимосвязь, сопряженность с обще&
ственным миром имеет фундаментальное значение. Эта
фундаментальность признается по существу всеми
исследователями человека. Однако понимается, интер&
претируется эта фундаментальность нередко не пол&
Человек и общественный мир как система
Как я понимаю, это ощущение связности человека
Завершая свои рассуждения, хочу еще раз выде&
467
Социально-философская антропология
но, односторонне. Вот от этой односторонности я хочу
отмежеваться и выделить тот аспект фундаментально&
сти, который, на мой взгляд, наиболее значим.
Нередко фундаментальность взаимосвязи челове&
ка и общественного мира понимают в духе своеобраз&
ной абсолютизации влияния общественного мира на
человека. Я выше приводил слова Р. Коллинза о том,
что человек всем обязан обществу.
Подобные взгляды, как мне кажется, довольно рас&
пространены. В данном случае фундаментальность взаи&
мосвязи человека и общественного мира для человека
понимается как признание общественного мира исклю&
чительным источником всех воздействий на человека,
делающим человека человеком. Конечно, определенная
доля истины в таком понимании есть. Но эта истина
раскрывается во всей своей очевидности тогда, когда
человек рассматривается именно как конкретный еди&
ничный индивид, проживающий свою индивидуальную
жизнь в общем непрерывном потоке эволюции всеоб&
щего, всеобъемлющего общественного мира.
Как я полагаю, естественным следствием такого
понимания фундаментальности взаимосвязи человека
и общественного мира является признание полнейше&
го, так сказать, господства общественного мира над
человеком, признание именно этого мира демиургом,
творцом человека. Вполне понятно, что об иной роли
человека в данной интерпретации не может идти и
речи. На мой взгляд, наглядность и определенная ис&
тинность взаимоотношения человека — единичного
индивида и общественного мира, будучи обобщенны&
ми, превращаются, так сказать, в большую неправду,
глубокое заблуждение1.
1
«Из всех форм рабства человека наибольшее значение имеет
рабство человека у общества. Человек есть существо социализи&
рованное на протяжении долгих тысячелетий цивилизации. И со&
циологическое учение о человеке хочет убедить нас, что именно
эта социализация и создала нас. Человек живет как бы в социаль&
ном гипнозе. И ему трудно противопоставить свою судьбу деспо&
тическим притязаниям общества, потому что социальный гипноз
устами социологов разных направлений убеждает его, что саму
свободу он получает исключительно от общества. Общество как бы
говорит человеку: ты мое создание, все, что у тебя есть лучшего,
вложено мной и потому ты принадлежишь мне и должен отдать
мне всего себя». См.: Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека.
468
Опыт персоналистической философии. Париж, 1972. С. 87.
Глава 7.
человека и общественного мира заключается совсем в
другом. И заключается она в том, что человек как все&
общесубстанциальный субъект воплощается в обще&
ственном мире как в своем инобытии, своем другом Я,
обретает в этом своем объективированном бытии новые
возможности, условия своего дальнейшего саморазви&
тия. Так что общественно&объективированное воплоще&
ние человека — это новая ступень его саморазвития.
Далее, фундаментальность этой взаимосвязи выража&
ется в том, что это объективированно&общественное са&
моразвитие человека возвращается обратно к человеку
и воплощается в его имманентно&духовном мире, вы&
ступая катализатором нового рывка в человеческом са&
моразвитии. Так что фундаментальность взаимосвязи
человека и общественного мира для человека заключа&
ется в том, что человек в общественном мире обрел
механизм, условие, средство своего беспредельного
развития именно как человека. Без этого механизма
человек никогда не стал бы человеком.
мир дает много человеку, то это, конечно, правда. Но
это далеко не вся правда, более того, это лишь, так
сказать, поверхностно&эмпирический слой правды.
За этим поверхностным слоем лежит более глубин&
ный слой взаимосвязи человека и общественного
мира. И вот здесь, в этом слое и выясняется, что,
прежде чем общественный мир что&то дает человеку,
этот общественный мир обогащается человеком, вби&
рает в себя богатство и разнообразие человеческой
содержательности. И «передача» со стороны обще&
ственного мира человеку неких воздействий пред&
ставляет собой не дар какого&то особого субъекта&
общества, которыми оно от щедрот своих делится с
человеком, а всего лишь грань всеобщего процесса
саморазвития, самореализации человека. Заостряя
несколько постановку вопроса, можно сказать, что
здесь не общество чем&то наделяет человека, а сам
человек в процессе своей общественной самовопло&
щенности осваивает свои же собственные обретения,
самореализует, развивает самого себя.
тальность соотношения человека и общественного мира
Человек и общественный мир как система
На мой взгляд, фундаментальность взаимосвязи
Так что когда подчеркивают, что общественный
При поверхностно&внешнем взгляде на фундамен&
469
Социально-философская антропология
можно прийти к концепции социоцентризма, к приори&
тету социодетерминизма. Если же взглянуть на это со&
отношение с позиций более глубинных соотношений
всеобщесубстанциального человека и общественного
мира, то надо признать правоту антропоцентризма,
приоритет антропологического детерминизма над со&
циологическим детерминизмом.
470
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]