Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психофизиологическая структура личности
.pdf
Психофизиологическая структура личности
18
примитивных, обусловленных ситуацией, влечений. Средний уровень характеризуется преобладанием отношений
конкретно-личного характера, личной
симпатией или антипатией, непосредственно утилитарным интересом, расчетом. Высший уровень развития личности отличается преобладанием
идейных отношений— убеждений, сознания долга, общественно- коллективных мотивов.
В. А. Ганзен и Л. А. Головей (1980)
выделяют семь уровней личности: генетический, морфологический, физиологический, психофизиологический, психологический, социально-психологический
и социальный.
В качестве свойства, которое проявляется лишь у высокоорганизованных
существ, психика есть свойство не всеобщее и не первичное, а вторичное и
производное. Она предполагает наличие
механизмов, которые ее производят, и
несомненную полезность ее для организма, которая оправдывает это производство. Словом, вопреки традиционному идеалистическому представлению о
психике (о котором не стоило бы говорить, если бы оно не было таким распространенным), психика должна иметь
естественно научное объяснение как со
стороны реализующих ее физиологических механизмов, так и по ее роли в
поведении (П. Я. Гальперин, 1976).
Эволюция мозга совершалась по тем
же основным законам, как и эволюция
других частей тела, т. е. составляла часть
общеорганической эволюции, подчиняясь законам наследственной вариации и
естественного отбора. Эволюция инстинктов от простых к сложным являлась
лишь естественным выводом из эволюции мозга, подчиняясь также закону
вариации и отбора: эволюция психики
относится к эволюции мозга совершенно так же, как эволюция всякой функции относится к эволюции выполняю-
щего ее органа (С. Л. Выготский, 1960).
Исследование детерминации отражательной деятельности мозга может быть
сколько-нибудь продуктивным лишь
при условии, если оно будет опираться
на определенные исходные предпосылки— как философски-методологические и научные, так и специально-научные, способствующие более глубокому
пониманию философско-методологических аспектов этой детерминации. Это
в первую очередь концепция системного
детерминизма. Сущность системной детерминации состоит в том, что ни один
из факторов, независимо от его природы, не обладает детерминирующей силой «сам по себеª— он приобретает
детерминирующие свойства лишь как
элемент системы, включающей и другие пространственно-временные факторы. Говоря о системной детерминации
деятельности мозга необходимо подчеркнуть, что принцип системности находит, в частности, свое выражение в том,
что один и тот же элемент системы обладает разными свойствами: будучи
включенным в систему, этот элемент
утрачивает некоторые индивидуальные
свойства и приобретает новые— системные свойства, т. е. свойства, «навязываемыеª ему системой.
Уместно в связи с этим подчеркнуть,
что система может быть построена не из
любых элементов. Множество заведомо
разнородных элементов может в лучшем
случае образовать конгломерат, но отнюдь не систему. Система может возникнуть лишь как определенное единство элементов, несущих в себе нечто
общее, обладающее определенным «родствомª. Невидимое подчас при исследовании индивидуальных объектов, это
родство раскрывается через возникновение системного качества, которое может быть «навязаноª системой лишь
таким элементам, которые исходно
обеспечивают лишь такую актуальную
Введение
19
или потенциальную возможность. Системное качество, таким образом,— это
трансформация, интеграция и реализация тех возможностей, которые исходно содержатся в отдельных (родственных) элементах. Именно поэтому
каждый из элементов системы несет на
себе «отсветª целого, и изучение элементов системы в той или иной степени
способствует и пониманию целого—
системы. Детерминирущая роль каждого
из элементов системы реализуется на
основе индивидуальных и системных
свойств, и последних даже в большей
мере, ибо свойство системы (а следовательно и системные свойства отдельных
элементов)— это и есть способность
данной системы к детерминации, а применительно к мозгу— способность к
детерминации разных, в том числе интегративных, форм психической деятельности (Р. И. Кругликов, 1988).
Подлинное единство психического и
физического, психики и мозга осуществляется лишь в процессе их развития— в силу взаимосвязи и взаимозависимости структуры и функции. И
поэтому лишь в генетическом плане,
лишь изучая и мозг, и психику не статически, а диалектически, не в безжизненном покое, а в движении и развитии, можно в их взаимосвязях раскрыть
и выявить подлинное единство психического и физического. Статическая
трактовка взаимоотношения психики и
мозга неизбежно приводит к механистическому их разрыву— к психофизическому параллелизму или эпифеноменализму, к чисто внешнему соотношению
психических функций и мозга. Подлинный монизм в решении психофизической проблемы осуществим лишь на диалектической основе (С. Л. Рубинштейн,
1946).
На современном уровне развития науки наиболее эффективным методом
изучения психики человека является
психофизиологический, который «можно определить как науку, изучающую
психическую деятельность человека
нейрофизиологическими методами, т. е.
методами, позволяющими в доступных
для современного уровня знаний пределах судить о нервных механизмах сложных психических явленийª (П. В. Симонов, 1988).
Познание принципов и механизмов
функционирования человеческого мозга, наряду с бесспорным потенциалом
этого направления для фундаментальной науки, становится, таким образом,
все более практичным, приобретает все
большее значение для человеческого
общества в целом (Н. П. Бехтерева,
1987).
Для мозга, который реализует психическое отражение объективного мира,
отражаемый мир делится на две неравные и по-разному важные части: внутреннюю среду организма и внешнюю
среду его жизни. Это существенно разные части объективного мира получают
и существенно разное психическое отражение.
Внутренняя среда индивида отражается в его потребностях, ощущениях
удовольствия— неудовольствия, в так
называемом «общем чувствеª. Внешняя
среда отражается в чувственных образах
и понятиях.
Органические потребности возникают из цикла физиологических процессов и служат выражением недостатка
или отсутствия условий дальнейшего
существования или избытка отходов
жизнедеятельности, от которых необходимо избавиться. В качестве психического отражения этих объективных нужд
потребности имеют две стороны: более
или менее острое чувство неудовольствия, страдания и тесно связанное с ним
побуждение освободиться от него с помощью чего-то, что находится в окружающем мире (и что становится пред-
Психофизиологическая структура личности
20
метом этой потребности). Отсюда и
побуждение к деятельности (направленной на добывание недостающих средств
или условий существования) к предмету потребности. В качестве таких побуждений к деятельности, исходящих из
жизненных процессов индивида, потребности составляют одну из основных
движущих сил побуждения (П. Я. Гальперин, 1976).
Психика человека находится в тесной
связи с внешней (социальной) и внутренней (биологической) средой. При
этом важно отметить, что связь психики с человеческим организмом в отличие от ее связи с внешней природой
является более интимной и глубокой.
Гегель по этому поводу говорил, что
между духом и его собственным телом,
естественно, имеет место более интимная связь, чем между духом и всем остальным внешним миром (Г. Гегель,
1970).
Однако, как отмечал С. Л. Рубинштейн, даже самые элементарные формы
психики на низких ступенях генетического ряда, с одной стороны, и самые
высшие проявления сознания на вершинах человеческой мысли— с другой,
составляют единый ряд, в котором высшие ступени могли развиться лишь на
основе низших (С. Л. Рубинштейн,
1946).
Та или иная стадия развития психики обладает собственной непреходящей
ценностью. На любой стадии развития
психика выступает не как частичное, а
как целостное образование, хотя и имеющее, естественно, зону ближайшего и
более отдаленного развития. Этой целостности психики соответствует и целостность отражения мира, которое, конечно характеризуется различной
глубиной и полнотой, не переставая, однако, быть от этого целостным (Л. В.
Запорожец, В. П. Зинченко, 1982).
Внутренние закономерности развития
психологии как науки привели к признанию необходимости перехода от общих описаний психических процессов и
явлений к точным, конкретным описаням структуры и механизмов психической деятельности, а также к необходимости перехода от изолированного
изучения отдельных психических функций к целостному изучению психики
не только в плане личности, но и в плане самоорганизующейся, управляющей
системы (А. А. Братко, 1969).
Б. Г. Ананьевым (1960) сформулировано положение относительно двух
принципов, одновременно лежащих в
основе взаимоотношений отдельных
элементов личности: 1) субординационного или иерархического, при котором
более сложные и более общие социальные свойства личности подчиняют
себе более элементарные и частные социальные и психофизиологические
свойства; 2) координационного, при
котором взаимодействие отдельных
свойств личности происходит на равных,
паритетных началах.
С системных позиций психика выступает в познании как определенная система, обладающая конечным множеством
характеристик, имеющая функции и
цели, состав и структуры, благодаря которым эти функции реализуются, цели
достигаются, а характеристики наличествуют. Психика как система динамична, она развивается и функционирует,
причем функционирует, развиваясь, и
развивается, только функционируя (Г. В.
Суходольский, 1988).
В «Основах общей психологииª С. Л.
Рубинштейна раскрыты в единстве всеисторический, антропогенетический,
онтогенетический, филогенетический,
функциональный и, наконец, жизненно - биографический аспекты развития.
Система психологии разработана и представлена через иерархию все усложняющихся в деятельности психических
Введение
21
процессов и образований, включая личность в качестве высшего уровня (К. А.
Абульханова-Славская, А. В. Брушлинский, 1989).
Поскольку сущность человека и содержание личности составляет предметно-преобразовательная, практическая
конкретно-историческая деятельность, в
которой личность и проявляется, и формируется, то структурная модель личности, раскрывающая ее сущность, должна быть развернута как структура ее
личностной деятельности, репрезентирующая все многообразие как материальных, так и духовных взаимоотношений
личности с миром.
Идея и принцип деятельностного
построения структурной модели личности, которая представляла бы синтез
видов, форм или типов деятельности,
развивается целым рядом исследователей— А. Н. Леонтьевым (1975), Л. П.
Буевой (1968), М. С. Каганом (1974), Л.
Н. Коганом (1984) и др.
В последние годы все явственнее прослеживается тенденция к обобщению
научных данных о человеке с целью
получения целостного представления о
нем (Б. Г. Ананьев, 1977). Подход к
человеку как социально интегрированной многоуровневой системе выгодно
отличается от других тем, что он уже с
самого начала исключает возможность
дуалистического взгляда на сущность
человека. Само понятие «системаª предполагает нечто сложное и в то же время цельное, неразрывное. Структура
этой системы включает в себя элементы, своеобразные группы элементов или
блоки, субсистемы, различные уровни,
но ни одно из этих образований не является самостоятельным, а входит в состав системы как неотъемлемый ее компонент.
Между всеми компонентами живой
системы существуют разнообразные связи и отношения. Природа этих связей
и отношений такова, что они укрепляют систему и делают ее целостным и
монолитным образованием. Найти в
этой системе какие-то четкие границы
между биологическим и социальным
практически невозможно, потому что их
попросту нет (И. И. Хомич, 1989).
До сих пор в науке бытует двойственное представление о человеке. С одной
стороны, человек— это биологический
вид. В этом плане он доступен изучению
в рамках естественных наук. С другой
стороны, это социальное существо, т. е.
объект изучения общественных наук.
Объединению этих двух «частейª единого целого мешает традиционный, чисто
аналитический образ мышления, вызванный дифференциацией наук.
Чрезвычайно сложное переплетение
биологических и социальных форм
жизнедеятельности человека в какой-то
мере отпугивает ученых. У исследователя, пытающегося отыскать в кажущемся хаосе жизненных явлений какой-то
порядок или систему, может возникнуть
сомнения в их существовании. Но, как
неоднократно подчеркивал Ф. Энгельс,
там, где есть связь, есть и порядок.
«Уразумение того,— писал он,— что
вся совокупность процессов природы
находится в систематической связи,
побуждает науку выявлять эту систематическую связь повсюду, как в частностях, так и в целомª (цит. по И. И.
Хомич, 1989).
Характеризуя историческую последовательность развития новых областей науки,
Б. М. Кедров (1973) отмечает, что вслед
за математикой в течение двух веков лидером была механика, затем наступил «век
физикиª. В последнее время на первый
план выступает биология. А дальше, прогнозирует автор, возможно, лидером окажется психология. И это потому, продолжает он, что ее проблемы уже сейчас
становятся все более острыми на фоне
резкой интенсификации психической
Психофизиологическая структура личности
22
деятельности участников производственного и научно-технического прогресса.
В последние годы значительно возросло количество публикаций по разным аспектам проблемы человека. В
результате широких научных исследований имеют место определенные достижения, происходит систематическое накопление многообразных эмпирических
данных о человеке, предпринимаются
попытки систематизировать и обобщить
разрозненные факты как в рамках отдельных дисциплин, так и в междисциплинарном плане.
Вместе с тем процесс познания человека обнаруживает значительные трудности
и недостатки. И дело не только в растущем обилии частных научных данных, но
и в трудностях сопоставления и обобщения этих данных, поскольку они относятся к разным наукам. Состояние современных исследований проблемы человека в
науке таково, что по одному и тому же
вопросу нередко имеются различные, а то
и противоположные точки зрения не
только у представителей различных дисциплин, но и в рамках одной и той же
дисциплины. Поэтому все более актуальным становится анализ самих методов
исследовательской деятельности, принципов построения и организации научного
знания, а также адекватного истолкования исследуемых объектов и процессов.
В этой связи важное значение приобретает анализ специфики уровней и
методов познания человека различными науками, их взаимного соотнесения
и возможностей объединения, синтезирования (А. Г. Мысливченко, 1989).
Если иметь в виду общий объем достаточно надежных сведений о человеке,
накопленный в разных науках, то он не
так уж и мал. Однако собрать эти сведения в целостную, логически связанную концепцию пока не удается, хотя
потребность в синтезе накапливаемых
данных о человеке очень велика.
Нужно отметить, что в свое время
задача комплексного изучения человека была поставлена В. М. Бехтеревым,
который очень многое сделал для ее
решения. Позднее она ставилась многими исследователями. В частности, в психологии особенно ценная работа в этом
плане была проведена Б. Г. Ананьевым,
отмечавшим, что человек включен в
многообразные связи и отношения с
действительностью, но живет и действует он как единое целое. В связи с этим
задача синтеза знаний о человеке, накапливаемых в разных науках, становится одной из важнейших (Б. Ф. Ломов, 1989).
Нередко специалисты по человеку
сталкивались с такими ситуациями при
исследовании человеческих феноменов,
когда собирается большой материал, он
обрабатывается в соответствии с методами, принятыми в науке, собираются
факты, осуществляется их анализ, устанавливаются корреляции, зависимости.
И часто вся эта работа идет впустую, мы
мало узнаем нового о предмете исследования, а иногда получаем такие результаты, которые лишь затуманивают понимание существа дела (В. А. Лекторский,
1989).
Сегодня в сфере психологии, наряду
с четко ограниченными и оформленными предметами и дисциплинами, есть и
такие области, которые поражают своей
неорганизованностью, отсутствием предметных и технологических структур,
онтологии, моделей и понятий, средств
и методов. Именно к таким областям
относится, с точки зрения П. Г. Щедровицкого, психология личности.
Основная проблема исследования
личности состоит в том, что психология
личности в подавляющем большинстве
случаев остается на уровне описательной
психологии, «личностьª существует не
по понятию, а как бытовое обозначение, номинация объекта практики и
Введение
23
наблюдения. В этой ситуации дальнейшее накопление эмпирических феноменов и «опытовª, технического измерения «личностиª не только не приведет
к систематизации и оформлению методического (методологического) и понятийного аппарата, но будет постоянно
усложнять (а подчас и тормозить) развитие психологии «личностиª (П. Г.
Щедровицкий, 1982).
Традиционное разделение наук, изучающих человека, на такие классические научные дисциплины, как анатомия, физиология, психология и даже
такие пограничные науки, как, например, нейрофизиология, нейропсихология и т. д., уже не в полной мере удовлетворяет потребностям современного
научного познания. Интенсивное развитие системных исследований второй
половины ХХ века убедительно продемонстрировало свою междисциплинарную природу и бесспорное преимущество при изучении сложных систем.
Системные методы исследования к настоящему времени уже проникают во
все области науки, и, как считают многие авторы (И. В. Блауберг с соавт.,
1970), их вполне можно рассматривать
как единое направление в развитии современного научного познания (В. А.
Садовский, 1974).
Изучение личности со всей остротой поставило проблемы: как совместить изучение
структурного аспекта личности, основанного
на признании ее относительно замкнутой
системой и выделении инвариантов, с динамикой личности, ее открытостью внешнему миру; на чем основано единство «Яª,
что объединяет различные элементы личности в структуру; каким образом обосновать
в структуре такую особенность личности,
которая не растворялась бы во всеобщем и
не отгораживалась от мира в индивидуальном (И. Э. Бекешина, 1986).
Стремление к выделению специфичности «личностиª и личностных структур
существовало всегда: одни видели ее в
процессах обеспечения функциональноролевых отношений в группе (Дж. Г.
Мид, Сарбин, Ч. Кули) и тем самым сводили личность к набору социальных «ролейª; другие— в особых отношениях к
культуре (К. Юнг, Л. С. Выготский, Р.
Бенедикт, Р. Линтон) и тем самым сводили «личностьª к «микрокультуреª и
ценностным структурам; третьи— в глубинном эмоционально-мотивационном
комплексе (Фрейд, Эриксон, Дж. Кляйн);
четвертые— в уникальной структуре черт
характера (Штерн, Г. Олпорт).
Однако, отсутствие методологических
средств и способов разделения различных по своим законам и структуре пластов существования человека (культурного, социального, организационного,
группового и др.) постоянно приводило к редукции личности к более явным,
«простымª (с точки зрения средств и
процедур «схватыванияª), ранним (с
точки зрения последовательности системной переработки)— другим, в сути
своей, планам и действительностям (П.
Г. Щедровицкий, 1982).
Вместе с тем научное познание личности как системы разнопорядковых
элементов требует синтеза гомогенных
структур, получаемых различными науками, в некоторую многоуровневую
структуру (И. Э. Бекешина, 1986).
По определению В. Д. Моисеева, всякая сложная динамическая система способна изменять свое общее состояние
(под влиянием внешних и внутренних
факторов) и тем самым обеспечивать
выполнение свойственной ей функции.
Он формулирует основной закон саморегулирующейся системы следующим
образом: каждая самоуправляющаяся
система, независимо от ее принципа
действия, конструкции и материального субстрата, при своем функционировании способна одинаково активно реагировать на внешние воздействия, т. е.
Психофизиологическая структура личности
24
одинаково с количественной стороны
принимать, накапливать и перерабатывать
поступающую к ней информацию и путем автоматического целенаправленного
изменения состояния соответствующим
образом организованных составных элементов обеспечивать свое существование
или выполнение свойственных ей функций (В. Д. Моисеев, 1965).
Исторически системный подход приходит на смену методологическим концепциям механицизма и элементаризма
и в своей специфике и по своим задачам противостоит этим концепциям,—
пишет Д. М. Гвишиани (1980).
Основные задачи системного подхода— разработка методов анализа и синтеза объектов, описание их целостных
характеристик в результате представления исследуемых и конструируемых
объектов как целенаправленных систем.
Системное исследование может проводиться различными способами, ведущими к новому знанию о системе в целом.
Динамическая организация структурнофункциональных психофизиологических систем может быть продуктивно
описана на основе синтеза содержательного (на языке конкретной области знания, т. е. физиологии и психологии) и
формального (логико-математического)
подхода. Такой синтез можно осуществить и с помощью системного подхода,
строящегося на основе единой методологической системы понятий, которая
должна быть образована путем сближения смежных концепций (Л. П. Павлова, А. Ф. Романенко, 1988).
Определяющими для понимания
психологии являются следующие положения:
1. Психика возникает на определенном
этапе развития материи, она вторична по отношению к окружающей
действительности.
2. Психика функционирует как свой-
ство особым образом организованной
материи (в высших проявлениях—
как свойство мозга).
3. Психика есть отражение (познание)
внешнего мира и сама познаваема,
как и другие явления.
4. Психика человека общественно-исторически обусловлена.
5. Психика возникает на основе практического взаимодействия субъекта с
внешним миром и выполняет в нем
активную роль.
6. Психика развивается, в ходе этого
развития происходит переход количественных изменений в качественные,
внутренние противоречия являются
движущей силой, источником данного
развития (О. К. Тихомиров, 1984).
Именно в том и заключается своеобразие психического, что оно является и
реальной стороной бытия и его отражением,— единством реального и идеального. С двойной соотнесенностью психического, присущего индивиду и
отражающего объект, связано сложное,
двойственное, противоречивое внутреннее строение психического акта, наличие
в нем самом двух аспектов: всякое психическое явление— это, с одной стороны, продукт и зависимый компонент
органической жизни индивида и, с другой,— отражение окружающего его
внешнего мира. Эти два аспекта, в тех
или иных формах представленные даже
в совсем элементарных психических образованиях, все более отчетливо дифференцируются и принимают специфические формы на более высоких ступенях
развития у человека, по мере того как с
развитием общественной практики он
становится субъектом в подлинном смысле слова, сознательно выделяющим себя
из окружающего и соотносящегося с ним
(С. Л. Рубинштейн, 1946).
Не существует какого-то конечного
конкретного состояния, выступающего
завершением развития личности. Все
Введение
25
параметры личности могут совершенствоваться. Пока человек существует, он
развивается. Это положение касается как
индивидуального развития человека, так
и его развития в историческом процессе. Таково естественное направление
эволюции видов, к которым принадлежит человек (К. Обуховский, 1981).
Начиная построение теории личности, как любой другой психологической
теории, полезно учесть опыт математики— этой наиболее точной науки— и
прислушаться к словам Н. И. Лобачевского: «Первые понятия, с которых начинается какая-нибудь наука, должны
быть ясны и приведены к самому меньшему числу. Тогда только они могут
служить прочным и достаточным основанием ученияª (цит. по К. К. Платонов, 1986).
Можно ожидать, что создание специализированного математического аппарата, разработка моделей, учитывающих
системное строение психики, будут способствовать выработке объективных
критериев упорядочивания эмпирической многоаспектности и формированию
таких стратегий исследования, которые
позволят управлять изучаемыми явлениями в ходе активного воздействия на
них (Б. Ф. Ломов, 1984).
Используя термин «модельª, мы можем следующим образом интерпретировать основную диалектическую цепочку теории познания: изучение феномена
и накопление фактов— построение и
изучение модели— использование ее
выводов в практической деятельности
(Н. Н. Моисеев,1982).
Как известно, акад. И. П. Павлов
считал, что наступит время, когда человек сумеет охватить величественными
формулами математического анализа
деятельность своего собственного мозга. Это одна из наиболее сложных задач не только психофизиологии, но и
науки в целом, поскольку человек по
своей сущности система, подчиняющаяся законам социально-экономического уровня и лишь реализуемая средствами биологической формы движения
материи (Л. П. Павлова, А. Ф. Романенко, 1988).
Применение математизированной
модели явления не обязательно ограничено сферой количественных расчетов.
Напротив, весьма часто от такой модели, по крайней мере на первых этапах
исследования, не требуется точного определения количественных параметров
системы. И тем не менее, такая математическая модель позволяет глубже понять связь функций и структуры моделируемого явления. Так, Р. Беллман,
один из создателей метода математического моделирования— динамического
программирования, отмечал: «Основная
цель создания подобных математических
моделей... состоит не столько в получении чисел, которые во многих случаях
являются сомнительными из-за недостаточности наших знаний..., сколько в
определении самой структуры рассматриваемого явления. Во многих процессах более важны общие представления,
чем конкретные значения константª (Р.
Беллман, 1960).
Моделирование можно рассматривать
как особый вид эксперимента, отличающийся от обычного («прямогоª) тем,
что в процесс познания включается
«промежуточное звеноª— модель, служащая одновременно и средством и
объектом экспериментального исследования, заменяющим изучаемый объект.
Модельный эксперимент позволяет
изучить такие объекты, прямой эксперимент над которыми затруднен или
невозможен (Н. Е. Бачериков с соавт.,
1985).
Создание модели— это важнейший
этап развития любой теории. И прежде
всего она должна уметь объяснять наблюдаемые факты, то есть достаточно
Психофизиологическая структура личности
26
хорошо отражать реальность. Но этого
еще мало. Хорошая теория, как говорят
физики, должна уметь «заглядывать за
уголª, предсказывать возможность появления фактов, о которых мы еще
даже не знаем и не догадываемся (Н. Н.
Моисеев, 1988).
Под моделью, в широком смысле этого слова, подразумевается специально
созданный человеком предмет или система, устройство, которое в определенном отношении воспроизводит реально
существующие предметы и системы,
являющиеся объектом научного исследования. Моделирование,— писал Л.
И. Седов (1972),— это есть замена
изучения интересующего нас явления в
натуре, изучением аналогичного явления
на модели меньшего или большего масштаба, обычно в специальных лабораторных условиях. Основной смысл моделирования заключается в том, чтобы
по результатам опытов с моделями можно было бы давать необходимые ответы о характере эффектов и о различных
величинах, связанных с явлением в натуральных условиях.
Модель всегда содержит в себе, скрыто или явно, элемент уподобления. С
того момента, как экспериментатор переходит от простого наблюдения или
констатации явления к попытке установить и как-то символизировать внутренние связи этого явления, схематизируя и соотнося между собой его
элементы, он, в сущности, переходит от
самого явления, во всей его сложности
и неповторимости, к его упрощенному
уподоблению (Н. А. Бернштейн, 1963).
Понятия модели и теории очень тесно связаны. Построение модели— это
по существу формализация теории.
Любая теория, если это действительно
теория, может быть формализована и
представлена в виде модели, а адекватная модель есть не что иное, как формализованная теория. Невозможность
формализовать теорию является признаком ее неадекватности. Меру однозначности и логической непротиворечивости теории определяет степень, до
которой возможна ее формализация.
Метод моделирования по своей сути
является последним недостающим звеном в системе психологических методов, звеном, которое позволяет уточнять, проверять и формализировать
данные психологических исследований.
Основные требования к моделям психических функций можно сформулировать
в следующих четырех принципах: 1) в
модели необходимо воспроизводить
структурность психического процесса; 2)
модель должна учитывать данные нейрофизиологии; 3) модель должна учитывать логическую структуру психики;
4) при переносе данных необходимо учитывать специфику системы, используемой в качестве модели.
Метод моделирования непосредственно связан с традиционными методами,
так как основывается на данных, полученных при их помощи. Этим же определяется и место, занимаемое данным
методом в системе методов психологии:
моделирование является последним, завершающим этапом психологического
исследования, органически объединяющим его с построением вытекающей из
этого исследования психологической
теории. Следовательно, метод моделирования в психологии нельзя определить ни как главный, ни как второстепенный. Это один из необходимых
компонентов сложного комплекса всякого психологического исследования,
целью которого является создание строго научной и практически полезной психологической теории (А. А. Братко,
1969).
Познание количественных и качественных проявлений функционирования живых систем плодотворно осуществляется на основе использования
Введение
27
метода биологического моделирования.
Моделирование как специфический
метод познания основывается в конечном счете на принципе материального
единства мира, на наличии в живой и
неживой природе общих диалектических законов их развития, на признании
всеобщей связи и обусловленности явлений.
Двумя основными характеристиками
биологических систем являются сложные процессы развития и не менее
сложные поддерживающие их физиологические процессы. Согласно второму
началу термодинамики общая тенденция
любых процессов всегда будет направлена от порядка к беспорядку. Некоторые биологические процессы (например,
развитие) именно поэтому столь замечательны, что они явно нарушают эту
тенденцию. Если развитие является процессом, посредством которого порядок
соответственно порождается и поддерживается, то разупорядочивание в системе обнаруживается по отклонению
поведения системы от некоторого номинального стандарта поведения. Кроме
того, этот стандарт, с которым сравнивается поведение системы, является в
самом общем смысле моделью самой
системы. Эта модель (или стандарт) говорит нам о том, как системе следовало
бы вести себя, т. е. она дает ожидания
или предсказания о системе. Когда действительное поведение системы совпадает с поведением стандарта, это совпадение символизирует порядок в системе.
Когда поведение системы уклоняется от
поведения стандарта, мы будем говорить,
что система разупорядочена по отношению к стандарту; степень разупорядоченности измеряется величиной отклонения
от стандарта (Р. Розен, 1984).
Модель нелинейной открытой динамической системы содержит характерные черты всякой развивающейся реальной системы, в том числе всякой
живой системы. Такими чертами являются: особая роль определенных продуктов, которые воспроизводят сами
себя и другие продукты; наличие соответствующего указанным продуктам
разделения всех функций системы на ее
внутренние и внешние функции, а также механизмы распределения всех ресурсов системы на эти разные функции;
гибкая динамическая структура, определяемая введением новых и удалением
устаревших технологий; учет предыстории, субстрата, отвала системы и др. В
случае биологических объектов на первый план выходит задача выполнения
условий гомеостазиса при изменении
внешних воздействий. Наилучшее соблюдение условия гомеостазиса определит распределение всех ресурсов объекта
на его внутренние и внешние функции.
В результате единственным управляющим воздействием на объект с целью
достижения различных других режимов
его поведения остается входное воздействие на объект или субстрат.
При моделировании отдельных подсистем объекта роль субстрата может
выполнять промежуточный продукт
функционирования объекта в целом и
внешние продукты подсистемы могут
оказывать влияние на этот субстрат.
Таким образом, подсистему необходимо рассматривать вместе со всей системой. Модель может быть применена к
изучению функциональных взаимодействий различных подсистем с системой
в целом, причем в принципе возможен
случай, когда подсистема принадлежит
другому уровню иерархии системы (В.
М. Глушков, В. В. Иванов, В. М. Яненко, 1983).
Всякая модель является в определенной мере специфической формой отражения (познания действительности).
Если в некоторых простых вещественных
моделях это отражение происходит в
более непосредственной форме, то в иде-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]