Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психофизиологическая структура личности
.pdf
Психофизиологическая структура личности
198
ком материª. Более высокие пласты составляют достижения современной
культуры в форме научных знаний,
образов искусства, технической мысли
и др. (А. Г. Спиркин, 1972).
Этническая культура фиксирует типичные для членов этноса понятия, знания, умения, нормы поведения. Семья
выступает как основная (первичная)ячейка этнической социализации Ю. В.
Бромлей, 1989).
«Очеловечиваниеª человека происходит
не в результате биологического созревания (хотя на его основе), а в процессе
социальных взаимосвязей, обучения, усвоения опыта предшествующих поколений, приобщения к культуре. Постепенно, шаг за шагом, он «входитª в мир
культуры, в определенную среду, развивает в себе социальные чувства, т. е.
осознает неразрывное единство с себе
подобными, воспитывает характер, «поднимается к познанию, общению, труду,
профессиональным, правовым, семейным обязанностям, формируя таким
образом высшие, социальные потребности (Нравственная жизнь человека…,1982)
В процессе формирования у индивида высших психических функций большую роль играет уровень культуры.
Иначе говоря, не человек приходит в
мир, а мир во всем многообразии общественных отношений входит в человека (С. Д. Мартынов, 1991).
Врастание нормального ребенка в
цивилизацию представляет обычно единый сплав с процессами его органического созревания. Оба плана развития—
естественный и культурный— совпадают и сливаются один с другим. Оба ряда
изменений взаимопроникают один в
другой и образуют в сущности единый
ряд социально-биологического формирования личности ребенка. Поскольку
органическое развитие совершается в
культурной среде, постольку оно пре-
вращается в исторически обусловленный биологический процесс. В то же
время культурное развитие приобретает совершенно своеобразный ни с чем не
сравнимый характер, поскольку оно
совершается одновременно и слитно с
органическим созреванием, поскольку
носителем его является растущий, изменяющийся, созревающий организм ребенка (Л. С. Выготский, 1983).
Только культура образует реальный,
необходимый, всеобщий, исторически
развитый, ответственный смысл действительной свободы человеческого,
индивидуального бытия (В. С. Библер,
1989).
Э. Б. Тайлор (1989) определял культуру как комплекс, который включает
в себя знания, верования, искусство,
обычаи и любые другие способности и
привычки, приобретенные человеком,
как членом общества.
Культура— понятие, отличающееся
почти необъятно широким содержанием. Так Дж. Чаплин определяет культуру как тотальность обычаев, искусств,
науки, религиозного и политического
поведения, взятых как интегрированное
целое, отличающее одно общество от
другого (J. P. Chaplin, 1971).
Носители более прогрессивной социальной организации и высоких культурных традиций имеют целый ряд преимуществ перед более низкоразвитым в
культурном отношении народом, что
создает для них, как правило, благоприятную демографическую ситуацию, а
значит способность их к выживанию (В.
П. Алексеев, 1985).
Культура, поскольку она формируется
в реальном, непосредственном общении
индивидов, неизбежно обретает узкогрупповые формы, условности, теряющие смысл за пределами данных социальных групп. Условности культуры
являются основанием и социальногрупповых представлений о ценности

Глава 5. Культуральный уровень развития личности
199
жизни (Л. В. Скворцов, 1989). Каждая
группа, которую можно выделить внутри человеческого общества имеет свою
«культуруª в прагматическом смысле
слова. Культура— это интеллектуальный аспект искусственной среды, которую человек создает в ходе своей социальной жизни (А. Моль, 1973).
Все более очевидным становится, что
особенности психических черт этнических общностей в значительной мере
обусловлены характерными особенностями их культуры. И в данной связи
можно, перефразируя известное определение нации, сказать, что общность
культуры нации проявляется в общности ее психического склада (Ю. В. Бромлей, 1989).
Каждая культура имеет территориальную основу, и антропологи по праву
могут говорить о «культурных ареалахª,
отмечая существенное сходство в культурах живущих по соседству народов.
Но общую картину мира создает не
физическая близость, а коммуникация.
Развитие эффективной коммуникации
в последнее время открыло возможность взаимодействия между людьми,
которые географически отдалены друг
от друга. У тех, кто использует одни и
те же каналы коммуникации, вырабатываются общие взгляды на мир. Поскольку сети коммуникации не ограничиваются
более территориальными границами,
культурные ареалы заходят один за другой и теряют свою экологическую основу (Т. Шибутани, 1969).
Мы не поймем «феномен человекаª,
если не осознаем, что для человека
жизнь в культуре столь же реальна,
сколь реальна для тел и организмов
жизнь в природе. Если в природе человек только пребывает, наличествует, то
в культуре он существует, бытийствует. Уподобляясь конечному объекту в
«первой природеª, он обретает бытие во
«второйª. Культура— это и есть бытие
человека, а бытие человека— это его
существование не как объекта, а как
субъекта истории, способного сохранять
и воспроизводить себя (в качестве
субъекта) в каждом новом поколении
людей. Именно в сохранении субъективного существования человека залог
существования культуры и, следовательно, того, что мы называем человеческим бессмертием (В. М. Межуев,
1989).
Л. С. Выготский видел возникновение
специфически человеческих особенностей психики в том, что прежде непосредственные, «натуральныеª процессы превращаются в опосредованные благодаря
включению в поведение промежуточного звена («стимула— средстваª). В результате в мозгу происходит объединение
простых элементов в новую «единицуª.
Принципиальное значение имела и
гипотеза Л. С. Выготского, согласно
которой опосредствованная структура
психического процесса первоначально
формируется в условиях, когда посредствующее звено имеет форму внешнего
стимула (и, следовательно, когда внешнюю форму имеет также соответствующий процесс). Это положение позволило понять социальное происхождение
новой структуры, не возникающей изнутри и не изобретающейся, а необходимо формирующейся в общении, которое у человека всегда является
опосредствованным. Так, например,
процесс произвольного «пуска в ходе
действияª первоначально опосредствуется внешним сигналом, при помощи
которого другой человек воздействует на
поведение субъекта, выполняющего
данное действие. Опосредствованная
структура характеризует на этом этапе
формирования не процесс, осуществляемый самим действующим субъектом, а
соответствующий «интерпсихологическийª процесс, т. е. процесс в целом, в
котором участвует как человек, дающий

Психофизиологическая структура личности
200
сигнал, так и человек, реагирующий на
него выполнением действия. Только
впоследствии, когда в аналогичной ситуации пусковой сигнал начинает продуцироваться самим действующим
субъектом («самокомандаª), опосредствованный характер приобретает процесс теперь уже «интрапсихологическийª, т. е. целиком осуществляемый
одним человеком: возникает элементарная структура произвольного, волевого
акта (А. Н. Леонтьев, 1972).
Проблема воли, как и проблема личности в целом, нашла свое место на стыке философии и психологии. Решая
общий вопрос о месте воли в структуре
личности, нельзя ограничиваться только одним паучным утверждением, что
воля— это не фикция, не эпифеномен,
а психологическая реальность, имеющая
огромное значение во всей жизнедеятельности людей. Нельзя ограничиваться и рассмотрением каких-то отдельных
функций воли. Следует провести специальный углубленный анализ различных
психологических концепций о личности в целях лучшего выяснения системы
детерминант жизни и развития личности, определяющих волевую регуляцию
(В. И. Селиванов, 1986).
В современной психологии термином «воляª обычно обозначается та
сторона психической деятельности, которая получает свое выражение в сознательной целенаправленности всех
движений, действий, поступков и поведения человеческой личности. Волевая деятельность человека всегда исходит из побуждений, источником
которых являются жизненные потребности личности, представления как
следствие отражения предшествующего опыта, слово как носитель мыслей,
идей, воззрений и принципов человека. Воля, являясь психическим свойством личности, не является изначальной
данностью, врожденным ее качеством.
Она развивается и формируется в процессе деятельности— в игре, в учении
и в труде. Мы можем только тогда говорить о высокоразвитой воле, когда
человек руководствуется высшими
мотивами, когда он способен подчинить мотивы личного порядка общественному долгу.
Итак, собственно волевыми действиями мы можем назвать только то поведение человека, которое исходит из определенных мотивов, направлено на
решение определенной задачи достижения определенной общественно значимой цели (А. И. Щербаков, 1963).
Волевой акт складывается на основе
такой статистической совокупности
внешних и внутренних воздействий, в
которой мозг человека улавливает определенную систему, тенденцию, закономерность. Именно статистический характер причинных связей гарантирует от
случайных «срывовª в поведении и способствует целенаправленному анализу
человеком факторов внешней среды и
правильному взаимодействию с ней (В.
А. Кудрявцев, 1986).
Одним из важных результатов, полученных в исследовании онтогенеза волевой регуляции, является выявление
связи между развитием воли и развитием мотивационной сферы личности, зависимости эффективности волевой регуляции действия от силы стоящих за
ним мотивов.
Весьма неясными до сих пор представляются отношения между потребностями и волей— отмечает П. В. Симонов
(1973). Взгляд на волю как на самостоятельную, отличную от потребностей,
движущую силу поведения все еще разделяется рядом исследователей. Вместе
с тем имеются основания рассматривать
волю как специфическую потребность,
относительно самостоятельную от мотива, первоначально инициировавшего
поведение.

Глава 5. Культуральный уровень развития личности
201
«Несомненной заслугой научной психологии— пишет В. И. Селиванов
(1971),— является установление самой
тесной связи воли человека с его системой побужденийª. Изменение мотивации приводит к изменению эффективности волевых действий человека.
Вопрос о взаимосвязи мотивов и воли,
составляя важную часть всей проблемы
психической регуляции, является весьма сложным и спорным. Однако во всех
случаях сложного поведения, требующего от субъекта преодоления трудностей,
существует неразрывная связь воли с
мотивами. Воля— это не какая-то абстрактная динамическая сила, а сознательно направленная на удовлетворение
тех или иных потребностей активность
личности.
Вопрос о различии и взаимосвязи
мотивационной и волевой регуляции
решается конкретно, прежде всего научным анализом таких прцессов, как борьба мотивов, целеобразование, переход
исходной мотивации в преобразующую,
формы проявления силы мотивов и волевого усилия на разных стадиях действий и поступков (В. И. Селиванов,
1986).
Сущность волевого поведения Л. И.
Божович (1981а, б, в, г) видит в том, что
человек оказывается способным подчинить свое поведение сознательно поставленным целям (принятым намерениям)
даже вопреки непосредственным (импульсивным) побуждениям, когда человек преодолевает свои личные желания
ради малопривлекательных, но социально ценных целей.
Воля является как будто бы вполне
определенным, всегда равным самому
себе психологическим качеством. Однако волевое поведение человека, целью
которого является стремление добиться
личного благополучия, будет включать
в себя иные психологические компоненты и будет опираться на иное соот-
ношение конкретных психологических
процессов, чем волевое поведение человека, направленное на достижение коллективных целей. У первого для осуществления волевого акта необходимо
наличие сильно развитых эгоистических
потребностей, их значительная устойчивость и направленность; только в этом
случае человек будет достаточно упорен
в преодолении препятствий, встречающихся на пути удовлетворения этих
потребностей. Кроме того, он должен
уметь игнорировать интересы других
людей, не замечать их нужд. Не считаться с тем ущербом, который он им наносит, и т. д.
У второго человека для осуществления
волевого акта, как раз напротив, необходимо сочетание прямо противоположных психологических компонентов: собственные эгоистические потребности у
него должны быть выражены достаточно слабо, чтобы их удовлетворение не
становилось для субъекта актуальным и
не определяло его поведения и деятельности; у него должно быть воспитано
умение видеть потребности окружающих
людей, их нужды, умение считаться с их
интересами. У него, наконец, должно
быть ясное представление о коллективных целях, которых он добивается, и
напряженное стремление к их достижению (Л. И. Божович, 1968).
Л. С. Выготский (1982) также рассматривает волю, как высшую психическую функцию, как продукт исторического развития, поэтому всякий
волевой процесс первоначально процесс
социальный, коллективный, интерпсихологический.
В. А. Иванников (1991), анализируя
экспериментальные данные, приходит к
заключению, что воля есть не природное образование, свойство или способность человека, а социальное по природе новообразование психики человека.
Формирование человеческой воли свя-

Психофизиологическая структура личности
202
зано с деятельностью человека как социального существа в рамках совокупной деятельности человечества.
Волевые качества личности не даны
от рождения и формируются только в
ситуации, требующей их проявления.
Поэтому основными задачами воспитания воли считают формирование положительного отношения к деятельности
и общественно одобряемым целям, т. е.
такого уровня развития личности, когда требования общества к личности превращается во внутреннюю потребность
(В. А. Крутецкий, 1957).
В. К. Котырло (1968, 1971) подчеркивает, что волевое поведение осуществляется вопреки собственным интересам и
желаниям. Функция воли заключается в
усилении слабой, но социально более
значимой мотивации, что достигается
через оценку событий и действий и
предвидение будущего (Ж. Пиаже,
1969). Ш. А. Надирашвили (1974) видит основную причину формирования
воли в требованиях социальной жизни
человека.
Многие исследователи, продолжая
традиции А. С. Макаренко, исследуют
роль коллектива в воспитании воли,
особенно на начальных этапах ее формирования. Контроль со стороны коллектива, в том числе и семьи, поддержка и одобрение, помощь и порицание,
доверие к человеку не только влияют на
волевую регуляцию отдельных действий, но и закладывают основы отношения человека к труду (А. В. Веденов,
1957).
Зрелая личность обладает сильным
волевым началом, поскольку сама способность к сознательному целеполаганию формируется и развивается вместе
с развитием воли. Необходимым условием эффективной целеполагающей
деятельности является дисциплина и
самодисциплина человека, освоение им
общественно выработанных приемов
деятельности и норм поведения, умение
подчинить преходящие, менее существенные интересы коренным, личные— общественным. Утверждение
своей воли путем целесообразной деятельности в объективном природном и
социальном мире знаменует внешнюю,
практическую свободу человека. Иначе
говоря, свобода в этом плане состоит в
реализации общественно значимых, добровольно принятых целей, в подчинении
своей воли внешней необходимости, в
господстве над ней (В. И. Шинкарук, А.
И. Яценко, 1984).
Рассматривая онтогенетические механизмы развития воли, Л. И. Божович
(1978, 1981а, б, в, г) отмечает, что оно,
как и общее развитие личности, определяется богатством содержания реальной деятельности человека, преодолевающего трудности на пути к достижению
социально заданных целей, богатством
мотивационной сферы ребенка и его
вооруженностью способами действия.
В. К. Калин (1969) экспериментально установил, что если младшие дети
еще не способны длительно поддерживать волевые усилия, а взрослые владеют этим достаточно хорошо, то подростки пока не способны к длительному
поддержанию волевого усилия, но могут осуществлять их кратковременно по
ходу действий. Старший подростковый
возраст наиболее сензитивен для развития волевых усилий, а сознательная саморегуляция основных видов волевого
поведения начинается в юношеском
возрасте.
Исследуя нарушения воли у умственно отсталого ребенка, Л. С. Выготский
(1983, 1986) показывает взаимосвязь
воли и интеллекта ребенка в онтогенезе, вызванные трудностью усвоения
общественно-исторического опыта человечества.
А. А. Люблинская (1965) в исследовании, посвященном развитию воли у

Глава 5. Культуральный уровень развития личности
203
ребенка показала, что развитие подлинно волевых действий возникает с освоением языка. Среди самых первых слов,
которые слышит ребенок, большое место занимают слова, направляющие и
организующие его действия. С образованием реакции на слово, как сигнал
второй системы, само действие начинает осознаваться ребенком как средство
для достижения определенной цели.
Воля участвует в реализации трудовых
действий, причем степень ее участия
зависит от трудовой мотивации человека
(В. А. Иванников,1991).
В. А. Иванников (1991) также подчеркивает, что патология воли подтверждает прежде всего связь волевой регуляции с потребностно-мотивационной
сферой человека. Бедность, недоразвитость потребностей, потеря эмоционально переживаемого отношения к миру
приводит к снижению волевой активности.
На основании анализа многочисленных литературных данных и собственных наблюдений В. А. Иванников
(1981) устанавливает следующие критерии воли:
1. Воля есть продукт общественно-ис-
торического развития человека. Ее
формирование связано с появлением
и развитием трудовой деятельности.
2. Воля поэтому не является врожден-
ной или генетически заданной способностью, а формируется прижизненно в реальной деятельности
человека, требующей определенных
волевых качеств и навыков волевой
регуляции.
3. Воспитание воли осуществляется че-
рез совместную деятельность в коллективе и связано с формированием
системы потребностей в коллективе,
общественно значимых ценностей и
целей, мировоззрения и убеждений
личности, необходимых личностных
качеств.
4. Развитие воли тесно связано с развитием мышления, воображения, эмоциональной и мотивационно-смысловой сферы, с развитием сознания и
самосознания, личности в целом.
5. Первичное волевое действие— это
действие, заданное и принятое личностью к исполнению. Волевая регуляция поэтому есть личностный уровень регуляции, а волевое действие
есть действие, имеющее личностный
смысл.
6. Волевая регуляция— это регуляция
сознательная, опосредованная знаниями человека о внешнем мире, о своих ценностях и возможностях, на
основе которых осуществляется предвидение и оценка последствий собственной активности.
Волевой акт, как процесс осуществления активности сознания, начинается с появления потребности, сопровождаемой соответствующей эмоцией и
выступающей первоначально в качестве мотива, а завершается практической деятельностью, приводящей к
удовлетворению или неудовлетворению возникшей потребности. Этот
процесс сопровождается определенным
эмоциональным переживанием. Таким
образом, воля и эмоции выступают
как две формы проявления одной и
той же аффективной, но сознательной,
целенаправленной психической деятельности (А. Е. Бачериков с соавт.,
1985).
Эмоциональные процессы необходимо рассматривать как развивающиеся,
что связано, с одной стороны, с качественными трансформациями личностных образований (развитием мотивационной, смысловой сферы) и, с другой
стороны, с динамикой интеллектуальных функций, с переходом от относительно непосредственных к сложно
опосредованным, словом, эмоциональным переживаниям.

Психофизиологическая структура личности
204
При этом на смену аффективной
импульсивности, непроизвольности,
неустойчивости приходят стабильные
эмоциональные отношения— чувства,
которые определяют систему этических,
нравственных и других ценностей ребенка, детерминируются его опытом,
усвоением социальных норм и правил в
ходе чувственно-предметной деятельности (Т. П. Хризман с соавт., 1991).
Анализируя развитие эмоциональночувственной сферы, Г. Х. Шингаров
считает, что в более сложном психическом акте— чувстве— эмоции выполняют подготовительную роль, роль элемента
структуры более сложного психического
акта. Посредством чувств эмоции как бы
приобретают возможность исполнять
определенную роль в условиях общественной жизни и во взаимоотношениях между людьми. В процессе превращения эмоций в чувства происходит
своего рода социализация и гуманизация эмоций (Г. Х. Шингаров, 1971).
Развитие высших чувств не является
линейным процессом. Их уровень и
содержание теснейшим образом связаны
с индивидуально-личностными свойствами человека, включая его самосознание. Юношеский возраст характеризуется большей дифференцированностью
эмоциональных реакций и способов
выражения эмоциональных состояний, а
также повышением самоконтроля и саморегуляции. Юношеские настроения
значительно более устойчивы и осознанны, чем подростковые, и соотносятся
с гораздо более широким кругом социальных условий.
Расширение круга личностно значимых отношений, которые всегда эмоционально окрашены, проявляются в развитии так называемых высших чувств.
Усвоение определенной системы культуральных норм и принципов претворяется в сложную гамму чувств— способность к сопереживанию, потребность в
дружбе и любви, чувство товарищеской
солидарности (И. С. Кон, 1979).
Человеку свойственны высшие эмоции, возникающие в результате действия психологических образований
более высокого порядка, при удовлетворении не биологических, а психологических и социальных потребностей.
Эти эмоции, определяемые как высшие,
называются «чувствамиª. Так в учебнике под редакцией А. А. Смирнова, А. Н.
Леонтьева, С. Л. Рубинштейна и Б. М.
Теплова утверждается: «В отличие от
эмоций, чувства связаны с потребностями, возникшими в ходе историческо-
го развития человечества.... В основе
чувств лежат прежде всего потребности,
связанные с отношениями между людьми... (1962, с.386–387).
П. В. Симонов (1981) также отмечает, что эмоции, возникающие на базе
социальных и духовных потребностей,
принято именовать чувствами.
Чувства— это особая форма психического отражения, свойственная только человеку, при которой отражаемым
являются объективные отношения, феноменов к нуждам личности (К. К.
Платонов, 1972).
Р. С. Немов (1990) определяет чувства
как высший продукт культурно-эмоционального развития человека. Они связаны с определенными, входящими в
сферу культуры предметами, видами
деятельности и людьми, окружающими
человека.
Чувства выражаются в понимании
социальных правил и отношений, адекватности в контактах с другими людьми, способности оценить свои поступки и строить свое поведение с учетом
потребностей, желаний, состояния других людей, способности сострадать, жертвовать чем-то для других (В. В. Лебединский с соавт., 1990).
Чувства— еще более, чем эмоции,
устойчивые психические состояния,

Глава 5. Культуральный уровень развития личности
205
имеющие четко выраженный предметный характер. Они выражают устойчивое отношение к каким-либо конкретным
объектам (реальным или воображаемым)
(Р. М. Грановская, 1984).
Высшие эмоциональные переживания— чувства— носят исторический
характер. Они различны у разных народов и могут по-разному выражаться в
разные исторические эпохи у людей,
принадлежащих к одним и тем же нациям и культурам (Р. С. Немов, 1990).
В сложных, высших чувствах человека представлены и примитивные формы переживаний. По словам С. Л. Рубинштейна, эти формы, как «древние
струны, продолжают вибрировать и двигать, резонируя в самых глубинах организмаª. А звучат они лишь под влиянием подлинно человеческих потребностей
и интересов (С. Л. Рубинштейн, 1979).
П. М. Якобсон (1958) также отмечает, что переживание является необходимым моментом в развитии чувства, но
вместе с тем им чувство отнюдь не исчерпывается. Чувства, которые испытывают люди, возникают в процессе общения, в процессе совместной деятельности
в самых различных областях жизни.
Люди выражают посредством языка
свои чувства, передают их другим людям, а также узнают об эмоциональном
мире тех, с кем они общаются.
В период перехода от животных к
человеку, занимающий время порядка
12 миллионов лет, вместо индивидуальной борьбы за существование, на первый план начинает выступать совместная деятельность, направленная на
обеспечение безопасности, пропитания
и удовлетворения других потребностей
членов группы. Решающие изменения
связаны при этом с появлением разделения труда. В силу возникающего переплетения и взаимодействия процессов
принятия решения членами группы, оно
в конечном счете меняет саму мотива-
ционную основу поведения и связанную
с ней систему аффективно-эмоциональных оценок (Ф. Кликс, 1983).
Отличие труда от адаптивного поведения заключается в том, что он направлен на изготовление нового предмета,
продукта, заранее заданного обществом
и существовавшего как цель в голове
человека, производящего данный предмет (В. А. Иванников, 1991).
От двигательных реакций, протекающих почти с такой же простотой и регулярностью, как безусловный рефлекс,
в связи с развитием психики под влиянием труда человеческие действия развились до сложных высших волевых
актов. Практика, труд сыграли огромную роль в развитии волевой регуляции
поведения (В. С. Дерябин, 1980).
Трудовая деятельность на ранних
этапах человеческой истории носила
преимущественно репродуктивный характер.
Приемы выполнения тех или иных
видов работ не претерпевали существенных изменений на протяжении столетий
и даже тысячелетий, о чем свидетельствует неизменность орудий труда по
форме и по материалу. Об этом свидетельствуют данные многочисленных
археологических раскопок. Рутинность
(в том числе фиксированная в ритуалах)
и консерватизм трудовых процессов
делали излишним обсуждение плана
предстоящих работ и акты общения
включались в трудовую деятельность
преимущественно для согласования (например, синхронизации) индивидуальных усилий на исполнительной фазе
выполнения действий. Совершенствование способов выполнения трудовых
процессов, что в основном по линии
проб и ошибок носило стихийный характер и, по-видимому, не требовало
специального обсуждения. Предмет и
способы манипулирования предметом
оказывались жестко сцепленными и не

Психофизиологическая структура личности
206
содержали внутри себя источников развития, более того, эта сцепленность обеспечивала исключительную консервативность и того и другого: способ действий
определял предмет, а предмет определял
способ действий (Ю. М. Жуков, В. П.
Зинченко, 1989). В соответствии с низким уровнем (ограниченной степенью)
развития производительных сил процесс
труда совершался в стадной форме, т. е.
в форме первобытной, простой кооперации, характеризующейся спонтанной
абсолютной всеобщностью труда, вначале независимо от пола и в известных
границах— от возраста членов стада
(община). Первобытная кооперация
труда обусловила элементарную организованность, дисциплину и координацию
трудовой деятельности всех членов сообщества. Осознаваемой целью стадного труда являлись удовлетворение естественных потребностей в средствах
существования всех членов первобытного сообщества, ежедневное добывание
этих средств и их потребление, которое
выступало как естественное звено производства и воспроизводства трудовой и
жизненной способности всех членов
сообщества как единого целого (А. М.
Румянцев, 1981).
Однако, как отмечает А. Н.. Леонтьев (1972), уже в самую раннюю пору
развития человеческого общества неизбежно возникает разделение прежде
единого процесса деятельности между
отдельными участниками производства.
Первоначально это разделение имеет,
по-видимому, случайный и непостоянный характер. В ходе дальнейшего развития оно оформляется уже в виде примитивного технического разделения
труда.
На долю одних индивидов выпадает
теперь, например, поддержание огня и
обработка на нем пищи, на долю других— добывание самой пищи. Одни
участники охоты выполняют функцию
преследования дичи, другие— функцию поджидания ее в засаде и нападения. Это ведет к решительному, коренному изменению самого строения
деятельности индивидов— участников
трудового процесса.
Как отмечает И. Л. Андреев (1988),
орудия труда, огонь и жилище существенно изменяли связи индивидов с
окружающей средой; совершенно иные
отношения рождались и между самими
индивидами. Труд все более становился определяющим компонентом жизнедеятельности гоминидов, важнейшим
стержнем их образа жизни. Хотя изготовление орудий как главный момент
труда не отменяло такие, идущие от
животного мира, виды деятельности,
как добыча пищи, защита от хищников,
забота о потомстве, тем не менее оно все
более существенно перестраивало их
благодаря использованию предварительно преобразованных предметов природы, технологических приемов, а также складыванию отношений между
индивидами в процессе труда. Совокупность индивидов, связанных кровными
узами (осознаваемыми и неосознаваемыми, реальными и ритуальными),
выступала по отношению к наполненной опасностями окружающей среде как
единое целое. При этом они выполняли определенные функции, обеспечивающие жизнеспособность всей группы.
Супружеская пара, семья, род, племя— вот формы существования, позволившие человеку выжить. На протяжении десятков тысяч лет единственно
возможным для человека образом жизни
было существование в составе включающего несколько семей кочевого племени—
социальной группы, обеспечивающей своим членам наиболее благоприятные условия для удовлетворения их основных
нужд— добывания пищи, самозащиты
и размножения. Размер племени непосредственно определял те требования,

Глава 5. Культуральный уровень развития личности
207
которые предъявлялись единству его
членов. Небольшое племя оказывалось
более сплоченным, способным к сотрудничеству и самопожертвованию. Повидимому, наилучшие возможности для
самозащиты и продолжения рода племя
получает, если в нем не более пятидесяти человек (П. Кууси, 1988).
Одной из наиболее разительных особенностей материальной культуры среднего плейстоцена является всеобщее
«единообразиеª, которое наблюдается в
каменных орудиях. Рубила из Европы,
Южной Африки и с Индостанского
полуострова являются, по существу,
однотипными орудиями, и это также
относится к остальному крупному и
мелкому инвентарю.
Вместе с тем отмеченное единообразие каменных орудий дает возможность
предположить, что, хотя период обучения, необходимый для приобретения
опыта в их изготовлении, очевидно,
затянулся, некоторые из нужных для
этого навыков были получены путем
наблюдения, эксперимента и подражания, а не путем непосредственного обучения. В то же время степень «стандартизацииª изготовления орудий говорит
по меньшей мере в пользу ограниченного обучения и, таким образом, возможно, в пользу каких-то рудиментарных форм языка.
Несмотря на замедленные темпы эволюции материальной культуры в среднем плейстоцене, это был постоянный
и убыстряющийся процесс, и по времени завершения ашельского периода человек, судя по некоторым данным, достиг
социальной стабильности и интеллектуальных способностей, которые обеспечили
ему более быстрое развитие в самых различных направлениях и прочно утвердили его на пороге нового мира (Дж. Д.
Кларк, 1977).
Поэтому основополагающий фактор
труда, с точки зрения А. Н. Леонтьева
(1972), заключен в том, что труд является деятельностью изначально общественной, основанной на сотрудничестве
индивидов, предполагающем хотя бы
зачаточное техническое разделение трудовых функций; труд, следовательно,
есть процесс воздействия на природу,
связывающий между собой его участников, опосредующий их общение.
Ф. Энгельс считал, что труд— «первое и основное условие всей человеческой жизни, и притом в такой степени,
что мы в известном смысле должны
сказать, что труд создал самого человекаª (Маркс К., Энгельс Ф., соч.2-е изд.,
т.20, с.486).
Таким образом, на этапе культурального развития личности воля, чувство и
труд соединяются в единый структурно-функциональный комплекс, модельное изображение которого приведено на
рис.21. При этом воля включает в себя
те уровни, которые на предшествующем
этапе занимали мотив и переживание,
чувство заполняет объем поведения и
представления, а труд становится сферой психики направленной на преобразование внешней среды.
Труд можно рассматривать с точки
зрения его структурного предметного
содержания. Для труда необходимо наличие не только субъекта деятельности
и предмета деятельности, но и обязательно наличие орудия труда, с помощью
которого осуществляется воздействие
субъекта на объект и преобразование
последнего. Само определение орудия
труда содержит в себе признание его
искусственной обработки, его изготовления. Поэтому труд определяется как
деятельность по изготовлению орудий
труда, т. е. как орудийная деятельность
(С. С. Батенин, 1976).
Существа действенные, люди не только созерцают и познают, но и изменяют мир, преобразуют его. Для того чтобы преобразовывать действительность на
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
