Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психофизиологическая структура личности
.pdf
Психофизиологическая структура личности
138
образах, наблюдающихся у детей и
подростков в определенной фазе их
развития, а также сохраняющиеся
иногда, большей частью в виде исключения, и у взрослых. Эйдетиками (от греческого слова эйдон—
вижу или эйдос— образ, картина,
идея) называют людей, обладающих
способностью вызывать эти наглядные образы. Сущность этого основного эйдетического феномена или эйдетизма заключается в том, что человек,
обнаруживающий его, обладает способностью видеть в буквальном смысле этого слова на пустом экране отсутствующую картинку или предмет,
который перед тем находился перед его
глазами. Эйдетические или наглядные
образы занимают как бы среднее место между последовательными образами
и между образами представлений. Эйдетизм является совершенно закономерной и необходимой фазой в развитии памяти,— фазой, через
которую проходят все дети.
Исследования показывают, что мы
должны отрицать структурное единство
памяти, что исследование расщепляет
память на функционально различные
роды памяти и что эти различные формы оказываются в генетическом родстве
друг с другом. Наше восприятие есть
сложное явление, которое возникает в
результате сложения реальных раздражений и эйдетических образов, и что
весь мир наших восприятий строится на
присоединении эйдетических образов к
реальным раздражениям. Таким образом, судьба эйдетических образов заключается в том, что одни сливаются с
восприятием, другие— с представлениями (Л. С. Выготский, 2000).
В книге А. Р. Лурия «Маленькая
книжка о большой памятиª (1968) описан случай сохранения эйдетического
восприятия во взрослом возрасте испытуемым Ш., который активно перево-
дил в зрительные образы предъявляемый ему речевой или зрительный материал. Запечатлеваемые образы были
исключительно яркими и прочными, и
он мог вызывать эти образы через очень
длительные сроки (через 10 и даже через 16 лет). Логическое же запоминание, с избирательным выделением в эксперименте объектов одной категории,
оказалось для него совершенно недоступным.
В работе Р. Клацки «Память человека. Структура и процессыª (1978) описан другой случай эйдетической памяти, в котором испытуемый не прибегал
к формированию зрительных образов,
используя вербальные приемы группирования тестового материала по содержанию. Он был способен при предъявлении не связанных между собой
стимулов быстро создавать мнемонические схемы и использовать их для
структурирования и организации материала, что создавало впечатление, что испытуемый обладает исключительной
вербальной памятью.
Чистые типы памяти встречаются
редко, а обычно наблюдаются смешанные: зрительно-двигательный, двигательно-слуховой и зрительно-слуховой
типы памяти. У большинства людей
господствующими являются зрительный тип запоминания предметов и словесно-двигательный— при запоминании словесного материала. Встречаются,
однако, люди с ярко выраженным зрительным типом запоминания словесного материала, который иногда приближается к «эйдетическомуª типу памяти
(С. Л. Рубинштейн, 1946).
Существует вид памяти, когда информация фиксируется не в результате
длительной выработки навыка, а на основании дифференцированного хранения образа (зрительного, слухового, тактильного и пр.) от раздражителя.
Ребенок, едва овладевший навыком
Глава 3. Предметный уровень развития личности
139
рисования, в какой-то мере справится с
изображением даже необычного предмета, который ему покажут на короткое
время. Более успешно он выберет из
набора «картинкуª, которую ему показали до того (З. В. Денисова, 1974).
Анализируя одну из образных форм
памяти— зрительную, Р. М. Грановская (1988) приводит ее отличительные
особенности, выражающиеся в том, что
в период удержания образа в памяти он
претерпевает определенную трансформацию. Обнаружены следующие изменения, совершающиеся со зрительным
образом в процессе сохранения: упрощение (опускание деталей), некоторое преувеличение отдельных деталей, преобразование фигуры в более симметричную
(более однообразную). Сохраняемая в
памяти форма может округляться, расширяться, иногда меняется ее положение и ориентация. Зрительная образная
память плохо поддается произвольному
управлению. Образная память обычно
ярче проявляется у детей и подростков.
Л. С. Выготский (1982) отмечал, что
сохранение зрительной картины в иконической памяти может продолжаться в
течение длительного времени при эйдетизме. Он считал, что эйдетизм является
совершенно закономерной и необходимой фазой в развитии памяти, а сохранение эйдетизма как проявление задержки развития памяти на этой стадии. К.
К. Платонов (1986) также считает, что
явление эйдетизма следует понимать
как обязательное явление для определенного развития памяти у детей.
Оценивая эволюцию архаической
памяти и сравнивая данные фило— и
онтогенеза, Л. С. Выготский и А. Р.
Лурия (1930) указывают такие особенности памяти первобытного человека: ее
необычайную буквальность, фотографичность, роскошь деталей, плохое различение восприятия от воспоминания,
комплексный характер, что связано с
нерасчлененностью воспринятого целого
на элементы. Эти свойства памяти первобытного человека соответствуют особенности эйдетической памяти, отмеченной на ранних ступенях развития
психики ребенка. Эйдетическая память— это способность буквального
сохранения образов в течение длительного времени после восприятия. И если
в ходе культурного развития ребенка
наблюдается спад эйдетической памяти, то подобный спад— уменьшение
отмеченных особенностей архаической
памяти— происходит и в истории ее
общественного развития. Определяя
специфику архаической памяти в целом, авторы подчеркивают в качестве
наиболее существенной ее черты стихийный, неуправляемый характер: человек пользуется памятью, но не господствует над ней. Указание на
стихийный, неуправляемый характер
примитивной памяти и сформулированный авторами общий принцип ее
дальнейшего развития— переход от
эволюции биологической к эволюции
исторической— приобрели важное значение для понимания развития памяти
(В. Я. Ляудис, 1976).
Известный исследователь В. В. Бунак
(1951; 1966; 1973) приводит многочисленные аргументы в пользу того, что
самые первые понятия представляли
собой не строго дизъюнктивные образования, а наглядно-образные репрезентации вещей и событий, в особенности
эйдетические репрезентации их изменений в ходе выполнения тех или иных
действий. Он рассматривает эйдетическую память как исторически исходную
форму памяти человека.
Исследования показывают, что мы
должны отрицать структурное единство
памяти, что исследование расщепляет
память на функционально различные
роды памяти и что эти различные формы оказываются в генетическом родстве
Психофизиологическая структура личности
140
друг с другом. Наше восприятие есть
сложное явление, которое возникает в
результате сложения реальных раздражений и эйдетических образов, и что
весь мир наших восприятий строится на
присоединении эйдетических образов к
реальным раздражениям. Таким образом, судьба эйдетических образов заключается в том, что одни сливаются с
восприятием, другие— с представлениями (Л. С. Выготский, 2000).
Образная память, по мнению А. Г.
Спиркина (1972), связана с тем, что тот
или иной предмет воздействует на органы чувств человека какое-то определенное время. Затем это воздействие прекращается, но образ предмета не исчезает
сразу и бесследно. Он запечатлевается и
сохраняется в памяти. Так, из исследований, проведенных на человеке У. Пенфилдом, Г. Джаспером (1958) и рядом
других авторов, известно, что при электрическом раздражении 18-го и 19-го
полей коры головного мозга появляются сложные зрительные образы. Это не
отдельные вспышки света, а знакомые,
известные ранее лица, картины, иногда
какие-то неопределенные образы.
Психонервная деятельность, проявляемая в индивидуально приобретенных
актах поведения, направляемых образами, не только качественно разнится от
врожденной и условно-рефлекторной
деятельности мозга, но, кроме того, она
подразумевает в головном мозге более
высокоорганизованного субстрата (И. С.
Беритов, 1969). Таким субстратом, по
мнению И. С. Беритова, являются звездчатые клетки в III-IV слоях коры.
Словами Р. М. Грановской (1984)
можно сказать, что образ представляет
субъективную форму объекта, он—
порождение внутреннего мира данного
человека. Уже в процессе формирования данного образа на него воздействуют установки, интересы, потребности и
мотивы личности, определяя его уни-
кальность и особенности эмоциональной окраски. Поскольку в образе одновременно представлены такие разные
свойства объекта, как его размеры, цвет,
форма, фактура, ритм, то можно сказать,
что это целостное и обобщенное представление объекта, результат синтеза
многих отдельных ощущений, которое
уже способно регулировать целесообразное поведение.
Итак, хотя психическое отражение
подготавливается и осуществляется
сложнейшим комплексом физиологических процессов, производящих многоуровневую обработку информации из
внутреннего опыта и внешней среды,
центральной инстанцией, обеспечивающей регуляцию поведения в условиях изменчивых ситуаций, является психический образ среды. Это определяется
целым рядом его особенностей. Во-первых, в образе в удобной форме целостного отражения самих предметов и отношений между ними избирательно
представлены только те данные, которые являются или могут стать необходимыми для регуляции активности, что
облегчает их учет и установление связей между ними. Во-вторых, из-за опережающего характера отражения психический образ открывает индивиду не
только существующее, но и возможное
положение вещей в окружении, что
позволяет ему целенаправленно стремиться к предвосхищаемым результатам. В-третьих, поскольку в основе
психического отражения, и в частности
предвосхищения будущего, лежат внутренние действия, направленные на преобразование ситуации, индивид в образе вместе с данными о том, какие
изменения возможны в ситуации, получает также сведения и о тех способах, с помощью которых им эти изменения могут быть достигнуты. В
типичном случае одно неотделимо от
другого (В. К. Вилюнас, 1986).
Глава 3. Предметный уровень развития личности
141
Данные многочисленных психофизиологических исследований процессов
восприятия (Е. Н. Соколов, 1960;.
Bruner, 1962; А. А. Чистович, 1965; В.
П. Зинченко, А. В. Запорожец, Л. А.
Венгер, В. Г. Рузская, 1967; М. С.
Шехтер, 1967) свидетельствуют о том,
что опознание, являющееся сложным
прижизненно сформированным процессом, осуществляется на базе ранее сложившихся образов-эталонов, энграмм,
гипотез. Необходимым звеном опознания,— писал М. С. Шехтер (1967),—
является процесс сличения между хранимым в памяти образом, следом того
или иного стимула (или несколькими
образами, следами стимулов, смотря
по условиям) и поступающей информацией.
Образная психонервная деятельность
характеризуется тем, что возникающие
при восприятии внешнего мира образы
не исчезают вскоре после прекращения
его воздействия. В коре больших полушарий при каждом восприятии внешней среды происходят определенные
изменения, которые удерживаются на
более долгое или короткое время и при
определенных условиях выявляются в
виде образов воспринятой среды. У
высших позвоночных (млекопитающих),
и особенно у человека, образная память
настолько хорошо развита, что раз возникшие образы внешнего мира могут
репродуцироваться спустя много дней и
месяцев после восприятия (И. С. Беритов, 1969).
Согласно представлениям Ф. Б. Бассина (1982), причудливость снов связана с тем, что во сне происходит возврат
к форме мышления, свойственной детям
на ранних этапах развития, к оперированию конкретными зрительными
представлениями. В этом смысле сновидение носит характер символических
подстановок, где зрительные образы
заменяют собой абстрактные понятия,
логические и языковые формы, которыми обычно пользуются взрослые. К
представлениям Ф. Б. Бассина близка
гипотеза Френча и Фромма (1951), согласно которой в сновидениях используются механизмы так называемого первичного (образного) мышления для
решения мотивационных конфликтов,
которые не удается разрешить с помощью логического анализа во время бодрствования.
В обзоре Р. Мартенюка (1976), посвященном исследованию когнитивных
процессов и моторной кратковременной
памяти, приводится положение М. Познера о том, что образ может быть понят как основной код, представленный
в виде пространственной картины, содержащей детальную информацию о
характеристике движения. На основании исследований взаимоотношения
между зрением и кинестетикой К. Конноли и В. Джонс пришли к выводу о
том, что важным условием сохранения
информации о движении является развитие зрительно-кинестетического хранилища, в котором не только могут
приниматься адекватные решения о взаимодействии двух сенсорных систем, но
также возможны трансформации информации, поступившей из одного
органа чувств, в форму, пригодную для
использования другой сенсорной системой. Такая информация, по их мнению,
хранится в форме образа, который может быть воспроизведен.
В. Б. Гречин (1979) также отмечает,
что чувственно-образная память, подобно восприятиям, из которых она складывается, делится на слуховую, зрительную и кинестетическую память.
Высказывая собственное мнение и
ссылаясь на Л. С. Выготского, П. П.
Блонский (1979) считает, что первоначально человеческая память в сильной
степени была эйдетической памятью и
что это— одна из причин, по которой
Психофизиологическая структура личности
142
примитивная человеческая память в такой сильной степени репродуктивная
память. В психике и поведении первобытного человека память играет гораздо более значительную роль, чем в нашей умственной жизни, потому что
определенные функции, которые она
выполняла некогда в нашем поведении,
выделились из нее и трансформировались. Наш опыт конденсируется в понятиях, и мы поэтому свободны от необходимости сохранять огромную массу
конкретных впечатлений. У первобытного же человека почти весь опыт опирается на память. Эта память качественно очень отлична от нашей. Примитивная
память сохраняет представления с огромной роскошью деталей и всегда в одном
и том же порядке, в каком они в действительности связаны одни с другими.
Во многих случаях механизм памяти
заменяет первобытному человеку логический механизм: если одно представление воспроизводит другое, это последнее принимается за следствие или
заключение. Таким образом, у первобытного человека превосходно развита на-
туральная или естественная память, которая как бы с фотографической точностью запечатлевает внешние впечатления. При этом— и это в высшей
степени существенно— первобытный
человек должен полагаться только на
свою непосредственную память: у него
нет письменности.
Способность некоторых людей отчетливо видеть предметы и целые ситуации,
отсутствующие в течение некоторого,
порой очень длительного времени в их
поле зрения, многократно описывалась
в литературных памятниках всех времен
и народов. Именно эта способность,
которая в настоящее время, по-видимому, встречается исключительно редко,
имела большое значение для постановки проблемы механизмов зрительной
образной памяти (В. П. Зинченко, Б. М.
Величковский, Г. Г. Вучетич, 1980).
Анализируя одну из образных форм
памяти— зрительную, Р. М. Грановская (1988) приводит ее отличительные
особенности, выражающиеся в том, что
в период удержания образа в памяти он
претерпевает определенную трансформа-
Рис. 13. Структурно-функциональное соотношение мотивации, желания, поступка, образа и
конкретно-образной памяти (А3— мотивация, В3— желание, С3— поступок, D3— образ,
E3— конкретно-образная память).
Глава 3. Предметный уровень развития личности
143
цию. Обнаружены следующие изменения, совершающиеся со зрительным
образом в процессе сохранения: упрощение (опускание деталей), некоторое преувеличение отдельных деталей, преобразование фигуры в более симметричную
(более однообразную). Сохраняемая в
памяти форма может округляться, расширяться, иногда меняется ее положение и ориентация. Зрительная образная
память плохо поддается произвольному
управлению. Образная память обычно
ярче проявляется у детей и подростков.
На рис.13. представлено модельнографическое изображение структурнофункциональной связи между мотивацией, желанием, поступком, образом и
конкретно-образной памятью, формирующихся на уровне предметного развития личности.
Как показано в ряде исследований (А.
Р. Лурия, 1948; Г. И. Минская, 1954; А.
А. Люблинская, 1965), простейшие формы конкретно-образного мышления
(внутреннего плана действия), как способность оперировать конкретными образами предметов при решении тех или
иных задач, возникают очень рано. По
данным исследования Г. И. Минской,
такая способность формируется уже у
детей к четырехлетнему возрасту.
Как известно, человек, как и все приматы, относится к «зрительнымª млекопитающим, поскольку основная информация о внешним мире поступает для
него через зрительные каналы. Поэтому роль зрительного анализатора для
психических функций человека трудно
переоценить, так как это ведущий анализатор человека (Е. Д. Хомская, 1987).
Р. Арнхейм (1971) обозначает образное мышление как визуальное мышление. Оно выступает как оперирование
зрительными образами. Р. Арнхейм
подчеркивает, что процессы визуального мышления не менее трудны и результативны, чем оперирование понятиями.
Образное мышление является «дологическимª и хорошо развито у детей. С
возрастом его роль несколько уменьшается, и оно уступает место более социальному типу мышления— логическому. Но, по-видимому, в ситуациях,
когда задача не может быть решена с помощью дискретно-аналитического логического мышления, возникает необходимость использовать онтогенетически
более ранний, образно-синтетический
тип мыслительной деятельности, который имеет свой специфический «языкª.
На основании исследования субъектов с
расщепленным мозгом известно, что
невербальное образное мышление может
функционировать без участия мышления вербального, т. е. без вербального
осознания самого факта активности невербального мышления (В. С. Ротенберг, 1978).
В период, когда ребенок уже умеет
расчленять слитные ощущения и объединять их в расчлененные целостные
образы, но не владеет еще речью, у него
зарождается простейшая форма мышления— предметное мышление. Наблюдение показывает, что в это время ребенок обнаруживает умение различать
предметы, узнавать их, а это позволяет
говорить о сопоставлении их друг с другом (Е. А. Будилова, 1966).
Наиболее существенной особенностью
образного мышления (В. А. Жмуров,
1986) является недостаточное развитие
способности усваивать и использовать
понятия. Место понятий занимают образы конкретной действительности в
виде сочетания внешних свойств и признаков, принадлежащих отдельным
предметам, явлениям или их природным
сочетаниям. Другими словами, вместо
отвлеченных и общих понятий образное
мышление предпочитает иметь дело с
собирательными и конкретными понятиями. Отношения между образами
строятся по законам, отдаленным от
Психофизиологическая структура личности
144
законов логики. Преобладают ситуационные связи, всякий раз меняющиеся в
зависимости от конкретных обстоятельств или эмоционального отношения
к происходящему. Понимание отвлеченных понятий страдает, особенно если
эти понятия не иллюстрируются простыми и наглядными примерами. Скрытый, глубокий смысл явлений не формируется, рассказы о происходящем
пространны и изобилуют массой далеко не всегда важных подробностей.
Н. Н. Поддьяков 1977), изучавший
развитие мышления у дошкольников,
установил, что исключительно важную
роль играет конкретно-образное мышление для формирования у детей понимания процессов изменения и развития
предметов и явлений. Восприятие изменений предмета возможно лишь на основе сопоставления наличного состояния
данного предмета с предшествующими
состояниями, которые в данный момент
уже не существуют реально, но сохранены ребенком в образной форме. Такие
образы лежат в основе установления
связи между прошлым и настоящим
изменяющегося предмета. Благодаря
данному обстоятельству, ребенок в образной форме устанавливает общую тенденцию изменений предмета, что позволяет ему экстраполировать в плане
представлений такие состояния предмета, которые он никогда ранее не видел.
В этом процессе формируются особые
способы умственных действий, с помощью которых ребенок осуществляет
сравнение наличных состояний предмета
с его прежними состояниями и выявляет
общую направленность изменений предмета. Иначе говоря, формируются способы сравнения предмета с самим собой,
которые позволяют подойти к элементарным формам понимания тождественности предмета самому себе, в каких бы
различных состояниях он ни существовал. Данная особенность образного
мышления делает его необходимым для
осуществления любого практического
действия, поскольку учет направленных
изменения объекта, наступающих в ходе
выполнения практического действия,
возможен лишь в процессе сопоставления наличного состояния данного
объекта с предшествующими его состояниями. Такое сопоставление происходит на основе образов, отражающих эти
прежние состояния.
Полученные в эксперименте данные
Э. С. Комаровой позволили выделить
особую форму конкретно-образного
мышления, которая протекает с опорой
на внешние действия ребенка. Специфика этих внешних действий состоит в
том, что они направлены не на преобразование реальной ситуации, а на воспроизведение и фиксацию предполагаемых ребенком изменений ситуации.
Эту форму мышления можно рассматривать как переходную между наглядно- действенным и конкретно-образным мышлением.
Были выделены два ведущих фактора в успешности решения задач в условиях, переходных от наглядно-действенного к конкретно-образному
мышлению. Это, во-первых, четкость и
устойчивость образа статических элементов экспериментальной ситуации и,
во-вторых, умение действовать в плане
представлений. Дети, умеющие действовать в уме при наличии четких образов,
успешно справлялись с предъявляемыми им задачами. Недостаточная сформированность умений действовать в уме
или наличие нечетких, неверных образов влекли за собой переменный успех
в решении задач.
Для успешного перехода от нагляднодейственного к конкретно-образному
мышлению необходима деятельность
ребенка с моделями сначала в плане
материализованных, а затем и умственных действий. Материальная модель,
Глава 3. Предметный уровень развития личности
145
схематически изображающая соответствующие существенные отношения
объекта и предоставляющая возможность ребенку действовать с ней и улавливать связи между ней и оригиналом
(объектом), является тем средством, с
помощью которого у ребенка можно
сформировать и развить конкретно-образное мышление. В процессе действий
с материальной моделью у детей формируется образ этой модели— модель
мысленная, внутренняя, выступающая
уже как продукт данной познавательной
деятельности. (Комарова Э. С., 1985. В
кн. Развитие мышления и умственное
воспитание дошкольника.)
Основная линия развития конкретно-
образного мышления (Н. Н. Поддьяков,
1977) заключается в формировании
умений оперировать образами предметов или их частей. В качестве основы
такого оперирования выступает умение
детей произвольно актуализировать эти
образы. Такие умения возникают в ходе
усвоения двух тесно взаимосвязанных
систем действий. Вначале формируется
система анализирующих действий, в
процессе которых ребенка обучают последовательно выделять основные, а затем производные части предмета, т. е.
обучают идти от общего к частному.
Затем в продуктивной деятельности
формируется система воспроизводящих
действий, в процессе которых ребенка
обучают воссоздавать вначале основные
части предметов, а затем производные.
Логика воспроизведения соответствует
логике анализа предмета и развертывается от общего к частному.
О. К. Тихомиров (1984) также отмечает, что с помощью образного мышления более полно воссоздается все многообразие фактических характеристик
предмета. В образе может быть зафиксировано одновременное видение предмета с нескольких точек зрения. Очень
важная особенность образного мышле-
ния— установление непривычных, «невероятныхª сочетаний предметов и их
свойств. В отличие от наглядно действенного мышления при наглядно-образном мышлении ситуация преобразуется лишь в плане образа.
В. П. Зинченко с соавт.,(1973, с.3)
отмечает «... существует не только репродуктивное восприятие, но и продуктивное восприятие, а в зрительной системе
имеются механизмы, обеспечивающие
порождение нового образаª.
В большом ряде исследований раскрывается структура конкретно-образного мышления и дается характеристика
некоторых особенностей его функционирования (Б. Г. Ананьев, 1960; Л. Л. Гурова, 1969; В. П. Зинченко, Н. Ю. Вергилес, 1969; Е. Н. Кабанова-Меллер,
1970; П. В. Кудрявцев, И. С. Якиманская, 1964; Ф. Н. Шемякин, 1959). В
качестве основного средства осуществления этой формы мышления выступают образы, которые могут различаться
по степени обобщенности, по способам
формирования и функционирования.
Сама мыслительная деятельность выступает как оперирование образами.
По этому поводу И. М. Сеченов
(1952) писал, что, знакомясь с окружающим миром, ребенок учится различать
множество предметов и явлений, их пространственные, временные и причинные
отношения и т. д. Каким же образом
мозг ребенка справляется с этой огромной работой? Прежде всего обрабатывается та информация, которая поступает
от анализаторных систем. Зрительные,
слуховые, осязательные, обонятельные и
другие ощущения подвергаются анализу, и тут же происходит их «сортировкаª и объединение в комплексы— разномодальные ощущения сливаются в
образы предметов. Этот процесс И. М.
Сеченов называл предметным мышлением, так как деятельность мозга вызывается здесь свойствами и состоянием пред-
Психофизиологическая структура личности
146
метов (их цветом, формой, запахами, их
удаленностью, приближением и т. д.)
Предметную мысль И. М. Сеченов
характеризует следующим образом: «Все
ее содержание исчерпывается тем, что
может дать упражненное искусство
смотреть, слушать, осязать и обонять.
Она, так сказать, скользит по чувственной поверхности предметов и явлений,
схватывая в них лишь то, что непосредственно доступно видению, слуху и осязанию. Такая мысль в самом счастливом
случае может воспроизводить действительность только рабски— фотографически, притом только с чисто внешней
стороны. Для нее недоступны те существенные связи между предметами и те
тонкие предметные отношения, которыми пользуется взрослый для житейских
нужд и которые составляют в то же
время пружины внешней жизни, придавая ее явлениям определенное значение и смыслª. (И. М. Сеченов, Элементы мысли).
В сфере предметного мышления,—
писал И. М. Сеченов(1947),— всякая
мысль, взятая в отдельности, выражает
собой не более как познание отношений
между ее объектами, и в этом смысле
она служит чувственным отражением
внешних предметов и их зависимостей.
Итак, элементами бессловесной предметной мысли служат продукты воздействия внешнего мира на наши органы
чувств, а факторами, из кооперации
которых мысль возникает,— повторяющееся внешнее воздействие, упражненный орган чувств и органы памяти.
Что же касается процесса мысли, то в
случае, когда она родится непосредственно из реального впечатления, акту
мышления соответствует физиологический ряд раздельных реакций упражненного чувства на сложное внешнее воздействие. Когда же мысль является в
виде воспоминания, то ее физиологическую основу составляет повторение
прежнего нервного процесса, но уже
исключительно в центральной нервной
системе (И. М. Сеченов, 1952). О предметном мышлении с физиологической
точки зрения.//И. М. Сеченов, И. П.
Павлов, Н. Е. Введенский. Физиология
нервной системы. Избранные труды. М.: Госуд. изд-во мед. литературы,
1952.-С.411–417.
Сеченов полагал, что исходной фор-
мой предметного мышления является
слитное ощущение от целой группы
предметов, в дальнейшем происходит
вычленение образа отдельного предмета, затем различение частей предмета;
Третьим этапом формирования предметного мышления Сеченов считал формирование представления о предмете (М.
М. Кольцова, 1973).
Основная линия развития конкретно-
образного мышления (Н. Н. Поддьяков,
1977) заключается в формировании
умений оперировать образами предметов или их частей. В качестве основы
такого оперирования выступает умение
детей произвольно актуализировать эти
образы. Такие умения возникают в ходе
усвоения двух тесно взаимосвязанных
систем действий. Вначале формируется
система анализирующих действий, в
процессе которых ребенка обучают последовательно выделять основные, а затем производные части предмета, т. е.
обучают идти от общего к частному.
Затем в продуктивной деятельности
формируется система воспроизводящих
действий, в процессе которых ребенка
обучают воссоздавать вначале основные
части предметов, а затем производные.
Логика воспроизведения соответствует
логике анализа предмета и вновь развертывается от общего к частному.
В процессе преобразования объекта
ребенок может наблюдать всю последовательность изменений этого объекта.
Функция предметного действия в этом
процессе заключается в том, что преоб-
Глава 3. Предметный уровень развития личности
147
разуемый объект предстает перед ребенком в таких последовательных состояниях, анализ и сопоставление которых,
в доступных формах, приводит его к
обнаружению скрытых связей данного
объекта. Предметная преобразующая
деятельность в значительной мере определяет содержание и последовательность
получаемой ребенком информации об
объектах, что существенно влияет на
переработку этой информации, осуществляемую в плане внутренней деятельности. Таким образом, внешние предметные действия в ходе их осуществления
вызывают к жизни разнообразные и
достаточно сложные мыслительные процессы— к ним относятся процессы и
анализа, и сопоставления различных
состояний преобразуемого объекта, и
актуализация знаний детей, на основе
которых происходит осмысление получаемой информации. Новое предметное
действие может быть достаточно простым,
а те психические процессы, которые оно
вызывает к жизни, их взаимодействие и
результаты этого взаимодействия могут
быть чрезвычайно сложными и оказывать
существенное влияние на умственное развитие детей (Н. Н. Поддьяков, 1985). В
кн. Развитие мышления и умственное
воспитание дошкольника
О. К. Тихомиров (1984) также отмечает, что с помощью образного мышления более полно воссоздается все многообразие фактических характеристик
предмета. В образе может быть зафиксировано одновременное видение предмета с нескольких точек зрения. Очень
важная особенность образного мышления— установление непривычных, «невероятныхª сочетаний предметов и их
свойств. В отличие от наглядно-действенного мышления при наглядно-образном мышлении ситуация преобразуется лишь в плане образа.
В. П. Зинченко с соавт.,(1973, с.3)
отмечает: «... существует не только реп-
родуктивное восприятие, но и продуктивное восприятие, а в зрительной системе
имеются механизмы, обеспечивающие
порождение нового образаª.
В антропогенезе можно выделить три
этапа становления мышления: 1) мышление как решение задач без использования материальных средств; 2) мышление как решение задач при помощи
материального средства-орудия; 3)
мышление как решение задач с использованием знаковых систем.
Ребенок хотя и проходит в своем
онтогенезе этапы развития опыта деятельности и его обобщения, свойственные филогенезу, но в специфической
форме присвоения этого опыта, вылившегося в снятом виде в определенное
содержание общественно-исторического
опыта. В известном смысле можно говорить о поэтапном присвоении ребенком образований, обобщающих опыт
деятельности в непонятийной форме.
Процесс мышления в своем развитии на
разных уровнях опосредствуется соответствующими обобщенными образованиями. Так, мышление, представленное
решением задач без использования материальных средств, опосредствуется на
определенном этапе своего становления
функциональными обобщенными образованиями. Они выполняют в мышлении ребенка роль внутренних репрезентантов опыта манипуляторных и
предметно-специфических способов
действия. Постепенная интериоризация
опыта внешней деятельности происходит в ходе как первого, так и повторных решений задач указанного типа.
Сказанное в полной мере относится
и к следующему этапу развития мышления, представленному решением задач
с использованием материальных вспомогательных средств, в том числе и
многочисленных орудийных задач. Однако этот качественно новый этап в
развитии мышления имеет свои суще-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]